Часть 1/2. Averse

      Следующие четыре года прошли для Гарри очень тяжко. Постоянные вылазки в Аврорат вкупе с должностью преподавателя сильно изматывали. Также ему приходилось изо дня в день сдерживать свою ненависть и относиться к Снейпу отстранённо. Хотя, признаться честно, это и было самым тяжёлым. Мальчик всё больше и больше напоминал свою мать. Нелюдимый и отстранённый, внешне и внутренне он был как Эйлин. Снейп стал лучшим учеником Хогвартса, и Гарри боялся, что рано или поздно мальчик перейдёт на тёмную сторону и станет новым Тёмным лордом.       Мужчина продолжал не замечать напряжённых отношений между своим племянником и Снейпом, но каждый раз ему казалось, что всё не так, как кажется на первый взгляд. Гарри продолжал убеждать себя в том, что, если бы у Эйлин не было семьи… Если бы она вовремя ушла… Если бы не терпела неудавшийся брак… Но она сама говорила, что хочет, чтобы её сын жил в полной семье. Получается, виноват сын. Но ведь винить ребёнка — это глупо… Если бы у Гарри был выбор, он бы не раздумывая променял бы жизнь Эйлин на жизнь её сына. Как бы чудовищно это ни звучало.       Поттер стал намного чаще помогать Аврорату в поисках преступников и раскрытии застоявшихся дел. Ему было очень тяжело находиться рядом с мальчиком.       — Что украли? — спросил он у Рона.       Их направили расследовать кражу в Музее Магической Истории. Место преступления крайне удивило Гарри. Ну что ценного могло быть в старом, никому не нужном музее, где почти все экспонаты — это бутафория?       — Первый снитч в истории квиддича, котелок-самобранка, кинжал пятнадцатого века, шар для предсказания пророчеств Шайдаля, первая книга заклинаний и прототип ковра-самолёта.       — А что за книга заклинаний? — уточнил Поттер.       — Да ничего особенного, просто известные всем заклинания, которые проходят ещё в школе. А что такое?       — Эти предметы никак между собой не связаны. Есть какие-то улики?       — Абсолютно ничего. Ни магического отпечатка, ни свидетелей. Хотя, откуда тут свидетели? Не понимаю, кто вообще по таким местам ходит, — ворчал Рон.       Что-то в этом списке украденного не давало Гарри покоя. Он предчувствовал что-то нехорошее.       — Либо воров было несколько и каждый взял себе то, что хотел, либо вор отчаянно не хотел, чтобы мы знали, что из этого всего ему действительно нужно.       — Может быть, это просто какой-то бездомный пробрался сюда, нахватал, что увидел, и уже продал всё?       — Возможно, ты прав. Где директор музея?       — Там, — указал Рон на выход из зала. — Элиот Браун.       Гарри подошёл к пожилому мужчине, выглядевшему лет на восемьдесят.       — Мистер Браун? Моя фамилия Поттер. Не могли бы вы рассказать поподробнее про украденные экспонаты?       Старик долго закрывал и открывал глаза прежде, чем сказать.       — Единственное, что я могу сказать — преступник украл только подлинные экспонаты и ни одной подделки.       — Не переживайте, Аврорат приложит все силы, чтобы вернуть их, — спокойно произнёс Гарри, доставая из кармана формы блокнот и карандаш и делая небольшие заметки.       — А что толку-то? — грустно сказал мистер Браун.       — Я не совсем вас понимаю, — признался Гарри.       — Я… я давно хотел закрыть музей. Люди перестали интересоваться историей! Вы первые посетители за последние три недели.       — Не считая вора, — поправил его Гарри, убирая блокнотик.       — Да, не считая вора. Я, пожалуй, заберу заявление о краже. И закрою музей. Мне уже пора на пенсию.       — Вы в этом уверены? Может, всё ещё образуется? — попытался вразумить его аврор.       — Нет, — твёрдо сказал старик, а затем мягко улыбнулся. — Спасибо вам за доброту, но я уверен, что в Аврорате и так полно дел. Куда вам ещё и искать барахло старого человека? Тем более, что это всё равно отправится в мусорку.

***

      После того, как они покинули музей, Рон позвал выпить по кружечке пива в ближайшем пабе.       — Дружище, у тебя всё в порядке? Только не говори, что у тебя это всё началось по новой.       — Даже не знаю, что и сказать.       — Гарри, я знаю тебя уже очень много лет, — Рон положил свою руку ему на плечо. — И когда ты с головой уходишь в работу, то тебя что-то очень сильно беспокоит. Может, я смогу чем-нибудь помочь?       — Навряд ли, — грустно ответил он.       — Это из-за её сына?       Гарри какое-то время молчал, потом заговорил настолько тихо, что Рону пришлось наклониться, чтобы услышать его.       — Я чувствую себя по-настоящему ужасным человеком. Я понимаю, что он не виноват, но стоит мне его увидеть и внутри меня появляется такая необузданная ярость. Особенно сейчас… Мне кажется, что мальчишка стал увлекаться чёрной магией.       — Но почему ты вообще его подозреваешь?       — Понимаешь… стычки, характер, ходит всё время один, слишком умный для своего возраста, попал на Слизерин, слишком дерзкий, врёт о мародёрах, притворяется хорошим… Волан-де-Морт мог передать ему свои тёмные силы, когда погиб. И рано или поздно они могут пробудиться.       Рон напрягся.       — На каком он курсе, говоришь?       — На пятом.       — Что-то рановато…       Опять повисла тишина. Кружки быстро опустели. И у Рона появилась мысль, с которой он тут же поделился с Гарри.       — Может, тебе проследить за ним?       — Шпионить за учеником? — неуверенно спросил Гарри.       — Не за учеником, а за потенциальным тёмным магом или того хуже. Не хватало нам нового Волан-де-Морта!       Все в пабе сразу притихли и повернулись на того, кто посмел произнести ЕГО имя. Долгая война оставила свой отпечаток, некоторые до сих пор боялись, что Тёмный Лорд вернётся вновь.       Рон покраснел и уткнулся взглядом в свою пустую кружку. Он, конечно же, любил повышенное внимание к себе, но только когда оно было исключительно в положительном ключе.       — Говори тише, — заметил Гарри. — Но, пожалуй, ты прав. Буду присматривать за ним. Мало ли что. Кстати, раз уж мы коснулись этой темы… есть новости о скрывающихся Пожирателях? А то с этой работой в школе я многое упускаю.       — Ну-у, — протянул Рон. — Раз ты сам вспомнил, то есть один слушок. Я узнал от Джонсона, что он слышал от своего друга, который работает в Мунго, у которого был пациент, который знал человека, который приходится братом подруги одной девушки, которая подслушала один приватный разговор, где говорилось о том, что Малфои могут быть Пожирателями смерти.       — Ага, — кивнул Гарри. — Представляю себе эту картину. Заявляемся к главе семейства и повторяем всё то, что ты сейчас сказал. А потом уводим его в Азкабан.       — Ну, ты же просил информацию? — обиделся Уизли. — А это всё, что известно. Может быть, они все уже давно бежали из страны, а мы гоняемся за призраками!       — Ох, Рон, неспроста мы не можем найти именно ближний круг Волан-де-Морта. Что-то намечается, но я не пойму, что именно. Но всё равно спасибо за информацию о Малфоях. Я уверен, она мне пригодится. Как раз сын Абраксаса — это лучший друг Снейпа. Всё это неспроста…       — Ваш счёт, — гнусаво сказал бармен.       Гарри положил на стойку пару галеонов.       — Сдачи не надо.       — Эй, — возмутился Рон. — Я и сам могу за себя заплатить!       — Не злись. Сегодня я тебя угощаю, завтра ты меня, — улыбнулся Гарри, вставая со стула. — До встречи.       — Бывай, — махнул ему рукой Уизли.

