Sweetest disease

Blood - Sweetest disease

Ради наживы можно и рискнуть. С таким лозунгом по жизни протаптывала бесчисленные дороги и тропинки всеми известная скандальная женщина-репортер Рита Скитер. Известна она была, конечно же, исключительно в волшебном мире. Скольким же невинным персонажам она насолила в свое время, выпустив про них шокирующие статьи в выпусках “Ежедневного Пророка” и в “Ведьмином Досуге”. Но в отличие от ситуации с Темным Лордом, истребить это зло в лице хитрой репортерши было невозможно. Поэтому владелица мерзкого прытко пишущего пера разгуливала на свободе, как ни в чем не бывало. После победы Гарри Поттера над Волан-де-Мортом, она неустанно выпускала одну свежую статью за другой и заработала на этом немало денег. Однако спустя год, злополучная тема исчерпала себя, и больше никто не хотел платить деньги за очередное “разоблачение участников битвы за Хогвартс”. В волшебном мире было так подозрительно спокойно, что новой пищи для ума Рита никак найти не могла. И вот, когда она уже опустила руки, всплыл один очень интересный нюанс, который, с первого взгляда, мог не представлять никакой важности. Драко Малфой, сын семьи Малфоев, чудом избежавшей заключения в Азкабане, благодаря защите со стороны Гарри Поттера, не вернулся в восстановленную школу Хогвартс для окончания обучения. И как обмолвилась его закадычная подружка Пэнси Паркинсон (конечно же, девушка делилась этой информацией со своими друзьями в Хогсмиде, а Скитер просто подслушала), Драко не учился больше вообще. Его не перевели в другую школу, и от домашнего обучения Малфои в итоге отказались. Драко почти никто не видел, и ходили слухи, что он страшно болен, а его семья не хотела бы распространяться такими вестями. Поэтому все хранилось в тайне. Тут Рита Скитер и почуяла запах свежего скандала. Она нутром чувствовала, что Малфой-младший не просто так закрылся от всего мира, и есть в этом какая-то подоплека. Но как разузнать об этом подробнее, если никто из адекватных волшебников в последнее время не контактировал с опороченной семьей, а Черные маги вообще перестали раскрывать рты в присутствие посторонних, уж больно опасным для них могли оказаться их собственные слова? А брать репортаж у самих Малфоев равносильно смерти, да и просто, фактически невозможно. Тогда Скитер отважилась на самое безумное решение: попасть в Малфой Мэнор. Изучив подробную информацию о том, как черные волшебники защищают себя с помощью современной и древней магии, репортер пришла к умозаключению, что единственным способ пробраться в поместье Малфоев - использовать способности анимага, обратиться в насекомое и проникнуть в замок ночью. Именно ночью, так как Малфои - блюстители чистоты, и днем любое насекомое, даже садовое, попавшее в окрестности дома, будет беспощадно убито. А после полуночи, насколько Рите удалось выведать у бывшей служанки Малфоев, уже все спят. Дождавшись, пока последние факелы и свечи в поместье померкнут, и в окнах воцарится беспросветная тьма, Скитер, затаившаяся неподалеку, обратилась мелким жуком и поспешила в замок. Мэнор, конечно же, очаровал ее с порога. Невозможно не влюбиться в массивные каменные стены старейшего, но все еще мерцающего молодостью и волшебством замка, окутанного серебристым светом слабой убывающей луны. Внутри поместье восторгало не менее: дорогая эксклюзивная мебель, где-то сохранившая отголоски средневековья, огромные хрустальные люстры с встроенными канделябрами, картины с изображением великих, чаще всего, темных волшебников, и все так дорого, напыщенно, но с нотками викторианской готики. В обличье жука Рите удалось пробраться в спальни (где, кстати, так и не обнаружила Драко), библиотеку, большой зал, даже на кухне побывала. Вот именно там репортерша столкнулась с проблемой: ее засек домовик и принялся носиться за насекомым, пытаясь пришибить его тапком. Скитер на своих маленьких жучьих ножках улепетывала, как могла, то и дело уворачиваясь от пушистого тапка. Спасение она нашла, когда протиснулась в щель двери, ведущей в подземелье. И домовик, почему-то, не поспешил за ней. Убедившись, что никто ее больше