Красноглазый дьявол

Мы прыгали с ветки на ветку, следуя верхними путями. Прыгали молча, каждый, видимо, думал о своём. На фронте уже давно привыкли к этим бабахам со стороны Ивы и их двинутых взрывотехников, адептов гончарного искусства. На выдумки они были горазды, паучки, птицы, драконы, куклы… Говорят, самый сильный из их может даже деревья создать из глины, при её достаточном количестве, хорошенько замаскировать и потом подорвать. — Как думаешь, с ними всё в порядке? — Они наверняка сейчас дерутся с соперником, — вот только я не был уверен в своих словах. Взрывы утихли и либо наши победили, либо враги. — Связался с главным лагерем? — Да, они приказали разведать местность, в бой не вступать, команда будет… — Знать бы ещё через сколько. На новую поляну мы, наконец, прибыли. И я был поражён. Кратеры от взрывов буквально везде, выкорчеванные деревья, спаленная трава. Но больше всего меня поразил кратер в самом центре новой полянки. Он был диаметром метров двадцать, явно что-то большое бахнуло. Аи-сенсей использует элемент молнии, земляные техники, на основе которых и создаётся эта глина на ней так просто не сработают. Не стоит забывать и про Кена, что своими иллюзиями и меткими метаниями железок усложнил бы жизнь многим. И тем не менее всё что я обнаружил — жутко покорёженное тело шиноби Ивы, явно работа элемента молнии. Я на такое насмотрелся, как и на фирменную технику нашего сенсея — «Разрыв клинка молнии». Суть и проста и сложна одновременно — она протыкает врага катаной и высвобождает молнию в огромном количестве. В итоге внутренние органы, находящиеся рядом с местом пробития уничтожаются. Ужасная и мучительная смерть. — Это точно следы техники сенсея, — сказал Гон. — Ага. Вопрос в том, что произошло после схватки, явно их захватили. Изучим следы, Гон. Эх, и почему я не Хьюга? Мог бы быстро бьякуганом просмотреть местность во всех направлениях. Можно, правда, использовать шаринган — он способен подметить мельчайшие детали, жаль лишь в одном направлении, куда смотрит пользователь. Но тратить чакру, притом, что мы должны скоро сражаться? Да и ни к чему это, мы шиноби и искать следы нас учили. — Вот, — сказал Гон, запрыгнув на ветку дерева, — мох, отпечаток стопы. Думаю мужчина, рост сто семьдесят сантиметров. — Хм-м, рост Кена сто шестьдесят три, а Аи-сенсей носит сандалии на каблуках, а тут полная стопа. Направляются на запад. — Что будем делать? Я достал кунай и начертил стрелку в нужном направлении. Пока группа, которая должна нам помочь на связь не вышла, значит не вошла в зону действия. У текущих раций зона действия пять километров. Маловато. — Продолжаем преследование. Порядок стандарт. Постоянно зондируй местность. — Хай! Мы вернулись на верхние пути. Дерево за деревом, следы шиноби исчезли, зато появились ловушки. Ловушки от Ивы не отличались оригинальностью, по крайней мере, на своей Родине, как я слышал, они делают настоящие камнепады, на камни наносят взрывные печати и глину. Здесь же камням не с чего падать, так что они ограничились растяжками и взрывными печатями с ловчими