Alis libertatis

      Чтобы добраться до Ковчега, лучшие люди легиона разведчиков пускаются в дорогу. Но на их пути встаёт женская особь титана, которая способна обращаться человеком, как Эрен. Солдаты гибнут один за другим и в поисках спасения прячутся в лес гигантских деревьев.

***

— Эрвин, зачем вы отправили Леви и Сину снарядиться? Времени мало, — спрашивает майор Ханджи, когда они отъезжают на более безопасное расстояние. — Нашу титаншу сожрали, — отвечает командор легиона разведчиков, — но видели ли вы, как пожирают человека внутри? Лично я нет, — заканчивает он свою фразу. — То есть, — начинает Ханджи, но всё же не решается огласить свою догадку полностью. — Да, — понимает с полуслова Эрвин, — если одна из твоих гипотез верна, то, когда тело начало умирать, его обладатель выбрался из него в человеческой форме и скрылся благодаря поднявшемуся пару и трос манёвров, заготовленных заранее. Скорее всего сейчас враг влился в наши ряды, обладая такой же формой и вычислить его практически невозможно, — заканчивает Смит и вновь смотрит на дорогу.

***

— Этот рёв, Эрен?! — мы с Леви сразу же, как выполнили приказ, направились в сторону командного батальона, но на дороге у нас встал дикий рёв титана, который издавал Эрен при каждом превращение в титана, — что опять задумал этот идиот?! Был же приказ, использовать силу титана только в крайне опасной ситуации! Или же, нет не может быть, неужели случилось что-то по истине ужасное, что заставило Эрена перевоплотиться? — на душе скребли кошки, а в горле встал противный комок, мысль о том, что могло случится что-то ужасное не покидала меня всё то время пока мы маневрировали в ту сторону, откуда был слышен рёв, — господи-боже, что же здесь произошло? — ужас встал в моих глазах, весь специальный отряд Леви был перебит, это сразу объясняло моё ужасное предчувствие. Леви, что маневрировал слегка впереди меня, притих, как оказалось позже на его лице застыла маска отчуждённости, но глаза передавали всю ту боль, которую он сейчас испытывал смотря на мёртвые тела своих товарищей. Мы пролетели поле боя, на котором осталось только испаряющееся тело титана с прокушенным затылком, а после впереди мы заметили женский силуэт с короткой стрижкой. — Микаса? — вырвалось у меня Было понятно, что она гналась за женской особью. Когда нам наконец-то удалось её догнать, она как раз собиралась атаковать титаншу, крича при этом что-то о том, чтобы та ей вернула Эрена. Леви быстро сориентировался и, подхватив Микасу под талию, сманеврировал на безопасное расстояние, а Аккерман при этом успела только пискнуть: — Эй, какого? — Был приказ отступать! — говорил он размеренным голосом, — держим дистанцию на уровне полёта, эта тварь вымоталась, и у неё нет сил передвигаться с прежней скоростью. Мы видели останки титана с прокушенным затылком, — закончил Леви, а после, спустя пару секунд, спросил, — Эрен погиб? — Он не мог умереть! — упёрто ответила Мика, — Судя по всему цель обладает интеллектом, скорее всего, её задача выкрасть Эрена, а не убить его, иначе она бы раскусила его пополам, но вместо этого она засунула его себе в пасть и бросилась наутёк! — рычала Микаса. — Он так или иначе мог быть проглочен, — вступила в разговор я, — при таком раскладе он уже достиг желудка и переваривается там мертвее мёртвого, — закончила я свою фразу, после которой получила злобный зырк в свой адрес от Микасы. — Он ещё жив! — проговаривая каждое предложение, рычала девушка. — Хорошо бы, — вклинился в наш разговор Леви. — Хватит паясничать, сэр, — практически выплёвывала слова Мика, — если бы вы нормально защищали Эрена, как было приказано, то этого бы не случилось! — закончила она свою мини-тираду. — Вспомнил, — неожиданно проговорил Леви, заставляя меня заинтересованно повернуться в его сторону, — я же видел тебя раньше, ты подружка Сины и Эрена, — это было неожиданно, я думала он уже давно запомнил Микасу, так как я довольно много провожу с ней времени и нередко появлялась на его глазах в её компании. — Нам придётся немного отклониться от прямых приказов! Во-первых, оставим попытки прирезать эту сучку, — строго произнесла я, заставляя этих двух прервать свои гневные гляделки. — Но ведь она столько наших положила! — возразила мне Аккерман. — Не паясничай, — прищучила я её, а потом продолжила объяснять тактику действий — с её способностью, превращать кожу в камень, переть в лобовую сродне самоубийству, и мы не получим из этого никакой пользы, просто следуйте моим словам и у нас должно всё получится, — говорила я и видела, как в глазах брата проскользнула мимолётная гордость, — нам придётся слепо положиться на то, что Эрен ещё жив и освободить его до того, как она выберется из леса. Леви, мы с тобой займёмся расчленением, а ты, Микаса, отвлечёшь её внимание, — закончила я с объяснением, и мы, ускорившись, вступили в бой. Мы неожиданно напали на эту сучку, расчленяя всё её тело. Титанша, слепо веря в то, что если мы будем нападать, то в лобовую сразу же начала атаковать нас, что сыграло с ней злую шутку и дало нам несколько лишних минут на то, чтобы вырезать мышцы на её ногах, не удержав равновесия, её тяжёлая тушка повалилась на землю, но при этом она не опустила рук с затылка. Брат ослепил её, а после мы слаженно принялись срезать мышцы на её руках. Когда последняя мышца наконец-то была срезана, руки женской особи титана безвольно повисли, тем самым открывая её уязвимое место. Микаса, которая всё это время находилась неподалёку, слепо веря в то, что цель вымотана и не будет рыпаться, понеслась в атаку стремясь поразить уязвимое место — это стало нашей самой страшной ошибкой. — Нет! — крикнула я, когда титанша уже подняла руку, и Микаса застыла в воздухе, что заставило меня выдохнуть с облегчением. Во время боя я уловила момент, когда Леви, видимо неудачно выбрав точку упора, подвернул ногу. Я отчётливо запомнила тот момент, когда его лицо вытягивается в мимолётной гримасе боли, но он всё равно продолжает наносить атаки. Разрезав ротовую полость титанши, мы увидели тело Эрена, которое целиком было покрыто слюной. Быстро выхватив его из пасти этой суки, мы поспешили ретироваться, оставив цель легиона разведчиков сидеть на земле, а, когда мы были уже на безопасном расстоянии, мне вдруг захотелось обернуться и посмотреть на неё, и меня поразило то, что я увидела. Титанша плакала.

