Доброе утро, Хогвартс!

Над Лукоморьем плыл месяц май. Искупанные в розоватой пене цвета сад, благоухал. Жар-птицы перелетали с дерево на дерево, стряхивая мириады лёгких лепестков на изумрудную траву. Лилит в лёгком белом платье с красной вышитой каймой кружилась по поляне, раскинув руки в каком-то причудливом танце. На голове у неё был венок из цветов. Драко сидел, прислонившись спиной к одной из яблонь, и лениво жуя травинку, щурился на солнце. В школе он видел Лилит в основном в зеленых тёмных мантиях, а ведь в белом она чудо как хороша! Кажется, они называют это сарафан… Теперь он всегда может видеть её! Лилит подбежала к нему и надела свой душистый венок на его волосы. Драко поймал её за руку и, притянув к себе, начал целовать, целовать до головокружения. — Мора, какие они смешные, — басит Всеслав. Его голова покоится на коленях у Мораны, она перебирает его русые пряди своими тонкими пальцами — Как мы с тобой когда-то, помнишь? Помнишь, как мы впервые встретились? — Помню, — искренняя улыбка Всеслава смягчает суровые черты. — После битвы обезумел, кровавая пелена перед глазами, перекинуться в человека не могу, совсем волчонок тогда был.На поляну выбежал, а там ты… Поёшь… — Да, — подхватила Морана. — Пою, а на меня из кустов волчище выскакивает, и в колени мне своей башкой тычется, — и она шутливо стукнула кулачком по широкому челу. — Ага, а потом ты меня в Китеж на своём поясе привела, как барбоса какого, — засмеялся Всеслав, показав острые белые зубы. — А как там учитель… Освоился? Обвыкся? — спросил богатырь. — Учёный, что с него возьмёшь. В себя пришёл, и сразу за книги. Вон, смотри. Недалеко в лучах весеннего солнца, сидел профессор Снегг, склонившись над книгой… — Один, горемыка, — пожалел было Всеслав. — Он готовится, — прошептала Морана. Когда Снегг оказался в Тридевятом, он понял, что ничего в своей долгой жизни не видел. В самом деле. Хогвартс, Коукворт, и ещё несколько мест… Сады, поля, горы, реки, города о которых ему рассказывала Лилит. Первое время он ходил и прикасался ко всему руками, проверить, не иллюзия ли? Здесь не было мрачных дней и туманов. Вскоре Лилит представила его Бабе-Яге. Она взяла его в ученики. Сперва, конечно, ворчала: «Чему вас только в этих академиях, в Европах учат? Халтурщики!». Но через некоторое время признала, (эта фраза брошенная вскользь была почище Ордена Мерлина Первой степени!): «Самый толковый ученик за последние полтыщи лет!» Наконец, он был готов к Ритуалу. Сказал бы кто раньше, рассмеялся бы в лицо! Он был похож…на баню! Искупаться в молоке и двух водах — кипящей и студёной. Ощущения? На восемнадцать лет! После, его облачили в белые одежды. Яга не дала ему зеркала, лишь сказала: — Грань буду держать недолго. Иди уже, лебедь белый, — «скорее уж гадкий утёнок», — подумалось профессору. — Иди, — напутствовала Яга. — За своей Снегурочкой. Видать, крепко любит тебя, раз Светлый Ирий для тебя готова оставить. Бери за руку, и веди сюда, только не оглядывайся. Не то беда… Цветущий ромашками луг, тот самый дуб, как в детстве и ОНА. ОНА идет навстречу и улыбается ему: — Сев, ты сияешь …как снег! За руку? Что за ерунда! Он подхватывает её на руки и несёт так до самой Грани, почти бегом… Он нашёл свою Лили!

***

В это время на вокзале Кингс-Кросс на лавочке сидели двое… — А ты Том, почему не отправился дальше? — спрашивает бородатый старец. — Да отношения с Всеславом не заладились, — отвечает Волан-де-Морт. — А вы? Дамблдор виновато разводит руками: — Мне стыдно перед Северусом! А не сыграть ли нам в шахматы? Опальный маг опрометчиво кивает. — На раздевание, — лукаво блеснул глазами из-под очков бородач. — И, не против, я музычку включу… «Sexy Back» понеслось над вокзалом. В красных глазах вспыхнула паника. Всеслав перестал казаться таким страшным…

***

Доброе утро Хогвартс! Замок быстро отстроился благодаря щедрой спонсорской помощи русского мецената Чернобога Кощеевича. Великий Светлый работал и учился здесь. Властелины Равновесия сделали под сенью замка свои первые шаги в мире магии. И кто теперь скажет, что Слизерин — это не путь к Величию?