Капитан и порностример

— Очень рад познакомиться, сэр, — сказал Баки, протягивая руку. Стив несколько раз моргнул, его член внезапно заинтересовался происходящим. Этот голос произнёс слово «сэр». И что-то сделал со Стивом. Что-то грязное. Он, наверное, упадёт в обморок от прилива крови. Они пожали друг другу руки, и Стив еле подавил стон. Кожа Баки была нежной, как шёлк, лучше, чем Стив мог себе представить… чем он и занимался. Часто. Он хотел прижать Баки к груди и, наконец, попробовать его губы на вкус. В жизни они были ещё ярче. Как такое вообще возможно? И теперь он смотрел на эти губы и слишком долго тряс руку Баки. Баки откашлялся, вежливо намекая, что хочет вернуть руку. — Ммм, приятно, ммм, познакомиться, Бак… эээ. Баки. Ммм, да, — Стив махнул рукой, определённо выставляя себя идиотом. Мозг ему совсем не помогал, потому что всё ещё пытался осмыслить присутствие BuckMeBoy рядом. Стив понятия не имел, как вести себя с кем-то, кого видел голым (много раз, радостно напомнил мозг), но с кем никогда не встречался. Во время войны ничего подобного не случалось. И в презентации Джаспера в Power Point не было слайда под названием «что делать, если встретил чувака из порно, на которого надрачивал». Песня «хватит пялиться ему в пах» заиграла у него в голове. Это не сработало, поэтому Стив продолжал пялиться на промежность Баки, когда два пальца щёлкнули перед его лицом. Он моргнул, глядя на смущённого Тони. — С тобой всё в порядке, Капитан? Ты, кажется, немного не в себе. — Я в порядке! Когда его голос стал таким охренительно высоким? Тони посмотрел на него с подозрением, явно не веря ни единому слову. — Как я и говорил, — он помолчал, всё ещё бросая настороженный взгляд на Стива, — это мой протеже Баки. Он почти так же умён, как я. — Боже, пожалуйста, не начинай снова перечислять мои средние баллы. — Пробормотал Баки, проводя рукой по лицу. — Бариста из Think до сих пор пишет их на моих стаканах. Тони бросил на него насмешливый, но слегка обиженный взгляд. — Разве отец не может гордиться достижениями сына? — Ты не мой отец, Тони. — Семантика! — Тони пренебрежительно махнул рукой. Баки снова посмотрел на Стива, и его улыбка смягчилась. — Ты не против, когда к тебе обращаются «Капитан» не на задании? Вопрос поразил Стива. Мало кого волновало, называть ли его Капитаном Роджерсом или (к восторгу Клинта) Мистером Роджерсом. Обычно ему приходилось поправлять, вежливо прося называть его Стивом. Но Баки посмотрел на него и спросил, какое имя он предпочитает. — Боже, нет. Просто Тони еблан. Баки выглядел удивлённым, его улыбка стала шире. — Тони сказал, что ты не ругаешься. Бляяяяя. Этот голос погубит его. Стив дал себе мысленную пощёчину, желая, чтобы мозг наконец заработал. Он не мог заполучить стояк в лаборатории Тони. Или того хуже. В лаборатории Тони ему было не по себе. — Тони — грёбаный лжец. Стив посмотрел на Старка — его рот был так широко открыт, что в него бы поместился кулак Стива. Ему правда пора перестать фантазировать об избиениях людей. — Ты… ты не можешь говорить такое! Ты… ты — яблочный пирог, щенки и прочее дерьмо! — крикнул Тони. — Ты ведь понимаешь, что во время войны я служил в армии? Тони направил отвёртку на Стива, словно обвиняя его в колдовстве. — Но ты всегда кричишь «не выражаться», когда я ругаюсь! — Потому что ты делаешь это специально, чтобы меня шокировать или побесить. Баки прищурился, глядя на Стива, и на его губах появилась хитрая улыбка. — Значит, твой рот научился этому в армии? Стиву потребовалась вся сила воли, чтобы не сказать: «хочешь, продемонстрирую, что ещё могу делать этим ртом?» Тони бросил отвёртку на верстак и вскинул руки. — Ну, теперь, когда моё детство уничтожено, кто-нибудь хочет поговорить о том, как Мать Тереза убивала котят? Баки, явно привыкший к театральным заскокам Тони, закатил глаза. Интересно, подумал Стив, как давно они знакомы? Тут ему в голову пришла ужасная мысль: знал ли Тони о BuckMeBoy? Или, ещё хуже, был ли Тони одним из его клиентов? Казалось, у Тони и Баки сейчас отношения «наставник-ученик», но кто знал, что могло произойти в прошлом. Эта мысль заставила желудок Стива сжаться, желчь подступила к горлу. Стив откашлялся, пытаясь избавиться от этой мысли. — Так как давно ты работаешь на Тони? — О, всего неделю как перешёл на полную ставку. Я просто сотрудничал со Старк Индастриз, когда заканчивал аспирантуру. — Погоди. У тебя есть докторская степень? — спросил Стив с ноткой недоверия в голосе. — Вообще-то две, — ухмылка заиграла на губах Баки. — И я могу одеваться самостоятельно. Мама гордится мной. Боже. Стив хотел завладеть Баки целиком и полностью и стать отцом его детей. Он прекрасно понимал, что это бред. Но ему было плевать. Баки поёрзал на скамье, почесав затылок. — Прости. Мой рот начинает опережать мозг, если я слишком долго тусуюсь с Тони. — Нет! Пожалуйста, не извиняйся. Я не это имел в виду. Ты просто выглядишь так… — горячо, ебабельно, так великолепно, что моим хером можно гвозди забивать. — …молодо. — Это потому, что он реально молодой! Разве я не говорил, что он почти так же умён, как я? — Стив почти забыл, что Тони вообще находился в комнате. Тони вывел проекцию изображения с ноутбука. В воздухе материализовался голографический торс с металлической левой рукой. Старк провёл пальцами по металлу, привлекая внимание Стива. — Руководитель программы стипендий принёс мне диссертационный проект Баки — усовершенствованный протез руки. В него внедрён имплантат костного мозга и современный роботизированный механизм с функцией переназначения нерва. Это позволяет реципиенту контролировать протез импульсами головного мозга — так же, как живую руку. Ни в коем случае я не позволю этому покинуть наш магазин. Стив понял процентов тридцать пять всей этой болтовни. Возможно, потому что кровь не вернулась к голове. Той, что располагалась на плечах. Баки наклонил голову, на его щеках выступили розовые пятна. Мудаковатый мозг Стива тут же напомнил ему, как далеко мог спускаться этот румянец. — Это всё лишь предварительные разработки. Нам нужно определить лучший способ нацелиться на необходимые мышцы и переназначить нервные импульсы с живой руки на