сетями. Лес кончился и начался луг, усеянный травой. Травостой оказался по пояс. В таких местах очень любят ставить растяжки. — Внимание! — Гон подал сигнал, — ощущаю вражеских шиноби! Пятьдесят человек! У меня глаза на лоб полезли. Пятьдесят! И они смогли скрутить нашего сенсея, а ведь она спокойно разбиралась со средними джонинами. — Расстояние — сотня метров! Я запрыгнул на верхушку дерева и начал осматривать долину. Высокий травостой, а за ним расположился небольшой лагерь Ивы. Лагерь Ивы состоял из каменной стены. И это правда, они все лагеря так строили. Стихия земли им в этом помогала. В самом лагере расположились каменные строения, заменяющие палатки у нас. В центре было расположен огромное строение. — Ну как? — рядом со мной стал Гон. — Ничего себе. — Да, окопались они знатно! Думаю, группы, что нам послали, может не хватить, если они слали стандартную команду. — Это правда, хотя если бы они послали кого-то сильн… Патруль! Смотри! — он указал рукой на группу шиноби, что вышла из лагеря. Джонин и три чунина. — Что делаем? — Разведаем местность, патрулирующих не трогаем, разве что… Я спрыгнул по ниже и распечатал клона. Клон пусть последит за ними, как только что узнает об Аи и Кене — развеется и сообщит таким образом мне. — Карусель-2, — я связался с Гоном, он ответил. Значит связь не глушат, но рацию с Аи и Кена сняли. Дав ему указания, мы разбежались в разные стороны, огибая лагерь. — С южного направления постоянно дежурят шесть дозорных, приём! — сказал Гон. — Ловушки. Стандарт — взрывные печати, печати оповещения. Обезвредить, приём? — Принято, столько же с северного. Ловушки не трогать, собираемся в нашей точке… — Хай! Спустя десять минут мы стояли у дерева. Меня пронзили воспоминания клона. Он собрал сведения. В общем Аи-сенсей и Кен в этом лагере. Лагерем командует джонин, взрывотехник Ивы, из тех, что используют глину. — Так… — Карусель-1, с вами на связи Пёс-0, — заговорил голос Хьюга Аори. Наконец-то они в зоне действия. — Слушаю вас, Пёс-0. — Доложите ситуацию… — Лагерь шиноби Ивы, численность — пятьдесят, вокруг ловушки, местность открытая, травостой по пояс. Четыре шиноби вышли на патруль. Подтверждено нахождение в плену Карусель-0 и Карусель-4. — Принято! Мы нашли четверых шиноби Ивы, патрулирующих зону… Будем атаковать. В бой с лагерем не вступайте… — Понял, конец связи, — ответил я. — Ты куда? — спросил я у поднявшегося Гона. — Надо спасти Аи-сенсей. — Стой, пока нельзя, надо подождать подкрепление. — Но они же не успеют! — сказал довольно громко Гон. — Тихо! — я на него шикнул, — уймись, я так же хочу спасти Аи-сенсей и Кена, но если пойдём наобум — потеряем свои жизни просто так. — Тогда я хотя бы ловушки обезврежу… — И это нельзя, если мы начнём обезвреживать ловушки, а патруль найдёт их затем — то они поймут, что что-то не так. — Но что-то то мы можем сделать! — Да, — кивнул я, — заткнуться и ждать. Аори-сан разберётся с тем патрулём и присоединится к нам, хотя даже так я бы не согласился штурмовать лагерь, уж больно их там много на шестерых. — Тц… — Гон сел на землю.