не преследует, Рита обрела человеческий облик и устало выдохнула, обрушившись на колени. Сердце ее бешено колотилось, не то от пробежки, не то от осознания, что ее вот-вот могли поймать, а черт знает, что эта дурная семейка могла использовать в качестве наказания. Но адреналин на мозг Скитер действовал как-то по-другому, и ей хотелось дальше проводить свое расследование, чтобы выяснить, куда это запропастился Драко. Только в данный момент ее куда больше заинтересовало подземелье. В отличие от всех остальных помещений, именно здесь все еще горели факелы, дрожащими языками пламени освещающие длинные извилистые коридоры и серые, грязные от времени стены. За подземельем явно никто не следил, скопилось очень много грязи, пыли, на каждом углу белела липкая паутина толстым беспросветным слоем, а на полу то и дело поблескивали заплесневелые лужи. Пахло сыростью и еще чем-то залежавшимся, протухшим. Рита поморщилась, сдерживая желание раскатисто чихнуть. Несмотря на омерзительное оформление, подземелье вызывало у репортерши неподдельное любопытство, потому она поднялась на ноги, босыми ступнями коснувшись холодного каменного пола, и отправилась изучать местность. Пройти все не представлялось возможным: переходы между подземными залами были наглухо заперты тяжелыми чугунными дверями, открыть которые у Скитер не получилось даже при помощи заклинаний. Не обнаружив ничего подозрительного, Рита собиралась уже уходить, как вдруг услышала хриплый приглушенный стон, больше похожий на зов чайки. Светловолосая репортерша застыла и прислушалась. Лучше всего она слышала учащенное биение своего сердца, которое стремительно пыталось вырваться из груди. Не удивительно, страх быть обнаруженной подгонял. Минута тишины, и снова протяжный тихий стон. Скитер стало не по себе. Она стояла, не шелохнувшись, все еще прислушиваясь, стараясь уловить, откуда донесся странный звук. Услышав стон в третий раз, женщина решила, что если кто-то действительно находится поблизости, то до того, как ее раскроют, она успеет обратиться в насекомое и сбежать. Напряженно сглотнув, Рита произнесла: - Здесь кто-нибудь есть? Эхо ее голоса расплылось и растворился в стенах, вновь обнажая подозрительную тишину. После последовал уже не стон, а сдавленный противный писк, словно кто-то придавил животное. Звук исходил из-за каменной колонны напротив Риты. Сделав пару шагов влево, блондинка обнаружила за колонной старую потрескавшуюся деревянную дверь, которая, на удивление, была приоткрыта. И тут у Скитер мелькнула мысль: а что если в подземелье держат какое-то запрещенное животное? Не зря же домовой эльф побоялся сюда заходить! В предвкушении очередной сенсации, Рита осмелела и медленно подкралась к двери. Не спеша пока заглянуть внутрь (вдруг там кто-то из Малфоев!), она приложила ухо к деревянной поверхности, чуть сощурив глаза, будто бы это как-то могло улучшить слух. За дверью больше не было слышно стонов, зато раздавался до мурашек пугающий загробный гул и неприятное чавканье, будто кто-то огромной пастью разжевывал жвачку. И ровно такой же по тональности, только больше булькающий звук Скитер услышала позади себя. Волосы на голове встали дыбом, и по коже пробежали мурашки: на миг показалось, что за спиной кто-то стоял и дышал прямо в затылок. В уме досчитав до трех, Скитер резко обернулась. К своему облегчению, она не увидела за собой абсолютно никого. Только каменный столб, соединяющий пол с потолком, который отчего-то стал потрескивать, как дрова в камине. Скитер приподняла голову и заметила, что на колонне у самого потолка образовалась расщелина, из которой с равной периодичностью просачивались капли воды, струями стекая вниз. Воды становилось все больше и больше, и Риту очень сильно волновало, откуда сверху вообще вода, если над потолком подземелья здание? Но полумрак, окутывающий жуткое пустое пространство, в ответ ей молчал. Недолго. - Помогите… Из-за двери раздался чей-то хриплый измученный голос, и сердце Скитер чуть не остановилось. Страх сковал сознание, женщина не могла пошевелиться. На секунду она подумала, что у нее просто разыгралось воображение, и