протез. И мы ещё не приняли окончательное решение, какой металл использовать для имплантации костного мозга. Тони продолжает настаивать на вибраниуме, но я думаю, что титан — лучший вариант. Он более доступен, а это снизит стоимость протеза… Баки замолчал, смущённо улыбнувшись Стиву. Наблюдать за Баки, так увлеченным своим исследованием, было чертовски приятно. Стив хотел вытрахать эту застенчивую улыбку с его лица. А затем накормить мороженым. — Прекрати! — сказал Тони, направляя еще одну отвертку на Баки. — Минуту назад ты мне чуть яйца не выкрутил. Не строй из себя скромника из-за Капитана Адониса. Баки уставился на Тони, закусив нижнюю губу. Чёрт побери! Стиву хотелось вонзить зубы в эту губу… а член в рот. Ему нужно валить отсюда. Потому что он был близок к тому, чтобы спросить Баки, нужна ли ему подушка, чтобы не затекли колени. В конце концов, Стив был джентльменом. — Я не хотел вас прерывать. Я могу вернуться за коммуникатором позже, Тони. — Не говори глупостей! Оставайся, поешь. Я заказал обед! Стив не мог просто сидеть и смотреть, как Баки кладёт что-то в рот. Его чувство благопристойности уже не справлялось с ситуацией. — Нет! Всё нормально. Я просто, э… Устал. Просто, да. Я уже ухожу. Браво, Стив. Просто браво. Когда он повернулся, чтобы уйти, то споткнулся о Дубину — бутерброды в руке маленького робота взлетели в воздух. Баки протянул руку и схватил Стива, спасая его от падения. — Я думал, ты окажешься более грациозным, — сказал Баки, притягивая Стива к себе. «Дорогой боже, пожалуйста, не позволяй ему почувствовать мой стояк, пожалуйста, не позволяй ему почувствовать мой стояк», повторял про себя Стив. Он резко выпрямился, увеличивая расстояние между собой и Баки. Это последнее, что ему хотелось сделать. Но люди смущались, когда к ним прижимались незнакомцы, верно? — Ты встретил меня в плохой день. Попробуй ещё раз, когда я не буду покрыт слизью. Баки засмеялся, и Стив мысленно врезал себе. Каким-то образом за последние десять минут он превратился во влюблённую девушку-подростка. Он снова качнулся в сторону Баки. Он ничего не мог с собой поделать. — Было приятно познакомиться… — Стив. Зови меня Стив. — Или Сэр. Или Еби Меня Сильнее. Он на что угодно откликнется. — Приятно познакомиться, Стив, — сказал Баки, отступая назад, — казалось, он понял, как близко они стояли друг к другу. И Стив был прав. Голос Баки действительно мог им управлять. *** Стив был грёбаным идиотом. Выбравшись из лаборатории Тони, он открыл первую попавшуюся дверь и шагнул внутрь, чтобы спокойно все обдумать. Это объясняло, почему он оказался в тёмном чулане. Но было неясно, почему не находится выключатель. И вот он стоит в темноте и слушает, как бешено колотится сердце. Стив нащупал ближайшую плоскую поверхность и опустил на неё голову. У него не было никаких сомнений. Придётся убраться подальше и принять фальшивую личность. Он мог бы стать глубоководным рыбаком у берегов Аляски. Отрастить бороду и покрасить волосы. Он снимет хижину в отдалённом районе и займётся строганием. Ему следует запастись клетчатыми рубашками и походным снаряжением. Чем он, безусловно, и займётся. Как только найдёт чёртов выключатель и убедит себя покинуть этот грёбаный шкаф. — Возьми себя в руки, приятель! — приказал себе Стив строгим голосом, каким говорил с Тони на задании. Проснувшись сегодня утром, он меньше всего ожидал столкнуться лицом к лицу с Баком. Ой, бляяя… Баки. Срань господня. Стиву нужно было собраться с мыслями. У Баки было имя. Он был человеком, который существовал вне его грязных фантазий. Если судить по излияниям Тони, Баки был великолепен. И ещё красивее в реальности. Баки был очаровательнее, чем котята, выдры и маленькие ленивцы вместе взятые. И всё же Стив очень, очень, очень хотел вернуться в лабораторию Тони и завалить Баки на… Ну, что-нибудь. Сейчас его члену было немного плевать на детали. Простояв в шкафу гораздо дольше, чем хотелось признавать, Стив наконец нашёл выключатель. Успокоив нервы размеренным дыханием, он открыл дверь. И тут же закрыл её, услышав приближающиеся голоса Тони и Баки. Отмените все его планы. Он начнёт новую жизнь в шкафу. Ироничность ситуации не ускользнула от внимания Стива. Он подождал, пока в коридоре воцарится тишина, и медленно открыл дверь. Высунул голову и огляделся, убеждаясь, что берег чист. И только после этого вышел и закрыл за собой дверь. — Почему ты сидел в чулане? — раздался голос Сэма из ниоткуда. Стив подпрыгнул, ударившись локтем о дверную ручку. Он зашипел, потирая рукой предплечье. — Я надену на тебя колокольчик! Сэм скрестил руки на груди и одарил Стива невозмутимым взглядом, предлагая попробовать. Сэм продолжал смотреть на него, и Стив понял, что с крючка не сорваться. — Мне нужна была ручка. Сэм посмотрел на него, как на самого большого идиота в мире. Что было не слишком далеко от истины. — У тебя есть какой-нибудь тайный фетиш? Здесь нет ничего постыдного. Нат только что сказала, что им нужна дополнительная информация для твоего профиля в Tinder. Стив поморщился. — Что вообще может дать информация о тайном фетише? Вот что, не важно. Я не хочу знать. Он повернулся и пошёл к лифту, молясь, чтобы снова не столкнуться с Баки. — Отлично. Не говори мне о своих секретных развлечениях в шкафу. Проверим, не всё ли мне равно. — Сэм встал рядом со Стивом и нажал кнопку общей зоны. Стив нажал кнопку вестибюля, потому что ему нужно было убираться из этого здания. Сейчас. — Ты в порядке, мужик? — спросил Сэм, окидывая Стива взглядом. — Я в порядке. Полном. Полнейшем. — Голос Стива дрогнул, когда он солгал. — Круто. Круто. — Сэм помолчал, глядя на руку Стива. — Может быть тогда перестанешь сжимать перила мёртвой хваткой? Гнуться начинают. Стив посмотрел на металл, который начал прогибаться под правой рукой, и тут же отпустил. Он посмотрел на Сэма и очаровательно улыбнулся. Судя по слегка испуганному выражению лица Сэма, нужного результата он не достиг. Двери открылись, и, поскольку Вселенная ненавидела Стива, Баки стоял прямо там. Стив издал сдавленный звук, прежде чем толкнул Сэма перед собой. Сэм повернул голову, глядя на Стива так, словно у того выросла вторая голова. — Чёрт возьми, что с тобой сегодня? Баки отступил назад, переводя взгляд со Стива на Сэма. — Если вам двоим нужно побыть наедине, я могу вызвать другой лифт, — сказал он, настороженно посматривая на Стива. — Нет! Это не так… тебе не нужно ждать. Ты можешь ездить на мне… со мной. Ты можешь поехать со мной. — Стив закончил свой словесный понос неловким взмахом руки. Баки выглядел совершенно потрясённым, а Сэм закрыл глаза и сжал пальцами переносицу. Прямо сейчас Стив был бы не против нападения на Башню. — Прости. Я просто… — Устал? — подсказал Баки. — Да. Именно. Выходя из лифта, Сэм закатил глаза. — У меня нет времени на это дерьмо. Жрать хочу. Без буфера в виде Сэма Стив чувствовал себя ещё большим идиотом. И тут он понял, что всё ещё машет Баки. Конечно, он ведь ещё не выставил себя полнейшим долбонавтом. — Ты вниз? — спросил Баки. — Нет, но надеюсь, ты снизу, — ответил Стив, его рот жил собственной жизнью. Видеть Баки в одежде было вредно для его когнитивных функций. Или он просто тупица. Глаза Баки расширились, лицо приобрело особенно привлекательный тёмно-розовый оттенок. — Да, я снизу… — Глаза Баки невероятно расширились. — Э… Я имею в виду, что вниз — это направление, в котором мне нужно идти! Потому что я пытаюсь выйти из здания, а выход на несколько этажей ниже. Так что да. Вниз. Баки вошёл в лифт, тщетно пытаясь смотреть куда угодно, только не на Стива. Когда ему это наконец удалось, он нерешительно улыбнулся, а потом устроился в углу, уставившись прямо перед собой. Стив проследил за пальцами Баки, когда тот заправлял выбившуюся прядь за ухо. Когда рука двинулась к шее, Стив сделал всё возможное, чтобы не застонать. Шея Баки была его фетишем, и каждая клетка в его суперсолдатском теле жаждала прикоснуться к ней. Он хотел провести по ней большим пальцем и почувствовать, как учащается пульс. — У меня что-то на лице? — спросил Баки, потирая челюсть. Стив моргнул, заставляя себя вернуться в реальность. — Прости, что? — Ты как-то странно на меня смотрел. Баки отодвинулся в угол. Шикарно. Теперь он, наверное, подумал, что Стив собирается на него напасть. — Нет! Нет. Извини! Я очень устал. На твоём лице ничего нет. «Но моя сперма прекрасно бы на нём смотрелась», мысленно продолжил Стив. И это была последняя чёртова вещь, о которой ему следовало сейчас думать. Глаза Стива скользнули вниз, в голове лениво крутился вопрос, были ли на Баки те серебряные трусы, что и прошлой ночью. Он собирался серьёзно поговорить со своим мозгом, потому что тот не помогал. Баки кивнул с выражением недоверия на лице. Он снова уставился прямо перед собой, вероятно, желая, чтобы лифт пошёл быстрее. Стив не был уверен, что делать, поэтому прислонился к стенке и заставил свой мозг вести себя хорошо. — Мм. Не думаю, что металл в этом поручне может выдержать твою силу. Стив моргнул, нахмурив брови. — Может быть, отпустишь перила? Они начинают гнуться. Стив прижал руку к груди, словно металл обжёг кожу. Он одарил Баки, как ему показалось, дружелюбной улыбкой. Судя по реакции Баки, он больше походил на маньяка. Когда лифт наконец открылся, Стив пулей выскочил из него. Он действительно был грёбаным идиотом. *** Стив шёл по внешней петле Проспект-парка, всё больше ускоряясь, пока его мысли продолжали возвращаться к Баки. Обычно стук шагов о тротуар отвлекал от них. Но его потрясло то, что он называл «Инцидентом Баки», и ему было трудно успокоиться. Последние две недели Стив избегал походов в Башню, пропуская вечера кино и регулярные тренировки с Тором. Он был довольно смущен своим поведением в лаборатории Тони… и в шкафу… и в лифте. И он не был уверен, что сможет вести себя достойнее, если в ближайшее время увидит Баки. Шансы столкнуться с ним в Башне были невелики, но он не хотел рисковать. Стив увернулся от Чувака, Который Пел и Бросал Резиновый Мяч™, и пронёсся мимо площади Гранд-Арми. Он не сбавлял темпа, всё глубже и глубже погружаясь в свои мысли. Ему было трудно соединить в голове образ BuckMeBoy с Баки, которого он встретил в реальности. Разумом Стив понимал, что вебкам-модели, вероятно, ведут себя по-другому вне камеры. Но он пустил Баки в свои самые грязные фантазии и наблюдал, как тот воплощает их в жизнь. Разве он мог вести себя так, будто даже не знает его? Стив видел, как парень дрочил… много, много, много раз. Люди не должны знать, как незнакомцы выглядят со спермой на животе. Хуже того, Баки понятия не имел, что Стив — CapDatAss. Это походило на грубейшее вмешательство в личную жизнь. Стив знал, как выглядел Баки, когда кончал, видел его член, чёрт возьми. И Баки об этом понятия не имел. Кто-нибудь ещё в жизни Баки знал, чем он занимался в интернете? Был ли Стив посвящен в ту часть жизни Баки, которую тот скрывал от остальных? Все эти плавающие в голове мысли отдавали… мозгоёбством. Тем временем член Стива изо всех сил пытался вернуться в ДроЧат. Он не принадлежал ему с тех пор, как повстречал Баки лично. Стив не был уверен, что сможет снова им управлять. Даже если бы не слышал, как Баки называл его «сэр», сорванным голосом моля о члене. Стив разогнался сильнее, заставляя себя перестать думать о голом Баки, извивающемся на кровати. Фитнес-браслет Стива пискнул, уведомляя, что он достиг скорости в двадцать три мили. Стив притормозил, отойдя в сторону, чтобы избежать столкновения с другими бегунами. Остывая, он прокручивал уведомления в телефоне. И Наташа, и Сэм не слишком тонко намекали о сегодняшнем киновечере в Башне. Он знал, что в третий раз пропустить его без допроса не получится. А Стив не выдержит допросов Наташи и Сэма. Он ответил, что будет, уверяя себя, что не столкнется с Баки. Стив направился домой, решив по пути побаловать себя пирожными «Раннер энд Стоун». После душа, где ему удалось не дёргаться от мыслей о лице Баки, он устроился в студии. Наплевав на здравый смысл, он закончил работу над эскизом татуировки Баки. Оттенки чёрного, серебристого и серого создавали ощущение движения в татуировке и прекрасно сочетались с углём. К тому времени, когда ему нужно было готовиться к Ночи кино, он почувствовал острую потребность провести языком по каждой детали рисунка. Стиву потребовалось время, чтобы решить, что надеть. В конце