Санто-Доминго

Слэш
R
В процессе
50
Размер:
планируется Миди, написано 59 страниц, 8 частей
Описание:
Энрике - юный наследник сахарной плантации, чему он совершенно не рад. И очередное приобретение рабочих рук не приносит ему удовольствия, пока один из рабов не привлекает внимание самого преемника и его сестры. Покупка, которая в первые минуты кажется глупостью, в корне меняет жизнь семьи Сантьяго де Ньето.
Работа написана по заявке:
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
50 Нравится 17 Отзывы 9 В сборник Скачать

Часть 1. Покупка

Настройки текста
      По широкой мощеной набережной вальяжно расхаживали степенные семейные пары, нарядно одетые женщины и мужчины в камзолах, нередко с несколькими чернокожими охранниками за спиной. Кто-то был расслаблен, а кто-то по-деловому собран, предвкушая горячие торги. Но тех, кто действительно пришел на набережную для совершения сделок, было гораздо меньше тех, кто воспринимал прибытие «Дона Хуана» в порт, как очередное светское мероприятие. Дамы под кружевными зонтиками, защищающими их от палящего солнца, либо медленно прохаживались рядом со своими мужьями, либо собирались разноцветными стайками с подругами, чтобы обсудить последние новости. Мужчины вежливо обменивались любезностями с другими встречными господами, а маленькие, нарядно одетые дети в дорогих костюмчиках весело бегали и играли друг с другом. Все вокруг напоминало атмосферу праздника и веселья, если бы не длинная шеренга живого товара, располагавшаяся по левую сторону набережной. Она темным пятном маячила в уголках глаз у статного молодого человека, несмотря на то, что он старательно отворачивался и всячески делал вид, что попал сюда совершенно случайно, просто прогуливаясь по причалу.       — Смотри, Рике, что скажешь насчет него? — Идущий рядом дородный мужчина коснулся рукава его голубого камзола серебряным набалдашником трости.       — Не знаю, отец, — безлико отозвался юноша, даже не взглянув на человека, на которого ему указывали.       — Что значит, не знаю? — мужчина недовольно поморщился. — Ты должен разбираться в рабах. Что за работников ты тогда будешь покупать после моей смерти? На кого мне оставлять плантацию?       — Тише, любовь моя, тише. Не дави на него, Диего. Все придет в свое время.       Энрике благодарно кивнул матери, прилежно вышагивающей рядом со своим мужем, и продолжил ненавистную ему прогулку, мечтая как можно дальше оказаться от этого места.       — Дон Диего Сантьяго де Ньето! — прервал размышления юноши зычный голос, обращенный к его отцу. — Я уже начал волноваться, что вы пропустили новую партию рабочих. А вы умеете скрываться в толпе.       — День добрый, полковник Дези, — раскланялся с другом отец.       Энрике вежливо кивнул, мать с сестрой сняли с рук перчатки и протянули их для поцелуя.       — Алонсо, подойди сюда, сын мой, поприветствуй наших соседей, — обратился полковник к молодому человеку, занятому сейчас рассматриванием зубов одного из выставленных на продажу негров.       Тот сказал что-то матросу, приглядывающему за товаром, и приблизился к семье Сантьяго де Ньето.       — Господин губернатор, донья Грасия, — небрежно кивнул Алонсо, решив проигнорировать Энрике и его маленькую сестру. — Отец, я уже договорился о покупке той черной свиньи. Думаю, еще несколько штук, и этого будет достаточно.       — Считаешь? Как скажешь, Алонсо, как скажешь, — согласно закивал полный мужчина. — Как прекрасно, когда все дела, связанные с плантацией, можно переложить на плечи сына. Я еще никогда не чувствовал себя таким молодым и полным сил, после того как вернулся Алонсо.       Энрике искоса посмотрел на молодого человека, который был всего на пяток лет старше его самого, но, в отличие от Рике, всегда проявлял крайнюю заинтересованность в плантации сахарного тростника, что принадлежала их семье. Заметив взгляд Энрике, Алонсо вопросительно поднял бровь. Сестренка, которую всегда пугал этот мужчина, спряталась за спину брата, чтобы не видеть ожог на лице Алонсо, из-за которого кожа на правой стороне его лица напоминала потекший с зажженной свечи воск.       — Ты что-то хотел?       Энрике не ответил. Он отвернулся и принялся разглядывать море, чувствуя на себе тяжелый, как мешок с песком, взгляд Алонсо.       Дождавшись, пока отец обменяется со своим другом последними новостями и успехами на своих плантациях, Энрике продолжил медленную прогулку, нежно сжимая в руке ладонь сестренки, идущей рядом. Маленькая Марита, как он считал, еще не понимала, какой отвратительной и постыдной вещью они сейчас занимаются. Семилетняя девочка, сжимавшая в руке букет розовых цветов, была здесь единственным оплотом чистоты и невинности. Ее присутствие помогало молодому наследнику сахарной плантации забыться и отстраниться от городской «ярмарки».       Энрике стоял в ослепительных лучах солнца, глубоко вдыхая знакомый душистый воздух. Он был насыщен смесью ароматов, состоящих из смеси запахов сандалового дерева, ямайского перца и душистого кедра. Расхаживая по набережной, вдыхая ароматный воздух, наследник сахарной плантации думал. Он совершенно не был расположен быть здесь и учиться сложной науке выбора живого товара. Во время его размышлений Энрике пропустил совершение нескольких удачных сделок своего отца и очнулся лишь тогда, когда маленькая ладошка сестры выскользнула из его руки.       Девочка с тугими каштановыми хвостиками подбежала к шеренге рабов, выставленных на продажу, и протянула один розовый цветок мужчине в лохмотьях, отдаленно напоминающих тюремную робу. Энрике широко распахнул глаза. Его удивило даже не то, что у этого раба была белая кожа: среди смуглых тел иногда мелькали и светлокожие невольники, а то, что Марита обратила на него свое внимание. Замкнутая по натуре, она с трудом общалась со сверстниками, а тут… Мужчина ласково улыбнулся и принял цветок. Марита засмущалась и постаралась закрыть лицо оставшимся в руках букетом, но тут же была одернута подбежавшей матерью, которая притянула ее к себе и начала отчитывать за то, что та посмела так близко подойти к невольникам. Мужчина, получивший цветок, с интересом наблюдал за развивающейся перед ним сценой. Он смотрел без улыбки, чуть склонив голову набок, разглядывая людей, словно необычных насекомых.       — Опусти глаза, жалкое отребье! — гневно воскликнул Диего, который только что закончил торговаться за крупного мускулистого негра и поспешил к семье. — Я выколю их тебе, если ещё раз посмотришь на мою дочь и жену.       В тот же миг торговец, по пятам ходивший за доном Диего и понявший недовольство важного покупателя, резко хлестнул тонкой бамбуковой палкой по спине раба, который вызвал повышенное внимание к своей персоне. Мужчина не издал ни звука и послушно опустил голову, уставившись глазами в дощатый настил. Однако Энрике заметил, что лицо его вовсе не изображало смирение. На тонких, почти бескровных и иссушенным жестоким морским ветром губах появилась лёгкая, едва уловимая презрительная улыбка.       Незнакомец был очень высок и строен, скорее, даже худ. Но это можно было сказать о всех привезенных сюда рабах. Надо полагать, их условия содержания не располагали к набору мышечной массы. Мужчине на вид можно было дать лет сорок, его сильно изможденное лицо было загорелым и обветренным, под почти черными глазами залегали большие темные круги, щеки покрывала борода, которая пару месяцев не видела бритвенных принадлежностей. В черной засаленной копне спутанных волос можно было легко разглядеть седые волоски. Однако при всей неряшливости своего внешнего вида в незнакомце чувствовалось нечто такое, что притягивало взгляд, не давало перевести его на стоящих рядом невольников.       