***

Сражение команды Аори Хьюга против Ивовцев стихло. — Это Пёс-1, — сообщил мне голос Асуро в динамик. — Слушаю вас, Пёс-1. — Пёс-0 получила ранения и сейчас без сознания, нам придётся продолжить миссию без неё. Я отведу её в лагерь. Пёс-2 и Пёс-3 прибудут к вам на помощь. — Издеваешься? Нас всего четверо будет! И это помощь? — Я не могу, фактически, слепого человека привести с нами; Карусель-2! — Но…! — Я всё сказал! — Чёртов Сарутоби, — сказал Гон. Энсуй и Цуме прибудут сюда, но Асуро… По-хорошему нам бы свернуть миссию. Не вижу я вариантов… Не вижу. Добавим к этому ещё и то, что я остаюсь единственным чунином, среди трёх генинов. Спустя ещё двадцать минут Цуме и Энсуй, наконец, дошли до нас. — Энсуй, — сказал я члену клана Нара, — нам нужен план. Есть предложения? — Для начала я хотел бы услышать твои, капитан. — Вот что я придумал… По периметру лагеря находятся ловушки, преимущественно растяжки и сигнальные печати. С сигнальными печатями мы не справимся, но вот другие мы можем снять. Атаковать надо завтра на рассвете. Мы идём с востока, Солнце будет слепить наших врагов. — В целом, здраво, — сказал Нара, — я дополню лишь техники, какими мы будем пользоваться. Первое — я использую теневой захват и подражание, далее — Гон и Цуме уничтожат как можно больше врагов, Сеиджи — ты прикрываешь нас всех, обозреваешь поле боя шаринганом. В первую очередь надо будет снять часовых. Что по ним? — Шесть на южном направлении и шесть на северном. — Нападём с северо-востока на рассвете, — сказал Нара, — сейчас я бы рекомендовал тебе, капитан, и Гону, как разведывавшим местность, обезвредить ловушки. — В этом нет необходимости, — сказал я, выбрасывая сюрикены-клоны, — обезвредить ловушки по-тихому, — приказал я им. — Удобно, — восхитилась Цуме. — Затратно… — Так, и ещё — надо подготовить пути отхода, этим мы и займёмся. Пути отхода — установка уже наших ловушек, известных только нам, нападающим. Мы их обойдём, а вот враг сядет в лужу. Ночь выдалась трудной, Гон вообще не спал, я же не мог уснуть и по вполне понятной причине — женские крики, явное сексуальное насилие. О том, что там происходит, знали все. Гон в ярости сжал зубы, я сам горел пойти и всех их убить. К нам должны были прийти силы подмоги лишь к обеду, часть шиноби Ивы решило под конец подгадить командованию, со стороны главного лагеря были слышны большие взрывы, даже земля тряслась. Вот и рассвет. Первый луч Солнца показался из-за горизонта. Клоны выбили все ловушки, мы подготовили пути отхода. Атака лагеря в сорок шесть шиноби силами четырёх, трёх генинов и одного чунина? Ни разу не смешно. Но мы подготовились, проанализировали пути дозорных, смены. Вообще никто велосипед не изобретал и дежурили они посменно, меняясь раз в шесть часов. Наша атака была запланирована на пять часов утра, смена ещё не пришла, а текущая уже спит. Энсуй запрыгнул на каменную стену и сложил печать. Вообще, их техника — лютый чит в умелых руках. Шесть шиноби парализовало. — НАС… — договорить он не успел. Лишённые возможности двигаться, от кунаев далеко не убежишь. Начинаем. Мы спрыгнули со стены и спокойно пошли меж каменных строений. Зайти в строение, перерезать глотку противнику и уйти к следующей. Таким способом, я убил пятерых шиноби. ВЗРЫВ! В одном из «домов» раздался взрыв, выбежали на улицу все и мы, и шиноби Ивы. Я увидел страшную картину — Гону взрывом оторвало руку. — Энсуй, Цуме, прикройте! — прокричал я, высвобождая всех клонов, сам я побежал к Гону. — УБИТЬ ИХ ВСЕХ! — сказал