Госпожа Притвора

Здравствуйте, мои дорогие читатели! Я вернулась! Во-первых, хочу попросить прощения за очередную, к сожалению, задержку. Просто проблема состояла в том, что я учусь в кооперативном ВУЗе, который не предусматривает бюджетные места в принципе. Единственной возможностью бесплатного обучения здесь является отличная успеваемость. А точнее поступление с общим баллом выше 180 и сдачей ВСЕХ сессий на 5. Я поступила, я прошла отбор, я попала в эту программу, и я смогла черт побери! Я закрыла все ВОСЕМЬ экзаменов на 5. Правда, при этом я три недели практически не выходила из дома, похудела на два кило и приобрела вид свежеподнятого умертвия, а так ничего. Сдала же! Впрочем, чего это я. У вас, мои дорогие, окончание года скорее всего тоже было «веселым», так что перестаю жаловаться и перехожу непосредственно к делу. Недавно моей работе исполнилось полгода. И опять же, лишь недавно в угаре учебы я заметила невероятное — моя работа набрала более тысячи лайков. Сказать, что я была в шоке — не сказать ничего. Это так воодушевило меня, что в один присест я сделала кусок работы, который планировала разделить на два дня. Также сердце мне согревали и ваши комментарии. Спасибо вам и за них, и за «Жду продолжения», и вообще за все-все-все. И старожилам, что со мной еще с первых страниц пролога, и новичкам, которые открыли мою работу лишь недавно, я выражаю свою ОГРОМНЕЙШУЮ благодарность. Без вас и вашей поддержки ни меня нынешней, ни этой работы попросту не было бы. Спасибо! В наступающем Новом году хочу пожелать вам всего наилучшего, что только может дать этот мир, счастья, улыбок и, конечно же, здоровья. И если вдруг кто-то заставит вас хандрить, пожалуйста, прочитайте эти строки. Вы удивительны такие какие вы есть. И то, что кто-то пытается злословить лишь доказывает то, что вы отличаетесь от них. И как по мне, в лучшую сторону. Поэтому не унывайте, возьмите вкусняшку, откройте любимый фанфик-фильм-аниме-книгу и отвлекитесь от всего этого, чтобы войти в следующий день с улыбкой, которая так и будет говорить: «Выкусите!». Еще раз с прошедшими и с наступающими, мои дорогие! С любовью и благодарностью, Сирания П.С. Я только сегодня заметила, что работа перешагнула порог миди. А мы ведь даже до середины не дошли… Эм… В общем, с этого дня работа официально переходит в разряд Макси. П.С.№2. Кто найдет отсылку — тот молодец ;) А теперь приятного прочтения! _____________________________________________________________________________ Сидя в классе и пропуская мимо ушей пространственную речь Незу-сенсея, Тсуна размышляла. Система в очередной раз подкинула ей подлянку. И дело было даже не в том, что ей не особо хотелось заводить более близкое знакомство с маньяком-пироманом, нет. Девушка, уже наученная горьким опытом, знала, что в таких делах против сути задания не пойдешь: хочешь не хочешь, а все равно заставят так или иначе. Так что лучше выполнять их на первоначальных условиях, чем усугублять свое и без того шаткое положение. Вся соль ситуации заключалась в ее друзьях. А точнее в их гипер-опеке. Эта гоп-компания, которую интересовало исключительно ее благополучие, могла стать серьезной преградой на пути к выполнению поставленной задачи. Одного только тонкого намека на связь Гокудера-Тсунаёши могло хватить, чтобы ее друзья отправили подрывника в очередной вояж в травматологию. «Ну и как здесь найти чертово пространство для манёвра?!». Савада ломала голову уже третий день, мысленно разрабатывая всевозможные варианты развития событий, когда случилось это. В ситуацию решил вмешаться Реборн.

