Ирландский виски

Она не понимала, день сейчас или же ночь. Жар окутывал с ног до головы. Дышать было все сложнее. Девушка металась из стороны в сторону, не в силах понять, что происходит. Кислород был на исходе, когда она, наконец, резко раскрыла глаза, взирая на уже довольно сильно обуглившийся потолок. Одного поворота головы хватило, чтобы осознать, что девушка сейчас находится в плотном кольце из пламени. Кожу неприятно жгло, дым постепенно подбирался к легким. Разум просто кричал уходить отсюда, пока огонь еще не так сильно обступил её, однако сил на это не было. Она оглянулась — сзади какая-то дверь, она сидела ровно спиной к ней, будто бы защищая бездушный предмет от пожара. Но вот… зачем? Мысли путались в голове, девушка уже в конец потеряла надежды понять, что происходит и почему она здесь, а главное — отходных путей у неё уже не было. Гарриет от досады приложилась затылком о ту треклятую дверь, которая неожиданно поддалась, открывая вид на заполненный дымом люкс. Вокруг не было ни души. Попытка встать. Крах. Колени прожигает новая порция боли от неудачной попытки. — Кто-нибудь… — ещё одна порция дыма в легкие, и она безудержно разражается кашлем. Всё это похоже на какой-то кошмар. Но её почему-то все время тянет внутрь, в обитель ядовитого газа. Нужно попасть туда. Любой ценой. Она опирается на руки. Ползти. Ладони больно соприкасаются с захламлённым частями мебели полом, но девушка передвигается. Внутрь. Нужно попасть внутрь. Нужно найти её… Резкий удар и боль в голове, распространяющаяся с неимоверной скоростью. Последнее, что она чувствует — как тело ударяется о пол. Больно. Даже слишком.

***

Гарриет снова открывает глаза от пронзительного света и понимает, что лежит на полу. Правда, не в каком-то номере, охваченном огнем, а у себя дома, в нескольких сантиметрах от кровати. — Чёрт, — единственное, что удаётся выдавить из себя. Около полуминуты требуется Гарриет, чтобы понять, что всё увиденное ранее — кошмар, который уже несколько месяцев будто штамп отравляет её существование, предоставляя её искалеченной психике то, что она так сильно хотела забыть. Она усаживается на полу, опираясь о кровать и пытаясь привести мысли в хотя бы относительный порядок. — Просто кошмар, — скорее, самообман, мантра, которая она неустанно будет повторять каждый раз после очередной ночки. Рука машинально тянется за оставленной с вечера бутылкой чего-то, что сможет прекратить эти бесконечные картины, что сможет хоть на некоторое время подарить девушке такое желанное небытие. Глоток. Два. Терпкий вкус алкоголя, который прямо сейчас начнет вместе с кровью распространяться по телу, доходя до так жаждущего разрядки мозга. Один, два, три… Сейчас станет легче. Все пройдет. Она закрывает глаза и откидывает голову, желая отключиться от всего мира сегодня, как, впрочем, и всегда. Как вдруг где-то на задворках уже почти покинувшего её осознания мелькает мысль, что в дальнем углу комнаты мелькнул силуэт кого-то постороннего. Гарриет резко распахивает глаза, от чего появляется неприятная рябь, заслонившая собой обзор на несколько мгновений. Она попыталась бы даже вскочить на ноги от испуга, но точно знает, что эта идея не увенчается ничем, кроме новых ссадин. — Что ты здесь делаешь? — голос слегка охрипший, что свидетельствует о недавнем пробуждении. Однако незваный гость уж точно не заставит её встать и поприветствовать, как в этой чертовой культуре принято. — Нужно поговорить, — невысокий блондин, так и не дождавшись каких-либо телодвижений со стороны хозяйки квартиры, в которой в последнее время находился уж слишком часто, подошёл ближе к девушке и присел напротив. — Прости, совсем нет настроения слушать твои очередные нотации, — легкая ухмылка появляется на лице девушки, она вновь прикрывает глаза и тянет руку за недопитой бутылкой. — Я не за этим сюда пришёл, — мужчина старается говорить размеренно, чтобы Гарриет всё же поняла суть их разговора, что было очень проблематично, учитывая состояние девушки. — Ты вряд ли меня послушаешь, но я знаю человека, который сможет достучаться, — девушка удивленно приоткрыла один глаз. — Это психотерапевт, она когда-то помогла мне, ну, знаешь, свыкнуться с жизнью за пределами военных действий… — Нет. — Гарри, ты не понимаешь, насколько всё серьёзно, — разговор явно не клеился, как и последние несколько раз. — Неужели?! — девушка вспыхнула. — Я не собираюсь плакать в жилетку постороннего человека, в ожидании понимающих кивков и советов, как мне жить и что мне делать. Потому что, знаешь, Джон, ничего из этого не изменит того, что я потеряла, и ничего не сможет этого вернуть. Ценю твою заботу, но, повторяюсь, мой ответ — нет! В комнате повисла давящая тишина.  — Алкоголь не заглушит твоей боли и воспоминаний, появляющихся в твоих кошмарах, — Гарриет молчала, не решаясь поднимать глаз на брата. Она и сама это знала, прекрасно знала. — Если все же передумаешь, я оставлю её номер. — Как твой новый дружок? Кажется, детектив, — попытка разрядить обстановку, Джон тяжело вздыхает. Видимо, сложный период в отношениях. Брат встаёт, направляясь к выходу. — Мы вообще-то не пара, — на пороге произносит мужчина, а усмешка расплывается на лице девушки, неизменные подколы всегда были фишкой в их отношениях. — Джон, — Ватсон оборачивается на слова сестры, ожидая продолжения тирады, однако в этот раз что-то меняется. — Спасибо, — на секунду волна удивления проходит по его лицу, после чего он слегка улыбается и покидает обитель девушки. Гарриет ещё с секунду смотрит на уже закрытую дверь, совсем как та, во сне… После чего воспоминания отходят на второй план, а девушка плавно перемещается обратно на кровать, забирая бутылку вместе с собой. «Не сегодня, Джонни.»