Глава 7.
25 сентября 2019 г., 11:02
Открыв коробку, Лидия обнаружила в ней короткое коктейльное платьишко без рукавов, сшитое из приятной сверкающей и переливающейся на свету ткани, и удивленно улыбнулась - обычную одежду во время апокалипсиса не всегда найдёшь, чего уж говорить о вечернем платье. Девушка чуть ли не прыгала от счастья и возможности примерить на себя выпускной наряд. Встав с кровати, она приложила его к себе, чтобы посмотреть, как оно сидит, и, удовлетворившись увиденным, принялась наводить красоту. Волосы давно высохли и девушка, чтобы те не мешались, во время экскурсии по дому, заплела их в простую косу. Но теперь Лидия распустила ее и прическа длинными волнистыми локонами спустилась с плеч, струясь по всей спине. Платье оказалось немного свободным в талии, но в целом сидело хорошо. Подпоясавшись, Мартин взяла ленточку от коробки, и завязала две передние пряди на затылке. Посмотрев на свое отражение в оконном стекле, девушка улыбнулась своей работе, немного жалея о том, что у нее нет косметики и украшений, и, глянув на часы, спустилась вниз.
В гостиной стоял мягкий полумрак, а потолок усыпан звездами, и казалось, что на него высыпали тонны битого стекла. Диван отодвинут к стене, освобождая мягкий ковёр, приятно ласкающий уставшие ножки. На старом патефоне крутилась пластинка с песней для танцев из 60х. Обернувшись, Лидия увидела Стайлза, на котором был красивый черный пиджак, накинутый поверх футболки. Не принц на белом коне, но все же хоть какой-то кавалер. Он держал в руках вино и еще какую-то прозрачную стеклянную бутылку с чем-то коричнево-золотого цвета. Лидия на автомате поправила волосы и ожерелья на шее, представляющие собой подвешенный на цепочку жетон и еще пара кулонов, которые никогда не было видно, так как они уходили глубоко в декольте.
— Прекрасно выглядишь, - улыбнулся он.
— Правда? - смутилась девушка, на что Стилински кивнул и подставил локоть.
Девушка, красиво мотнув головой, отправила волосы в недолгий полет и довольная взялась под руку. Стайлз поставил бутылку коньяка на столик и взял Лидию свободной рукой за талию, а она положила голову ему на плечо и они закружились в танце. Музыка порой сменялась на медленный танец или что-то более быстрое, а танцоры пьянели с каждой новой песней все больше и больше. Когда сил двигаться уже не осталось, они упали на диван.
— Классный вечер! - прокричала Лидия, отхлебывая из бутылки.
— Спасибо! - подмигнул Стайлз, - Надо пожрать!
Лидия кивнула и, чуть шатаясь, двинулась на кухню за вилками, а Стайлз сползал в подвал за рисом с тушенкой.
Парень еще при рассказе Лидии в бойлерной о ее прошлом решил устроить ей выпускной. Весь день он хлопотал и бегал, чтобы придумать что-то особенное: откопал бутылку коньяка и прошарил пару соседних домов в поисках платья. Удача подвернулась ему в трех домах от их временного места жительства - оно висело в шкафу, а под ним лежала коробка с лентой, которая пригодилась как нельзя кстати. Старый патефон работал не от электричества, что сработало парню на руку, а пластинку с музыкой он выбрал из той стопки в комнате. Звездное небо на потолке сооружено из кусочка фольги и фонарика, светящего на него. Лидия довольно улыбалась, глядя на окружающую красоту, и Стайлз гордо и удовлетворенно ухмыльнулся. И чем же все-таки она его зацепила? Неужели тем, что это первая симпатичная молодая девушка за полгода? Или своим неприступным характером, каких еще поискать? Может и ее силой воли? Выдержкой? Красотой? Терпением? Умом? Тут что-то серьезнее.
Стайлз не унимаясь уговаривал ее выйти на улицу с ним, но она отказывалась, пока Стилински не пустил в оборот тяжелую артиллерию:
— Лидия, ты такая умная! - отчеканил пьяным говором парень, отчего загнал девушку в непонимание.
— Интересный подход, - сощурившись, кивнула она.
— Лидия! Когда мы чертили схему Биоглобал, ты производила расчеты в уме, говорила информацию заумными словами, - он встал, приглашая ее на танец, - И мне кажется, не будь всего этого, ты бы доказала что-нибудь математическое и получила за это какую-нибудь премию.
Девушка хитро улыбнулась, но все же сдалась, и взявшись за парня покрепче, шаткими шагами вышла на улицу.
Холодный летний ветер огибал хрупкие рельефы девушки, раздражая бледную нагую кожу. Разумом Лидии давно овладел крепкий хмель, из-за чего холод не мог заставить её хоть немного поежиться. Стилински накинул на нее пиджак, от чего та улыбнулась ему и смешно сморщила нос, таким образом сказав пьяное "спасибо". В такую девушку невозможно не влюбиться.