***

Что понадобилось киллеру в ее кружке гимнастики, можно было даже и не гадать. В последнее время все действия Аркобалено Солнца сводились исключительно к одному. К ней. И это не могло не удручать. Потому что жить хотелось. Очень сильно хотелось. А с Хранителем Солнечной пустышки под боком это было проблематично. Так что в очередной раз вздохнув про себя, Ёши растянула губы в радушной улыбке и направила свой путь в сторону репетитора, что дожидался ее у ворот. — Вечер добрый, сенсей, — учтивый поклон и полный расположения взгляд, — что привело вас сюда? Брюнет же лишь просканировал ученицу рентгеновским взором и, поправив шляпу пистолетом, указал кивком в сторону парка, что расположился недалеко от спортивного комплекса. — Идём. Кое-кто хочет поговорить с тобой. — Со мной? — Тсуна недоуменно указала на себя пальцем, — Реборн-сенсей, прошу прощения, но сейчас я не могу… Нет-нет! — замахала она руками на полный скрытого раздражения взгляд, — я не то что бы не хочу, я действительно не могу. Видите-ли, на следующей неделе у нас тест по математике, а Такеши в ней совершенно не разбирается. Вот я и решила ему помочь. Так что сегодня мы с Киоко, которая тоже решила попрактиковаться, останемся с ночевкой в «Таке-суши»* и… — Савада резко оборвала себя на полуслове и настороженно огляделась, после чего посерьезнела и обратилась к Акобалено, — где Такеши, Реборн-сенсей? Зная его, он уже как полчаса должен стоять тут. На такой выпад брюнет лишь усмехнулся и накрутил на палец бакенбард. — Не волнуйся ты так. Ямамото перезвонил мне и сказал, что не успевает встретить тебя и попросил меня сделать это вместо него. Видишь ли… Как ты верно заметила, у парня явные проблемы с математикой. Поэтому его классный руководитель был так добр, что решил позаниматься с ним лично и убедиться, что результат его следующего теста будет куда лучше предыдущего. А что? — киллер состроил невинную мордашку, — неужто ты думала, что я с ним что-нибудь сделал? Ай-яй-яй! — Аркобалено Солнца закатил глаза, а после деланно-равнодушно сообщил, — запомни хорошенько, Тсунаёши: я на такие мелочи не размениваюсь. Сама же девушка только тяжко выдохнула, внутри напрягшись, словно пружина. «А то, что у Ямамото в принципе нет твоего номера и он так люто тебя недолюбливает, что уж лучше доверил бы это дело тому же Мочиде, чем тебе, это так, просто пшик, верно? И то, что он в такой ситуации обязательно сообщил бы мне об этом и велел бы дождаться хотя бы парней из Дисциплинарного Комитета, это тоже фигня на постном масле, да? Тц! И не подкопаешься ведь! Звучит-то логично! И даже на практике случалось пару раз!». Проклятому младенцу оставалось лишь улыбаться. Да, по сравнению с тем как он обычно поступает, это происшествие, что слону дробина, но… Иррациональное злорадство от того, что ты хоть как-то, но задел жужжащего над ухом комара, согревало душу. Шатенка же тем временем осторожно поинтересовалась: — Эта встреча… Она касается вашего мира? На такой «деликатный» вопрос Хранитель Солнечной пустышки лишь хмыкнул и развернулся по направлению к выходу. — Не забывайся. Она касается нашего мира, Тсунаёши. Пора бы тебе к этому привыкнуть. Девушка же лишь внутренне скривилась, продолжая сохранять внешнее спокойствие, и поспешила за киллером. «Нашелся, блин, мистер Авторитарность. Тьфу! Ну, ничего… Мы еще посмотрим, кто будет смеяться последним…».

***

В том, что Аркобалено приведет ее на отдаленную поляну, скрытую от посторонних глаз, где ее — вот неожиданность! — будет ждать Гокудера, не было ничего удивительного. Чего-то такого она и ожидала, когда Реборн сошел с главной парковой дорожки и начал плутать по едва заметным человеческому глазу тропкам. Поэтому, вздохнув — в который раз за последний час?! — Савада возвела очи горе и потопала за раздражающим итальяшкой. Однако вернемся к нашим баранам. А точнее к одному конкретному их представителю. Пепельноволосый блондин все еще выглядел неважно, но куда как лучше, чем в прошлый свой визит. Со скулы исчез синяк, чуть уменьшились мешки под глазами, а с рук пропали митенки, что прикрывали разбитые костяшки. Если не знать в чем именно был замешан юный мафиози, то его с легкостью можно было принять за подростка, что интенсивно готовился к экзаменам. «Все-таки пламенная регенерация крутая штука!». Однако стоило им с репетитором заявиться на место встречи, как с парня мигом слетела аура равнодушного крутого бэд-боя и на его место встал серьезный и явно нервничающий молодой человек. — Реборн-сан, Савада-сан, — поприветствовал он их отрывисто. Ёши кивнула с не меньшей