Одинокий голос человека

Вода в раковине приобрела красный оттенок, когда Аделаида поднесла руки к ней. Горячий поток воды заставил девушку поморщиться, ощутить, как постепенно она согревается. Но колотить её не перестаёт — внутри всё будоражит, разрывается на мелкие частички. Так страшно. Так непонятно. Со свистом выдыхает, в очередной раз понимая, что это не страшный сон, всё произошло взаправду, и это вынуждает Аделаиду тихо застонать от отчаянности. Пока никто не видит, пока никто не слышит. Внезапно раздаётся скрип деревянных половиц. Тяжёлые, аккуратные шаги послышались в другой части помещения, приближающиеся с каждой секундой. Глаза Аделаида не смела поднимать, лишь осматривая свои трясущиеся руки, в надежде не услышать сейчас слова обвинения в её сторону. Только не сейчас, она ведь и сама всё понимает, а это только усугубит итак подавленное моральное состояние.  — Мерзость, — капитан не удержался от комментария в сторону отвратительного запаха в убогом сортире. — Десять минут здесь стоишь, не надоело? Аделаида отрицательно покрутила головой, продолжая молчать. А говорить ей сейчас и нечего, слов не находится, чтобы хоть что-то сказать по поводу произошедшего. Леви оглядел её мельком, подмечая, каким взглядом она смотрит на стекающую по раковине кровь. Она отчаянно пытается стереть её с рук, но сделать это у неё не выходит, как бы она не тёрла. Казалось, будто запах въелся в кожу, металлический, противный, неприятный. Тошнота подкатила к горлу и вот-вот, ей думается, она не выдержит это всё в себе.  — У меня ничего не получается! — вдруг громко воскликнула Аделаида, сама от себя не ожидая, и судорожно стала тереть кожу, не смотря на боль.  — Почему с тобой вечно какие-то неприятности? — грубо одёрнул мужчина за руку и брезгливо стал помогать ей смыть засохшую кровь.  — Простите меня, прошу простите, — тихо проговорила она.  — Отставить нытье, — резко кинул он. — Сейчас объяснишь мне всё. Когда с неприятным делом было покончено — Аделаида вышла вслед за капитаном в зал обслуживания, где на данный момент было практически пусто, ведь вечером все только начинают приходить. Это и хорошо, сейчас не хотелось находиться среди толпы людей, слышать гул и крики пьяных недоразвитых. Капитан жестом указал Сент-Мари пройти к крайнему столику у окна, что она и сделала. Медленно приближаясь к нему, девушка увидела свою сумку и запачканный кровью бежевый пиджак. Неудивительно было и то, что Леви решил первым делом дойти до кабака, чтобы Аделаида могла прийти в себя. Не персоналу не посетителям нет дела до того кто ты и что ты сделал — да наплевать, только бы не трогал их. Правильно сделал, ведь ехать в таком состоянии обратно в штаб не то, что нельзя — просто вызовет лишние подозрения. Шмыгнув носом, она прикрыла ладонями лицо, облокачиваясь на стул. Что-то блокировало осознание того, что всё сейчас — самая настоящая реальность. Создаётся впечатление: если она до конца поймёт всю серьёзность ситуации, паника нарастает до предела, и ей страшно, безумно страшно думать о том, что будет дальше.  — Как ты это сделала? — послышался голос где-то впереди, и как только она опустила руки на колени, увидела уставший и серьёзный взгляд капитана.  — Что? — переспросила Аделаида.  — Я спрашиваю, что ты с ним сделала и как это произошло? — он слегка наклонился вперед, облокачиваясь логтями на стол. Аделаида опустила глаза в пол, поджимая губы. Ей бы абсолютно не хотелось разговаривать, обсуждать это. И подбирать какие-то слова ей даётся с трудом:  — Он напал на меня и попытался ножом ударить, — Сент-Мари заметно напряглась. — Я стала обороняться и толкнула его от себя, чтобы он не попал в меня и тот, видимо, ударился об камень, я не знаю, я не видела и, кажется, умер… О господи, господи… — девушка поежилась на стуле и левой рукой прикрыла глаза, чтобы вдруг не пустить слезу.  — Там был рядом кто-то? — спокойно спросил Аккерман.  — Нет, там кроме нас никого не было. Может он ещё был жив и я могла как-то попытаться…  — Так, всё, хватит, — остановил её Леви. — Забудь о том, что произошло. Выкинь из головы и больше никогда не вспоминай. Попробуй только кому-то проболтаться, — и уже тише добавил: — Потому что, если кто-то узнает — привлекут не тебя единственную, но и на Эрвина подумают, что он решил войной так пойти против военной полиции.  — Я все поняла, — утвердительно кивнула Аделаида, — только вот. Как мне жить после такого. Я человека убила… Капитан приостановил девушку и взглядом проследил за официанткой, которая стала приближаться с подносом к их столику. Девушка поставила чай и без слов удалилась.  — Это кофе? — зачем-то спросила Сент-Мари, потянув носом, узнавая знакомый запах.  — Да, пей и молчи, — сам он, как не удивительно, заказал себе чай. Аделаида заострила внимание на своей чашке, даже не притронувшись к ней. — Слушай, — заметив смятение в глазах девушки, он продолжил. — Либо он тебя, либо ты его — в этом мире по такому принципу живут люди. Если бы ты узнала, где я раньше жил — заткнулась бы сразу. Это можно назвать ничем иным, как «выживание». Поверь мне, я сталкивался с таким случаем, но никак не жалею о содеянных поступках. Приводи мысли в порядок и подумай о том, что он мог тебя прирезать, если бы ты не толкнула его. Парень сам виноват, что так вышло и твоей вины здесь как таковой нет. Больше мы к этому разговору не возвращаемся.  — Я не могу, я не могу, — повторяла Аделаида. В её голосе явно слышалось сожаление и невероятный испуг. Непонятно было, то ли она боится, что с ней что-то сделают из-за этого или ей жаль, что она смогла таким образом отобрать жизнь у молодого солдата. Но в любом случае, это происшествие девушка не забудет никогда. Аделаида отвернулась к окну, наблюдая, как галдящий народ толпится у входа в трактир, разбрасываясь нецензурными словами. Среди них были как знакомые лица, так и совершенно неизвестные.  — Объясните мне, что за встречи у Вас постоянные с этим полицейским? Что это за чёртово письмо и почему его попадание в чужие руки может сулить неприятности? — не поднимая взгляда, спросила Адели. — Я считала, что разведкорпус не имеет никаких связей с военной полицией. Капитан напрягся, пронзительно взглянув на сидящую впереди Сент-Мари. Он точно не планировал в ближайшее время посвящать её в суть дела, к тому же сейчас. Но всё же придётся, иначе зачем было брать тогда девушку с собой, и к сожалению, только-только понял, что делать этого вовсе не стоило.  — Если коротко, тот парень, которому я передавал папку — это свой человек, доставляющий нам информацию абсолютно обо всё, о чём знает сам; документы, данные, любые другие сведения. Поэтому все встречи происходят ночью. Даже о том, что хотят ввести новые правила и, как ты выразилась, «поменять всю систему», мы узнали незадолго до совещания.  — Очень интересно, — Аделаида призадумалась: — А если так случится, что его поймают? Нельзя исключать такого варианта событий. Вы не думали, что его может переманить на свою сторону полиция и тогда уже информацию о разведке будут доставлять им? Как вы об этом узнаете?  — А ты чем слушаешь? — грубо спросил у нее Леви. — Я разве сказал, что мы его снабжаем известиями о чём-либо? В любом случае, даже если так и произойдёт у нас будут большие проблемы. Всё делается исключительно на риск и страх. Но это доверенное лицо, я в этом точно убеждён. Когда Аккерман заметил, что людей стало собираться довольно много в трактире, принял решение выдвигаться обратно. И Аделаида отошла от того возбуждённого состояния, во время которого она была на грани истерики, хотя всё ещё нервничала, но и это для него не новость.  — Давай пей быстрее и мы уходим отсюда, — с отвращением проговорил мужчина, поторапливая свою помощницу, мельком осматривая посетителей этого заведения. *** Заехав на территорию воинской части, Аделаида слезла с лошади, попросив конюха завести животное в конюшню. Вымотанная и уставшая девушка покрепче схватила сумку и грязный, пахнущий сырой землёй, светлый пиджак, собираясь уйти в свой кабинет. На наручных часах время показывало полдвенадцатого ночи, что не особо радовало Сент-Мари. Сейчас, стоя на месте девушка чувствовала и понимала, что просто так эту ситуацию не отпустит. Она не знает, что ей делать. Следовало ли вернуться за этим мальчиком, может он и вовсе не умер сразу? Стрессовая ситуация заставила её без всякого осознания убежать, даже не подумав проверить пульс. Как только Леви встретил её у места, где они расходились, он увёл её сразу, услышав слова Аделаиды. Для него почему-то не имело значение — умер солдат или нет, но может он не показывал этого? Может просто не хотел, чтобы кто-то увидел их рядом с местом происшествия? Только это лишь оправдывало то, почему они не вернулись обратно, узнать точное состояние парня.  — Иди сюда, — у входа в штаб стоял капитан Леви, и его внешний вид ничем не отличался от вида Аделаиды. Такой же изнемогший от работы, мужчина, попросту желавший поскорее удалиться к своему рабочему месту, продолжая делать отчёты. Аделаиде даже показалось, что он достаточно давно не спал…  — Вы что-то хотели?  — Если тебе будет спокойней, то я сделал так, что весь персонал того трактира подтвердит наше присутствие там весь вечер, — Аделаида перевела удивлённый взгляд на Аккермана. — Забудь об этой ситуации, услышала меня? И вот ещё… У тебя завтра выходной, поэтому выспись, мне нужен нормальный квалифицированный работник, не клюющий носом в бумаги. Сент-Мари коротко кивнула и удалилась, чтобы наконец оказаться в своём кабинете. К слову о нём, внутри было непривычно холодно. Хоть это и не волновало особо девушку, но болеть в данное время ей всё же не нужно. Чтобы не ходить в потёмках, пришлось зажечь свечи на люстре. Самое неожиданное оказалось то, что в кабинете творился полнейший беспорядок, и если точнее, то в том месте, где чаще всего проводит время Аделаида — рабочий стол. Ведь так в большинстве случаев происходит, когда приходишь уставший, и видишь это безобразие. Но оставлять так — девушке не позволит любовь к порядку. Спустя какое-то время, ей пришлось переступить через себя и взяться за чистку своего пиджака, чтобы смыть все следы крови на нём и надолго, и далеко спрятать в свой шкаф. Носить его совсем не хочется. Аделаида опёрлась ладонями на бортик у раковины, прерывисто дыша. Она осмотрела своё лицо, после того как полностью смыла с него косметические средства. Ей не хотелось смотреть себе же в глаза, постоянно избегает взгляда, будто старается скрыть от себя же самой какие-то проблемы, не хочет признавать до конца всё случившееся. Аделаиде было стыдно, что не соответствует ожиданиям в своей голове. Она могла быть абсолютно другой, по другому поступать, чувствовать, ощущать… жить. Она отчаянно борется со своим сознанием, постоянно зациклена на произошедших случаях, не выкидывает их из головы и существует с ними, параллельно сталкиваясь с новыми трудностями. И только совершенно недавно Аделаида поняла, как слаба оказалась, столкнувшись с реальными проблемами.