***

— Петра, ты была очень хорошим человеком, — опустив одно колено на землю, я наклонилась над трупом молодой девушки, — за всё то время, что мы были рядом я успела привязатся к тебе и ко всем остальным тоже, — знаю, что она меня не слышит, но такое чувство, что я должна была это сказать, брат подошёл ко мне, когда я уже закончила свой маленький монолог, он положил свою руку мне на плечо и подбадривающе погладил, — тебе же тоже больно, — выдохнула я, уткнувшись ему в ворот куртки, — они буквально росли на твоих глазах, набирались опыта и становились сильнее. — Я бы не хотел сейчас говорить об этом, — тихо ответил мне Леви и уже собирался развернуться, как я схватила его за рукав, — пожалуйста, не закрывайся от меня! Я только обрела тебя и не хочу больше терять, прошу расскажи мне, когда мы вернёмся, свою историю. Мне интересно, как ты жил после того, как наши пути разошлись, чем ты занимался? Делай всё, что тебе угодно, но не отворачивайся от меня, я люблю тебя, братик, — закончила я и по моей щеке покатилась одинокая скупая слеза, Леви опустился передо мной на одно колено и заключил в крепкие объятия и в шелесте поля я уловила тихие слова «Никогда не отвернусь, ведь я тоже люблю тебя». Неподалёку от нас началась какая-то перебранка, вроде два солдата были категорически против того, чтобы мы оставили трупы умерших здесь, а, когда мы подошли ближе, уловили фразу сказанную Эрвином: — Мы скажем, что Иван пропал без вести, это официальная версия, — он сказал, как отрезал. — Вы что, дети? — спросил у них Леви, — ваш друг мёртв, ему уже всё равно схороните вы его или оставите здесь, это ничего не изменит! — после этого Леви и Эрвин отошли обсудить ещё какие-то дела, а я вернулась к своему коню.