концов он остановил свой выбор на тёмных джинсах и лёгком чёрном кашемировом свитере (у Наташи действительно был отличный вкус) с белой футболкой. Он знал, что Баки сегодня не придёт, но не мог не попытаться. Прежде чем выйти, он ещё раз взглянул в высокое антикварное зеркало в спальне. К тому времени, как он добрался до Башни, все уже собрались в медиа-зале. — Ну, здравствуй, незнакомец! — воскликнула Ванда, притягивая его к себе. Он обнял хрупкое тело, её расслабляющее присутствие немного успокоило его. — Где ты прятался? — Я бывал тут. Просто не так часто, как обычно. Ванда испытующе посмотрела на него, вопрос явно вертелся у неё на языке. Через мгновение она покачала головой и подтолкнула его в сторону кухни. — Помоги нам с Брюсом с попкорном. Другие борются за то, какой фильм смотреть. — Разве сейчас не очередь Клинта? Брюс протянул Стиву полную миску попкорна и бутылку «Брейди-стрит». Эта штука была в Башне на вес золота, поэтому Брюс был назначен хранителем специй. Никто другой не был уверен, что не съест всё. — Привилегии Клинта были аннулированы, когда он предложил Утку Говарда. Ванда кивнула и взяла ещё одну большую миску маслянистого попкорна. — Сегодня никто не желает утиного секса. Стив озадаченно посмотрел на неё. — Есть фильм… с утиным сексом? — Попыткой утиного секса. — поправил его Брюс. — И не только уток с другими утками. Он почти совокупился с Лией Томпсон. — Это неправильно понятая классика комедии! — Крикнул Клинт со своего места на одном из диванов. Наташа, сидящая рядом, толкнула его ногой по бедру. — Идиот. — Ой! Смотри, куда ноги суёшь. — Перестань заставлять нас смотреть утиный секс. — Наташа пнула его по руке, очевидно, пытаясь намекнуть на массаж ног. — Попытку утиного секса! — Клинт фыркнул, сдаваясь и начиная разминать её ступню. — Попытка или нет, мы не смотрим этот фильм. — сказал Сэм. — Мы должны посмотреть что-то из списка Стива. Клинт вскрикнул с обиженным выражением на лице. — А Утки Говарда там нет? Сэм покачал головой, явно сомневаясь в своём решении присоединиться к группе этих идиотов. При упоминании списка Стив оживился. — Можно посмотреть первый фильм про хоббита? Я слышал о нём много хорошего. — От кого? Ты знаешь только нас, — сказал Тони. Пеппер стукнула его и кинула на него свой фирменный, запатентованный «я устрою тебе весёлую жизнь, как только мы останемся наедине» взгляд. Брюс и Ванда принесли попкорн и закуски к кофейному столику, претендуя на места на одной стороне большого дивана. — Вообще-то я тоже хотела посмотреть, — сказала Ванда. — Приключения Хоббита! — Тони хлопнул в ладоши. — Джарвис, включи «Хоббит: Неожиданное путешествие». — Хорошо, сэр, — послушно ответил ИИ. Стив поставил последнюю закуску на стол и огляделся в поисках места. Клинт и Наташа заняли диван поближе к выходу. А Тор, Сэм, Тони и Пеппер сидели на другом конце секции, оставив свободным только второй диванчик. Стив растянулся на нём, когда погас свет и начался фильм. Как только зазвучала музыка, в комнату вошёл Баки. Потому что Вселенная пиздец как ненавидела Стива Роджерса. — Ты едва успел, Баки-бой, — крикнул Тони, — все, познакомьтесь с моим протеже Баки Барнсом. Баки, познакомься… это, ну, все, — Тони обвёл рукой комнату. Баки слегка помахал, когда его встретили хором приветствий. Стив не мог не смотреть, как Баки шаркающей походкой вошёл в комнату. На нём были джинсы и тёмно-синяя футболка с рисунком запертого в стеклянной банке космического корабля. При ближайшем рассмотрении Стив понял, что это Безмятежность из Светлячка, одного из его любимых шоу с момента пробуждения. Потому что Баки, конечно, любил Светлячка. Стиву хотелось стукнуться головой о ближайшую стену. Баки оглядывался, пока не нашёл единственное свободное место. Которое было рядом со Стивом. Он в сраном аду. — Не возражаешь, если я… — Баки замолчал, указывая на свободное место на диванчике. Стив подвинулся. — Конечно. Извини. Я не знал, что кто-то ещё придёт. Баки коротко кивнул, а потом прилепился к подлокотнику дивана. Вероятно, не хотел находиться рядом с психом из лифта. — Тони приказал мне покинуть лабораторию и прийти за «необходимым количеством социального взаимодействия». Что бы это ни значило, — пробормотал Баки. — Ты торчишь в лаборатории с пяти утра. Джарвис начал волноваться, — сказал Тони, и на него тотчас зашипели. Баки покраснел, впившись пальцами в складку джинсовой ткани у колена. — Я взял обеденный перерыв, — прошептал Баки Стиву, помня, как шикнули на Тони. Он поспешно отодвинулся назад, как только понял, что вторгся в личное пространство Стива. Стиву захотелось дёрнуть его обратно и погладить по волосам. Стив наклонился ближе, делая вид, что не хочет мешать остальным. И понюхал его волосы. Пахло свежим бельём. И теперь Стив будет мучаться стояком каждый раз во время стирки. Просто охуительно. — Можно подумать, у Тони есть право судить. Я почти уверен, он никогда бы не покинул лабораторию, если бы Пеппер к нему не приставала. Баки фыркнул, потом спохватился и попытался заглушить смех кашлем. Стиву хотелось облизать его рот и извлечь из него самые разные звуки. — Прости. Моя мама всё время говорит, что когда я смеюсь, похож на пенсионера, у которого от кашля вот-вот лёгкое вылетит, — извинился Баки. Стив, мягко улыбнувшись, покачал головой. — По-моему, ты смеёшься восхитительно. Глаза Баки расширились, а потом он перевёл взгляд на экран, сильнее впившись пальцами в ткань джинсов. Стив никак не мог перестать сравнивать этого Баки с тем, которого так близко узнал в интернете. Он никогда бы не подумал, что парень, сидящий рядом с ним, будет скулить в предвкушении, как Стив кончит ему на лицо. От этой мысли Стив слегка заёрзал. Они вежливо замолчали, погрузившись в фильм. Стиву было трудно сосредоточиться на сюжете, потому что Баки всё время задевал его ногу. Он ёрзал, явно пытаясь что-то скрыть. — Джексону нужен редактор. Тут воды как в ебучем океане, — пробормотал Баки. Стив не был уверен, говорит он с ним или сам с собой. Увидев замешательство на лице Стива, Баки махнул рукой в сторону экрана. — Этой части даже нет в книге. И она никак не влияет на ход повествования, — тихо сказал Баки. — Это просто