Откуда не возвращаются

Растерзанное тело так и не выходила, у меня из головы на протяжении всего дня. Обдумывая всё это, мне в голову пришло несколько вопросов. Что вообще десятилетний ребенок делал так далеко в лесу от школы? Кто на неё напал и убил? Кто спрятал труп? Не поверю я, что труп оставили так, а листва сама опала на труп и так хорошо его скрыла. Неужели за всё это время на неё никто не наткнулся? Если только тот, кто и спрятал в листве. Хочу курить. А эта картина не исчезает. Сколько крови. И это перекошенное от страха лицо. Что произошло? — Как ты? — Поднимаю голову и вижу Дану. — Что такая бледная? Что стряслось? Продолжаю сидеть на кровати и смотреть на неё в упор, не зная говорить или нет. Опустив голову и глядя на свои трясущиеся руки, я всё же решила рассказать Дане о находке. Из своего рассказа я вычеркнула Егора. Не надо чтоб он упоминался, если и так не хотел этого. Дана, слушала внимательно и ни разу не перебила. — Успокойся, — Дана села на мою кровать, и крепко обняла меня, прижав к себе. — Всё уже прошло и не надо плакать. Плакать? Я даже не заметила, что плачу. Ещё странно было то, как Дана, прижала меня к своей груди и зачем-то стала укачивать. — Я с тобой, — она гладила меня по голове, и я как-то растерялась от её действий. Даже не знаю, что и делать. Она, конечно же, внимательная и чуткая, но это было слишком. Я бы сказала с избытком. — Пока мы есть друг у друга, тебя никто не тронет. В смысле есть друг у друга? Чувство, что я в дешёвой порнухе снимаюсь. Может я просто слишком чёрствая, но я не привыкла до такой степени к вниманию, так что пытаюсь выбраться из её объятий. Чувствую, как хватка Даны, становится сильней. Она ещё и отпускать меня не хочет, зашибись просто. — Дана, может, ты отпустишь меня? Мне сейчас намного лучше, правда, лучше. — Сейчас, — и она продолжила держать меня в своих объятиях и дальше. — Ещё чуть-чуть. После того, как она меня отпустила, я приняла для себя решение, как можно меньше контактировать с Даной. Стараться по возможности нахождение в общей комнате свести до минимума. — Тебе помочь с домашним заданием? — Да нет, — я вообще их не делаю, зачем? Я и в нормальной школе предпочитала их не делать. — Думаешь, тебя выгонят за это? Они за такое не выгоняют. Накажут и всё. Может, туалеты заставят чистить или мыть полы во всей школе под контролем Илоны. — А что мне тогда сделать? — Так, — Дана даже задумалась. — Хамить не вариант, сбегать тоже. Тем более тут кругом лес и, как ты сама убедилась, что это совсем не безопасно. Подвергнуть кого-то опасности, чтоб тебя выгнали, не подходит. Дана, встала и прошлась по комнате остановившись у окна. Мне её действие показалось весьма неплохим решением. Если нельзя никого подвергнуть опасности, то значит можно, себя можно. Встаю с кровати, иду к окну и, пододвинув Дану, распахиваю окно. Тут же обдало холодом и я, высунувшись на половину, посмотрела на крышу. — Так, — чувствую, как меня хватают за плечо и разворачивают. — Женя, ты что задумала? — Да ничего особого, — продолжаю смотреть в открытое окно. — Просто идея пришла в голову. — Я против, — с этими словами она закрывает окно и встаёт в позу. — То, что ты хочешь, чтоб тебя отчислили, не значит, что надо рисковать собой. — Ты чего? — Меня даже смутило её поведение, мои друзья наоборот бы подбадривали. — Всё нормально будет. Я просто… Договорить она мне не дала, накинулась с объятиями. От такого неожиданного поступка я заткнулась просто не в силах выдать из себя хоть что-то. — Не рискуй так, — сказала она, сжимая мои волосы на затылке. — Не надо. — Мне, конечно, приятно, что ты обо мне заботишься, — выдала я после пятиминутного молчания и нахождения в шоке. — Но правда не стоит. Дана, ослабила объятия и посмотрела на меня сверху вниз. Мне было конкретно так