напряженностью, в то время как брюнет обронил: «На сим откланяюсь» и скрылся где-то в тени деревьев. Тишина давила на психику все сильнее, когда Гокудера таки начал говорить: — Еще раз здравствуйте, Савада-сан, — блондин отвесил учтивый поклон, — Я… Я понимаю… Точнее я осознаю, что… Нет… Вернее будет сказать, что я… Агрх! Отчего так сложно? — спросил он в пустоту и слегка потянул себя за волосы, — Савада-сан, — буквально выдохнул итальянец, — я попросил о встрече, чтобы, во-первых, извиниться. В тот день… Я поступил… необдуманно? Да, пожалуй, именно так. Жажда проверки возникшего из ниоткуда кандидата на такой пост просто затмила мой разум. Понимаете, — продолжил он чуть увереннее, — моя семья уже долгое время является союзником Вонголы и вопрос ее преемственности на прямую влияет на нас. Ведь неграмотный человек у руля, если можно так выразиться, с легкостью может разрушить то, что Вонгола и благоволящие ей семьи строили поколениями. Поэтому, как только по Италии пошли слухи, я загорелся желанием опровергнуть их. Ведь не может же быть, что наследником древнейшей фамилии вдруг избрали человека из совершенно чужой Италии страны, верно? — протянул Хаято слегка истерически, — Вот я и направился в Японию, чтобы все разузнать, но… Я действительно не ожидал, что слухи не только окажутся правдой, но и, — парень немного покраснел, — наследником будет женщина. Не то что бы для мафии такое редкость, но и обычной такую ситуацию тоже не назовешь… К сожалению, это единственное, чем я могу оправдать свои последующие действия. Устроить не просто стычку, а вооруженную стычку, да еще и на заднем дворе школы, полной гражданских… Mio dio! * Я поступил очень безответственно и подставил под угрозу не только раскрытие операции по вашему обучению, но и вашу жизнь, за что нижайше прошу прощения! — буквально выкрикнул подрывник и склонился в догэдзу*. Ёши же на этот спич только молчала. Причем столь долго и столь «тяжело», что Реборн уж было думал показаться, как девушка все же заговорила: — А во-вторых, Гокудера-кун? — О-о ч-чем вы, Савада-сан? — взгляд недоуменных зеленых глаз столкнулся с пронзительными карими, практически янтарными. — Ты сказал, что это «во-первых». А что ты имел в виду, не произнеся «во-вторых»? Аркобалено Солнца не совсем понимал, для чего Тсунаёши это пресловутое «во-вторых», но смутно догадывался. Почему смутно? Да потому что сейчас его беспокоил отнюдь не ответ, проштрафившегося мальчишки, нет. Куда как больше его сейчас интересовала Савада, а точнее творящиеся с ней метаморфозы. О-о-о-о! Он уже видел этот взгляд. Лишь единожды. Но и этого ему хватило с лихвой. Так девчонка смотрела на него лишь раз. Тогда на кухне, где он рассказывал о ее будущей роли в мафии. Когда наивная Тсу-чан, сняв фартук и утерев муку с лица, словно откинула повседневную мишуру, за которой скрывалась Тсунаёши — львица пусть и с пока еще небольшими, но весьма острыми клыками. Мало кто знал, но не меньше чем хаос, Реборн любил и загадки. И эту он будет разгадывать с особым удовольствием. Не подозревающая ни о чем Тсуна передернула плечами и вновь обратилась к замершему блондину: — Так что, Гокудера-кун? — девушка сделала небольшой шаг вперед, — В прошлую нашу встречу мы не смогли нормально поговорить, но ты изъявил желание стать моим другом. В еще одну нашу встречу до этого, ты отказался от такого положения и поступил по правилам своей семьи — «Побежденный подчиняется победителю», если я правильно помню? — и вверил мне свою жизнь. Но вот в чем загвоздка, Гокудера-кун, — еще один шаг навстречу, — с момента твоей клятвы не было проделано ни одного действия с твоей стороны для ее подтверждения. Не то что бы я жалуюсь, нет! Просто, знаешь, мне впервые приносили клятву верности, и я думала, что дальше все будет как в тех самурайских фильмах, где воин, поклявшись господину, будет неотступно следовать за ним и помогать… Наверное, это все моя наивность и неопытность, ха-ха! Фильмы на то и фильмы… Что бы люди в реальности, да говорили нечто настолько эпичное, — Ёши присела на корточки, буквально оказавшись с итальянцем нос к носу, — глупости, правда же? Фигуру девушки напротив освещало яркими лучами солнце. Его блики буквально полыхали в карамельных глазах, а на вишневых губах играла теплая и чуть стеснительная улыбка. Ее можно было бы принять за ангела, того самого, о которых в детстве ему рассказывала Лавина*, но… Хаято не обманывался. Там, в глубине сияющего янтаря, за десятком преград жил зверь. И сейчас этот зверь решал, вскрыть ли ему глотку. Поэтому не медля больше ни секунды, юный киллер начал