dont forget to say me too

впервые малыш усок встретил малыша джинхёка в младшей школе. ну как встретил, вэй просто всюду следовал за ним хвостиком. на вопросы родителей, учителей и самого усока «почему?», он без колебаний отвечал: «потому что усок самый красивый мальчик на свете, и я хочу с ним дружить». ушин его отвергал, как только мог, потому что невысокий худощавый джинхёк ему совсем не нравился. зато нравился хан сыну с милой кошачьей улыбкой и мягкими щёчками. вот так и учились все младшие классы. усок дружил с сыну, а джинхёку просто позволял слоняться рядом (не уходит ведь никак), вэй упрямо не отставал от кима и таскал его рюкзак до дома, но с сыну тоже дружил, хотя и обзывал пельмешкой, а малыш сыну хорошо ладил с обоими, потому что смешные же. первое «я люблю тебя» джинхёк сказал усоку в той же младшей школе на выпускном мероприятии около главного корпуса. ли сунул ему в руки букетик полевых ромашек и с широкой улыбкой застыл в ожидании. ушин цветы от неожиданности принял, покраснел почему-то ужасно, но так ничего и не ответил. в среднюю школу они тоже пошли вместе, но только без сыну. хан крепко обнял обоих друзей на прощание и улетел в солнечную америку с родителями, оставляя их друг на друга в по-осеннему ветреном сеуле. за прошедшие годы ушин и вэй к друг другу прикипели, прижились как-то и действительно стали близкими друзьями. а средняя школа их сблизила ещё больше. именно в это время и появились эти прозвища — ушин и вэй — которыми они назвали себя в какао толк. усок пережил тяжёлые времена в средних классах, а джинхёк единственный, кто был с ним и вообще остался. тогда в обычной корейской академии, которая находилась в скромном районе сеула поднялся громкий скандал из-за мальчика, который якобы избил свою хрупкую одноклассницу, потому что та его отвергла. администрация школы не дала шумихи выбраться наружу и разобралась со всем в стенах учебного заведения. мальчиком этим был ким усок, но всё было не так просто, как твердили слухи. красивым, умным и добрым ушином все восхищались и любили его. с близкими он был той ещё врединой, но к остальным всегда относился хорошо и с пониманием. он почти никогда не отказывал в помощи и был любимчиком у учителей. его буквально заваливали признаниями в любви, на какие-то он отвечал взаимностью и встречался недолго, но большинство вежливо отвергал. одна из таких отчаявшихся подобного ответа принять не захотела, поэтому начала преследовать и донимать усока. парень неоднократно просил девушку прекратить, но та не унималась. когда в очередной раз она заявилась к нему на спортивную тренировку, пытаясь поцеловать, ким разозлился и сильно оттолкнул девушку от себя, а эта мерзкая особа перевернула всё так, что тот её ударил и пожаловалась в администрацию. с этим делом долго разбирались, чуть не дошли до исключения парня из школы, но семья кима и разумные преподаватели правды добились и всё стало на свои места. однако несмотря на это, жизнь в школе для ушина легче не стала. некоторые злые ребята не поверили его истории и начали издеваться. ким в то время замкнулся в себе и просто напросто не знал как дать отпор, зато знал джинхёк. ли посылал и лез драться с каждым, кто говорил что-то обидное в сторону его друга. к этому времени он уже значительно подрос и мог спокойно спрятать за спиной маленького усока. — только попробуйте сделать ему больно, я вам пасть порву, шавки блядские! — слово за словом цедил вэй, хватая за грудки всех обидчиков. ким чувствовал благодарность, хотя и говорил, что не стоит к ним лезть. джинхёк его не послушал и однажды дошло до крупной драки, где каждый получил своё. ребят, которые доставали ушина, увозили в травмпункт, а вэй с фиолетовым синяком под глазом и несколькими царапинами на лице стоял, виновато склонив голову, перед другом и родителями. школу тогда пришлось сменить обоим. усок за джинхёком пошёл без сожалений, даже если новая академия находилась у чёрта на куличиках. — спасибо за всё. — сказал он как-то, сидя в автобусе рядышком, пока они до этой самой академии добирались. — не за что, я ведь люблю тебя. — спокойно отвечал вэй, удобнее устраиваясь