пора идти домой. Но после того, как просьба повторилась, Рита испуганно подскочила и уставилась на деревянную дверь. “Неужели там пленник?” - подумалось ей, и от этой мысли становилось куда проще. Собрав всю волю в кулак, женщина протянула руку, подцепила край дверцы и приоткрыла ее, наполовину проскользнув в проем. И ужаснулась. Небольшая комнатка, напоминающая чулан, была полностью погружена во мрак, и света, проникающего из освещенной части подземелья, было недостаточно, чтобы хоть что-то разглядеть. - Люмос, - шепнула Рита, взмахнув волшебной палочкой, на конце которой через секунду появился световой шарик, проливший свет вокруг. - Боже мой! - в ужасе вскрикнула она, разглядев, что ее окружает. Все стены были измазаны чем-то паршиво красным, словно кто-то хватался за них испачканными руками. На полу кровью вразброс прорисованы кривые с трудом различимые символы, похожие на буквы, Скитер не смогла их прочесть, было слишком сумрачно, да и писал кто-то явно изрядно трясущимися руками. Да и отвлекло ее нечто более жуткое и из ряда вон выходящее. Что-то склизкое капало прямо с потолка, Рита невольно вскинула голову и… обмерла… С потолка свисал, со скрипом раскачивающийся, свежий, явно только вырванный хребет. Вдоль его длины проглядывались ошметки не обглоданной плоти, выделяющей густую на глазах сворачивающуюся кровь. Только тогда Скитер заметила, что на полу буквы не просто нарисованы кровью, они выложены чьими-то внутренностями. Судя по их размеру, распотрошили какое-то крупное животное, возможно лошадь. Или же человека… И когда бедняга репортер поняла, что одной ногой стоит на чавкающем под тяжестью ступни желудке, ее саму тут же вывернуло непереваренной с вчера пищей. Откашляв остатки горькой желчи, Скитер переборола внутриутробный страх и подняла глаза. И лучше бы она этого не видела. - Это не я… Палочка импульсивно осветила пространство темного угла, и можно было разглядеть обладателя жуткого хрипящего голоса, каким неудавшийся самоубийца в петле просит о помощи. - Драко..! - это был сдавленный испуганный до смерти писк Риты, постепенно теряющей рассудок. Да, в углу сидел Драко Малфой. Только совсем не тот, каким его помнила репортерша, когда пересекалась с ним в Хогвартсе. Светлые волосы растрепаны, грязные, спутанные, белая рубашка вся в крови, порвана, будто парень сражался со зверем, лицо бледнее, чем обычно, как у покойника, даже щеки впали! А глаза, глаза! Налиты кровью, горят безумием, грозясь выпасть из орбит. - Это все не я! - Драко просто кричал шепотом, говорил несвязно, губы дрожали, он весь конвульсивно вздрагивал. - Правда не я… это оно… меня заставляет… я его вижу… он заставляет… это все она! Парень вытянул перед собой руку и заставил Скитер в очередной раз панически вскрикнуть. На запястье, где раньше покоилась метка Пожирателя Смерти, теперь красовались рваные кровоточащие раны, когда Малфой шевелил пальцами, можно было увидеть, как двигаются сухожилия и мышцы. Собственно, вторая рука с силой сжимала причину появления ран - раскрытые испачканные кровью ножницы. - Тебе… - Скитер с трудом перехватывала воздух губами, делая небольшие шаги назад. - Тебе срочно нужна помощь. - Так помоги мне. Слова вышли из уст Драко, однако голос был другой. Загробный, дикий, таким только дьявола призывать. В этот момент голова парня резко склонилась вбок до хруста, упав ровно на плечо. Глаза все еще отражали безумие, но уже иное, каким оно могло быть, если бы сумасшедший довольствовался своей болезнью. Своей агонией. Малфой замахнулся ножницами и стал бить себя ими по запястью, вонзая острые лезвия раз за разом, глубже и глубже в плоть, разрывая вены, довольствуясь кровью, еще быстрее и быстрее! Он вонзал в себя ножницы и одичало, будто бы исчадье ада, смеялся. Спустя миг истерический смех перешел в гоготание, а потом и вовсе в звуки задыхающегося утопленника. Драко откинул ножницы в сторону и принялся, как чумной, чесаться, раздирая ногтями кожу на груди до крови, катаясь по полу, выгибаясь, заходясь в конвульсиях, дергаясь в припадке. Рита, наконец, почувствовала в себе силы оторвать ноги от