***

С той стороны двери раздавались громкие возмущённые голоса. Стуки, грохот и раздражённый топот, навевали странные мысли.  — Оруо, ты просто безнадёжен! — Петра отставила швабру и сложила руки на груди, пронзая взглядом паренька.  — Ты, давай, на личности не переходи, я безупречно выполняю свою работу, — Бозард вальяжно прошёл к двери, параллельно поправляя свой галстук на шее, всем своим видом пытаясь показать всю безразличность к данной работе. — А вот тебе стоит быть внимательней к своей уборке, — Оруо демонстративно провел по рядом стоящему комоду указательным пальцем. — Посмотри на это: огромный слой пыли. И это всё, ис-клю-чи-тель-но, твоя вина.  — Ты совсем дуралей? Не коси под капитана Леви, отвратительно выходит, — Рал топнула ногой по полу, резко бросая в парня грязную мокрую тряпку. После чего, послышался протяжной стон Бозарда, что с отвращением откинул от себя кусок ткани.  — Что здесь происходит? — Аделаида резко открыла деревянную дверь. — Всё утро слышу, что что-то бьётся и нецензурную ругань, Оруо… — Сент-Мари пронзительно глянула на стоящего в метре от Петры, Бозарда. Ребята встрепенулись и незамедлительно отдали честь, приветствуя девушку:  — Мэм, прошу прощения. Капитан Леви каждую субботу устраивает генеральную уборку по всему штабу, поэтому нам пришлось… И простите этого недотёпу, он не следит за своим языком.  — Вольно ребята, — улыбнулась девушка. — Всё в порядке. Вам нужна моя помощь?  — Никак нет, мы здесь уже закончили практически, можете не волноваться. Лучезарная девочка Петра, совсем недавно вступившая в ряды элитного отряда Леви Аккермана, всегда проявляла особое дружелюбие к Аделаиде. Ей так нравилось общаться с ней, Для Петры она была настолько интересным человеком, к которому хочешь не хочешь, но тянешься. Пускай, они знакомы не так много, всё же это не имело особого значения. Полная противоположность одного человека…  — Много ещё работы? Я не против вам помочь, поэтому не стесняйтесь, говорите, где ещё осталось? — Аделаида хотела пройти вперёд, намереваясь подойти к ним. Но из-за того, что пол, как ни странно, оказался мокрым, девушка подскользнувшись, полетела спиной вниз. Петра, явно не ожидая такого, громко охнула, не успевая среагировать и ухватить Аделаиду за предплечье. Сент-Мари сама не поняла, как такое произошло, но сразу пришла в себя, когда ощутила, что уже не падает на пол. Во время падения, девушку подхватил одной рукой Леви, не давая приземлиться. Аделаида мгновенно ухватилась за плечо мужчины, тут же представляя как нелепо это выглядит. Стыд пробрал её и заставил громко ойкнуть.  — Ты не видишь, что пол мокрый, внимательнее быть нужно к таким вещам. — Эмоций на его лице не последовало, он просто помог ей встать на ноги, проходя вперёд.  — Извините, не учла такого развития событий. — Аделаида поправила блузку и вслед за ним зашла в комнату.  — Какая ты неуклюжая сегодня. Снова не выспалась? — На вопрос Аделаида ответила коротким кивком. — Я же просил тебя привести себя в порядок, почему ослушиваешься моего приказа? Сент-Мари пропустила вопрос мимо ушей, оставаясь стоять в стороне. В помещении ненадолго повисла неприятная тишина, но кажется, кроме самой Аделаиды, это никого не волновало. Она решила приковать свой взгляд к окну, высматривая за ним неизвестных ей трёх солдатов, что пытались отсеяться от своей группы. И девушке это казалось интересным нежели то, что происходит в этой комнате.  — Тебя, кажется, Эрвин повысить захотел... — Спросил Аккерман, сразу после того, как Оруо с Петрой покинули помещение, оставляя их наедине. Девушка слегка затормозила, когда услышала вопрос. Она и совсем забыла, со всем, что с ней происходило, про разговор с главнокомандующим. Прошедшие сутки Аделаида погрязла полностью в других вещах и перевод с одной должности на другую ее не особо-то интересовал. Не значит ли это то, что Сент-Мари равнодушна к тому, что ей предложили? За минуту молчания ее действительно одолевали сомнения в правильности ее выбора, но в конце концов, девушка решилась на то, на что бы она не решилась раньше никогда, будь у неё выбор.  — Я не хочу быть финансистом разведкорпуса. — Твёрдо ответила ему Аделаида, поджав немного губы. Глаза ее забегали по кабинету и взгляд был устремлён хоть куда, но только не на капитана.  — И почему же? — не сдержавшись, Леви усмехнулся еле слышно, заставляя свою помощницу вновь задуматься над одним вопросом.  — Это не важно. Главное, что я для себя всё решила.  — Будь по-твоему. — Следом за ней ответил мужчина, снимая маску с лица. — Пошли, научу тебя завтракать. Аделаида пройдя вперёд, снова остановилась на месте, прокрутив в голове слова Леви.  — В каком смысле?  — Не видел никогда, чтобы ты хоть что-то ела. Какой от тебя будет толк, если ты в голодные обмороки сваливаться будешь? — Аккерман закрыл дверь на замок и жестом указал девушке идти впереди него.

