Crossed Badlands Крещеные на выпускном

      Григорий и Ливия затащили Марию на второй этаж. За ними спешила Юлия с Мирославой. Впереди Вадим. Он указал на левую комнату и ломанулся туда. Но там оказался лишь длинный стол со скамьями, пара шкафов и топчан. - Твою мать, тут же лестница раньше была! – парень схватился за голову, – заколотили что ли мрази?! - Заебись, и куда дальше! – Григорий сильно занервничал и поудобнее взял винтовку, стараясь не уронить Марию, которая опиралась на его плечо, – этот пидор за нами гонится, куда валить то! - Да я думаю! – Вадим начал метаться по комнате, затем подскочил к окну. Но тут дверь позади них с грохотом распахнулась, и в помещение ворвался Пупков. Грязный и перепачканный кровью, лицо искажено злобой, борода взъерошена, в руках ружье. - Блять! – Григорий отскочил в сторону от Марии и попытался прицелиться. - А ну брось оружие! – крикнул на него сектант, уже наставив дуло, – и ты тоже, ведьма колченогая! Язычница проклятая! – он перевел ствол на Марию. - Хорошо! Только не стреляйте ни в кого! - Девушка послушно повиновалась и разжала руку. Пистолет полетел на пол, гулко стукнувшись о доски. - Блядь, да ебаны в рот, – с досадой пробурчал Григорий, кладя винтовку на пол. - А теперь все к стене! – сквозь зубы процедил Пупков, не сводя глаз со своих пленников. Григорий растерянно осмотрелся по сторонам, надеясь придумать какой-то план или найти какую-то идею в глазах своих товарищей. Но те лишь обреченно попятились к стене, как повелел сектант. Юлия хотела было дернуться, однако Мария взяла ее за руку и поволокла за собой. Даже Вадим не решился что-то предпринять. Григорий сплюнул на пол и побрел к стене. - Вы мрази безбожные, твари мерзкие! – чуть не плача проорал Пупков, с силой сжимая оружие, – вы принесли чуму зверя в нашу общину! Вы погубили столько агнцев божьих! Вся эта кровь на вас! Вы не заслуживаете жить! Он направил ружье на Григория. Только теперь тот понял, что сейчас его жизнь может оборваться. А выхода не было. Бежать? Успеть пригнуться? Спрятаться куда-нибудь? Все это казалось глупым. Не успеет. Коленки затряслись, по лбу покатилась капля пота. От вида черного дула делалось не хорошо. Пупков, чье лицо исказилось от гнева, нажал на спусковой крючок. Раздался сухой щелчок. Сектант удивленно глянул на ружье, затем попробовал выстрелить еще раз. Но оружие снова не сработало. Григорий догадался – у него кончились патроны. Это шанс! Он бросился к своей винтовке, которая валялась на полу. Но наперерез уже летел Пупков. Он перехватил Григория за руку. Парень ударил сектанта кулаком в лицо. Еще раз. Боднул лбом. Но Пупков остался на ногах. В следующий миг тот саданул Григория в голову. Пространство поплыло, в глазах потемнело. По щеке потекло что-то горячее. Парень заметил, как ему на помощь кинулся Вадим, но Пупков ударил его ногой в живот и быстро отправил его на пол мощным хуком. - Юля стой! Не лезь! – сзади послышался испуганный вопль Марии. Не соображая, Григорий ринулся на бородача. Попытался ударить и даже вроде задел. Однако уже в следующий миг сильнейшая боль разорвала челюсть. Ноги подкосились, и парень рухнул на спину. Что-то тяжелое тут же навалилось сверху. Григорий успел закрыть руками голову, прежде чем на него посыпались удары. Но внезапно все прекратилось. Раздались громкие вопли девушек, наполненные животным ужасом. Кое-как Григорий разлепил глаза. На нем сидел Пупков и выгибал спину. Он расставил руки, скрючив пальцы. Его лицо исказилось от боли. Позади стояла черная тень. Присмотревшись, парень узнал Валентина. Тот выдернул окровавленный нож из спины сектанта и отошел на пару шагов назад. Пупков закричал и завалился на бок. Кое-как Григорий отполз и поднялся на ноги. А Валентин зловеще навис над бородачом, под которым начала растекаться лужа крови. - А я ведь сказал, что еще разберусь с тобой! Пупков, стеная от боли, из последних сил резко потянулся к нему. Но Валентин шустро отпрыгнул назад и резанул сектанта по руке. Тот снова закричал, прижимая к груди раненую конечность. А парень со всей силы ударил его ногой в висок. - Ах ты пидорас ебаный! Соси хуй, быдло! Григорий, немного придя в себя, понял, что с секунды на секунду сюда нагрянут крещеные. А значит надо бежать, да поживее. - А ну хорош, хватит! – он кинулся к Валентину и схватил его за руку, – валить надо! Ща эти пидоры зараженные приебутся! - Точно, оставь его! – к ним подскочил поднявшийся на ноги Вадим, – пора бежать! Валентин перевел взгляд с одного на другого, но затем кивнул и опустил нож. Григорий же осмотрел собравшихся. У стены стояли перепуганные девушки, лишь только Юлия как всегда непонимающее глядела широко раскрытыми глазами. У входной двери он заметил мнувшегося толстяка, которого, кажется, звали Борисом. Лежащий на полу Пупков начал дергаться, из его рта полилась пена. Но помогать сектанту у молодого человека не было никакого желания. Наконец он увидел валяющуюся рядом винтовку и поспешил поднять оружие. - Стволы хватайте и валим! Никто не решился спорить. Валентин подхватил пистолет и сразу протянул его Марии, которая на миг замерла, но все же взяла оружие. Юлия с Ливией взяли под руки Карину. Все вместе они побежали к выходу. А на улице уже со всех стороны слышалось визжание и блеяние зараженных. У главных ворот над зданиями бушевал пожар, в небо вздымались гигантские толстые столбы черного дыма.  Молодые люди решили не медлить и рванули в противоположную сторону, где должна была быть стоянка. Кто-то оглушительно захохотал сбоку. Из-за избы выскочила женщина с растрепанными волосами и крестом из язв на лице. Она вскинула обрез и выстрелила. Раздался оглушительный грохот. Мирослава споткнулась и завалилась наземь, истошно заорав. Из ее ног брызнули потоки крови. Григорий резко припал на колено, прицелился и нажал на спуск. Пуля раздробила голову крещеной, выбив красный фонтан. Тварь завалилась на спину и затряслась, не переставая хохотать до последнего. А истеричные крики и смех все приближались и приближались. Григорий испуганно осмотрелся. Сзади и с боков из переулков, из-за домов и заборчиков показались крещеные. Еще секунда, и они разорвут всех на части. - Бежим! – во все горло заорал Григорий и помчался вперед, что есть силы. - А как же… - он услышал испуганный голос Ливии, но тут ее перебил Вадим, – Валим! Валим отсюда! Григорий заметил, как Юлия подняла на руки Марию и помчалась быстрее всех. Карина тоже пришла в себя и старалась от них не отставать. Рядом мчался Валентин, за которым неуклюже скакал Борис. Вадим с Ливией бежали в конце. Парень оглянулся назад и встретился взглядом с перепуганной и заплаканной Мирославой, чье лицо кривилось от боли. Она пыталась ползти, кричала и извивалась. Однако на нее навалились сразу несколько крещеных. Начали бить, колоть чем-то острым, срывать одежду. В стороны полетели куски ткани и кровь. Сектантка истошно завопила. А Григорий, не в силах на это смотреть, побежал вслед за остальными, мысленно надеясь, что жертва Мирославы выиграет им хотя бы пару секунд. Вадим вел их сквозь грязные улочки меж неказистых домов, обещая, что осталось немного. Но его голос тонул в воплях зараженных, которые, казалось, раздаются со всех сторон. Внезапно из-за очередной избы выскочил крещеный с плешью и длинными грязными волосами. Истошно хохоча, он бросился на выживших. В его руках была заостренная палка. Григорий, едва не споткнувшись, попытался поудобнее перехватить винтовку, но от волнения выронил ее из рук. Валентин успел отскочить в сторону. А тварь со всего маху воткнула заостренный кол в живот Ливии. Девушка удивленно раскрыла рот и выпучила глаза. По ее одежде начало расползаться красное пятно. А сверху с крыши спрыгнул еще один крещеный с молотком и саданул Ливии по затылку. Та рухнула без движений. Карина в ужасе закричала. Григорий, наконец, подобрал ружье, Он увидел, как Мария, не отпуская шею Юлии, свободной рукой вытянула пистолет и выстрелила. Пуля размозжила голову крещеному с молотком. А второй успел кинуться на Григория, блея и вереща. Парень попытался ударить его прикладом, но тварь схватилась за цевье. Тварь попробовала выдернуть оружие, но