Вполне удовлетворенный наказанием дон Диего прошествовал вперед, сделав знак своей охране и семье, чтобы они следовали за ним. Донна Грасия схватила дочь за руку и торопливо последовала за мужем. Энрике, с трудом отводя взгляд от незнакомца, попытался вновь вернуться в то отрешенное эмоциональное состояние, с которым он ходил по набережной вдоль шеренги живого товара.       — Господин губернатор, — внезапно окликнул отца торговец, — не хотите ли взглянуть на этого человека поближе? Думаю, у вас еще никогда не было раба-испанца!       Дон Диего обернулся и с удивлением взглянул на невольника.       — Этот человек — гражданин доблестной Испании?       Торговец согласно закивал, подобострастно заглядывая в лицо губернатора.       — Его должны были казнить, но Его Величество помиловал этого грешника и позволил ему принести немного пользы в испанских колониях.       — Вряд ли он сможет принести хоть какую-то пользу. На Санто-Доминго и черные мрут как мухи, а этот свалится из-за жары в первый же день работы. Пустая трата денег, — презрительно фыркнул плантатор, поглаживая рукой густые черные усы.       — Позвольте, господин губернатор, я лично могу поручиться, что этот раб будет прекрасным работником. К тому же, он прекрасно говорит по-испански и будет переводчиком между вашими надсмотрщиками и остальными невольниками. Кроме того… — торговец продолжал расписывать прелести ссыльного испанца, с каждым словом приписывая ему все более полезные на плантации свойства.       Мужчина же, прекрасно понимая все, что обсуждают перед ним, все это время стоял со спокойным и даже равнодушным лицом, словно речь шла не о его судьбе вовсе, а о меню для завтрака или погоде. Впрочем, иногда на нем проскакивали едва уловимые выражения презрения и раздражения, связанных больше с неприязнью к лебезящему перед губернатором торговцем, а не с ситуацией, в которой невольно оказался мужчина.       — Отец, — неожиданно для себя подал голос Энрике, — ты говорил, что я должен учиться выбирать работников. Думаю, этот господин отлично подойдет нам.       Юноша и сам не знал, что заставило его сделать это. Почему он внезапно решил, что этот испанец должен быть куплен его отцом? Неужели мимолетная симпатия Мариты послужила тому причиной? Или же странное безразличие к своей судьбе, которая не имела ничего общего с безнадежностью в глазах остальных рабов, отражающееся на лице невольника? Энрике не знал.       — Ты уверен в этом? — переспросил отец, удивленный тем, что его наследник наконец проявил интерес к совершаемым сделкам.       Энрике коротко кивнул, стараясь, однако, не встречаться взглядом с черноволосым мужчиной, стоящим напротив него.       — Дело твое, Рике. Сколько хотите за него? — обратился губернатор к торговцу.       — Пятьдесят реалов.       — Пятьдесят?! Да за эти деньги я могу купить негра, который не сдохнет в нашем климате за пару недель работы. Сорок и не реала больше, — отрезал возмущенный плантатор.       Торговец пару секунд постоял в замешательстве, обдумывая предложение, но потом все же кивнул одному из своих помощников, чтобы он снял колодки с ног только что проданного невольника. Обернувшись к дону Диего, торговец выжидательно уставился на него, меркантильно потирая руки.       Пока отец рассчитывался за приобретенный товар, Энрике мельком взглянул на черноволосого мужчину. Тот прямо и открыто смотрел на него с таким разочарованием, что юноше внезапно стало стыдно за то, что он убедил отца в необходимости совершения этой сделки.       Поскорее отвернувшись, стараясь избавиться от противного чувства, он вновь взял Мариту за руку, которая дружелюбно махала только что купленному испанцу, и кивнул на мужчину, расхаживающего между господ с деревянным лотком с орехами и фруктами.       — Мими, я проголодался. Хочешь нарезанную сапоту?       Марита радостно закивала и потянула брата за руку. Энрике улыбнулся, глядя на подпрыгивающие хвостики сестры, однако ощущение скребущих на душе кошек не проходило, надежно поселившись в его груди.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты