Одинокий голос человека

В голове была пустота. Когда она лежала на неудобной больничной кушетке, все мысли отметало в сторону, а ее тело словно было парализовано в ожидании. Грудная клетка вздымалась тихо, дыша, еле заметно, будто бы каждый вдох мог сопровождаться умопомрачительными ударами по телу. Аделаида открыла темно карие глаза, видя перед собой, уже до тошноты надоевший, белый потолок. На нем она уже могла разглядеть, за все походы ко врачу, множество маленьких и больших, появившихся со временем, трещин.  — Все в порядке? — слабо выдала из себя молодая девушка, пытаясь нормализоваться после недолгого пребывания в прострации. Своей худенькой ручкой она обхватилась за поручень прикреплённый возле кровати, опираясь на него, обрела вертикальное положение. Ощутив дискомфорт в области поясницы, то непроизвольно схватившись за нее, Аделаида нащупала уже небольшой выпуклый синяк.  — Все итак было хорошо, а ходить сюда 3 раза в неделю — необязательно. Воспалений не было найдено, не будьте таким параноиком.  — Вы гинеколог и Вы должны знать, что воспаления могут появиться и через месяц после заражения. Если Вам по каким-то причинам трудно проводить осмотр, то я могу без проблем сменить врача, — негромко предъявила Аделаида, испытующе смотря на женщину средних лет, реакция которой не заставила себя долго ждать.  — Пожалуйста, не стоит, — с неким раздражением и усталостью произнесла доктор Элит, снимая белые одноразовые перчатки, бросая их в урну, — сколько попросите, столько и буду вас осматривать, — «за ваши деньги» — было бы неплохо ещё добавить.  — Тогда будьте добры… — Аделаида схватила с маленького диванчика сумку и достала оттуда чёрный лаковый кошелёк, вероятно не дешевого производства, и вытащив 12 золотых монет, светло-русая всучила их Элит в руки. Элит стала пересчитывать мелочь, не забывая проверять на подлинность каждую монету, будто бы Аделаида могла соврать и дать поддельные деньги. Мрачная и ворчливая гинеколог встала со стула, слегка прихрамывая правой ногой и шуфлядку кидая монеты с неприятным звоном.  — Знаете, что я Вам скажу? — женщина обернулась на, уже собиравшуюся уйти из кабинета пациентку, — все, что случилось — это ужасное испытание, проверяющее Вас на внутреннюю силу, с помощью которого можно стать кем-то большим, чем Вы были, начните ставить перед собой новые цели и идите вперёд, не смотря на прошлое. Нельзя все время себя жалеть. Да, первое время Вам плохо и больно, но ведь жизнь на этом не стоит, как бы банально это не звучало… — доктор поставила паузу и наконец повернула голову, встречаясь со взглядом молодой девушки, в чьих глазах уже собрались горькие слёзы, лицо покраснело, а скулы напряглись, — если Вы будете зациклена на том, что было — можно смело бросаться в пасть к титанам. Мой совет тебе, — Элит резко перешла на Ты, уже всем корпусом обернувшись в сторону Адели, — найди себе новую работу по специальности. Начни жизнь заново. По тебе же видно, что ты сильная личность — у кого не спроси, Аделаида Сент-Мари — справиться с любой возникшей проблемой! Не теряй себя! Я даже и близко представить не могу, каково тебе сейчас приходится… но я верю, что ты сможешь пройти это трудное испытание. Отношения между этими двумя были формальными, даже не смотря на то, что девушка знакома с Элит как минимум уже десять лет, и каждая раздражала по-своему, но в этой ситуации женщине было даже жаль Адели, девушка абсолютно не заслужила того как с ней обошлись. Всегда добрая и отзывчивая, что самое главное — справедливая в своём деле и не только, была подвергнута жестокому обращению. Говорят ведь: плохие вещи чаще всего случаются с добрыми людьми. Ей хотелось помочь несчастной Аделаиде, но как — увы не знала. Ведь душевные раны врачебной иглой не зашьёшь. Аделаида сглотнута образовавшийся в горле комок и смахнула не успевшую скатиться слезинку. Она тихо поблагодарила Элит за попытку поддержать и ушла из кабинета. *** Походка у Аделаиды была легкая, словно она не ступала на землю, а летала над ней. Несмотря на ногах наличие каблуков, девушка все равно передвигалась бесшумно, стараясь не издавать лишних звуков. Было странно находиться в этом месте не будучи солдатом, а бывшим менеджером финансового отдела. Аделаида предполагает, что работа может быть трудной и кропотливой, но кто как не она