***

      Мы уже были на полпути к стенам, как неожиданно на горизонте появилось два титана, которые гнались за двумя идиотами, которые ранее спорили со Смитом на счёт тела их погибшего друга. — «О, это же те два придурка! А ведь правду говорят, что все смельчаки — глупцы! Неужели мозга настолько мало, что они не способны понять, что за телами последуют титаны?!» — размышляла я в то время, когда направлялась в начало колонны, — авьергард атакован! — в принципе я должна была только доложить, что я собственно и сделала, а тем временем солдаты позади уже выпустили красную сигналку. — Всем колоннам ускориться! — отдал приказ командор. — В поле нет подходящего ландшафта для битвы, — заметил брат, а Эрвин кивнул ему, соглашаясь. — Да, дать отпор непростая задача, но нужно убрать их до того, как мы достигнем стен, — после этого меня осенило, и я слегка кивнула брату, а после мы развернули лошадей и направились к повозке с трупами. — Титаны следуют за трупами, значит нам нужно избавиться от трупов, — через себя проговорила я, — тогда они должны отстать, выговорила я и прикрыла глаза. — Не страдайте хернёй! — громко сказал Ривай, когда мы подъехали к повозке, тем самым прерывая перепалку двух рядовых солдат, — отдайте им мёртвых, иначе они не отстанут! Погибшие товарищи не должны тащить тебя в ад за собой. Это лишь мертвецы, у них нет ничего ценного. — Брат! Не надо… — жестом руки он прервал мою пылкую фразу и учтиво покачал головой, тем самым говоря, что не нужно говорить об этом, и я отступила. Я смотрела на то, как тела, завёрнутые в окровавленную ткань, исчезают под ногами этих тварей, особенно мне запомнился тот момент, когда ткань на теле Петры, которая видимо была слабо связана верёвкой, спала, а после кости в её теле хрустнули, ломаясь от тяжести. По моим щекам бежали слёзы, которые я смогла остановить только тогда, когда мы были уже у ворот в Колонес. Несомненно терять близких людей всегда больно. Я помню, как мне было больно, когда наша с Леви мама, Кушель, умерла. Может быть и правду говорят, что когда у тебя нет близких или дорогих тебе людей — у тебя нет больных мест, но лично я не могу понять того, как можно всю жизнь провести в одиночестве. У меня из родных остались только дядя и брат, и я бы отдала всё, что угодно, чтобы никогда не видеть, как они умрут, но, к сожалению, мы живём в отвратительном мире, в котором каждый день умирают десятки людей и когда-нибудь смерть придёт и за нами, просто я надеюсь, что это произойдёт не так скоро.

***

Возвращаясь в город, нам пришлось вытерпеть то, как легион разведки в открытую поливают грязью. Это было ужасно. Нужно иметь огромную силу воли, чтобы вытерпеть это: пройти по главной улице с высоко поднятой головой, выслушивая все эти омерзительные фразы, и не ответить колкостью на колкость. Самым ужасным был момент, когда к нам с братом неожиданно подскочил полноватый мужчина, отец Петры, и начал вещать о том, что хочет переговорить с Леви перед тем, как увидит свою драгоценную доченьку. Он говорил о чём-то, мельком я услышала что-то о свадьбе, но всё это слышалось отдалённо, словно через воду, потому что перед глазами раз от раза вставал момент, когда тело Петры исчезает под ногами титана. Я посильнее закусила губу и отвернулась, нацепив на себя маску отрешённости. 57-я вылазка за стены стала слишком большой утратой для человеческой расы. Политические фракции, которые поддержали легион разведчиков, были полностью дискредитированы. Эрвин и его приближённые были вызваны в столицу, с целью передать Эрена в руки правосудия.