кто-то из шиноби Ивы. На нас накинулись. Из сорока шести шиноби я успел насчитать тридцать два. Раз по-тихому не выйдет, будет громко. Но Гон… Он потерял руку, хотя в том взрыве можно было и жизнь потерять. Мысль о том, что друг мог потерять жизнь — придала сил, я подбежал к нему и начал лечение. — Он ирьенин! Убейте его в первую очередь! Остановить кровь и быстро перебинтовать обрубок. — Гон! ГОН! — я дал ему пощёчину, оглушение, не только руку потерял, — приди в себя! Чёрт! Наконец, его взгляд прояснился. — Встать сможешь? — Могу сражаться, — он взял в единственную присутствующую руку кунай. — УМРИ, ИРЬЕНИН! — закричал джонин, прорвавшись ко мне за спину и занеся свой меч. — Заткнись! — я резко развернулся, распечатав меч и снёс ему голову. — Хицуга! — Цуме начала свою атаку, шиноби, по которым попала её атака, воспламенились. — Взрывная глина! — Энсуй показал мне на огромного шиноби с подсумком, в котором лежала взрывная глина. Что делать? Мы потеряли импульс атаки. А там, в центральном доме, должен быть Кен и Аи. Решение пришло. — Цуме, ты с Гоном прорывайтесь в центральное здание, найдите Аи-сенсей и Кена, освободите их и уходите. Мы с Энсуем их подержим чуток. — Сеи… — ИНУЗУКА ЦУМЕ! Я чунин! Выполняй приказ! — ХАЙ! — она гневно зыркнула на меня, её пёс только гавкнул. — Энсуй, теневое подражание. Они быстро смекнули что к чему, и начали отпрыгивать от теней, уходить подальше. — Энсуй, одну тень держи рядом с Цуме и Гоном… — Тц, раскомандовался. Тень будет создавать угрозу. В Энсуя полетели птички из глины, но я подрезал им крылышки своим мечом с чакрой молнии. — Ты «Меч Грома», — сказал шиноби. Я промолчал. Три моих оставшихся клона подбежали к нам с Энсуем, я бросил дымовую шашку. Из дыма вылетело трое шиноби. Я и два клона, вот только определить они это не могли, нас прикрывала тень Энсуя и один клон прикрывал самого Энсуя. Не желающие попасть в парализующую технику шиноби — нервничали. Шаринган читает движения. А движения, совершённые под давлением — наполнены ошибками, что мне и помогало сократить численность шиноби. Из штаба лагеря выбежали Гон и Цуме, они тащили Аи-сенсей и Кена. Кен был без сознания, Аи на всех смотрела затуманенным взглядом, одежда на ней была порвана. — Энсуй, — я почувствовал, что один из моих атакующих клонов исчез, — отступаем! — Давно пора! — отозвался он. — Это моя добыча, схватить их! — проорал подрывник. Чёрт! Тут мины, свою оплошность я понял слишком поздно, меня откинуло взрывом. Остальные сориентировались быстро и прыгнули на крыши, там мин не было. Энсуй остановился и использовал на мне теневое подражание. — Добить его! — надо мной появилось трое шиноби. Я всё ещё контужен, но тут Энсуй возобновил бег и моё тело побежало. Постепенно последствия взрыва начали проходить. Мы подобрались к выходу из лагеря, который они закрыли камнем. — Расенган! — применил технику мой последний клон, истратив на неё последнюю чакру. Камень разнесло и мы продолжили путь. Я оказался сзади, прикрывая отход. В процессе сражения я не чурался отправлять противников в иллюзию и любых грязных приёмов. Чакра таяла. — Ай! — сюрикен попал в ногу Цуме. — ГАВ! — Куромару попытался тащить свою хозяйку, и успешно бы справился, но вот двоих он не выдержит. Аи-сенсей очнулась и осмотрела нас, её взгляд приобрёл осмысленность, затем она ничего не говоря, начала атаку, выхватив кунай у Цуме. — БЕГИТЕ! — прокричала она бросаясь в атаку на шиноби Ивы. ЧЁРТ! Ещё двадцать шиноби… Не время ни сдаваться ни