Crossed Badlands Крещеные на выпускном

      Мария вместе с Юлей и несколькими подростками-сектантами укрылись в небольшой избе. Снаружи грохотали выстрелы, что-то громко бахало, то и дело раздавались крики. Мария изо всех сил держалась за трость, боясь пошевелиться. Но девушка непроизвольно вздрагивала от каждого громкого звука. Она понимала, что с больной ногой не сможет сбежать. Да и не знала, куда. Мария осторожно глянула на Юлию. Та сидела совершенно неподвижно, как-то глупо уставившись в стену. Сектантские дети расселись во круг нее, глядя с надеждой и благоговением, бормоча про святую и блаженную. Мысленно Мария прощалась с жизнью. Она не верила, что сектанты смогут отбиться от крещеных. В голове возникла идея доковылять до барака, где был спрятан пистолет за плинтусом возле койке, застрелить Юлю, а затем себя, лишь бы не достаться бешеным зараженным. Больше всего она боялась умереть во время садистского группового изнасилования. Но девушка понимала, что у нее просто не поднимется рука это сделать. Оставалось только сидеть и ждать своей участи. Внезапно Юлия подскочила с места. В ее лице появилась решительность, глаза целеустремленно сузились, будто блондинка готовилась к броску. - Слушайте ее! - Юлия говорила уверенно и громко, - надо спасти Каринушку! Сектанты с вожделением глядели на нее несколько секунд, а потом наперебой затараторили: - Да! Конечно! Мы все сделаем! Мы сделаем, как прикажет святая! - Надо показать, где держат Каринушку! - Юлия подошла к двери и осторожно выглянула наружу, - и надо помочь Машеньке идти! - Юль! - робко произнесла Мария, - мне бы оружие раздобыть, - она перешла на шёпот, но, судя по всему, собеседница ее не услышала, поэтому подошла ближе и наклонилась, - да ствол забрать из барака! - Мария, не выдержав страха и напряжение, крикнула во весь голос. - Эм... Я могу сходить! - робко предложил один из сектантов. - Правильно, пусть он сходит! - Юлия одобрительно кивнула, а затем посмотрела на подругу, - а она пока побудет с Машенькой. Мария объяснила, где именно лежит пистолет. Сектантский паренек выскочил из укрытия и со всех ног побежал к бараку. Время стало тянуться неимоверно долго. Снаружи стрельба звучала все интенсивнее и интенсивнее, заглушая крики и вопли людей и крещеных. Бахнуло несколько взрывов. Мария начала переживать, вернется ли тот парень. Может, сбежал? Или убили? Но внезапно дверь распахнулась, и кучерявый сектант влетел внутрь, едва не споткнувшись. - Вот! Он у меня! - он протянул Марии пистолет Макарова. - Отлично! - та облегченно выдохнула, забирая себе оружие. - Теперь надо спасти Каринушку! - Юлия подхватила Марию под руку и повела к выходу. Девушка едва успевала переставлять ноги, помогая себе тростью и стараясь не выронить пистолет. Сектанты покорно поплелись следом.  Со стороны ворот в небеса вздымались клубы черного дыма. В воздухе запахло гарью и порохом. Стрельба постепенно начала затихать, уступая место безумным крикам. Мария с ужасом догадалась, что крещеные прорываются. А, значит, очень скоро будут здесь. Она покрепче прижалась к Юлии, которая быстрым шагом двинулась вперед. Внезапно послышался топот из-за угла. Мария сильно перепугалась. Неужели твари добрались так быстро? Она попыталась поднять пистолет. Рука сильно тряслась. Но тут из подворотни на них выбежал Григорий в компании еще нескольких сектантов. Мария узнала в них тех, с кем играли в бутылочку. Девушка облегченно выдохнула, радуясь знакомым лицам. - Бля! Как хорошо, что вы тут! – Григорий тяжело дышал и обливался потом, – там это… - он хотел показать куда-то за спину, но едва не выронил винтовку из рук, – бля! Бежать надо! Остальные где? Есть кто? - Нет. Я… Я не знаю… - Мария не могла придумать, что ответить, мысли путались, а язык не слушался. - Надо спасти Каринушку! – твердо заявила Юлия. - Отлично! Погнали! – Григорий кивнул и ринулся вперед. - Я знаю, где ее держат! – Вадим последовал за ним. Остальные старались не отставать. Молодые люди двигались почти у самой стены, минуя неказистые дворики и хижины. Справа виднелась церковь, возвышающаяся над остальными постройками. Но очень скоро она осталась позади. Затем Вадим повел их вглубь поселения. Вскоре они вышли к небольшому продолговатому зданию. На маленьком пяточке перед входом кучковались несколько сектантов. Это были молодые парни с едва начавшей расти бородой. Они явно суетились, нервно озирались по сторонам, судя по всему, не зная, что делать. Один из них заметил пришедших. Стукнул ладонью пузатого паренька, стоящего рядом. - Эй, вы что тут делаете? – крикнул на них толстый сектант, – девчонки должны спрятаться, а все остальные идти на стены! Защищать! А ну живо пошли! - А ты хули тут делаешь тогда? – Григорий покрепче перехватил винтовку, – сам то чего не идешь своих спасать? - Ах ты сквернослов поганый! – пухлый парень сжал кулаки и двинулся на него, – давно пора было… Тут на него кинулся Вадим и со всего маху дал кулаком в морду. К нему подскочили остальные сектанты, пытаясь ударить и скрутить бунтовщика. Но ему на помощь бросился Сергий. - А ну помогите им! - Юлия указала на сектантов, и сама кинулась на них. Блондинка подлетела к пухлому пареньку, который уже занес кулак над Сергием. Она схватила его за талию, приподняла и швырнула на землю. На него тут же налетели несколько подростков, почитавших Юлию. Завязалась драка. Все ожесточенно лупили друг друга. Григорий глядел на схватку, не решаясь что-либо сделать. Бросить ружье и ринутся с кулаками он не хотел. Это было бы глупо. Но и стрелять тоже колебался. Боялся попасть в своих. Тут парень увидел, как к месту схватки подбежали двое с оружием. Они казались не сильно старше остальных, а в лицах с жиденькими бородками читались неуверенность и страх. Сектанты замерли у входной двери длинного здания, то переглядываясь друг с другом, то исступленно пялясь на драку, не решаясь что-либо предпринять. Мария испугалась, что сейчас кто-то из них пальнёт по остальным. Она направила на них пистолет и крикнула Григорию: - Бери этих на мушку! Сейчас! Разоружим их! Девушка подумала, что если выстрелить поверх их голов в стену, то эти двое от страха бросят ружья и смоются. Мария закрыла левый глаз и прицелилась. Сердце бешено колотилось, руки дрожали. Но ученица постаралась успокоиться. Задержала дыхание. - Стреляй! - выпалила девушка и нажала на спусковой крючок. Громыхнул выстрел. В нос ударил запах пороха. Перед глазами на миг вспыхнул огонь. Пуля высекла щепки прямо над макушкой сектанта. Тот взвизгнул и пригнулся, прикрываясь руками, выронив оружие. Тут же бахнул еще один выстрел, куда громче пистолетного. Мария увидела, как стену окрасило в красный. Секунду она не могла сообразить, что произошло. И лишь когда увидела упавшее и забившееся в судорогах тело, то поняла - тяжелая винтовочная пуля размозжила голову сектанту. - Попал! - радостно крикнул Григорий, - а ты чего мажешь! Стреляй! Но его слова перекрыли вопли и крики остальных подростков. Мария заметила, что драка прекратилась и почти все, вереща, бросились бежать в разные стороны, толкая и мешая друг другу. Оставшийся в живых сектант даже не попытался поднять оружие, а пустился на утек, еле-еле держась на ногах, то и дело спотыкаясь. Лишь только Сергий и Вадим остались, неуверенно переглядываясь друг с другом. У одного был разбит нос, у второго начал наливаться синяк под глазом. Откуда-то сзади послышалось ойканье Мирославы и ругательства Ливии. Затем Мария снова зацепилась взглядом за убитого человека, чье тело уже перестало дергаться. - Ты что сделал?! Ты нахрена его застрелил?! - она не сводила глаз с трупа, а голос сильно дрожал. - В смысле? Я-то стрелял, а вот хули ты промазала?! Ты ж выпендривалась, какой ты стрелок крутой! - Я вообще поверх головы стреляла! - девушка медленно развернулась, и увидела на лице Григория искреннее удивление, - а ты нахрена насмерть палили! - А я как должен был это понять?! - тот начинал злиться, - ты сказала стреляй, я думал, ты их грохнуть хочешь! - Да ты... - Мария тоже стала приходить в ярость, - голову то включать надо! Это ж пацаны молодые, они от одного выстрела бы обосрались! - А если бы не обосрались!? А если б они в ответ палить начали?! - Григорий зло сплюнул наземь, - и в любом случае предупреждать надо, что ты хочешь! Я тебе не ебаный телепат! Мысли читать не умею! - А если бы я тебе сказала, они бы догадались! Ты чего тупишь то? Если бы ты думал, то не убил бы человека просто так! - Ну и что, мне теперь извиниться перед ним?! Я блять не знал, что ты задумала! Не могла сказать нормально, а теперь я еще и виноват! - А ну хватит! - их спор прервал громкий вопль Юлии, которая встала между ними, - надо помочь Каринушке! - Эээ.. Да! Она там! - к ней подбежал Вадим, потирая ушибленную челюсть, и указал на дверь в длинный дом. Юлия тут же кинулась к двери, на которой висел замок. Она подобрала с земли ружье и со всей силы ударила по нему. Мария, было, хотела остановить ее, но к удивлению, подруга сшибла замок за один раз. В очередной раз девушка удивилась с силы Юлии. А та уже ворвалась внутрь, на ходу выбросив оружие. Вадим с Сергием бросились за ней. Мария оглянулась назад. Чуть поодаль неуверенно мялись Ливия с Мирославой. Над домами вовсю вздымались черные столбы дыма. Выстрелы и громыхания со стороны стены прекратились. За то отдалённо доносились вопли и хохот. По спине пробежал холодок, кожа покрылась мурашками. Значит, крещеные очень скоро будут здесь. Наконец, Юлия и двумя сектантами вывели Карину на улицу. На той не было лица: вся бледная, глаза перепуганные, руки тряслись. - Пусть Каринушка не переживает! С Каринушкой все будет хорошо! – успокаивала ее Юлия, гладя по плечам. Мария, опираясь на трость, поковыляла к ним, желая подбодрить подругу. Но ее опередила Ливия. Она накинулась на рыжую и заключила в крепкие объятия. Внезапно прогремел громкий выстрел. Машинально Мария пригнулась и чуть не выронила пистолет. Послышался сдавленный крик, переходящий в хрип и бульканье. Сергий закрывал руками шею, из которой обильно хлестал поток крови, а сам медленно полз по стене вниз. Девушки закричали, Григорий выматерился. Мария обернулась и увидела между домов Пупкова. Сектант был перепачкан грязью и кровью. Он припал на колено и целился в остальных из винтовки. - Быстро! Внутрь! – заорала Мария и, игнорируя боль в ноге, бросилась в помещение. Остальные, не сговариваясь, ринулись за ней. Прозвучал еще один выстрел, но на этот раз пуля лишь выбила щепу из доски над дверью.