Григорий не уступал. Он боялся, что зараженный плюнет в него, поэтому постоянно уклонялся из стороны в сторону. Но тут сзади подскочил Валентин и всадил крещеному нож в шею. В ту же секунду парень отпустил рукоять и отпрянул назад. - Кровь не попала? – взволнованно спросила Мария. - Да нет вроде, порядок – Валентин брезгливо уставился на торчащий из дохлого зараженного клинок. А Григорий не мог оторвать взгляда от искаженного безумной радостью лица зараженного, которое не изменилось, даже когда изо рта хлынула кровь, а в глазах пропал блеск. Он отпихнул тело в сторону, а сам глянул на Ливию. Девушка лежала без движения. Не было похоже, чтобы она дышала. - Она мертва! – с досадой процедил Григорий, сплюнув наземь, - бежим вперед, пока новые не нагрянули! Под крики, плач и ругань молодые люди помчались дальше. А вопли крещеных все нарастали. Наконец, за очередным поворотом открылась небольшая полянка, на которой стояли несколько автобусов и грузовиков под навесом. Сзади тянулся забор, а за ним раскинулся лес. Среди машин Григорий заметил несколько фигур. Выматеревшись, молодой человек остановился и вскинул винтовку. Но тут он узнал полицейского, учительницу и кореша Тимофея, Дениса. Парень облегченно выдохнул и побежал к ним вместе с остальными. - Отлично, вы все здесь! – Елена Жанаевна тут же кинулась к ним, принявшись удивленно переводить глаза с одного на другого, но затем ее лицо переменилось на взволнованное, – а где Вячеслав? - Погиб! – тут же ответил Валентин, и, глянув на Бориса, хлопнул его по животу тыльной стороной ладони, – да, погиб! - Стойте! – вдруг закричала Мария, – где Тимофей? Он с вами? - Нет… - учительница испуганно замотала головой. - Вон там, смотрите! – вдруг заорал Денис, указывая пальцем за спину остальным. Григорий обернулся и увидел парня, перемазанного грязью и кровью, который бежал в их сторону. Позади мчались несколько крещеных, радостно улюлюкая и вопя. С трудом он узнал в нем Тимофея. На изможденном лице красовалась глубокая царапина, из которой сочилась кровь. Тимофей то и дело спотыкался, еле-еле удерживаясь на ногах. Зараженные бросали в него бутылки и заостренные палки. Короткостриженый мужик с крестом из язв, истошно вопя, швырнул камень в убегающего и попал ему в спину. Тимофей скривился от боли, не смог устоять и рухнул на колени. Он обреченно вскинул руки вверх и запрокинул голову в беззвучном крике. Зараженные уже почти настигли его. Григорий быстро приставил приклад к плечу, прицелился и выстрелил. Пуля угодила в грудь крещеному, метнувшего камень. Тот рухнул на землю, не переставая хохотать. Рядом послышались выстрелы. Николай и еще один сектант с ружьем принялись палить по зараженным. Во все стороны полетела кровь и куски плоты. Голова бешеной блондинки раскололась, кровь обильно залила лицо, но та все равно продолжила бежать вперед. Ее хохот сменился хрипом и бульканьем. Но следующий выстрел в сердце отправил ее наземь. Последнего крещеного сержант Ростокин уложил выстрелом в шею. Тимофей из последних сил пытался ползти. - Быстрее, помогите ему! – приказал Николай, а затем посмотрел на большой грузовик с крытым кунгом, – а остальные живо грузитесь! Валим отсюда! Александр с Григорием подбежали к Тимофею и потащили его к Уралу. Остальные спешно принялись лезть в кузов. Юлия подняла возмущенно вскрикнувшую Марию на руки и передала бородатому сектанту, который помог усадить ее внутри. Блондинка залезла следом и втащила раненого Тимофея. Валентин полез в кузов, окинув последний раз взглядом оставшуюся за спиной деревню. Он увидел горящую сектантскую церковь, над которой вздымался столб густого черного пламени. По крыше плясало пламя. Вскоре она обвалилась и строение потеряло опору, сложившись внутрь себя. Очевидно все, кто был внутри, в том числе и Полина и Вячеслав оказались погребены под горящими обломками. «А надо было бежать с нами!»  - мрачно подумал про себя Валентин, залезая в грузовик. Елена Жанаевна села на пассажирское сидение рядом с Николаем. Едва Сержант разместился в кресле, как понял, что в зажигании нет ключей. Он с надеждой заглянул под солнцезащитный козырек, но там было пусто. По спине побежал холодок. Неужели они не смогут уехать? Ростокин судорожно попытался вспомнить, как нужно соединить проводки, чтобы завести машину, но он понимал, что не справится. - Вот, держи! – внезапно учительница протянула ему ключи, которые нашла в бардачке. Сержант облегченно выдохнул и завел машину. Мотор громко взревел, и Урал тронулся с места. Николай надавил на газ, чтобы разогнаться. Он снес деревянные ворота и выехал на грунтовку. Но стоило им немного отъехать, как сзади раздался задорный рокот мотоцикла. В это время в кузове выжившие тоже услышали звук преследующего байка. Григорий поудобнее взял винтовку, но не рискнул встать со своего места. Мария проверила пистолет и выругалась: - Бля, последний патрон остался! Валентин постарался пригнуться, почти вжался в пол. Ближе к кабине на полу лежал Тимофей, который лишь тяжело дышал, не в силах пошевелиться. Бородатый сектант подошел к краю, отодвинул брезент и выглянул наружу. - Господи, помоги нам, Дух Святой! – прокричал бородач и приставил ружье к плечу. Но тут раздался громкий треск, перекрывающий звуки мотора. Что-то со свистом прорвало ткань кунга, оставив россыпь маленьких дырочек, сквозь которые проходили лучи света. Сектант сдавленно вскрикнул. Из его спины вырвалось несколько кровавых фонтанов. Красные пятна быстро расползались по одежде. Он выронил оружие, рухнул на колени. А в следующий миг мужчина выпал из грузовика. Все тут же попадали на пол с воплями и матюгами. Громче всех завизжала Анастасия, которая навалилась на свою подругу. Алиса тут же влепила ей пощечину: - Заткнись дура! Слезь с меня! Слезь! Григорий прикрыл голову руками и тоже вжался в дно кузова. Сквозь прорезь в ткани он увидел мчащийся следом за ними мотоцикл. За рулем сидел голый человек в шлеме с черным стеклом. Позади пристроился лысый крещеный в белой майке с безумной улыбкой, в руках которого был ПП-91 Кедр. Вадим подскочил с места и кинулся к валяющемуся ружью. Но тут раздалась очередная очередь, высекая искры из бортов и прорезая брезент. Парень громко закричал и мешком завалился вперед. Из шеи и спины хлынула кровь. Тело несколько раз дернулось, прежде чем затихнуть. Больше никто не смел поднимать голову. А сержант Ростокин пытался вилять из стороны в сторону, то и дело пригибаясь, когда в зеркале виднелись вспышки выстрелов. Елена Жанаевна жалась вниз как можно сильнее, почти сползла с кресла, стараясь прикрываться руками. Преследователи попытались заехать слева и пойти на обгон. Николай крутанул руль, не давая им проехать. Тогда крещеные ушли вправо. Но Урал уже набрал большую скорость, поэтому сержант не рискнул больше вилять, боясь, что машину поведет, и они перевернуться. - Пригнись! – крикнул он учительнице. И тут в правом окне он увидел безумную рожу, покрытую крестом из язв. Еще немного, и тварь поравняется с ними. - Блять! – Николай чувствовал, как страх сковывает его тело, – Лена пригнись! Они у окна уже! - Ааааа! Пошли нахер уроды! –  громко завопила учительница, и неожиданно для сержанта кинулась к двери и резко распахнула ее. Но дверь уперлась во что-то твердое и тяжелое. Голова крещеного исчезла из окна. Елена Жанаевна приподнялась, выглядывая наружу. Она увидела, как мотоцикл съехал с дороги и влетел в дерево. Визжащих крещеных выкинуло из седла. Но больше учительница ничего не смогла разглядеть. Грузовик на полной скорости помчался дальше. Наконец, Елена Жанаевна откинулась в кресле, опираясь руками за ручку на торпедо. Она запрокинула голову, облегченно выдыхая. Хотя тело все еще била мелкая дрожь, а лоб и спина промокли от пота. Учительница осторожно глянула в зеркало, и лишь убедившись, что их никто не преследует, постаралась немного успокоиться. Она покосилась на рядом сидящего Николая, чье лицо побелело от напряжения. Сержант с силой вцепился в руль и не моргая глядел на дорогу. Елена решила ничего не говорить, мысленно радуясь, что им удалось вырваться. Она лишь надеялась, что теперь смогут найти хотя бы чуть более безопасное место.