пола и бежать. Но как только она об этом подумала, сбоку что-то появилось. Краем глаза и без того находящаяся на грани срыва Скитер заметила, что по правую руку от нее стоял огромный черный силуэт. У него не было ни рук, ни ног, только туловище, длинные рога, как у козла, а еще ярко-красные свирепые глаза. Женщина не успела издать и звука, как рогатая тьма тут же поглотила ее. *** “Рита Скитер, известный скандальный репортер газеты “Ежедневный пророк”, была найдена без сознания в окрестностях леса на территории Уилтшир. По словам колдомедиков после обследования, госпожа Скитер подверглась воздействию сильных темных чар, направленных на истощение рассудка и разрушение сознательного. Предполагают, что жертва находилась под древним заклятием продолжительный промежуток времени, из-за чего и впала в кому. На данный момент Скитер, находящаяся в больнице Св. Мунго, так и не пришла в себя, В списке подозреваемых числилась семья Малфоев, имеющая за своими плечами испорченную репутацию. Именно их поместье располагалось вблизи места, где обнаружили пострадавшую. Однако все подозрения были аннулированы после того, как охрана со стороны Министерства Магии подтвердила, что весь предыдущий день ни один находящийся под присмотром член семьи Малфоев не покидал поместье. Напомним, что благодаря показаниям Гарри Поттера, мальчика, который одолел самого Темного Волшебника, причастные ранее к Пожирателям Смерти Люциус, Нарцисса и Драко Малфои были полностью оправданы, и сейчас находятся под постоянным наблюдением до окончания судебных разбирательств. Преступника, виновного в нападении на Риту Скитер, так и не нашли. Ведется следствие”. Гарри Поттер горько вздохнул и облокотился спиной о каменную стену здания школы. Парень только что сдал Ж.А.Б.А. и ждал результатов на свежем воздухе, недалеко от красивого, с трудом восстановленного после войны фонтана. Год затишья, и опять в “Пророке” появилась статья с сомнительным содержанием. Конечно, не всех сторонников Волан-де-Морта поймали, однако кому надо было нападать на не причастную Риту Скитер? Неужели кто-то решил свершить возмездие и проучить всем в свое время насолившую репортершу? Но зачем тогда ТАК радикально? Гарри не понимал. Но его не оставляло ощущение, что он догадывается, кто в этом может быть замешан. - Гарри, Гарри! - звонкий голос Гермионы над ухом пробудил его. - О, Гермиона, - Поттер глупо улыбнулся, пытаясь рассеять бесконечный поток размышлений, что выходило у него с трудом. - Как твои результаты? Уже сказали? - Все на отлично! - девушка лучезарно улыбнулась. - Думаю, у тебя тоже. МакГонагалл сказала, что каждый ученик должен сам узнать свой результат. - Ну да… - Что с тобой? Ты какой-то поникший. - Нет-нет, все хорошо! Гарри опомнился и хотел незаметно убрать газету в сторону, но Гермиона была слишком проницательной. Она тут же перехватила “Ежедневный Пророк”, хмуро пробежалась глазами по первым строкам, а после, скривив недовольную гримасу, показушно выкинула газету через плечо. - Надеюсь, мы не вернулись к тому, с чего начинали? - О чем ты? - у Гарри плохо получалось играть невинность, поэтому по его растерянному лицу сразу было понятно, что он и так знает ответ. - Ты ведь не станешь лезть в это дело, да? Ты же не думаешь в самом деле, что Малфои к этому причастны? Поттер поджал губы. Именно так он и думал. Даже если Малфои не нападали на Скитер, они явно как-то в этом замешаны. Не зря же Драко перестал посещать школу. Явно что-то происходит. Ну, или кто-то себя слишком накручивает. - Я постараюсь. - Поклянись мне, - Грейнджер ткнула его пальцем в солнечное сплетение, заставляя чуть сжаться, - поклянись, что все эти твои мысли не обратятся очередным помешательством на Малфое? Не успел Гарри ответить, как вдруг мимо них промчался Рон и, когда понял, что немного промахнулся, рывком вернулся обратно. - Нам нужно в больничное крыло, - запыхавшись, оттарабанил он. - Зачем? - в голос спросили его друзья. - Джинни. У нее начались какие-то припадки. Говорит, что ее преследует какая-то тень. Звучало как розыгрыш, но волнение в глазах рыжеволосого парня было неподдельным.