способ вызвать у аудитории ностальгическое настроение. Он полагается на наши чувства к фильмам «Властелин колец», чтобы создать атмосферу приключения. Нам это не нужно! В книге более чем достаточно приключений! Всё набирающая громкость тирада Баки прекратилась, когда на него зашипели уже хором. Стив не мог разглядеть его в темноте, но готов был поспорить, что Баки теперь восхитительного оттенка красного. Стив хотел съесть его ложкой. — Не поклонник этого фильма? — поддразнил он, слегка толкнув Баки коленом по бедру. Он не мог не думать о том, каким мускулистым было бедро под этими джинсами. Баки покачал головой, втягивая зубами нижнюю губу. Стиву пришлось сесть на руки, чтобы не потянуться к этой губе. — Прости. Я, эм… Я просто защищаю книгу, — сказал Баки, понизив голос, чтобы избежать гнева Шикальщиков. Он пожал плечами, обхватив ладонями шею. Стив почти наклонился, чтобы провести по нему языком. — А она хороша? Баки резко обернулся, открыв рот. — Ты никогда не читал её? Теперь настала очередь Стива смущаться. — Я так и не удосужился… — он замолчал. — Верно. Верно. Я всё время забываю обо всей этой истории… с растопленным льдом, — Баки взмахнул руками, едва не врезав правой Стиву по лицу. Стив громко рассмеялся, заработав возмущённый взгляд Сэма. Баки наклонил голову, и Стив, не удержавшись, толкнул его плечом. Внезапная вспышка с экрана осветила нежный румянец на его щеках. Новой миссией Стива было заставить Баки краснеть как можно чаще. — Никто никогда не называл это так. — Боже мой! Я не хотел тебя обидеть! Я просто, боже… Мне так жаль, если я тебя обидел, — Баки отшатнулся. Он провел рукой по лицу, снова и снова бормоча «идиот». — Ты не идиот. Женщина на благотворительном мероприятии однажды спросила, замерз ли мой член. Вот настоящая идиотка. Баки хихикнул. Он, блядь, хихикнул. Стив был готов сбросить Тони с крыши, лишь бы заставить Баки сделать это снова. — Я обещаю ничего не спрашивать о твоём чле… анатомии, — Баки поймал себя на том, что снова краснеет. Стиву очень хотелось, чтобы Баки сказал «член». Или взял член Стива в рот. Стив сжал губы, решив не говорить ничего неуместного. Он заслужил хренову медаль за свои усилия. — Что ж, спасибо. Это очень вежливо с твоей стороны. Баки выглядел так, словно хотел, чтобы его целиком поглотило кресло. Как бы Стиву ни нравилось смотреть, как Баки краснеет, он не хотел, чтобы ему было неудобно. Он хотел узнать этого Баки получше, но не сможет, если тот закроется. Стив повернулся к Баки, положив локоть на спинку дивана и подперев голову кулаком. — Ты, вроде, говорил о книге? — О! Да, — сказал Баки, наклоняясь немного ближе, чтобы Стив мог его услышать. — Как я уже сказал, я её защищаю. Это была первая книга, которую я по-настоящему прочувствовал, понимаешь? Стив кивнул, но промолчал, поощряя Баки продолжать. — Когда мне было девять, я подхватил ветрянку от своего лучшего друга Томми. Была середина лета, жарко как в аду, а я застрял дома. Мой отец дал мне свой старый экземпляр «Хоббита». Он был весь в пятнах, и страницы были смяты от того, что их так часто переворачивали. Он сказал, что если я захочу приключений, то найду их на этих страницах. Баки смотрел куда-то вдаль, словно в его голове прокручивалось какое-то сокровенное воспоминание. — Я был беспокойным, чувствовал зуд во всем теле, и вообще был сущим кошмаром для мамы и Бекки. Думаю, мой отец просто хотел, чтобы я хоть на пять минут заткнулся. Но я открыл книгу, и меня тут же засосало. Я не мог дождаться, чтобы узнать, что случилось дальше. Вдохнул всю книгу за один день и провёл остаток лета, перечитывая её. На мой десятый день рождения папа подарил мне мой собственный экземпляр вместе с трилогией «Властелин колец». Это по-прежнему один из лучших подарков, которые я когда-либо получал. Стив не мог отвести взгляд от лица Баки, и эта история вызвала удивление в его ледяных голубых глазах. Баки издал тихий смешок, тень воспоминаний исчезла с его лица. Стив с трудом сдерживал нежность, закипающую в груди. — Кто такая Бекка? — Ребекка, моя младшая сестра. И постоянная боль в заднице. — Баки просиял. — Она все время ходила за мной по пятам. Бекка и дала мне прозвище. Когда ей было три года, я пытался научить её произносить моё второе имя, Бьюкенен. Лучшее, что она могла выговорить — Баки, и оно привязалось. — Мне нравится, — прошептал Стив. Он не мог сдержать в голосе нежности, которую чувствовал к BuckMeBoy. Баки повернул голову, их глаза встретились. Наступила напряженная тишина, на лице Баки замерцали отсветы фильма. Стив составил карту микроскопических признаков его желания — румянец на коже, трепет длинных ресниц, когда Баки моргал, приоткрытые губы, когда он делал резкий вдох. Стив знал, что Баки, вероятно, видел то же самое на его лице. Глубокая боль желания охватила Стива, как лесной пожар. Баки тяжело сглотнул, прежде чем разорвал зрительный контакт. Баки тихо кашлянул, глядя на свои колени. — В любом случае… Теперь, когда я продемонстрировал, какой я задрот… Стив дотронулся до его плеча, привлекая внимание. — Я так не думаю. У всех нас есть какая-то вещь, которая проникает в душу и отказывается отпускать. Или, по крайней мере, я на это надеюсь. Баки подвинулся в сторону, вжавшись в диванчик и глядя прямо на Стива. — Что у тебя? Стив сделал паузу на мгновение, не уверенный, скольким он должен поделиться. Голос в голове (подозрительно похожий на голос Наташи) прошептал: «всем». — В первый раз, когда моя мама взяла меня в Метрополитен, я был так взволнован, что у меня чуть не случился приступ астмы. Это было ошеломляюще: столько произведений искусства в одном месте. Она говорила, что у нас впереди весь день, но я не мог не спешить. Мне хотелось увидеть всё сразу. Впитать всё это. Стив тепло улыбнулся, вспомнив жжение в легких от беготни вверх и вниз по лестнице музея. — Я носился повсюду, вероятно, смутил её до чертиков. Но она позволила мне сходить с ума. Сказала, что скоро что-то привлечет моё внимание. И она была права. Я завернул за угол и остановился как вкопанный. На картине были изображены две женщины, пьющие чай. Простая сцена, ничего особенного. Но художнику удалось передать эфемерный свет на переднем плане. Это выглядело так чертовски реально, будто я мог войти в картину и сесть рядом. Она заставила меня забыть обо всём вокруг. И это было стыдно, ведь я стоял посреди дверного проёма и мешал другим посетителям. Баки рассмеялся, прядь волос упала ему на щеку. Стиву до боли хотелось протянуть руку и смахнуть ее. — Что это была за картина? — «Чайные листья» Вильяма Макгрегора Пэкстона. Одна из моих любимых. — Она ещё выставляется в Метрополитене? — спросил Баки. Стив кивнул, скрестив руки на груди, чтобы те не начали гладить лицо Баки. — Каждый раз, когда у меня появляется возможность, я иду смотреть на неё. Это бесполезная практика. Но я продолжаю надеяться, что выясню, как играть со светом. — Возможно, я нанесу визит. Ты возбудил моё любопытство. Стив попытался заговорить, не обращая внимания на комок в горле. — Может быть, я пойду с тобой. По лицу Баки медленно расплылась улыбка. — Мне бы этого хотелось. Пока они продолжали говорить, остальная часть комнаты будто растворилась, а Стив и Баки оказались в пузыре, где тихо обмениваясь маленькими частицами себя в сиянии приключений Бильбо. Стив хотел спросить о татуировке, но было слишком темно, чтобы рассмотреть ее. Он пообещал себе, что расспросит Баки об этом позже, может быть, когда удасться провести по ней пальцами. Или языком. Не успели они опомниться, как на экране появились титры. Все начали подниматься, чтобы прибрать перед уходом. — Так что ты думаешь, Кэп? — спросил Тони, потянувшись на коленях Пеппер. Стив запнулся, пытаясь вспомнить что-нибудь о фильме, который должен был смотреть. — Он был, эммм… длинный? Наташа посмотрела на него с лёгкой, радостной улыбкой на лице. Это не предвещало ничего хорошего. Баки снова замаскировал смех кашлем, даже не собираясь помогать Стиву. Несмотря на то, что это была его вина. С этим дурацким горячим лицом и шеей, которая поставит любого вампира на колени. Мудак. — Питеру Джексону нужен редактор получше, — сказал Брюс. Баки вскочил с дивана, указывая на Брюса. — Спасибо! Я говорю это уже много лет! Он захлопнул рот, когда понял, что все смотрят на него. Стив почувствовал, как по лицу расползается глупая улыбка. — И на этой ноте, думаю, нам пора заканчивать. — Наташа стала выгонять людей из комнаты. Стив был на пятьдесят процентов уверен, что она делает это, чтобы дать ему и Баки уединиться. Он не знал, должен ли чувствовать благодарность или раздражение. — Спокойной ночи, Мистер Роджерс! — крикнул Клинт, когда его вытолкнули за дверь. Баки не мог удержаться от смеха. Мудак. Баки вытянул руки и ноги, его футболка слегка приподнялась, обнажив кусок кремовой кожи. Стив практически застонал, его рот наполнился слюной. Он хотел оставлять засосы на этой коже, пока Баки весь не будет покрыт его метками. — Ну, это было самое интересное, что когда-либо со мной случалось во время просмотра «Хоббита». Они направились к лифту, Стив отметил пустой коридор. А Наташа молодец, не отнимешь. — Это не так уж о многом говорит, учитывая, что ты его ненавидишь. Баки пожал плечами, прислонившись к стене. Стив стоял, скрестив руки на груди, и в голове у него крутился разговор с Наташей. Баки оказался совсем не таким, как он ожидал, и это его взволновало. Ему захотелось узнать больше — понять Баки и выведать все его секреты. И посвятить бесконечные часы превращению Баки в дрожащую массу. Приняв решение, он шагнул ближе к Баки, положив руки по обе стороны от его головы. Баки застыл, широко раскрыв глаза от шока. — Скажи мне, я неправильно понял, — прошептал Стив на ухо Баки, — но я чувствую что-то между нами. Я не уверен, что это, но, может быть, у нас получится выяснить это вместе? Баки издал звук, напоминающий нечто среднее между Румбой и воплями дерущихся котов. Стив ухмыльнулся низко и грязно, проехавшись носом по ушной раковине Баки. — Давай я тебя провожу. — Как на свидании? — спросил Баки, и у него перехватило дыхание. Откинувшись назад, Стив встретился с ним взглядом. — Как на свидании. Баки смотрел на него целую вечность, прежде чем его лицо расплылось в широкой улыбке. — Я с удовольствием… мистер Роджерс. Маленький говнюк. *** Стив сидел у деревянной барной стойки «Vinegar Hill House» и ждал Баки. В ту минуту, когда Баки сказал «Да», он понял, что хочет прийти сюда. В этом заведении царили сельские простота и уют — старинные обои и тёмное дерево сочетались с кактусами, суккулентами и безделушками прямо с бабушкиного чердака. Это было идеальное место, чтобы забиться в тихий уголок и целиком посвятить себя свиданию. И это именно то, что Стив хотел сделать сегодня вечером. Он потягивал старомодный напиток, позволяя дымку бурбона обволакивать его язык. Алкоголь не действовал на него, но он наслаждался вкусом хорошо приготовленного коктейля. Стив пришёл на пятнадцать минут раньше, ему надоело бесцельно бродить по дому. Изрядную часть дня он рылся в своей одежде, а потом остановился на кобальтово-синем свитере с v-образным вырезом поверх чёрно-белой клетчатой рубашки и добавил к ним чёрные брюки и узкий тёмно-синий галстук. Чёрное шерстяное двубортное пальто аккуратно висело на спинке соседнего барного стула. Зонт с длинной светящейся ручкой — шутливый подарок Сэма, который ему втайне нравился, — был прислонен к стойке. Стив постучал пальцами в такт звукам Файста, эхом отдававшимся в зале. Он с нетерпением ждал встречи с Баки — никаких помех, никаких барьеров. Только они вдвоем — и, он надеялся, это поможет узнать друг друга получше. Стив всё ещё пытался держать эмоции под контролем, снова и снова напоминая себе, что Баки не знал об их более интимной связи. Ему до боли хотелось запустить пальцы в волосы Баки, втянуть его в грязный поцелуй. Но они еще не дошли до этой стадии, даже если член Стива был в корне не согласен. Порыв холодного воздуха ворвался в помещение, сигнализируя о чьем-то прибытии. Стив обернулся и мгновенно онемел. Стоя в дверях, Баки стряхнул капли дождя с волос и пальто. И выглядел он потрясающе. Богатого тёмно-синего цвета бушлат был расстёгнут, обнажая пёстрый жилет поверх накрахмаленной белой рубашки. Узкие тёмно-серые брюки в тонкую полоску облегали его подтянутые бёдра. Распутывая чёрный