говорить, осторожно подбирая слова: — Это и было «во-вторых», Савада-сан… Как вы уже упомянули, я принес вам клятву верности, практически сразу после той, несомненно нелепой, ситуации. Но, к сожалению, я так и не смог подтвердить ее действиями по причине проблем со здоровьем, в чем я очень раскаиваюсь. Если вы все еще не хотите видеть меня в качестве своего подчиненного, то… Я постараюсь стать вам, если не другом, то хотя бы товарищем, на которого вы всегда сможете положиться. Я знаю, после случившегося это звучит слишком самонадеянно, но… — итальянец резко замолчал и опустил взгляд на ладошку, что прикрыла его рот. «Неудачливый ты мой пиротехник… А я все думала, кого ты мне напоминаешь? И до меня только сейчас дошло… Кураторшу нашу, Наталью Евгеньевну. У той такой комплект болячек был, что лекарства, которые она принимала, влияли не только на организм, но и на настроение. Она тоже могла из доброй пышечки превратиться в берсерка на раз-два, а потом и вовсе не понимала из-за чего злилась. Она еще когда вылечилась и снова вернулась к работе, долго извинялась, а позже и вовсе наказала нам не стесняться и одергивать ее, если вдруг снова повернет не туда. Нда… Но там хотя бы понятно было с чего, а тут… Может его врачу показать? Или сигареты на проверку ребятам из ДК отдать? Вдруг что неприятное найдут? Но это все потом, а сейчас…». — Ты правильно заметил, Гокудера-кун, что в подчиненных я сейчас не слишком нуждаюсь, но, — шатенка повела плечом, а после робко улыбнулась, — мне не помешал бы друг, который разбирается в мафии и ее порядках. К сожалению, у сенсея не всегда выдается минутка на то, чтобы объяснить мне негласные истины, — откуда-то из-за деревьев послышался характерный треск ломающейся ветки, — так что иметь под боком человека, который, случись что, всегда тебя просветит, было бы очень удобно. Это не значит, что я так просто приму тебя, — бровки-домики резко сошлись на переносице, а тон голоса стал негодующим, — в конце концов ты подверг риску не только наши жизни, но и жизни гражданских, среди которых, между прочим, были и мои друзья. Но, — Тсуна вновь смутилась и улыбнулась, — если ты действительно хочешь быть моим другом и исполнить свою клятву, то, — Ёши протянула парню мизинец и торжественно произнесла, — Гокудера Хаято, давай мириться! Светило солнце, пели птицы, но тот, кого прозвали Дымовая бомба, не обманывался мирной и благодушной атмосферой. Сколько бы он ни спрашивал, сколько бы не искал все твердили одно и то же: Савада Тсунаёши — ангел во плоти, девочка-солнце, девочка-свет и многое-многое другое. Глядя же сейчас на объект слухов мира мафии, Хаято метался между двумя своими внутренними сущностями. Пламя Урагана и маленький мальчик, что когда-то, будто в прошлой жизни, восхищался игрой на фортепиано, нетерпеливо тянули метафорические руки в сторону собеседницы и кричали набатом: «Тепло! Принятие! Дом!». И Гокудера склонен был с ними согласиться, ведь видит Бог, за свои неполные пятнадцать он успел повидать достаточно дерьма в своей жизни, чтобы с отчаяньем хотеть найти того, кто примет его со всеми недостатками. Просто так, не прося ничего взамен. Но в такие моменты обычно поднимал свою голову Рационалист, зажигал сигарету и смотрел своими глазами цвета бутылочного стекла, словно спрашивал: «А ты уверен, что это не билет в могилу?». Хаято не уверен. От слова совсем. Но он уже так задолбался, что помереть, в случае чего, за наследницу Вонголы, ну, или от ее рук, — это как получится, — кажется уже и не таким плохим вариантом. Поэтому он протяжно выдыхает и протягивает нервно подрагивающий мизинец в ответ: — Я приложу все усилия для этого, Савада-сан. Сама же Тсуна внутри на это лишь усмехается. Благодаря интуиции она прекрасно понимает, что как минимум половина из сказанного парнишей вранье. Хотя… Не так. Скорее правда, поданная с нужного ракурса с очень, очень большими оговорками. «Но так уж и быть, Серебряный принц. В этот раз я протяну тебе свою руку. Но, если ты предашь меня, тогда ты…». Больше не отвертишься. _____________________________________________________________________________ «Таке-суши» - если я правильно помню, так называется ресторан отца Ямамото. Mio dio! – Боже мой с итальянского. Догэдзу – если верить Википедии, Догэдза (яп. 土下座) — поза, в которой человек садится на колени, опускает почти до земли свою голову и произносит «пожалуйста». Смысл догэдза в том, чтобы продемонстрировать своё высшее почтение перед кем-либо. Лавина – если я ничего не путаю, так звали настоящую мать Хаято, которая как раз и учила его игре на фортепиано.