экономить чакру. Я пустил чакру в чакро-каналы, и начал атаку вместе с сенсеем. — Гон, Энсуй, Цуме — уходите, — сказал я. И что я делаю? Почему я это делаю? Что за альтруизм? Почему, я разрезал горло первому шиноби Ивы, согласен отдать здесь свою жизнь? Я же… Шиноби сзади убила сенсей. — И ты тоже уходи, Сеиджи! — сказала она. — Не могу… Сенсей… Меня что-то держит здесь, — сказал я, наблюдая за тем, как скрылись спины Цуме и Энсуя. — И не только его, — заявил Гон. — М-мы ср-сразимся! — вставил Кен. — Я приказала вам убегать! — Плевали мы на приказы, Аи-сенсей, — сказал Гон, взяв в свою единственную руку кунай. Я и не знаю, что говорить? Я на столько привязался к ним? Почему я хочу остаться здесь с ними? Что меня связывает с ними? Дружба? В голове каскадом пронеслись наши совместные воспоминания, сколько раз я спасал их, сколько они меня. Наши походы на горячие источники, миссии, тренировки. Мы атаковали. Это была безжалостная рубка. Аи-сенсей, я и Гон, мы не сговариваясь врубились в ряды врагов, Кен прикрывал нас железом. — Как же вы меня достали! — получите! Он нашпиговал Гона иглами из глины и взорвал! — ГОО-ООН! — слитный крик меня, Аи и Кена раздался над поляной. Не может быть… — А-А-А-А! — сзади раздался крик уже Кена! Я оглянулся, он отпрыгнул от вылазящих шиноби камня из-под земли. Он отбил одну атаку, я метнул сюрикены с кунаями и отбил ещё две, но последний шиноби зашёл со стороны его слепого пятна, отреагировать никто из нас не успел, ему подрезали икры, Кен упал… Один из шиноби Камня подошёл к нему. Прекратите! Одним ударом он вогнал кунай ему в голову. — ПРЕКРАТИТЕ! — закричал я, но это ничего не изменило. Я ОТОМЩУ! Я кинулся на шиноби Ивы и это стало моей ошибкой, взрыв раздался за моей спиной. Я обернулся… Аи-сенсей… Она приняла на себя удар шиноби-подрывника… Я осмотрел её раны. Человек с такими ранами не жилец. — Почему? — спросил я недоумённо у Аи-сенсей, мозг проанализировал ситуацию, пока меня атаковали — она могла бы пробиться, уйти, спастись! — Кха… — она схаркнула кровь, — потому что, — она подошла ко мне вплотную. На миг её губы коснулись моих, она отстранилась и упала на спину. Я не мог понять, что со мной. Чувство потери, потери невероятно ценного… Я потерял Аи-сенсей, потерял из-за своей глупости, слабости… — АА-ААА-ААА! — раздался мой крик ужаса и боли. Моя ошибка, она умерла из-за неё! Я. ЕЁ. УБИЛ. Своей глупостью, ограниченностью, слабостью. Аи-сенсей… Она любила меня? С самой первой миссии? Взгляда? Я посмотрел на шиноби Ивы. Они почему-то стояли и не нападали. — УБЬЮ! — сказал я. — ВСЕХ ВАС Я УБЬЮ! — Он… — шиноби попятились, кто-то перехватил оружие покрепче. — Его глаза! Что с ними?! Меня распирало от боли. Гон, Кен, Аи. Они все погибли в один момент, я видел смерть многих, но смерть дорогих людей, она резала меня. Я убил многих, мне даже было плевать на дорогих людей тех, кого я убил, но теперь… Мне просто невероятно больно. Боль! Чтобы хоть как-то заглушить её — я обязан отомстить! Всех убить! Моё сознание затопила ненависть ко всем и осознание. Оно пришло из ниоткуда и говорило, говорило и говорило… Оно рассказывало. Левый глаз кольнуло. — ЖИЗНЬ ИЛИ СМЕРТЬ? — спросил я. Меня атаковали… Смерть! Я их всех убью, я прыгнул вверх, увернувшись от всех атак. Удивительно, я видел всё, моё восприятие скакнуло. Холодный рассудок был задвинут на задний план… Осознание, я знал или думал, что знаю, как их убить. — Сору, но Даншу! — атмосфера похолодела. — Э-Э-Э? Что это?! — Кошмар! — закричал