вязаный шарф, Баки оглядел небольшое пространство. Его глаза загорелись, когда он заметил Стива. Внутренности Стива превратились в теплое желе. Он хотел провести остаток своих дней, купаясь в этой улыбке. Стив встал из-за стойки, притягивая Баки к себе. Он положил руку ему на спину и нежно поцеловал в висок. Баки отступил, снимая пальто. — Я же не опоздал? — Нисколько. Я всегда прихожу раньше, — улыбнулся Стив, убирая пальто, чтобы Баки мог сесть. — Почему это меня не удивляет? — поддразнил Баки, устраиваясь поудобнее, прежде чем повернуться к бармену. — Можно мне «Бурную ночь»? Бармен, среднестатистический бородатый бруклинский хипстер, кивнул. — Какой вы предпочитаете ром? Могу я посмотреть ваше удостоверение? Баки покраснел и, опустив глаза, вытащил бумажник. Предъявив удостоверение и попросив ром «Gosling’s Black Seal», он снова повернулся к Стиву. — Проклятие детского лица. Вероятно, у меня будут спрашивать документы и когда я окажусь в доме престарелых. — В жизни бывают проклятия и похуже, — сказал Стив с мрачной ноткой в голосе. Он мысленно встряхнулся, решив, что эта ночь должна быть легкой. — Наш столик освободится через несколько минут, но, если хочешь, могу узнать, не посадят ли нас сейчас. — Нет, пока мне и здесь хорошо. Я добрался бы раньше, но поезд внезапно проехал без остановки две станции от Йорка. — Дай угадаю. Они не объявили об изменении, пока двери не закрылись? Баки энергично кивнул, когда бармен поставил перед ним янтарный напиток. — Ненавижу, когда они так делают. Кажется, что меня похищают! Баки сделал глоток. Стив смотрел, как дёргается его горло. Он отпил из своего бокала, чтобы успокоиться. У него было слабое подозрение, что с самообладанием сегодня будут проблемы. Стив прочистил горло и приказал своему телу вести себя хорошо. — Ты живешь в Бруклине? — Да. Мы с моей подругой Дарси снимаем квартиру в Гованусе, неподалёку от станции четвёртой авеню. Уже около года. — Я помню, в том районе были одни заводы и погрузочные доки. С одной стороны вонь, с другой — мафия, сбрасывающая тела в канал. Люди не особо жаждали там жить. Баки наклонился вперед и оперся локтями о стойку, чтобы не упасть. — Теперь там супермаркет Хол Фудс с пивным баром на крыше. Здорово прошвырнуться по местным магазинчикам с органическими продуктами, наблюдая, как мимо проплывают химические отходы. — Бруклин определённо сильно изменился. Баки придвинулся поближе к Стиву и поставил ногу на его табурет. — Мой отец — историк, и он очарован историей Бруклина. Когда я был младше, мы ходили гулять, и он рассказывал мне об окрестностях — как они изменились, их культурное или историческое значение. Это было похоже на путешествие в прошлое. — Я бы хотел расспросить его обо всем, что пропустил. Есть некоторые вещи, которые всё ещё знакомы — отголоски того, что я помню. Но некоторые районы я вообще не узнаю. Хотелось бы узнать, как они развивались. В последнее время я читаю книгу об истории Проспект-парка. Я был шокирован, узнав, как расцвела в 70-х годах преступность. Когда я рос, люди целыми семьями не боялись спать там летом. Не могу поверить, что там стало настолько плохо, что это место назвали Игла-парк. — Вы с моим отцом могли бы говорить часами. Прежде, чем Стив успел ответить, к ним подошла миниатюрная брюнетка. — Прошу прощения, джентльмены. Ваш столик готов, я провожу вас к нему. Стив кивнул, поднимаясь и подхватывая их пальто и зонты. Он сделал жест рукой, позволяя Баки идти первым. Хостесс отвела их в угол, стены вокруг стола были обшиты толстыми деревянными панелями. Стив заплатил за то, чтобы столики в непосредственной близости от них оставались пустыми. Когда они расположились, девушка положила перед ними меню и поставила графин с водой. — Ваш официант скоро подойдёт. Приятного вечера. Стив вежливо кивнул ей и улыбнулся, прежде чем повернуться к Баки. Они задержались на мгновение, чтобы просмотреть меню, комментируя еду и то, что они хотели. Как только заказ был сделан, Стив положил руки на стол и подался вперед. — Так твой отец преподает историю? Баки отхлебнул воды и кивнул. — Вроде. Он в творческом отпуске в Городском колледже Нью-Йорка. Он работает над книгой об истории канала Гованус. Это абсолютное совпадение, что сейчас я живу рядом с ним. Он исследовал канал… э, уже года три? — Ты спрашиваешь или утверждаешь? — ухмыльнулся Стив. Баки поднял бровь, на его лице не отразилось никаких эмоций. — А ты и правда немного дерзкий, да? Стив поднес руки к лицу и прижался к ним щеками. — Брось, Бак. Я любимец Америки. Баки склонил голову набок, нахмурив брови. — Ты что, сократил мое прозвище? Глаза Стива распахнулись, от совершенного промаха перехватило дыхание. Он выпрямился и пожал плечами. — Я, эм… да? Баки удивленно рассмеялся. — Это впервые, капитан. Баки назвал его капитаном. Звучание этого слова направилось ему прямо в член. — Если продолжишь называть меня капитаном, я сочту, что ты хочешь, чтобы я взял командование на себя, — сказал он немного хриплым голосом. Баки выглядел смущённым, его щеки заалели. Он заерзал на сиденье, покусывая нижнюю губу. Стив проследил за движением глазами, намерение на его лице, вероятно, было очевидным. Баки покачал головой, его глаза были размером с блюдца. — Я не… э-э… не подразумевал… ничего такого. Стив искал в Баки любой намёк на BuckMeBoy. Ситуация казалось настолько острой, что он просто должен был проскользнуть. Но Баки продолжал изображать оленя в свете фар, твердо смотря вперёд. Момент был упущен, когда принесли закуски. Официантка непринуждённо болтала, ставя на стол салаты. Баки заторможенно потянулся к тарелке. Стив изучал его мгновение, стратег в нём пытался обнаружить закономерность, прежде чем переключить передачи. — Так твоя мама тоже профессор? — Ха! О боже, нет. Слишком хиппи, чтобы быть в Академии. У неё магазинчик вязания на Виндзор-террас. — Неужели? Это она связала твой шарф? — Конечно. Мой шкаф забит связанными ею вещами. Она и нас с Бэкс научила. Я вяжу иногда, когда делаю вычисления в голове. Помогает сосредоточиться и продумать расчеты. Я закончил два свитера, работая над конструкцией протеза. — Честно говоря, я понятия не имел, о чём вы с Тони говорили