***

      Вечер только наступил, но Гарри решил, что ему на сегодня хватило приключений, поэтому аппарировал прямо к воротам Хогвартса. Он взмахнул палочкой, и они открылись, пропуская преподавателя внутрь. Несмотря на то, что была зима, сильного мороза как такового не наблюдалось. Но из-за того, что дни стали короче, а ночи становились всё длиннее, студенты теперь предпочитали больше времени проводить в факультетских гостиных, греясь у камина и попивая горячий шоколад или чай. Гарри их отлично понимал. Ему не терпелось поскорее оказаться в своей спальне, чтобы точно так же оказаться у горящего камина.       Ужин закончился, и ученики лениво расходились по своим делам. В коридорах почти никого не было, не то что в тёплые времена года, когда их почти силком нужно было растаскивать по спальням. Мужчина часто вспоминал, как в школьные годы его постоянно ловили учителя за ночные прогулки по Хогвартсу. На его губах появилась улыбка от тёплых воспоминаний.       Вдруг Гарри услышал шум во внутреннем дворике. Направившись туда, он застал разгар потасовки Снейпа с Джеймсом и его друзьями. Долг преподавателя обязывал его незамедлительно вмешаться, но он решил сначала подождать и посмотреть, а если ситуация вдруг станет критичной, то обязательно «спасти» Снейпа от своего племянника. За Джеймса Гарри не переживал, ведь он самолично обучал его заклинаниям каждое лето вот уже четыре года подряд. Хоть его честь и говорила ему, что четверо против одного — это нечестно, но что в этом мире вообще честного?       — Что здесь происходит?! — вдруг раздался сердитый крик профессора Макгонагалл. Её голос нельзя было перепутать ни с чьим другим.       — Всё не так, как кажется на первый взгляд… — жалобно оправдывался Снейп.       — Да он вообще с катушек слетел! — перебил его Джеймс, поднимаясь на ноги и отряхивая свои штаны. — Ни с того ни с сего взял и напал на меня с ребятами!       — Неправда!       Гарри осторожно вышел из своего укрытия и незаметно присоединился к другим, уже собравшимся вокруг потасовки преподавателям. Мужчина не верил своим глазам. Снейп победил. Победил четырёх противников. Гарри не понимал, в чём причина лжи его племянника, но сделал себе заметку, что нужно будет поговорить с ним с глазу на глаз. И со Снейпом тоже, потому что многие заклинания, что он использовал, не проходят в школьной программе, а если и изучают, то по личной инициативе преподавателя, и только в выпускном классе, но никак не на пятом курсе.       — Тихо! — сказал Дамблдор, выходя из толпы. — Судя по тому, что я вижу здесь, я склонен поверить мистеру Поттеру. Вы превратили мистера Петтигрю в цыплёнка? — беззлобно поинтересовался директор, смотря на Северуса поверх своих очков-половинок.       — Да, сэр, но это они первые начали, — Снейп склонил голову.       — Мерлин мой, — вздохнула Макгонагалл, расколдовывая своих студентов.       — Это просто безобразие! В коридорах Хогвартса колдовать запрещено! — вмешался Филч. — Их всех нужно наказать!       — Друзья, поверьте мне, Северус хороший мальчик и никогда не стал бы просто так нападать на других учащихся, — заступился Слизнорт за своего студента.       Гарри продолжал молчать и внимательно за всем наблюдать.       — Да, я тоже был в этом уверен, — произнёс профессор Флитвик. — Но ведь результат налицо!       Расколдованные Мародёры уже поднялись на ноги и стояли за спиной своего декана, исподлобья глядя на юного слизеринца.       — Тогда минус четыреста баллов со Слизерина, — спокойно сказал молчавший до этого Гарри. — За каждого заколдованного студента Гриффиндора по сто баллов. И, конечно же, месяц отработок мистеру Снейпу, — холодно закончил он.       — Но… — попытался возразить Снейп.       — Вот и чудненько, — улыбнулся директор. — Тогда, мистер Снейп, вам назначается месяц отработок…       Филч мечтательно растянул губы в улыбке, уже представляя себе, как будет эксплуатировать парня.       —… у профессора Поттера, — закончил свою мысль Дамблдор.       — Что?! — послышалось два возмущённых возгласа Филча и Снейпа.       Гарри удивлённо перевёл взгляд на Дамблдора. Да, он сам сказал про отработку, но почему именно у него? Разве Филч не идеальная кандидатура?       — Профессор Дамблдор, но я правда, всего лишь защищался! — воскликнул Северус, в отчаянии глядя на директора.       Гарри отлично понимал его, но всё же уже примерно представлял, как будет снимать с него баллы за каждую провинность, коих будет множество. Да и должен же он получить от этой отработки хоть какое-то удовольствие?        — Господин директор, — обратился к нему Филч. — А может, мальчишка будет отрабатывать у меня? Уж я сумею вбить в его голову школьные правила.       — Мистер Филч, директор Дамблдор уже сказал своё слово, — сердито отрезала Макгонагалл. — И я думаю, что не стоит задерживать тут моих студентов, а лучше всего отправить их в больничное крыло.       — Ох, вы совершенно правы, — озадаченно произнёс профессор Флитвик.       