умеет лучше всех разбираться в формировании, распределении и использованием финансовых ресурсов. По-крайней мере, она хочет так думать. Внутри у неё все сковало от волнения, казалось пожалеть об этом поступке невозможно было столько раз, сколько пожалела Аделаида. Слишком большой шаг к изменениям в жизни. Сент-Мари спонтанно приняла решение о том, что хочет пойти работать на разведывательный корпус. С одной стороны — это будет очень маленький доход, зарпалата в разведке небольшая, с учётом того, сколько тратиться на ежемесячные экспедиции за стену. Сама она неоднократное количество раз выделяла средства из королевской казны в помощь разведывательному отряду. Аделаида знала как никто другой, что им нужна материальная помощь, и она постаралась бы выбить из казначейства денег побольше. С другой стороны — сам Легион Разведки расположен в Каранесе. Дом девушки находится в самом конце города Стохес, а это два часа езды туда и обратно. То что Адели будет далеко от этого города, на самом деле, очень хорошо, потому что бывать в своём доме она будет крайне редко. А значит, что воспоминания уже не будут так сильно ее душить. Несколько слабых стуков в деревянную дверь и она легко отворилась, едва Адель дотронулась до ручки. Карими глазами молодая девушка начала осматривать помещение, атмосфера в котором была очень напряжённой и негативной, всему виной — дискуссия двух взрослых мужчин, которые даже не заметили появление в кабинете кого-то постороннего. Аделаида от неразумения широко открыла свои глаза и направила их на спорщиков и невольно сделала шаг назад.  — Эрвин, если ты не примешь меры, то я либо сожгу эти документы, либо засуну их тебе в зад, — грубо выразился мужчина, облокотившийся на книжный стеллаж, стоящий чуть дальше письменного стола. Аделаида почувствовала себя крайне дискомфортно находясь рядом с двумя мужчинами. Произошедшее раннее очень сильно травмировало психику девушки, ей все быстрее хотелось скрыться от взоров противоположного пола. Она напряглась всем телом, грудная клетка вздымалась от учащенного дыхания, будто кареглазая пробежала целый километр.  — Я, наверное, не вовремя, — тонкий голос заставил обернуться двух военнослужащих в сторону двери. Из-за открытого окна по помещению прошёлся сквозняк и бумаги лежащие на столе смело слегка в сторону. Адель поспешила закрыть со скрипом дверь.  — Аделаида Сент-Мари? — от удивления главнокомандующий приподнял брови к верху, жестом руки приглашая присесть на стул, — присаживайтесь, пожалуйста. Прервавшая спор девушка попыталась принять уверенную позу, расправляя плечи. Скованность все никак не могла покинуть ее, поэтому уверенный вид Адель давался трудно. Но она хочет показать, что настроена решительно и серьёзно. Едва переставляя ноги, кареглазая разместилась на массивном дубовом стуле. Чтобы немного унять дрожь, она напрягла руки, стараясь не отводить взгляда от собеседника.  — Я по поводу должности финансиста, как и говорила об этом в своём письме, — Аделаида достала из своей небольшой чёрной сумочки документы, подтверждающие, что она действительно обучалась данной профессии, ведь даже в разведывательный корпус не возьмут за просто так. Тем более разбираться с финансами — здесь потребуется доверенное лицо, которое знает, с чем имеет дело. Эрвин Смит — 13 главнокомандующий разведки уже вот 4 года. Авторитетный и уверенный в себе мужчина, по памяти Сент-Мари, который всегда преследовал свои цели, несмотря на возникающие на пути трудные препятствия в виде властей. С этим харизматичным блондином девушка была знакома с тех пор, как смогла трудоустроиться в управление казначейством — около 5 лет назад. Аделаиду он восхищал уже одним только своим умом, таких как Эрвин — можно было посчитать по пальцам рук. А мужчину, в свою очередь, всегда удивляло, что молодая девушка, которой едва только исполнилось 22 года, на тот момент, умеет точно анализировать и составлять план действий, что несказанно удивило командора, ведь именно такой человек и нужен для разведки, кой-поможет очень сильно сократить количество жертв на вылазках. Эрвин без слов взял бумаги и стал их рассматривать, вчитываясь в каждое, написанное тонким пером, слово. Шелест переписывающихся страниц наполнил все помещение. Хорошо, хоть не давящая тишина, тогда бы Аделаида точно постаралась