на его плече, чтобы проспать оставшиеся ещё двадцать минут. усок молча подвинулся, чтобы на него было удобнее облокотиться и незаметно улыбался, глядя на всклокоченные пряди тогда ещё тёмных волос джинхёка. вся эта история значительно повлияла на его мировоззрение и характер. раз и навсегда, парень выяснил для себя, что люди вокруг бывают совершенно разные и нужно знать кому можно довериться. с тех пор он был осторожен с новыми знакомствами, предпочитал небольшие сборища близких друзей и стал значительно холоден по отношению к девушкам. старшие классы встретили их вполне добродушно. первые два года прошли спокойно, не предвещая никакой беды. прекрасный усок всё также оставался прекрасным, а джинхёк всё также находится рядом и повторял уже такое привычное «я люблю тебя» чуть ли не каждый день. от последнего года требовалось того же, но судьба решила подставить киму подножку. ушин ждал друга у ворот академии, подправляя галстук бантиком, пока над головой шуршали только-только желтеющие листья деревьев. летом они совсем не виделись, потому что джинхёк провёл каникулы у бабушки на чеджу. усок соврет, если скажет, что не скучал. вэй появляется неожиданно, выпрыгнув перед ним и загораживая собой солнце. лучики небесного светила скользят по серым прядкам, создавая на голове парня что-то похожее на нимб ангела. темно-синяя школьная форма чертовски идёт джинхёку. белая рубашка не заправлена в штаны и расстёгнута на три пуговицы, обнажая острые ключицы, прямые серые брюки идеально подчёркивают длинные ноги, а пиджак сидит как раз по стройной подтянутой фигуре. на фоне загорелой кожи улыбка вэя кажется ещё ярче, и усок зависает на добрые пол минуты. когда этот дурак успел так вырасти и возмужать? джинхёк нежно хватает ушина за щёчки, восторженно рассказывая, как рад его видеть. — омо, твоя кожа всё такая же белая и мягкая, как зефир! ты что совсем не выходил летом на улицу? — выходил, по вечерам... сыну вернулся, знаешь? — ким отталкивает от себя друга, меняя тему разговора, и первым шагает к зданию. — знаю, он мне писал. я же говорил больше пяти лет в этой своей америке не продержится. вы ещё не виделись? изменился, наверное, сильно. — джинхёк ловко в два шага догоняет ушина, сунув руки в карманы и подправляя чёрный рюкзак за спиной. — виделись только вчера. он всё такой же. разве что щёки исчезли и выше стал намного, но улыбка такая же кошачья. — эх, соскучился я по нему! однако по тебе больше! наш усоки тоже такой же милашка! — воркует ли, проводя ладонью по мягким медовым кудряшкам. — идиот, — единственное, что бурчит в ответ усок. он привык вообще-то. друг всегда что-то подобное ему говорил, но в этот раз глубоко внутри защекоталось, словно пух разлетелся или взмахнула крылом бабочка. будем честны, ушин всегда был для джинхёка не просто другом. ли считал его особенным, самым красивым, драгоценным и важным для себя человеком. он не знал почему, но усока хотелось защищать, что собственно он и делал. «это привязанность, он моя семья» — говорил усок, «люблю его» — кивал сам себе ли. такие отношения растут с годами, крепчают и превращаются в нечто большее. определение, которое носит в себе смысл глубже, включая и семью, и дружбу, и привязанность, это — любовь. неизвестно настигло ли осознание всей серьезности этого чувства у джинхёка, но усок не спешил понимать. он, наверное, и дальше бы игнорировал этих бабочек внутри, когда видит вэя, если бы не хан сыну, а точнее его мудрые слова, сказанные вскоре невзначай или специально: «джинхек тобой дорожит, конечно. но ты ведь понимаешь, что однажды у него появится кто-то, кто будет значить больше?». ушин не знал, что ответить. он растерялся, в то время как внутри начала плестись вязкая паутинка страха. всё началось этой же осенью последнего учебного года парней в старших классах. они стали уважаемыми сонбэ и служили примером для первогодок. к третьему году в школе джинхёк стал одним из самых популярных старшеклассников, хотя и учился не очень, его добрая душа, общительная натура, вежливость, воспитанность, суровая внешность так обворожительно гармонирующая со сладкой улыбкой привлекали людей и