Дикая волчица

— Все хорошо? Ничего не болит? — Чонгук немного хмурит брови и ведёт тебя к машине, придерживая за плечи. Ты только киваешь и не смотришь себе под ноги. Вокруг много людей опять территорию проверяют, пока вы садитесь в знакомую машину и отъезжаете. Чон рядом сидит и не отпускает тебя с самого момента, как подошёл. — Когда они к тебе заявились? — чувствуешь, как Чонгкк на тебя смотрит, от это ёжишься, но к нему не поворачиваешься, только пялишься в окно, за пределами которого быстро меняется пейзаж. — Я увидела через окно, как они подходили к дому. Закрылась в кладовке и вышла из окна. Сразу побежала и начала тебя набирать, но они заметили меня, — ты вздыхаешь. На него смотреть совсем не хочется, тебе почему-то стыдно перед ним, будто ты провинилась в чем-то. — Я думала, ты не приедешь, — бубнишь еще, переводя взгляд на свои колени, на которых ты сжимаешь платье в своих руках. — Но приехал, как видишь, — по словам чувствуешь, как он улыбнулся, что у самой уголки губ приподнимаются. Рядом с ним ты действительно облегчение чувствуешь. Рядом с ним ты сейчас ощущаешь спокойствие и безопасность. — Ты был прав. — В чем? — Чон удивленно смотрит на тебя и встречается с твоим взглядом. — Вокруг, действительно, нет безопастности, чтобы вот так жить одной. Я не верила тебе. Даже до сих пор не понимаю, что этому Хосоку нужно от меня. — Сейчас мы уже едем обратно. Там точно будет спокойно для тебя. Почему ты тогда так расстроена? Я понимаю, ты, наверное, ещё от шока не отошла... — Нет. От шока отошла. Просто... — ты задумываешься и рвано выдыхаешь, — просто раньше у меня была такая спокойная и беспечная жизнь. Никто мне не нужен был, я никому была не нужна. Жила себе отдельно, и все было хорошо. А сейчас... я даже в свой дом вернуться не могу, от меня что-то хотят другие люди, и вообще начинается какая-то хрень в этом мире. Я чувствую себя волнительно, что опять к тебе еду, а от мысли, что это все может затянуться, так вообще плохо. — Тебе плохо со мной? — Нет-нет, мне плохо не с тобой. Это тяжело объяснить. Мне плохо от того, что кому-то приходится за мной следить, забирать к себе, хотя ты не обязан это делать. Я вообще тебя не послушала, так хотела домой, и из-за моего наивного желания тебе пришлось сорваться в другое место из-за меня, какой-то девки. Прости, что заставляю возиться со мной, ты совсем не должен этого делать. Просто... из-за того, что не могу попасть в свой дом, в котором выросла, всем приношу проблемы и... меня это так... — не можешь сдерживать ком в горле, который давит на грудную клетку, глаза слезятся, и ты громко всхлипываешь, — так... Тебя тянут резко к себе, что ты утыкаешься в тёплую мужскую грудь. Не отстраняешься, только громче всхлипываешь и позволяешь слезам течь. Чужие руки поглаживают успокаивающе твою спину, а сам Чон еле покачивает. — Я совсем не знаю, что мне делать. Меня будто всего лишили. Для меня дом был крепостью, где спокойствие и безопасность. Теперь меня его лишили, всего лишили... Я не могу туда вернуться, — бубнишь ему в футболку, глотая слезы. — Ты не была и не будешь обузой для меня, для Наён и Тэхена. Ты даже представить не можешь, как каждый из нас переживал после того, как ты уехала. И ты сама видела, как никто его как раз и не хотел. Мы не хотели тебя отпускать, понимаешь? Тебе не должно быть стыдно, что кому-то приходится приезжать за тобой и защищать. Я сам хочу это делать. Мне самому будет плохо, если я узнаю, что не успел прийти на помощь к тебе. Мне куда будет спокойнее от мысли, что ты дома, С Наен и детьми, что рядом будут люди, которые защитят, если вдруг мы с Тэ не успеем. Там есть все и там ты не будешь нуждаться ни в чем. Я надеюсь, что наш дом станет твоим домом и твоей крепостью. Я действительно этого хочу. Ты не отвечаешь, лишь гулко сглатываешь и прижимаешься к нему, что его запах мяты заполняет твои легкие. Совсем не хочется отстраняться от Чонгука. Тебя никто не поддерживал, когда никого в твоей жизни ни стало, приходилось справляться со своими переживаниями самой, и ты к этому привыкла. Но сейчас понимаешь, что именно этих объятий не хватало, этих утешающих слов и нежных касаний. Тебе нужен был человек, с которым можно всем поделиться, поплакать и от которого можно было почувствовать поддержку, защиту и заботу.