один из шиноби. Территория вокруг пропиталась аурой ужаса и отчаянья. — Это иллюзия? Развейся! Кай! — Кай! — Кай! — Кай! Перед ними стоял демон из сказок. Ужаснейший демон, жрущий людские души. — ЖИЗНЬ ИЛИ СМЕРТЬ? — спросило существо… — Бежим!!! — Валим! Все, кто испугался уже хотели уйти, но… Из них потянулась розовая субстанция… — Что это? — спросил джонин. — Оно идёт из наших тел! Это чакра? — Нет, нечто иное! Розовая субстанция стремилась к демону, наконец он взял её в руки и потянул на себя, вырывая её из тел шиноби. Те, чьи субстанции он забрал — умерли тотчас… — Что это за способности? — Он демон! Дьявол! — существо начало шагать, когда наконец прибыло подкрепление из Ивы. — Кто это? Учиха? — спросил командир подкрепления. — Это… Демон, — только и могли ему ответить. — Сору, но Даншу! — я произнёс… Мой правый глаз резнуло и от меня оторвались облачки, они проплыли в сторону травы, земли и исчезли в них, впитавшись. — Земля, земля! — сказал огромный рот. — Трава, трава! — Цветы, цветы! — ЧТО ЭТО ЗА ТЕХНИКА? — Мангёке Шаринган! Меня опять атаковали, но земля обратилась в пики, проткнув атакующих. — Чёрт! Взрыв! — на меня направилась огромная птица-бомба, секунда и меня накрыла земля, защищая от взрыва. Взрыв разорвал мой щит в виде земли и отшвырнул меня на пару метров, так же он повредил моё тело осколками. — За попытку убийства создателя — смерть! — сама земля обратилась против людей из Ивагакуре. Трава попыталась связать шиноби ноги, это не слишком их задержало, но земля — создала пики, которые проткнули врагов… Наконец, все были мертвы… Я упал на колени. Из глаз текли слёзы… Но они ничего не изменят. — Кен, Гон, Аи-сенсей… Покойтесь с миром, — сил не осталось, я отрубился.

***

POV Цуме Инузука. Тупой, тупой, тупой! Сеиджи Учиха! С самой Академии он был лучше её во всём: в практике, в теории. Мальчик-гений. Цуме всегда хотела поставить его на место, но всегда проигрывала. Наивное детство закончилось. Начались суровые будни шиноби. Они живут не в самое лучшее время. Кровавая война, что началась с уничтожения клана её подруги — Кушины, собрала приличный урожай. Она тоже повоевала в составе своей команды. В команду она попала вместе с Энсуем Нара и Асурой Сарутоби. Лентяй и сынок Хокаге. Цуме сразу невзлюбила Асуро, не так как в Академии, проявляя соперничество с Сеиджи, а как идиота. Он был большим занудой. Выполняя миссии уже тринадцатилетняя Цуме начала думать о том, что смотрит на Сеиджи, не только как на друга. Цуме всегда была пробивной и прямой, она хотела сотни раз поговорить о теме некоторых отношений с самим Сеиджи, делала ему намёки, по крайней мере её взрывной характер указывал ей, что это именно намёки. Но тупой Сеиджи оставался к ней глух! Всегда снисходительно улыбался, отшучивался и уходил… И теперь этот идиот решил погибнуть! Цуме хотела помочь, честно хотела, но Энсуй связал её тенью и они ушли. Встретившись с группой Конохи, что была послана уничтожить лагерь. Они объединились и уже пошли обратно. Картина заставила ужаснуться — на поляне лежали трупы — шиноби Ивы, на лицах которых застыл испуг, а некоторые были насажены на пики. Трупы Аи и Кена… Тело Гона так и не нашли. И Сеиджи! С ужасными чувствами Цуме подбежала к Сеиджи и… — Он жив! — сказала она. — Дайте сюда, — скомандовал ирьенин. — Хм-м-м… Раны, пару сломанных рёбер, растяжение некоторых мышц, на свет реагирует. Состояние стабильное, без сознания, но вскоре придёт в себя… Цуме вздохнула с облегчением… Он жив. End POV Инузука Цуме.