***

      Надежда Александровна шла по узким улочкам, на ее военные ботинки комьями налипала грязь. Она на ходу не переставала ласкать свою пышную грудь, с вожделением осматриваясь по сторонам. Некоторые хаты пылали огнем, выбрасывая в небо густые клубы дыма. Между ними то и дело валялись мертвые изувеченные тела. В одном из огородов леди Сиська заметила толпу крещеных, которые схватили двух женщин: помоложе и постарше. Очевидно, это были мать с дочерью. Зараженные, вопя и хохоча, сорвали с рыдающих пленниц одежду, кинули на землю.  Твари тут же начали насиловать их. На женщину постарше навалился мускулистый крещеный с оторванным ухом. Второй зажимал ей нос и пытался вставить в рот. Ту, что помоложе, поставили на четвереньки. Пока молодой зараженный в оборванном костюме пристраивался сзади, еще один пытался пролезть снизу, а лысеющий толстяк облизывал ей лицо. Очень скоро обе женщины перестали рыдать и начали безумно хохотать. Их лица покрыли красные кресты из язв, и они резво влились в оргию. Надежда Александровна довольно ухмыльнулась, глядя на эту картину и поглаживая себя между ног, а затем двинулась дальше. Спустя два квартала она увидела, как несколько крещеных вытаскивали на улицу целую семью. Мужчину повалили в грязь. Один из зараженных бодро лупил его топором по голове, пока второй стягивал штаны. Пожилую женщину двое резво начали колоть ножами в живот. Она визжала и извивалась, рухнула на колени. А молодой крещеный, ехидно посмеиваясь, спустил штаны и помочился ей на лицо. На паренька, с только начавшими проклевываться усами, накинулась одноглазая зараженная. Она стала облизывать его лицо, кусать, вырывая куски плоти, страстно целовать в губы. Очень скоро тот обратился. Лоб, щеки, нос и подбородок покрыли красные язвы, образующие крест. А одноглазая схватила юного сектанта за шиворот и бросила прямо на его маленькую сестру, которая жалась у крыльца. Леди Сиська присвистнула от такой картины, но решила долго не засматриваться. Уже за поворотом она заметила Наталью, которая гоняла сектантов грифом для штанги. Женщина в возрасте попыталась убежать, но крещеная врезала ей по колену. Раздался хруст. Нога неестественно вывернулась, наружу вылезла кость. Женщина с дикими криками рухнула наземь, а Наталья еще раз ударила ее по голове. На помощь к сектантке кинулся лысоватый мужчина, но крещеная заехала ему в пах. Тот взвыл, поджал ноги и упал на колени. Их сыну с небольшой бородой и подстриженного под горшок, который молча наблюдал за происходящим, Наталья свернула челюсть мощным размашистым ударом грифа. Теперь все трое сектантов валялись в грязи. А крещеная скинула с себя плащ, оставшись абсолютно голой. Надежда Александровна с восхищением смотрела на ее мощную мускулистую спину, рельефные ноги и узкую накаченную задницу. «Ох и хороша же эта Дилда! – думала про себя леди Сиська, поглаживая свою грудь, – не зря я ее себе заполучила! Она великолепна!» Но все же госпожа крещеных решила не мешать своей подручной и двинулась дальше. Она искренне радовалась, как удалось украсить это место, привнести в столь мрачное и убогое селение немного угара и веселья. Хотя мерзкий друг ее сына буквально чуть все не испортил. Но больше Надежда Александровна не злилась. Она уже мысленно представляла, как изнасилует и Тимофея, и Дениса одновременно. Эта идея забавляла госпожу крещеных, а будущая охота на них лишь вселяла энтузиазм. Очень скоро леди Сиська вышла к конюшням. Они оказались довольно большие, построенные буквой «П». В них стояли несколько десятков лошадей. Парочка крещеных уже бежала к ним, ехидно посмеиваясь и скидывая на ходу одежду. - А ну стоять, пидорасы хуесосы ублюдоны! Никому не трогать коней! – грозно гаркнула на них Надежда Александровна, – у меня на них другие планы! Зараженные, вереща, бросились наутек. А госпожа крещеных мрачно улыбнулась, представляя, как лошади смогут помочь ей в покорении вселенной.