Bad dreaming.

      Луна ярко светила в окно уютно обставленной комнаты, протягивая руки-лучи как можно дальше. Ее стараниями квадраты белого света растеклись по полу, а неясные тени поселились по стенам. Была глубокая ночь и ничто не нарушало мирной тишины, кроме... Небезызвестный нам демон — Кроули, это был именно он — сейчас метался на своей половине кровати и тяжело дышал. Гримаса недоумения и боли застыла на его лице, а в уголках сильно зажмуренных глаз скопились слезы. Кроули снился кошмар.       Не то чтобы демонам и ангелам был нужен сон. Но за столько веков в мире людей каких только человеческих привычек не нахватаешься, и сон был одной из любимых привычек Кроули: вздремнуть часик после обеда, пару часов ночью и может быть, час с утра — демон обнаружил, что подобное времяпрепровождение очень бодрит, да и помогает скоротать минуты, когда Кроули чувствовал себя особенно одиноким — он просто заваливался спать и после сна чувство одиночества будто притуплялось. Но сейчас не об этом.       Демону снился кошмар. Любые сны для него были редкостью, но этот повторялся с завидным постоянством. Прошел год после не случившегося Конца света, но не было ни одной недели, когда бы Кроули не просыпался в холодном поту и с бешено колотящимся сердцем. Он открывал глаза и видел себя в залитой светом комнате, где все было белым — пол, потолок, стены - настолько белым, что хотелось сощуриться. На стенах висели зеркала всевозможных форм и размеров. Круглые, овальные, квадратные, треугольные, в форме трапеции и пятиугольника, - будто весь курс геометрии вдруг решил перекочевать из учебника на стены — маленькие, средние и большие, в самых разных рамках — деревянных, металлических, в узорах и без.       Подойдя к одному из зеркал — старинному, в витой раме, Кроули знал, что увидит. Сначала себя: бледное лицо с высокими скулами, внимательный взгляд желтых глаз с вертикальными зрачками, копну непослушных огненно-рыжих волос (почему-то в этом сне они всегда были в беспорядке). А потом он увидел Азирафаэля. Он смотрел на него с той стороны зеркала и, как и всегда, улыбался ему своей ласковой, солнечной улыбкой. - О нет, только не снова... пожалуйста... - прошептал Кроули. Как бы ему хотелось прервать это сон — но он не мог вырваться из ловушки собственного подсознания. Никогда не мог. И потому отшатнулся от зеркала — как и всегда. - Милый мой... - глаза Азирафаэля светились нежностью, когда он звал его. - Ну, что же ты? Подойди поближе. Не стоит пугаться. - помимо своей воли Кроули подошел к зеркалу. Он никогда не мог противится этому голосу. - Азирафаэль... - будто в замедленной съемке он прижал ладонь к холодному стеклу. Ладонь ангела также прижалась с той стороны — еще чуть-чуть и Кроули, казалось, мог бы почувствовать тепло такой родной ладони. - Ты... что ты там делаешь? - не в силах оторвать взгляд от любимого лица, Кроули уткнулся лбом в гладкую поверхность зеркала. Азирафаэль повторил его движение и теперь они смотрели друг другу прямо в глаза. - Ох, дорогой мой, неужели ты не знаешь? - ласковая улыбка сменилась гримасой ярости, а голос, до того источавший тепло, вдруг сорвался на змеиное шипение. - Я здесь из-за тебя! - кулак ангела ударил по стеклу с той стороны. Зеркало пошло трещинами и пара осколков, вылетевших от удара, впилась демону в щеку, расцарапав ее. - Но... - он отступил от зеркала и в неверии уставился на руку, которой провел по щеке — она была в крови. - Что, Кроули? Что ты мне скажешь? - синие лучистые глаза превратились в две льдинки. Этот холодный взгляд убивал Кроули. Это был не его Азирафаэль. - Этого не может быть... что я сделал? Я бы никогда не подверг тебя опасности, Азирафаэль, ты же знаешь! - голос Кроули был тихим и растерянным. - Ну, начнем с того, милый, что ты потерял гребаного Антихриста! - злая ухмылка скривила рот ангела. - Если бы ты этого не сделал, нам не пришлось бы тратить 11 лет на не того ребенка и разбираться с последствиями - чертовым Армагеддоном! Знаешь, что было, когда Всевышняя узнала о том, что с самого начала мы были на — как ты любишь говорить? Ах, да, на «своей» стороне? - если