Яркие звезды уже зажглись кое-где по небу, различные по яркости и цвету; млечный путь освещал небеса от начала до конца, как бы отмечая, что там, за горизонтом, откроется новый мир, полный незримого, но ощутимого волшебства. Белое зарево с появлением месяца только разгорается, образуя прекрасные узоры, дарующие, пускай ненадолго, покой и равновесие. Небеса одновременно манили и пугали ее своей таинственностью и бесконечностью, они хранили в себе историю и свободу. Глядя на черное небо, Лидия невольно вспомнила то, что открывалось перед взором в больших городах. Так, невзрачная темно-серая марь за окном, а здешние виды как будто дразнили своей чистотой и величием, которых не хватает на земле.
— Знаешь, Стайлз, - начала Лидия, присев на траву, и парень последовал ее примеру, - а ведь свой выпускной я всегда мечтала провести подобным образом. Только пришла бы я на бал с моим парнем Джексоном, - Стилински напрягся, и улыбка сползла с его лица, а Лидия принялась перебирать пальцами кулоны на шее, - Он был конечно той еще сволочью, и перед переездом в Лондон (он уехал туда как только началось заражение) бросил меня, - она сняла одну из веревочек на шее и показала Стайлзу, - Это ключ от его дома. Он подарил мне его год назад, когда я ночевала у него. Мне тогда казалось, что я люблю его. Теперь я понимаю, что оказалась не права, – лицо парня с неимоверной скоростью меняло свое выражение с радости на грусть по мере поступления в его не особо работающий мозг информации.
— Я думаю, быть брошенным, это больно. Но быть одному еще хуже, - заключил парень, отхлебывая из бутылки и падая спиной на траву.
Лидия кивнула. Минут с пять они провели молча, пока Стилински не нарушил тишину:
— Я направляюсь из Нью-Йорка, - как бы невзначай начал он, разбавляя беседу, и незаинтересованно водил руками по воздуху, показывая, что беседа начата просто так. – Так-то я живу в Калифорнии, но на этот раз решил отпраздновать Рождество в другом городе. Правда, уже неоднократно понял, что это была ошибка. В моем родном городишке остались отец и друзья, а я и не знаю, что с ними стало, - он коротко ухмыльнулся далекому образу, возникшему у него в голове, - Мать умерла 14 лет назад. У нее была атрофия головного мозга, которая потом привела к деменции. Шансы на выздоровление практически отсутствовали. Ее отправили в больницу в Нью-Йорке доживать оставшиеся деньки с квалифицированными медиками и препаратами, облегчающими страдания. Я ясно помню ее тогда. Мамина рука, держащая мою, сначала дрожала, а потом начала обмякать, улыбка растаяла, а кардиомонитор монотонно запищал. Отца рядом не было, и я не знал куда идти. Он работал шерифом полиции и остался в городе на вызовах. Я остался один с матерью и долго плакал над ней, а через несколько часов прилетел отец и на третий день мы ее похоронили, - он поджал губы в грустной улыбке и на выдохе сказал, - вот такая печальная история. А когда я был в Нью-Йорке в последний раз, то несколько часов стоял над ее могилой, вспоминая все хорошее, что мы делали с ней. Я рассказал ей то, что произошло в моей жизни за время моего пребывания дома. Знаешь, со временем всегда вспоминается только хорошее, – он немного ухмыльнулся и утер большим пальцем нос, посмотрев в противоположную от Лидии сторону.
Девушка завороженно смотрела на него, пытаясь сдержать слезы, что удавалось ей с трудом, и одна предательская слеза все же скатилась по щеке и упала на траву.
— Сочувствую, - мягко прошептала девушка и, взяв из рук парня бутылку, сделала пару добрых глотков, чтобы хоть как то избавиться от кома в горле. - Я пойду на качели, - заключила девушка, вставая, и, утерев слезы, пошатываясь двинулась на противоположную сторону дома.
Стайлз сел, смахнул подступающие слезы и опустил голову на руки, которые лежали на согнутых коленях, пропуская волосы сквозь пальцы. Минут десять он сидел как в оцепенении, пока не услышал крик. Вскочив, он тут же отрезвел:
— Лидия? - не получив ответа, он закричал, - Лидия! - и, схватив биту, которую всегда носил с собой, побежал на звук.
Когда Мартин ушла от парня, она прошлась босиком по газону и, подняв голову к небу, расправила руки, позволив ветру обдувать ее кожу, хоть как-то охладиться. Хотя ей сейчас не помешала бы ванна со льдом, но это тоже неплохо. Простояв так пару минут, она обошла дом и села на качели, немного раскачиваясь, что окончательно выбило из колеи способность ровно стоять и видеть не расплывающиеся картинки, стоящие на месте. Пять минут посидев на качелях, она начала вставать, чтобы уйти, но вдалеке она заметила крупный силуэт, похожий на человека.
— Папа? Папа, это ты? - позвала девушка, но ответа не последовало, так что она поднялась окончательно и медленно начала подходить к движущемуся на нее существу.