заставляли любить его. он был капитаном команды по баскетболу, поэтому также обзавёлся небольшой, но преданной армией поклонников. усок, который был не менее популярен, потому что до безумия красив и очарователен, нормально воспринимал такую известность друга, иногда даже подшучивая над ним. однако в какой-то момент механизм дал сбой, а некоторые вещи и люди вокруг начали раздражать. — джинхёк-хён! — слышится звонкий голос на всю лужайку. вэй, сыну и усок одновременно оборачиваются на крик, переставая беседовать и есть свои бутерброды. баскетболист жмурится секунду, пытаясь узнать кто это, а потом энергично машет ладонью, видимо признав знакомого. — джинхёк-хён, как хорошо, что мы тебя нашли! — высокий симпатичный парень с милой кроличьей улыбкой пытается отдышаться от бега и весело улыбается в ответ на вопросительные взгляды. — ёхан, что такое? — наконец прожевав до конца булку, спрашивает ли, затем замечает ещё одного парнишку позади: — джунхо-я, и ты тут? вам нужна какая-то помощь, ребята? услышав своё имя второй юноша, стеснительно улыбается, делая шаг вперёд и здоровается со старшими. — ага, поможешь с тренировками, хён? джунхо же совсем новичок, я хотя бы играл раньше в младших классах. — конечно, без проблем! когда счастливые первокурсники благодарят старшего и убегают по своим делам, усок поворачивается к джинхёку и спрашивает с интересом: — кто это был? — о, это мои хубэ с баскетбольного клуба. они первогодки, но с большим потенциалом. я стараюсь их поддержать, как только могу. — ага, глаза этих ребят полны восхищения к тебе. особенно у второго. — мягко усмехается сыну, посасывая персиковый сок из трубочки. в отличие от ли, ушин замечает незатейливый намёк в словах хана и отчего то начинает переживать. вскоре парочка друзей первогодок часто мельтешит перед его глазами, всюду плетясь за джинхёком. добрая душа вэй проводит много времени с ребятами, иногда предлагает им пообедать вместе и совершенно не замечает то, какими влюблёнными глазами смотрит на него ча джунхо. усок же отчётливо может уловить этот трепет и счастливую улыбку джуна, когда джинхёк гладит его по волосам, или порозовевшие от смущения щёки, когда старший нахваливает за успехи на тренировках. но больше всего усока трогает тот взгляд, которым первогодка ча смотрит на вэя. там буквально планеты взрываются, утопая в бесконечном водовороте звёздной пыли, стоит джинхёку засмеяться. ким никак не может понять почему, но это действительно его беспокоит. сезон дождей наступает незаметно, ленивая духота сентября покидает сеул и на её место приходит дождливый конец октября, а там уже и ноябрь с ветрами и слякотью стучит в двери. парочка друзей выходят из здания школы ближе к вечеру после занятий в дополнительных кружках и уборки в классе. ушин раскрывает свой аккуратный красный зонтик, а за ним следом распахивается большой прозрачный в руках вэя. они спускаются по мокрой лестнице, когда джинхёк внезапно останавливается и смотрит в сторону второго корпуса, где находится спортзал и библиотека. ушин прослеживает его взгляд и замечает джунхо, который неловко мнется под козырьком здания с огромной стопкой книг в руках. — вот глупышка, зонт забыл похоже, — цокает джинхёк, качая головой: — усокки, иди домой один, а я мелкого провожу. жалко ведь, дождь, похоже, не собирается останавливаться в ближайшее время. ким запинается на секунду от неожиданности (джинхёк раньше никогда не отпускал его домой одного), но быстро берёт себя в руки и кивает. друг одаривает его лёгкой улыбкой, затем спешит к парню. с далека ушин наблюдает весьма милую картину, как опешивший джунхо с глазами словно два блюдца смотрит на подбежавшего к нему старшего. ли что-то ему говорит и улыбается, мягко вырывая из рук тяжёлые книги и поднимая над головой растерявшегося мальчишки прозрачный зонт. лицо джунхо краснеет в одночасье, и он пытается забрать у хёна хотя бы половину книг, чтобы не так тяжело. но джинхёк ему не даёт это сделать, только весело смеясь над безуспешными попытками младшего. усок на это смотреть больше не хочет. он переводит свой безучастный взор на дорогу и спокойно шагает к школьным