неудобно. Она, по сути, совершенно левый человек, а заботится лучше, чем моя родная тётя. У меня даже начинает сгладываться впечатление, что у Даны, есть ребенок, по которому она безумно скучает. Просто её материнские чувства, которые она явно испытывает ко мне, напрягает, если я, конечно, их не путаю с чем-то другим, а оно скорей всего так и есть. — Дана, ты можешь отпустить меня? А то мы с тобой тут стоим, так близко, кто-нибудь войдет и не то про нас ещё подумает. Давай не станем усложнять себе этим жизнь, хорошо? Но после моих слов она только крепче стиснула мои плечи. Автоматически напрягаюсь всем телом. Обычно, когда меня так хватала Ира, ничем хорошим это не заканчивалось. — Ладно тебе, Дана, — она, конечно же, сильней меня, но я, если надо буду оказывать сопротивление до последнего. — Я не стану шантажировать тут своим падением с крыши. Так что можешь отпускать. Дана? Может, отпустишь меня? Дана? Всё произошло достаточно неожиданно и быстро. Она просто наклонилась и поцеловала меня в губы. Это был обычный поцелуй, от которого мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда. На тот момент для меня это было равносильно жёсткому предательству. Поцелуй хоть и длился от силы пару секунд, на тот момент для меня он казался вечным. Я дергалась, пытаясь разорвать его, но Дана только крепче прижимала меня к себе, не давая вдохнуть. Я даже стала чувствовать, что вот-вот потеряю сознание от недостатка кислорода. В знак своего протеста я замычала и всё ж она меня отпустила. По глазам вижу, с какой неохотой она это сделала. — Ты чего? — Отхожу от неё и падаю на кровать. — Дана, блин, что это на хер было?! — Не кричи. — Да как тут не кричать? Ты меня засосала словно пылесос. Да я сознание едва не потеряла. Настолько дышать не могла. Мы обе молчали. Я с недовольством смотрела на Дану, сама же соседка по комнате глядела на меня с другого конца с виноватым взглядом. Ну, просто пиздец. А я ещё думаю, чего это она всё рвется мне массаж делать. Так вот оно что. Она тупо меня хочет. — И давно ты на меня поглядываешь не как на соседку по комнате? — Скрестив руки на груди, спрашиваю с напряжением в голосе. Ну, хоть убейте, расслабиться я сейчас никак не могу. — Давай, говори. Я имею право знать. — Просто, я как только увидела тебя спящую, что-то ёкнуло в сердце. — Поздравляю, у тебя перебои в сердце, тебе к кардиологу надо, а не на меня заглядываться, — теперь я даже спать нормально не смогу. На хер, надо срочно связываться с Ирой и пусть к чертям от сюда забирает. И как я теперь могу жить с ней в одной комнате? Конечно, я могу прекрасно делать вид, что ничего не было и игнорить её странные взгляды в мою сторону. Но я точно не стану использовать её. Это слишком низко будет. Ну, влюбилась, с кем не бывает? Ну, влюбилась в девушку тем более с таким паршивым характером, как у меня. Ей можно только посочувствовать. — Дана, — как бы сказать так, чтоб и не обидеть. — У тебя всё ещё впереди. Не стоит неровно дышать ко мне. Я, правда, этого не заслуживаю. Просто ты ещё не знаешь, какая я истинная свинья по жизни. Поэтому просто предлагаю тебе дружить. Она так смотрела на меня, что мне казалось, что я довела её до слёз. Такой у неё в тот момент был взгляд, что я почувствовала себя полным ничтожеством. Может я была слишком резкой или сказала как-то грубо. Не знаю, но на тот момент мне было, что удивительно впервые стыдно за свои слова. Поэтому я была не в силах смотреть на неё, просто прошла мимо, выйдя из комнаты и пошла куда глаза глядят. Всё слишком паршиво, а на душе гадко. Я даже стала задумываться об извинениях. Я никогда не извинялась. Надеюсь, я не сломала ей жизнь. До злополучных девяти часов я проторчала в холле на первом. Идти в комнату просто не хотелось. Вместо этого я пыталась придумать план, как отсюда