***

      Николай спустился с лестницы, стараясь не отвлекаться на стрельбу и взрывы. Оказавшись на земле, полицейский со всех ног бросился к баракам. Он надеялся, что все остальные собрались там и ждут. Вверху что-то бахнуло. На голову полетели деревяшки. В нос ударил удушающий запах гари. Прикрывая голову, сержант Ростокин свернул в проулок. Через несколько минут Николай добрался до бараков. Первый был пуст. За то во втором он к своему облегчению увидел Елену Жанаевну вместе с Сабриной, Алисой, Анастасией и Александром. Девушки испуганно жались к учительнице. А парень, держа наготове палку, громко вскрикнул, когда полицейский ворвался в помещение. Но когда понял, что это свои, облегченно выдохнул и опустил дрын. - Так, народ! Надо срочно валить! - объявил сержант, нервно оглядываясь назад. - Пацаны уже бегут на другой край деревни! Денис сказал грузовик там! Идемте, быстрее! - Все слышали! Живо бежим отсюда! - Елена Жанаевна осмотрела присутствующих и начала руками подгонять их к выходу. - А как же остальные? - Сабрина взволнованно посмотрела на учительницу, и вцепилась ей в руку, - надо их найти! - Да плевать на остальных! - Алиса бегом бросилась на улицу, - погнали живее! - Да все там уже, идемте скорее! - Николай понимал, что бессмысленно бегать всем вместе в поисках оставшихся. Он надеялся, что другие выжившие уже добрались до стоянки, но думал на крайний случай самому в одиночку пойти на поиски, после того отведет девушек на стоянку. Прямо на улице на них выскочил сектант. Не молодой мужчина с широкой бородой с бешенными глазами держал в руках обрез мосинки. Николай выматерился, поудобнее ухватив оружие и готовясь стрелять. Но незнакомец только глядел на него, не поднимая дула на выживших. - Мы уходим отсюда! - объявил полицейский, не убирая пальца со спускового крючка и готовясь открыть огонь в любой момент, - идем к грузовикам и сваливаем! Мужчина несколько секунд лишь безмолвно пялился на них, переводя взгляд с одного на другого. А затем он опустил оружие и произнес: - Тогда за мной идите! - его голос был сиплым и сдавленным. - С чего это вы помогаете нам? – взволнованно спросила Елена Жаневна, – разве вам потом не достанется от Селиванова? Ей казалось подозрительным такая помощь. Она робко схватила за рукав Николая, чтобы тот не спешил следовать за этим типом. - Сбежал ваш Селиванов – пробурчал мужчина в усы – под шумок с Львом и Эдиком рванули на парковку и на джипе уехали. - Твою же мать… Хорош лидер, ничего не скажешь - пробормотал сержант и сплюнул наземь. - Давай за мной, после поговорим! Сектант махнул рукой и побежал в проулок между домов. Не сговариваясь, все ринулись за ним. Николай подождал, пока остальные пройдут вперед, а сам двинулся последним, наблюдая, чтобы никто не отстал. Бородач водил их между домиков и сараев, окруженных ветхими заборчиками. Анастасия то и дело спотыкалась, просила Алису подождать, но та не обращала внимания. В итоге Сабрина с Александром взяли ее под руки и помогали бежать. Вот уже сбоку минула церковь на холме. Николай понял, что они оказались среди совершенно незнакомых построек. И вот впереди показалась небольшая парковка с навесными тентами из брезента, на которой стояли несколько машин. Сержант сразу узнал автобус, на котором они приехали. Рядом была газель, несколько легковушек и Урал с крытым кунгом. За частоколом очень близко начинался еловый лес. Из-за машин выбежал Денис. Увидев подошедших, он сперва обрадовался. Но уже через несколько секунд его лицо сделалось тревожным. - А где остальные? Вас чего так мало? - Они разве не с тобой? - Елена Жанаевна прикрыла рот рукой, а затем глянула на Николая, - ты же сказал, что все уже здесь! - Я и думал, что они здесь! - Сержант ругался сам про себя, стараясь сохранять спокойствие, - ладно, ждем пять минут, потом я сам пойду их искать! - он сплюнул на землю и осмотрел винтовку, - а вы, главное, здесь стойте!