быстрее сбежать отсюда. Брюнет, который стоял чуть поодаль от кабинетного стола — молчал все то время, когда главнокомандующий был занят документами. Аделаида понять не могла: зачем он тут стоит? Неужели нельзя выйти в тот момент когда к вышесказанному человеку пришли насчёт важных дел? Девушка случайно встретилась со взглядом этих серых глаз, и тут же отвела свои в сторону, к окну, в который раз выпрямляя спину и поднимая высоко подбородок. Адель не хотелось, чтобы по ее глазам было видно, как она растеряна, чтобы никто не понял, что ей некомфортно до сих пор. Особенно от пристального и неотрывного взгляда, с коим смотрит на неё этот военнослужащий, под ним Аделаида и вовсе обескураженно вздохнула. Это отвлекло от чтения Командора Смита и он дружественно улыбнулся, передавая бумаги светло-русой девушке обратно в руки.  — Я всегда был впечатлён Вашим образованием и то, что в таком, столь юном возрасте, для этой профессии, у вас достаточно познаний в сфере экономики, а ваше умение решать вопросы касающиеся денежных переводов из имущества королевской казны в бюджет разведывательного легиона — то, что сейчас нам необходимо, — Аделаида соврёт, если скажет, что это ей не польстило. Она любила когда ее хвалят, особенно, когда это относится к работе, которую Сент-Мари безумно любила. — Но, к сожалению, я буду вынужден Вам отказать в этой должности. Так как за эти полтора месяца в легионе появилось два человека, которые занимаются этим. Аделаида поникла совсем. Ее надежды на новую жизнь вдали от своего родного дома — понизились настолько, что верить во что-то лучшее девушка уже начала уставать.  — Но, Аделаида, — тут же заговорил Эрвин, продолжая натягивать улыбку, — я могу предложить Вам побыть в качестве помощника. Знаете, как личный секретарь, грамотная помощь в составлении документов никогда не помешает, Вы так же будете допущены к вопросам возникшими по поводу материальных средств разведки. Зарплата соответствующая. Все эмоции и чувства которые испытывала Аделаида до этого разговора — как ветром сдуло. Осталось только переживание по поводу того, как сложится ее дальнейшая жизнь, если она выберет себе эту должность секретаря. Казалось бы, она так низко пала, от финансового менеджера до секретаря. Очень веселое развитие событий, такой резкий переход вызвал сейчас у Сент-Мари некую насмешку, именно над собой. Так быстро опуститься могла, наверное, только Аделаида. Причём, не только в своей профессии…  — А секретарём кого я, позвольте спросить, собираюсь быть? — нервы дают о себе знать, поэтому Аделаида начала часто моргать, она почувствовала, что звон в ушах все усиливается и усиливается, а делать вид, будто с ней сейчас все в полном порядке — становится очень трудно.  — Вы вся побледнели, может водички дать? — в знак согласия, девушка лишь тихонько произнесла: «было бы неплохо», и через несколько секунд приняла из рук Эрвина Смита чистый стакан, наполненный фильтрованной водой, — Так вот, Вашим начальником будет капитан элитного отряда — Леви Аккерман, — командующий указал на того самого молодого человека, который все так же и продолжал наблюдать за Аделаидой. Сделав несколько глотков холодной воды — ей действительно стало немного лучше, теперь Сент-Мари могла здраво мыслить, обдумывая решение: стать секретарём этого же странного мужчины, что вероятнее всего, являлся другом для Эрвина Смита. К сожалению, приступ паники теперь стал частым гостем у Аделаиды и справляется она с ним все тяжелее. Витая в своих мыслях, обдумывая все «за» и «против» этой должности, она успела осмотреть внешний вид человека, с которым ей предстоит работать: у Леви грубо постриженные волосы, цвет которых натуральный чёрный, что интересно, отличающиеся каким-то особым блеском. И глаза, темно серые глаза, которые продолжают пристально наблюдать за Аделаидой, словно, пытаясь ее в чем-нибудь уличить. Форма была стандартная как и на всех солдатах разведки, но, как поняла девушкой, его индивидуальной вещью была отделка мужской рубашки, шейный платок, проще — жабо. Достаточно необычно. Аделаида Сент-Мари отставила от себя стакан с водой и вздохнула полной грудью, стараясь не хлопать больше глазами, чтобы не вызвать никаких сомнений на счёт того, стоило ли им брать ее? Девушка напрягла скулы и посмотрела на главнокомандующего  — Я согласна.