"Эй, пай-мальчик!"

3 года назад        На этой оживленной улице не так давно стояло сгоревшее здание. Причины пожара все еще гуляли местной легендой, паутиной гипотез, забавным разбросом предположений: от опрокинутой на книги свечи до умышленного поджога, дабы уничтожить бесценную книжную коллекцию. Ну еще бы, приплели бы уничтожителей печатных книг в принципе или производителей электронных девайсов, чертовы конспирологи!        Теперь же, здание было отстроено и стояло почти в том же виде, каким и было до того несчастного случая. Это был книжный магазин одного крайне очеловеченного ангела, а также хранилище его книжных коллекций и уютное пристанище. Пока не совсем обжитое, но робкие шаги к этому были сделаны. Табличка над входом возвещала о скором открытии, но при этом не обещала ничего конкретного.       И, возможно, она там висит уже довольно продолжительное время, отодвигая это скоро в темную бездну никогда. Хозяин не был в этом месте уже несколько месяцев, поглощенный другими, вероятно более значимыми делами.       Заглянем-ка внутрь, раз есть такая возможность. Чувствуете, эту странную смесь запахов? Краской пахнет так, словно стены недавно покрасили, а от стен…мм, дурманящий запах ароматических свечей. Правда свечей видно не было, по крайней мере в этом помещении, да и краска должна была давно уже высохнуть. Что за странности?       Новые книги стояли в коробках, в ожидании распаковки. Но их не спешили вытаскивать на свет Божий. Да что там книги, пол был покрыт слоем пыли. Какой безответственный хозяин оставил все в таком запустении?        Этот самый хозяин сейчас ужинал в прекрасном итальянском ресторане, уплетая пиццу и запивая ее красным вином. Это был Азирафаэль, невероятно оживленный, он что-то с упоением рассказывал своему спутнику. А Кроули просто слушал, подперев голову рукой. Глаза за стеклами черных очков были направлены только на ангела, и все звуки вокруг: разговоры за соседними столиками, звон посуды, услужливые реплики официантов — все засосало во вселенский вакуум. Остался только голос одного вдохновленного и несколько пьяного ангела.       — Знаешь, а давай сегодня поедем куда-нибудь за город? — Неожиданно предложил ангел, отпивая еще немного вина. У демона, вернувшегося в полную звуков реальность ресторана, брови сами поползли вверх.        — Мне бы хотелось с ветерком прокатиться, можешь такое устроить? — Ангел весело подмигнул все еще удивленному приятелю. А у того уже сама по себе мелькнула острозубая улыбка. Демон уже предвкушал эту поездку.        Обычно, Ангел просил Кроули не лихачить. Хотя ангел и сам признавал, что автомобиль гораздо удобнее лошади и даже повозки, небрежная манера вождения демона, причем на высокой скорости, навевала мысли о выходе из физического тела.        На выходе из ресторана, прямо на крыльце, ангел вдруг остановился как вкопанный. Его глаза были прикованы к фигуре, стоящей прямо под фонарем. Этот ступор словно приварил Азирафаэля к месту.        — Только не это, -прошептал он, весь холодея. Его буквально затрясло от ужаса.        Кроули не понял, что это за фигура, но все равно бросился к ней. Не успел приблизиться буквально на несколько метров — фигура буквально растворилась на месте. А ангел просто отказался объяснять, кто же это был, сколько бы демон не допытывался.        — Мы можем вернуться в мой книжный? — Тихо спросил ангел, не смотря на Кроули.        — Конечно. Что пожелаешь, — сейчас демон был готов сделать все что угодно, что бы ни попросил ангел. Лишь бы тому стало лучше. Наверное, его друг увидел какого-нибудь небесного агента, который ему угрожал. Но… Кроули защитит ангела, чего бы это не стоило. Им нечего бояться, пока они вместе.        Хотя, на самом деле, можно многого бояться. И сейчас они оба под пристальным вниманием двух враждующих сторон. Но пока у них есть этот день, этот вечер, разве не лучше просто расслабиться?        И к тому же, провести вечность в страхе и тревоге немногим лучше, чем встретить свой конец.       В книжном Азирафаэля сейчас было не так уютно, как когда-то. Но в задней комнате уже стояли несколько кресел и скопилось какое-то количество книг. А еще, были припрятаны новые запасы вина.        — Значит, продолжим вечер здесь? -Оптимистично предложил демон, располагаясь на одном из кресел.        Ангел немного нервно присел на краешек второго кресла, сохраняя прямую спину и напряженный взгляд.       — Так, Ази, — в руке Кроули появилась бутылка красного, из которой сама по себе выкручивалась пробка, — или ты мне объясняешь, что это такое было, или славно надираешься со мной. Что выбираешь?        — О, Кроули, — сдавлено всхлипнул ангел, а затем встал, забрал у слегка ошарашенного демона бутылку, и с чувством к ней приложился. Под удивленным взглядом демона (господи, Кроули, у тебя за этот вечер удивлялка не сломается?!), белокрылый святоша опустошил целую бутылку красного вина.        Не удивительно, что после этого он вполне изящно упал к демону на колени.        Демон моргнул, а затем притянул ангела к себе ближе, крепко держа за талию. Он не хотел его отпускать, хоть и кожей чувствовал — именно об этом им и следует сейчас поговорить. О том, о чем они оба уже знали — не могли не знать. И фигура, которая привела ангела в состояние глубокого душевного волнения — она появилась тут не просто так.        — Я знаю про твою миссию. То, что должно искупить твой проступок, — хрипловато произнес демон, прижимаясь носом к шее ангела, — мне намекнули на это дело, одна моя знакомая…с нижних этажей. Тебе не нужно мне ничего говорить, но…я могу попытаться тебя остановить?        Ангел вздрогнул, словно ему сделали больно. На самом деле, его действительно что-то кольнуло. Это была не совесть, нет. Это было сожаление, которое уже несколько недель беспощадно его разъедало. Сожаление о тех годах, столетиях, которые он мог провести в единении с существом, которое не видело в нем лишь орудие для исполнения чье-то замысла.        — Обещай мне, что ты не станешь в это вмешиваться, Кроули, — чуть дрожащим голосом, произнес Азирафаль, поворачиваясь к собеседнику. Ему было важно, чтобы обещание прозвучало. И слова были сказаны.       А спустя неделю, это все пошло прахом. Потому что один демон не смог довериться ангелу. Решил все взять в свои руки, видимо думал, что знает, что делает.       Как результат Адам Янг, попав под колеса автомобиля, чудесным образом отделался лишь ссадинами и легким испугом. Второй этап конца света был снова сдвинут. Но самое горькое, что он мог бы быть отменен. На очень долгое будущее. Их будущее. Ради этого, Ангел был готов пойти на ужасный, чудовищный поступок. А теперь, это было невозможно. …       — Черт побери, Кроули. Ты же не знал всю ситуацию, но все равно в это полез. Ты мне обещал не вмешиваться, и в итоге испортил все. Ты отнял единственный шанс. И теперь, все пройдет как нужно в ближайшее время. И…и…знаешь, что? Я не хочу дожидаться этого конца с тобой. Ты…ты мне больше не нравишься.        Разговор был буквально на ступенях книжного магазина. Именно сегодня утром они вместе сняли табличку, возвещая об открытии магазина. А теперь ангел был так зол, что своими руками спалил бы все тут к дьяволу.        — Да тебя бы это просто сломало, Азирафаэль, — демон сжал кулаки, исподлобья смотря на бывшего друга, — как бы ты дальше жил, зная, что послужил причиной смерти мальчика? Да, несомненно, ты бы его прикончил. А затем до скончания времен сожалел о своем падении. Отвесном, резком и одиноком, ангел. И теперь, за такое спасение, я слышу от тебя одни упреки.        — Ты влез туда, куда не следовало, — покачал головой ангел, — и ты нарушил слово. Ты обещал мне, а в итоге повел себя…как типичный демон.       — Ну это просто смешно! — Зашипел Кроули, нависая над ангелом, — ты смешной и наивный ангел. Ты просто пропадешь без меня.        — Что с тобой, что без тебя, итог один, — заметил тот, яростно блестя глазами.        — Ну раз так, я правда уйду, — глухо прорычал демон, — но ты сам меня прогнал. Ты сам так захотел. Да, я нарушил слово. Но я это сделал ради тебя. Да я бы и убил бы его, ради тебя. Кого угодно.        — Ты прав, уходи, — просто ответил Азирафаэль, запирая любые эмоции внутри, забывая в себе привязанность и нечто куда более сильное. С прямой и напряженной спиной, он зашел в книжный. Дверь хлопнула с тем звуком. с каким гильотина вершит свое правосудие. И также решительно и бесповоротно.