на днях, — усмехнулся Стив. И, как по часам, на щеках Баки появился румянец. Стив заставил себя не думать о том, как краснел Баки, когда кончал. — Ещё раз прошу прощения. Я очень волнуюсь, когда поднимается тема моей разработки. Если мы сделаем всё правильно, она может стать революцией в области протезирования и ортопедии. — Не извиняйся за то, что страстно увлечен тем, что делаешь. Я нахожу это невероятно привлекательным. — Стив намеренно понизил голос, чтобы заставить Баки покраснеть еще сильнее. Баки немного сгорбился, но его улыбка была ослепительной. Чего только Стив не хотел бы сделать с этими красивыми губами. Беседа легко текла, пока они поглощали ужин, Стив то и дело касался руки Баки или «случайно» скользил ногой по его ноге. Он внимательно следил за реакцией Баки — резкий вдох, покусывание губы, потемневшие глаза. Но он ни разу не прокомментировал то, что делал Стив. Это одновременно сводило с ума и возбуждало. А также подтверждало его прежние подозрения. В жизни Баки мог быть саркастическим дерьмом. И Стив находил это бесспорно привлекательным. Хотя ему нравилось быть доминантным в постели, он не хотел подчинения в других аспектах отношений. Трудно найти такой баланс в одном человеке. И это было что-то, чего он никогда не встречал в прошлом. Но Баки становился гораздо более сдержанным, когда дело доходило до того, чтобы поделиться своими страстями: и переживаниями о своей работе, и более тайной стороной. Стив также заметил, что Баки не очень хорошо умеет принимать комплименты, по крайней мере от него. Все это заставило Стива желать раздвинуть границы Баки до предела. Ему нужно было выяснить, раскроется ли Баки перед Стивом так же, как перед CapDatAss. Когда с основными блюдами было покончено, Стив заказал для них кусочек шоколадного торта «Гиннес». — Откуда ты знаешь, что я жить не могу без сладкого? — спросил Баки с довольным выражением на лице. Мысленно поблагодарив маленький столик, Стив просунул икру между колен Баки, заставляя его раздвинуть ноги. — Я предполагал, что нам нравится есть одно и то же — что-то сладкое и совсем немного греховное. Смысл слов нельзя было понять неверно, не с его выражением лица. Баки откинулся на спинку стула, разрывая пальцами салфетку под стаканом. Он откашлялся, оглядывая стол. — Бекка ненавидит шоколад — для меня звучит как полный бред, — сказал он, немного повысив голос. Стив усмехнулся, придвигая колено чуть ближе к цели. Баки схватил свою воду, осушил её одним долгим глотком, прежде чем осторожно отодвинулся. Стив не смог сдержать хитрой улыбки, расползавшейся по лицу. Будет очень весело дразнить Баки. Появился официант с тортом и чашками кофе. Баки с беспомощным видом наблюдал, как Стив вытворяет вилкой всё более развратные штуки. К тому времени, как Стив расплатился по счёту, он уже был готов взорваться. Баки потребовалось больше времени, чем обычно, чтобы надеть пальто. Дождь прекратился, и Стив предложил Баки проводить его до метро. Он медленно потянулся к руке Баки, давая ему пространство на случай, если тот почувствует себя неловко. Баки сжал руку Стива, их плечи соприкоснулись. Стив поднёс руку Баки к губам и нежно поцеловал её. — Сегодня я прекрасно провёл время. Баки опустил глаза и снова покраснел. Боже. Он был чертовски очарователен. Стив не мог не думать о том, как восхитительно выглядел бы Баки, стоя на коленях. Когда они добрались до станции, Стив отодвинул Баки в сторону. Он теснил Баки назад, пока тот не упёрся спиной в стену. Баки выдохнул, его взгляд упал на губы Стива. Стив обхватил его лицо руками осторожно, почти благоговейно. Он провёл большим пальцем по нижней губе Баки и положил другую руку на стену, не давая ему отстраниться. Баки тихонько вздохнул, теребя ткань пальто Стива. Он придвинулся ближе, коснувшись губами щеки Баки. — Можно тебя поцеловать? — прошептал он низким и хриплым голосом. Баки кивнул, не отрывая глаз от губ Стива. Он положил руку Баки на затылок и привлек к себе. Почувствовав наконец эти губы, Стив издал страстный стон. Он зарылся пальцами в волосы Баки, слегка потянув за мягкие пряди. Баки разомкнул губы, обхватив его за спину, когда поцелуй углубился. На вкус он был как шоколад, пряный ром и всё, чего Стив всегда хотел, не осознавая. Всё его внимание было сосредоточено на бархатистом скольжении их языков. Он просунул ногу между бёдер Баки, несильно надавив. Вцепившись в пальто Стива, тот тихо всхлипнул. Стив отчаянно хотел услышать этот звук снова. Он прижался к Баки всем телом, от колен и до груди. Он почувствовал, как Баки сильнее приник к его бедру, когда сделал поцелуй ещё глубже. Стив хотел заползти внутрь Баки и поглотить его прямо здесь, на обочине улицы. Группа шумных студентов высыпала из метро, возвращая их к реальности. Стив неохотно прервал поцелуй, прижавшись лбом ко лбу Баки. Он видел, как их дыхание смешалось в холодном ночном воздухе. Стив почувствовал, как Баки задрожал, но не был уверен, от поцелуя или от холода. Баки легонько толкнул Стива в грудь, выпрямляясь. Тот отступил и еле подавил стон. Баки выглядел как сбывшаяся порно-мечта: губы припухшие и красные, волосы растрепаны, взгляд расфокусирован. Каждая клетка в теле Стива хотела вновь прижаться к Баки и ощутить его вкус. Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем кто-то из них смог заговорить. — Я должен… Я должен… наверное, идти. — Баки выглядел так, будто это было последнее, что он хотел сделать. Стив откашлялся и кивнул. — Никто не знает, что может произойти с поездом. Он отступил назад для более целомудренного поцелуя, проводя пальцем по челюсти Баки. — Напишешь мне, когда доберёшься до дома? — спросил он. Баки улыбнулся, сжав запястье Стива. — Конечно, дедушка. — Придурок. — Сопляк*, — крикнул Баки, заходя в метро. Когда Стив свернул на Йорк-стрит, в кармане его пиджака завибрировал телефон. Вытащив его, он обнаружил сообщение от Баки. Баки: твои зубные протезы держались на удивление хорошо. Маленький говнюк. *Слово Punk имеет слэнговое значение «молодой/мелкий хулиган», и именно оно используется тут (и, подозреваю, в каноне тоже). И тем не менее я оставила киношный вариант перевода как наиболее знакомый и привычный