Мародёры натянули на лица маски вселенской скорби и, сопровождаемые всеми преподавателями, покинули внутренний дворик, где остались только Гарри и ненавистный ему ученик. И, похоже, что ненависть была обоюдной.       — Мистер Снейп, попрошу вас пройти за мной на отработку, — холодно произнёс Поттер.       — Но сегодня ведь воскресенье…        — Месяц отработок, значит месяц отработок и ни дня выходного. Сегодня двенадцатое декабря, то есть наказание закончится двенадцатого января, — строго сказал Гарри и мысленно дал себе подзатыльник за то, что обрёк самого себя на каждодневную пытку с этим недо-тёмным-лордом.       — А рождественские каникулы… — опять начал Снейп.       — Вы проведёте, разбирая шкафы и убирая класс Защиты от Тёмных Искусств, — закончил за него преподаватель, одаривая колючим взглядом зелёных глаз.       Гарри развернулся и направился в свой кабинет, слушая тихие шаги за своей спиной. Может, он правда перегнул палку? Что-то в этом мальчике не давало ему покоя. Гарри остановился у класса ЗОТИ, но понял, что его ученик прошёл мимо него. Мужчина хотел окликнуть его, но парень, кажется, задумался о своём и не замечал, куда идёт, а ведь впереди была лестница.       — Мистер Снейп, — окликнул его профессор, но тот никак не среагировал.       Гарри рванул вперёд и успел перехватить его поперёк туловища, прижимая к себе, спасая от неминуемого падения кубарем по лестнице.       — Смотри под ноги! — яростно прошипел преподаватель. — И не витай в облаках! — развернувшись и отпустив мальчика, он грубо схватил его за запястье и силой поволок в собственный кабинет.       Войдя в помещение, Гарри увидел весь ужас, написанный на лице мальчика. По всему классу были разбросаны листы бумаги, свитки были раскатаны чуть ли не по всему кабинету, школьные парты сдвинуты, а в углу стоял грязный аквариум, в котором плавали несколько Гриндилоу. Одним словом, там царил ужасный беспорядок после занятий с первокурсниками. По идее, Снейп должен был помнить и свои, точно такие же уроки четырёхлетней давности.       «Четыре года прошло… Он больше не мальчик, а скорее парень», — невольно подумал Гарри, с удивлением отмечая, что больше не испытывает откровенной ненависти. Скорее лёгкую неприязнь, но и это из-за того, что он привык видеть Снейпа только в негативном ключе.       — Сегодняшняя отработка закончится, как только ты наведёшь здесь порядок. Приступай, — бесцветным голосом сказал профессор, усаживаясь за учительский стол и пододвигая к себе стопку пергаментов.       Гарри не интересовало, какие именно перед ним бумаги, он просто хотел незаметно понаблюдать за работой парня. Его удивило то, что Снейп даже не подумывал использовать палочку, а вместо этого начал работать руками. «Что же ты за человек? За пять лет я так и не смог понять тебя, Северус Тобиас Снейп…»       — Я всё закончил, — слова парня вырвали Гарри из собственных мыслей.       Сколько же он так просидел, пялясь в одну точку? Обведя кабинет взглядом, он понял, что парень действительно всё сделал. Даже помыл аквариум у Гриндилоу.       — Итого, на уборку кабинета после урока у вас ушло столько же времени, сколько и длится этот урок, — злорадно произнёс Гарри, не зная к чему прицепиться. Ну, не хвалить же его, в конце-то концов?       — Руками работать гораздо дольше, чем волшебной палочкой, — тихо ответил Северус и поджал губы.       — А разве я запрещал вам ею пользоваться? — усмехнулся Гарри, скрещивая руки на груди и с удовольствием отмечая растерянность на юношеском лице. — Но раз вы хотите работать руками, то впредь так и будет.       Северус с силой сжал края парты руками. Было видно, что он вот-вот сорвётся на крик, но вместо этого он лишь сдержанно сказал:       — Как скажете, сэр.       — Какой ты сегодня покладистый, даже скучно. Или ты просто восхищён, что смог одолеть сразу четверых студентов? — лукаво спросил преподаватель, сверля его надменным взглядом.       — Вы мне поверили? — потрясённо спросил Северус.       — Откуда вы узнали о заклятье «Кавеинимикум»? Его не проходят в школе, — проигнорировал его вопрос мужчина.       — Прочитал в одной из книг в библиотеке. Постойте… откуда вы знаете, что я его использовал? — Гарри откинулся на спинку стула и довольно улыбнулся, наблюдая за его реакцией. — Вы там были! Вы там были и ничего не предприняли! — воскликнул Снейп.       «А мальчишка и впрямь умён, это даже восхищает», — подумал Гарри.       — И что с того? Пойдёте и расскажете всё директору? — Это была открытая насмешка, напоминающая мальчику точно такую же ситуацию, но только на первом курсе.       Северус замолчал и опустил взгляд в пол. Гарри заметил на уголках его глаз блеснувшую влагу и понял, что всё-таки перегнул палку.       — Если вы всё закончили, то покиньте мой кабинет, — холодно произнёс он, охватываемый чувством вины.       Юноша широкими шагами резко направился к двери и, схватив мантию с сумкой, быстро выбежал из помещения. Как только двери за ним закрылись, Гарри запустил руку в волосы и откинулся на спинку стула.       — Да что же я делаю? — тихо сказал он, смотря в никуда. — Эйлин, что же я творю?..