***

      Тимофей пришел в себя в полу мрачной душной комнате. Под щекой ощущался шершавый деревянный пол, все тело болело и саднило. Постепенно глаза начали привыкать к темноте. Парень смог разглядеть убогую тумбочку, стол с неказистыми стульями и завешенное тряпками окно. Звон в ушах начал проходить, и молодой человек услышал крики, вопли и визжание, доносившиеся снаружи. Хохотание крещеных быстро отрезвляло. Тимофей постарался поскорее подняться, не обращая внимания на сильную боль. На глаза попался валяющийся на полу пистолет. Изловчившись, он подобрал оружие и проковылял к окну. На улице начался хаос. Крещеные поймали сектантскую девушку. Она кричала и вырывалась, пока зараженные валили ее на землю и принялись срывать одежды. Рядом лысый мужчина с крестом на лице, радостно хохоча, отчаянно разбивал кому-то голову камнем, разбрызгивая кровь. Еще несколько тварей в погоне за кем-то скрылись за соседнем зданием. "Блять, сука, блять, ебать! - лихорадочно думал про себя Тимофей, - съебывать надо, но как и куда? Пиздец, эти уроды уже повсюду! Как свалить то теперь!" Внезапно со спины послышался скрип отворяющейся двери, который сменился чьими-то шагами. Парень чуть не грохнулся от испуга, но сумел устоять и поспешил спрятаться за тумбочку. Вход в дом находился в соседней комнате за углом, поэтому он не видел вошедшего. - Есть кто-нибудь? Эй? Кто живой? - послышался тихий женский голос. Тимофей облегченно выдохнул. Значит это человек, еще и девушка. Быть может даже красивая. Усмехнувшись про себя, парень подумал, что вдвоем им будет куда легче спастись. Он встал из-за укрытия и двинулся к выходу. Но как только Тимофей вышел за угол, то застыл на месте. Перед ним предстала женщина с длинными каштановыми волосами, в бронежилете, черных лосинах, высоких ботинках и красными крестом из язв на лице. В руках огромная пожарная кувалда. Это была зараженная Надежда Александровна, мать Дениса. - Надо же! Мой любимый размер! - она жадно облизнулась и ехидно улыбнулась во все лицо. По спине Тимофея покатился холодный пот. Ноги начали подкашиваться. Парень еще никогда не видел так близко крещеную мать своего друга. Он совершенно растерялся и не знал, что делать. Машинально выставил перед собой пистолет, но рука сильно дрожала. - Погоди-ка! А у тебя морда знакомая! - леди Сиська прищурилась, делая шаг вперед, - точно! Ты ж друг моего сынка ебаного! Тимофей, кажется? - она громко захохотала. Парня снова пробрала волна мороза, еще более сильная, чем от вида матери Дениса. Он считал, что существо, в которое превратилась женщина, лишь бездумная тварь, которая жаждет убийства и насилия. Но парень не ожидал услышать от нее отчетливые воспоминания о прошлой жизни. Неужели Надежда Александровна полностью сохранила разум? Значит ли это, что она все понимает и осознает, что творит? - Я же помню, как ты приходил к нам домой! - леди Сиська медленно провела языком по губам, - ты мне всегда нравился! Я так хотела, чтобы ты меня выебал, натянул, как следует! Я же специально нагибалась почаще, чтобы ты пялился на мою задницу! Наверняка же дрочил потом на меня постоянно! - Да я пару раз всего... - машинально ответил Тимофей, но сообразил, что говорит, - в смысле вообще такого не было! Вы что говорите то?! Вы ж мать моего лучшего друга?! - Ну и отлично! Хочешь, чтобы он к нам присоединился или же чтобы смотрел и дрочил? – Надежда Александровна двинулась на него, глядя прямо в глаза. - Стойте! Не подходите! – парень махнул в ее сторону пистолетом. - А то что? Проделаешь во мне еще одну дыру? – она захохотала и принялась гладить свое тело свободной рукой, – не знала, что ты любишь так! – затем леди Сиська резко успокоилась, – ну вот застрелишь, а что дальше делать будешь? На шум сбегутся мои подсосы и выебут тебя и в хвост, и гриву! Мы уже повсюду! Бежать некуда! И Тимофей понял, что она права. Действительно, вокруг бродят десятки крещеных, которые моментально разорвут его на куски. И хорошо, если еще убьют сразу, а не надругаются перед этим. Парень отчаянно пытался придумать, как выкрутиться. Но похоже на этот раз выхода действительно могло не быть. - Только представь, как целая толпа отрежет тебе руки и ноги, а затем по очереди оприходует! – леди Сиська ехидно улыбалась и смотрела ему в глаза, – возможно, тебе даже выдавят глаза и выбьют зубы, чтобы ты смог принять больше членов! От этих слов Тимофей почувствовал, как к горлу подступила тошнота. Страх со всей силы начал терзать душу. Не было ничего хуже, чем умереть таким образом. И с каждой мыслью об этом делалось все дурнее и дурнее. - Впрочем есть и другой путь! - Надежда Александровна подмигнула, - зачем терпеть боль и страдания, если можно предаться любви и нормально потрахаться?! Она поставила молот к стене и начала расстегивать лямки бронежилета. - Зачем умирать в страшных мучениях? Разве этого тебе хочется? Давай лучше я покажу тебе мир, где все является одним сплошным оргазмом? Все твое тело станет эрогенной зоной? Ты будешь лишь ебаться и ебать, а потом кончать, кончать, кончать! - леди Сиська громко застонала, ухватив себя за промежность, и принялась двигать бедрами вперед-назад, изображая, будто сношает кого-то. Тимофей смотрел на нее, не зная, как реагировать. Стрелять точно был не вариант. И дело даже не в том, что на выстрел сбегутся другие зараженные. Он просто не смог бы выстрелить в мать своего лучшего друга. Тем более, даже если ему каким-то чудом удастся выбраться, то уже никогда не сможет смотреть в глаза Денису. Хотя Тимофей понимал, что кривит душой и врет самому себе. На деле он боялся стрелять в столь красивую и сексуальную женщину, особенно, когда та ведет себя так развратно. В голове возникла предательская мысль: а может, согласиться на предложение Надежды Александровны? К чему реально терпеть пытки и принимать мученическую смерть, если можно придаться вечному наслаждению вместе с такой прекрасной женщиной? Все равно ситуация безвыходная, и если уж помирать, то чтобы не страдать. В конце концов, разве может быть гибель лучше, чем во время страстного секса? Леди Сиська широко улыбнулась, словно услышав его мысли. Она стащила с себя бронежилет, который уже успела расстегнуть, и отшвырнула на пол. Затем сняла через голову черную майку. После этого в сторону полетел кружевной лифчик, который госпожа крещеных стянула в одно движение. Теперь Тимофей видел ее большую, немного обвисшую, но все еще упругую, стоячую грудь с аккуратными маленькими ореолами. - Ммм! Смотри какие сисечки! Какие сосочки! – Надежда Александровна облизнулась и принялась ласкать собственную грудь, – смотри на мои соски! Смотри на соски! Не мимо сосков, а прямо на соски! Вот это сисечки! – она смачно шлепнула по своей груди, – ты же хочешь сосать мамочкины сисечки! Подойди, потрогай, возьми в рот! Давай же, все ждут нашего с тобой шоу! Только мы вдвоем можем зажечь так, что заставим всех кончать! Тимофей с вожделением пялился на нее, понимая, что не в силах больше сдерживаться. Он был готов забыть обо всем и кинуться на мать Дениса, лишь бы прикоснуться к этой прекрасной груди. До сего дня подобное великолепие молодой человек видел только в порно. Все же сверстницы и близко не были настолько шикарными, как эта женщина за тридцать. Поэтому теперь Тимофей натурально ликовал. Пускай его и ждет смерть или обращение в зараженную тварь, но он сможет вдоволь потрахаться с невероятно красивой дамой. Наверняка, если бы Мария увидела его мысли сейчас, то отказалась бы разговаривать до конца жизни. И тут молодой человек вспомнил про Марию. Как она будет выживать с больной ногой без его помощи? А если он сам станет зараженным и сможет добраться до одноклассницы? Или до Юлии, или до Дениса? «Ну уж нет, насиловать своих друзей я точно не собираюсь! Лучше сдохнуть!» - Тимофей почувствовал, как все возбуждение словно рукой сняло. Нужно было что-то сделать! Но ничего так и не пришло на ум. «Остается только ебать мамку Дениса прямо на грязном полу, подстелить бы хоть чего!» - и тут его осенило. В голове созрел план. - Ладно, я согласен! – Тимофей притворно улыбнулся и опустил пистолет, – мы можем потрахаться! Только можно я подстелю чего-нибудь, а то пол засран весь! - Ну конечно! – леди Сиська ухмыльнулась, продолжая теребить свои соски и облизываться. Тимофей медленно подошел к двухъярусной кровати, не сводя глаз с госпожи крещеных. Дыхание участилось, ноги сами собой подкашивались. Парень ожидал нападения, но надеялся, что мать Дениса не кинется на него сейчас. Наконец, он, не разрывая зрительного контакта, нагнулся и подобрал колючее шерстяное покрывало. Вдруг Надежда Александровна оголила зубы, скалясь то ли от ярости, то ли от возбуждения, и двинулась на Тимофея. Страх пробрал молодого человека. Руки сильно задрожали. Он понимал, что у него был только один шанс. Если промедлит или обалжается – это конец. Сейчас или никогда. Парень поудобнее перехватил покрывало и накинул его на голову госпоже крещеных. Схватил ее. С силой оттолкнул в сторону. Из его рук выпал пистолет, но Тимофей не стал подбирать оружие, боясь, что не успеет сбежать. Он со всех ног кинулся к входной двери. Выскочил на улицу и запер дом на засов. Отовсюду послышались вопли зараженных. Чертыхаясь и матерясь, молодой человек побежал вперед. - ААААААА! – раздался оглушительный рев из-за спины. Деревянная дверь с грохотом и треском разломилась. Во все стороны полетели куски досок. Тимофей с ужасом понял, что мать Дениса вырвалась из дома. Вдобавок визги крещеных все приближались. Парень осознавал – убежать не выйдет. Очень скоро его нагонят. На глаза попалась хижина, у которой вместо фундамента были небольшие кирпичные сваи. Тимофей решил спрятаться под домом. Он упал на землю и стал протискиваться под пол, не обращая внимание на ветки и камни, которые лезли в лицо и царапали кожу. Как только молодой человек скрылся под полом, крики зараженных начали звучать совсем близко. Тяжело дыша, Тимофей закрыл рукой рот, надеясь не выдать себя и молясь, чтобы его не заметили. Из-под дома он мог видеть только узкую полосу пространства снаружи. На дороге туда-сюда замелькали чьи-то ноги. Босые, в кроссовках и даже в туфлях. Но когда парень увидел военные ботинки на высокой подошве, то постарался как можно сильнее вжаться в землю. Страх сводил все тело, лишал разум возможности мыслить. - Ехехее! Сиси! Сиси! – раздался блеющий визг и к госпоже крещеных засеменили ноги в окровавленных штиблетах. -  А ну пошел нахуй, пидорас ебаный чесоточный! – прозвучал гневный рев Надежды Александровны. Послышался гулкий тупой удар. На землю рухнуло тело в изорванной одежде с размозжённой головой и забилось в конвульсиях. Во все стороны разлетелись куски черепа и кровавые брызги. - Найдите мне этого хуесоса! Поймайте этого каложуя! – леди Сиська вопила во всю глотку, срывая голос, – я этому ублюдку сыну петуха и сифозной шмары молоток бойком вперед в очко затолкаю! Пидорас, сын гермафродита! Весь кайф мне обломал! Оставил кучу народа без дрочки! А ну быстро! Пошли! Шевелитесь, гандоны! Поймайте мне петушкана ебаного! Она принялась расталкивать рядом стоящих крещеных, а те послушно принялись разбредаться. Тимофей продолжал лежать под домом, молясь и заклиная судьбу, чтобы никто из тварей не догадался нагнуться. Он потерял счет времени и не знал, сколько провел без движения. Ноги и руки сильно затекли, заныли. Но парень старался терпеть. Жизнь дороже дискомфорта. Наконец, с дороги исчезли все ботинки. Зараженные, очевидно, разошлись кто куда. Тимофей подождал еще несколько минут, а потом осторожно принялся выбираться наружу, боясь, как бы твари не вернулись. Кое-как он выполз из-под хижины. Поднялся на ноги, которые сильно кололи тысячи игл от затекания. Внезапно ему на глаза попался женский труп в соседнем проулке, над котором сидели несколько крещеных. Худой мужчина яростно сношал тело, пока остальные отрезали от него куски и жадно запихивали себе в пасти. В следующий миг Тимофей понял, что зараженные тоже его заметили. Он резко сорвался с места и изо всех сил побежал вперёд, не разбирая дороги. А за спиной уже радостно завизжали крещеные.