воротам. лишь незаметно закусанная губа выдаёт внезапно вспыхнувшее раздражение. последней каплей становится вечеринка в честь победы на отборочном туре чемпионата по баскетболу между районными школами, на которой джинхёк позволяет себе лишнего. небольшая компания, состоящая из игроков команды и нескольких близких приятелей, вроде ушина и сыну, заваливаются домой к чинху. без пива, пусть и в малых количествах, всё равно не обходится. вэй успевает осушить целую бутылку и принимается за вторую, игнорируя косые взгляды усока. ему вообще-то всё равно, но этот зараза ведь напивается в два счёта, а потом тащи его на своей спине домой и оправдывайся перед госпожой ли. на вечеринке также присутствуют джунхо и ёхан, которые сегодня хорошо потрудились и даже выходили ненадолго на площадку. ёхан в полном восторге никак не может отойти от эйфории после победы и трясёт сыну за руки, что-то возбуждённо рассказывая, а хан слушает и спокойно кивает временами. у джунхо же всё внимание на джинхёк-хёна, но поймав на себе заинтересованный взгляд усока, он тут же смущённо отворачивается. критический момент наступает тогда, когда вся их шумная и в преобладающем большинстве мужская компания садится играть в бутылочку, но (господи!) пьяненьких подростков это ни чуть не заботит. дурацкая зелёная бутылка падает сначала на вэя, а потом застревает между его любимыми хубэ — ёханом и джунхо. вокруг кричат «выбирай!», первогодки тушуются от такого внимания, а ли расплывается в загадочной улыбке и тянет к себе мальчишек. он закидывает свои длинные руки на плечи ребят, прижимая их к своей груди и бодро целует обоих в макушки, а ча ещё носом зарывается в отросшую шевелюру, в то время как впечатлительного младшего чуть инсульт не хватает от переизбытка эмоций. — и что это было?! — кричит возмущённо когёль и остальные поддерживают его. — между хубэ не выбираю! — смеётся вэй, заваливаясь на диван. казалось бы ничего особенно, это было мило и по-отцовски как-то даже, но ушин может представить в какую катастрофу это всё может превратиться, поэтому резко встаёт и пинает джинхёка по ноге, намекая, чтобы шёл за ним. оказавшись на лестнице подъезда около квартиры чинху, уже немного отрезвевший ли ловит на себе мрачный взгляд друга, который сидит, недовольно скрестив руки на груди. — ты чего? всё в порядке? — я-то в порядке, а ты нет. совсем с ума сошёл такое творить? ты мог задеть чувства кого-то! — зло сопит ушин, глядя на него в упор. до джинхёка доходит не сразу, но спустя минутку он всплескивает руками и смеётся в ответ. — брось, усокки, это всего лишь игра! им на меня наплевать. ёхану даже баскетбол не нужен. он за мной только из-за того, что хочет быть ближе к сыну, таскается. недавно признался, наглец. — до чего же ты глупый и слепой. я про второго говорю! джунхо в тебя втрескался по уши, а ты не замечаешь! — прикрикивает усок, и джинхёк замирает с тихим «о», вырвавшимся из уст. через день после этого ушин ждёт друга в кофейне около школы, без интереса листая ленту твиттера и попивая горячий капучино. колокольчики над дверью заведения задорно звенят, уведомляя о новом посетителе, после чего стульчик напротив кима двигается в сторону и туда садится вэй в своей любимой синей джинсовке. он ещё с улицы увидел в окошке эту кислую мордашку друга, который поджимал губы и тряс ногой в нетерпении. любую мелкую деталь в характере или внешности усока джинхёк находил особенно очаровательной, поэтому всегда улыбался с него. — мы с джунхо поговорили. он мне признался. — говорит он спустя минуту грузного молчания. — а ты? — я ему объяснил, что мы не пара и такой чудесный парень, как он заслуживает большего. — вот ты мерзавец. — ну я же тебя люблю, — уверенно отвечает на это джинхёк: — а врать самому себе нельзя, даже больше, чем другим. услышав очередное «люблю», усок, как всегда, ничего не отвечает, но прячет счастливую улыбку в стаканчике капучино. эта фраза всегда действует на него по-особенному, тешит внутреннее самолюбие, успокаивает и вселяет уверенность. на душе вдруг становится легче, чем за все прошедшие недели. кажется он готов встретить зиму в приподнятом настроении.