свалить. Вот только из головы не выходил убитый взляд Даны. Надеюсь, она не рыдает в комнате. Тяжело вздыхаю и смотрю в окно. Как быстро найденный сегодня труп заменился Даной. — Страхова, — вздрагиваю от этого голоса и резко обернувшись, замечаю Илону. — К директору, быстро. — Так я же ничего не натворила. — Быстро! Илона пошла со мной. Я еле успевала за ней. Она вроде маленькая, а так быстро ходит. Но даже в этой ситуации из головы у меня не выходила Дана. Я скорей всего так не смогу полюбить. Не та я по натуре. Борис Николаевич недовольно смотрит на меня. Так же, как и завуч стоявшая рядом с ним. Ещё и Илона закрыла дверь осталась в кабинете. Как же нас много. Так ещё все молчат, так напрягает эта тишина. Она прям давит на уши. — Что ж, — наконец-то выдал директор. — Что я тебя позвал. Труп нашли, как раз там, где ты и сказала. Поэтому мы тут посовещались и пришли к выводу, что тебя надо наказать. — Что?! — Вот тут я под ахуела. — Что это ещё за хуетень? Даже не заметила, как вслух сказала. Ну и ладно. — За что? Вы же меня сегодня уже и так наказывали. Я сказала правду. Тело вы нашли. Причем тут моё наказание? — Не выражайся! — Директор стукнул кулаком по столу. — Анна Александровна решила, что наказать тебя ради профилактики стоит. Так что ничего не знаю, ты ляжешь на стол, и Анна Александровна лично тебя выпорет. Смотрю на эту суку. Самодовольная улыбка и в руках сжимает метровую линейку. Вот же гнида. — Ещё Анна Александровна нажаловалась на тебя, что ты сломала ей линейку. Ну, это совсем бред. То есть, что линейка была сломана об меня во время её избиения или из-за меня, это теперь одно и тоже? Смотрю на них испепеляющим взглядом. Вот же уроды. Даже повода не надо, чтоб наказать и главное ведь именно меня! Я тут, похоже, им очень сильно не нравлюсь. Ну, раз так, пожалуй, дам им ещё больше повода ненавидеть меня. Поэтому гордо задрав голову я шагнула вперед, чем очень удивила директора и завуча, возможно и Илону, но она стояла позади меня, так что в душе не ебу по поводу её реакции. — А знаете что? — Одним резким движением скидываю все, что стояла на директорском столе на пол. — Наказывайте. Я уже ничего не боюсь. Вы ведь видели, с каким человеком я жила столько лет. Я никого не боюсь, кроме горячо «любимой» тёти Ирины. Давайте. Можете ударить. Всё равно это ничто по сравнению с её словами. Вы даже не представляете, как классно она умеет унижать, только взглянув на жертву. Вам до неё как до луны, ещё расти и расти. По этому я даже не переживаю за себя особо. Можете выстроиться очередью, чтоб клепать меня. Круче, чем тётя Ира, это никто не сделал и не сделает. Так что вот. Смотрю на их ахуевшие лица. На душе сразу так приятно стало. Я даже умудрилась расслабиться и спокойно осмотреть их своим хитрым взглядом. — Ещё никто, — директор поднялся во весь свой не малый рост. Его глаза залились кровью, а сам он покраснел. — Ещё никогда так себя не вел, тем более со мной, тем более в моём кабинете. Я не знаю, что ты взбрела в голову, но наказание будет куда строже, чем мы планировали. Илона, в изолятор её. Держать на хлебе и воде. Я и не сопротивлялась, когда Илона накинулась на меня и повела вон из кабинета. В этот момент я и думать забыла о Дане и трупе. Я просто чувствовала себя довольной собой. Я, похоже, хорошо их так шокировала, что они даже бить меня не стали. Вот правда не знаю, что дальше со мной будет. При хорошем раскладе они позвонят Ире. При плохом, лучше даже и не думать, что при плохом будет. Изолятор оказался в подвале. Даже не знала, что тут есть подвал. Мы прошли по узкому коридору, а потом Илона остановилась возле одной из дверей и, открыв ее, грубо толкнула меня внутрь, тут же закрыв её. Камера изолятора была небольшой. На полу валялся матрас. Это всё что тут было. Думаю, ночь я тут переживу.