***

Как оказалось, девушка совсем не может находиться без дела целый день. То, что Леви дал ей один день отдыха — это, конечно, замечательно. Но как бы Аделаида не хотела, в разведкорпусе ей всегда нужно было чем-то заниматься и не имеет значения каким делом. Поэтому просидев несколько часов на пару с книжкой со странным сюжетом, ей наскучило пребывать в одиночной комнате. Появилось желание просто подвигаться, пускай и по огромному штабу, которому, возможно, и конца нет. За окном погода ненастная, что вовсе не было по душе девушки. Слушать эти мелодичные стуки капель по стеклу было, отнюдь, не любимым занятием Аделаиды. Мельком ей все же пришлось взглянуть на себя в зеркало, что не всегда любила делать, проходя мимо него. Она остановилась и созерцая, как чёрная водолазка обтягивала ее и без того ненормально тонкую талию. А кожа приобрела бледный оттенок от которого становилось тошно. Кажется, даже волосы на голове потеряли тот здоровый вид. Немудрено, что Леви, смотря на такой «больной» вид своей помощницы, каждый раз напоминает ей хотя бы принимать пищу, не то что заняться своим здоровьем. Да и в порыве гнева, который тот тщательно старался скрывать, прямо указывал ей на дверь военного психолога. Сент-Мари хотела было обидеться на такое бестактное отношение, хотя все же, винить капитана было не за что. Аделаиде действительно, со своими тараканами в голове, нужна была помощь. Но она только, махнув рукой, безжалостно ныряет с головой в работу. Плохое предчувствие, что проявилось у неё с утра, вновь одолело ее и сменив маршрут, куда она неспешно направлялась ранее, решила подышать свежим воздухом, наплевав на бушующую непогоду. Каждый раз, когда внутри Сент-Мари начинает что-то «сигналить», вроде какого-то волнующего состояния в районе солнечного сплетения, она понимает, что это своего рода предупреждение о грядущем и не важно, случится что-то плохое или хорошее. Связано это с прекрасной интуицией или с чем-то другим, — ей не известно. Сложив руки на груди, Аделаида принялась с подозрением осматривать поле, где несколько минут назад ещё в поте лица занимался отряд разведчиков. Ни с кем из них она не была знакома, да и в принципе, за такое количество времени проведённого в разведывательном корпусе, она знала от силы пару людей, не считая руководящий состав и некоторых детишек из отряда Леви. Но ей оно и не нужно было, ведь на то, чтобы общаться у неё попросту нет ни сил ни времени и, странно, так же возрастная категория ее хоть и не сильно, все же, волновало.  — Аделаида Сент-Мари, добрый день! — внезапно раздался мальчишеский голос с боку от неё, и вынудил девушку неохотно обернуться. — Как хорошо, что я Вас сразу нашёл. — Аделаида нахмурилась, не сразу понимая, зачем она нужна кому-то.  — Так что случилось? Джордж — так зовут этого молодого солдата, — подошёл вперёд и наклонился к уху растерянной Сент-Мари. И то, что он сказал, заставило девушку на мгновение выпасть из реальности. — Не могу знать зачем, — будто предугадывая, какой вопрос ему может задать Адели, — но к военной части подъехал экипаж. Мне сказали, им нужна Вы.