бы человеческое сердце могло пойти трещинами, в самом деле пойти, то именно это бы сейчас случилось с Кроули. «Нет! Не смей говорить о НАС так! Будто это было ничто, будто не было НАШЕЙ стороны! Не смей...» - как же ему было больно. Азирафаэль продолжал: - Когда она узнала, что именно мы с тобой остановили почти начавшуюся битву? Она развоплотила меня! И теперь я вынужден сидеть в этой стеклянной тюрьме до скончания веков или до нового Армагеддона, будучи бесплотным призраком без способностей! А ты... ты на свободе и занят все тем же, не так ли, демон? - тень отвращения пробежала по такому знакомому-незнакомому лицу. - Мелкими, грязными пакостями... - Прекрати! Прекрати! - в бессилии Кроули сжал голову руками. - Что я могу сделать, как мне вытащить тебя оттуда? - он посмотрел на своего — а своего ли? - ангела. Каждое слово, произнесенное им, ранило его. Думаете, он не корил себя за то, что потерял сына самого Сатаны? Не просчитывал возможные последствия? Не засыпал каждую ночь со страхом, что за его ангелом могут прийти — с того момента, как Конец света не случился? Не размышлял о том, что не заслуживает этой теплой улыбки, ласковых прикосновений, того внутреннего света, который исходил от Азирафаэля и в лучах которого Кроули несмело грелся. И сейчас ангел будто подтверждал все его мысли своими злыми словами. - Глупый демон... - преувеличенное сожаление сквозило в каждой его черте. - Не зови меня так! Мы прошли через слишком многое. - Ты ничего не можешь сделать, Кроули. Да и зачем это тебе? Чтобы снова втянуть меня в очередную авантюру? - Ради Бо... Ради Дья... Ради кого угодно, Азирафаэль! Ты не понимаешь? - с размаху Кроули стукнул по витой раме. Зеркало покачнулось. - За 6000 лет ты так и не понял? Я люблю тебя! Я не смогу без тебя... - ну вот, он сказал это. Выдохнул. - Что мне сделать? - Повторяешься, милый. Ты. Ничего. Не можешь. Сделать. И неужели ты думаешь, что если бы ты вытащил меня, я бы захотел быть с тобой? Ты — падший ангел. - увидев отчаянье на лице Кроули, Азирафаэль жестоко усмехнулся. - О-о-о-у, не надо такого скорбного лица! Ты всегда это знал. Мы — ангел и демон. Я никогда не полюблю тебя. Прими это. - и начал смеяться. Холодно, жестоко, с тенью легкого сумасшествия, смеяться. - Глупый, глупый Кроули... - Замолчи, ангел! - в смятении демон оглянулся — теперь силуэт Азирафаэля был в каждом зеркале, он множился, двоился, перескакивал, и яркий белый свет начал заливать все вокруг. - Замолчи... - Глупый Кроули! - смех продолжал звучать, а зеркала начали разлетаться осколками. Кроули зажмурился. Осколки сыпались на руки, спину, царапали плечи, застревали в волосах...       Демон проснулся от того, что кто-то звал его. Тяжело дыша, он подскочил на кровати и ошалело уставился в пустоту. Затем перевел взгляд на сидящего рядом мужчину. - Кроули, дорогой, что случилось? Кошмар? - обеспокоенное лицо ангела было выбелено светом луны. Неспешно потянувшись, Азирафаэль заключил лицо Кроули в свои ладони и вытер дорожки слез большими пальцами. - Ангел... Это снова произошло! - голос демона был хриплым со сна и дрожал. Он на секунду прикоснулся к родным ладоням, в которых было так тепло и надежно, не страшно... - Пожалуйста! Пожалуйста, скажи что ты не оставишь меня. - желтые глаза пристально смотрели в голубые. - Никогда. - обняв дрожащего Кроули, ангел тихо укачивал его. - Я никогда тебя не оставлю. Это был всего лишь сон, слышишь? - ласково пропуская длинные рыжие локоны сквозь пальцы, Азирафаэль успокаивающе шептал — Все хорошо, милый.       Прошло немногим больше 10 минут, как дыхание Кроули выровнялось, а тело расслабилось. Ангел поцеловал его в лоб и вздохнул про себя: «Бедный мой, бедный». - обняв демона покрепче, он долго смотрел в темноту и размышлял о том, что за год Верхний и Нижний миры навряд ли забыли о том, что случилось. И последствия их еще точно настигнут. «Но сейчас все хорошо, правда ведь? - он задумчиво посмотрел на кольцо на безымянном пальце (еще одна человеческая привычка -показывать, что ты «чей-то», Азирафаэль считал ее очень милой) и улыбнулся. - И с любым кошмаром мы справимся вместе».