Хруст сухой травы звонко отзывался в помутненном рассудке девушки, путая и без того неясные мысли. Придя в себя, когда чудовище было уже близко, она закричала так громко, как никто из ныне живущих не смог. Где-то на фоне слышались крики Стилински:
— Лидия беги! Лидия уходи оттуда!
Не сообразив, что к чему, девушка обернулась на звук и почувствовала острую боль правом предплечье. Девушка решила убежать, но, споткнувшись обо что-то, она упала на землю, из-за чего получила еще один укус в ногу. Она отключилась, ударившись головой об землю, успев разглядев раскуроченное лицо мертвеца, наклонившегося над ней. Зомби собирался снова укусить девушку, но не успел.
Несколько раз ударив мертвеца по голове битой, Стайлз повернул голову Мартин в свою сторону. Почти не касаясь, он провел по контурам ее лица, и попытался окликнуть ее, но тщетно. Парень аккуратно поднял девушку на руки и понес в дом. И как эта тварь умудрилась пролезть через полутораметровый забор, если проход эту часть двора лежит через закрытый гараж? Уложив Лидию на диван, он быстро вернулся за битой, оставшейся лежать в траве около истекающей слизью дохлятины и закрыл двери на задний двор ставнями. Подбежав к девушке, он осмотрел ее: укусы были на руке и лодыжке. С полчаса парень места себе не находил: ходил взад-вперед и нервно трепал волосы. Лидия повернулась во сне, отчего Стилински нервно вздохнул несколько раз и на обмякших ногах упал на колени рядом с диваном. Мартин застонала и, поморщившись, приложила руку ко лбу. Она попыталась сесть, но сил на это ей не хватило. На лице девушки отображалась вся боль, которую та чувствовала и парень быстро поднялся наверх и принес рюкзак с медикаментами.
— Надеюсь, он не врет, - сказал парень, указывая на жетон на шее девушки.
Лидия смогла лишь простонать что-то наподобие отрицания. Поджав губы, Стилински кивнул и, дернув головой, продолжил обрабатывать кровоточащее место укуса. Оно стало серым с оттенками зеленого и синего, так что пришлось сначала убрать слизь. Края раны он протёр перекисью водорода, и, отыскав в рюкзаке девушки заживляющую мазь, он обильно смазал поврежденное место, наложив сверху бинты. Особого вреда зараза ей не причинит, но три дня в обнимку с унитазом обеспечит. Хотя без должного медицинского осмотра и нужных медикаментов организму придется бороться дольше. Внезапно подскочив, Лидия побежала на кухню и ее вырвало. С трудом забравшись на второй этаж, она зашла в уборную и, сев около туалета, она, как могла, заплела волосы в высокую шишку и с бледно-зеленоватым лицом ожидала следующего порыва тошноты. Стайлз принес ей воды и таблетку от головной боли, с еще не истекшим сроком годности. Поблагодарив его, она попросила оставить ее одну. Зайдя в комнату, где ночевала Лидии, он нашел в ней ее штаны и футболку, и, стянув с кровати плед, отнес вещи девушке. Пока она пыталась расстегнуть платье, ее рука с укусом онемела и упала, поэтому Мартин попросила парня ей помочь. Он нахмурился и надел на нее футболку, и, отгоняя ощущение дежавю, провел пальцем рядом с прошлой раной. Сняв платье, она сама натянула штаны. Почувствовав рвотный позыв, Лидия махнула рукой парню, чтобы тот ушел. Взгляд ее говорили, что она не потерпит возражений, и Стайлз, накинув на нее плед, пробужденный и протрезвевший небольшими не самыми приятными приключениями, спустился вниз под душераздирающе звуки из ванной. Посмотрев на настенные часы в гостиной, он увидел, что время перевалило за полночь. Вылив в раковину немного воды, чтобы отмыть ее, он схватил большой рюкзак и вывалил его содержимое на пол в гостиной и приступил к сортировке, дабы как-то отвлечься.
Консервы и вяленое мясо он свалил в одну кучу, крупы в другую, палатку положил на диван, оставив на потом, спички и горючее поставил журнальный столик, стоявший рядом, а посуду и флягу с водкой он положил рядом с едой. Взглянув на это сверху, он вытащил из маленьких рюкзаков внутренности и разложил рядом. Медикаменты и предметы личной гигиены скидывались обратно в рюкзак, с ними можно разобраться после, одежда полетела к палатке, а хозтовары лежали в отдельной маленькой кучке.
Всю еду Стайлз аккуратным почерком записал на листок бумаги и его брови с каждым разом заползали все выше и выше на лоб: провианта хватит на месяц. Сложив консервы на дно рюкзака, он отнес в гараж WD-40 и сунул спички и горючее в наружный карман рюкзака, предварительно скинув их в баночку от аскорбинок. Так же он досконально изучил все лекарства и отправился в комнату, где ночевал на поиски чего-нибудь, что может сойти за аптечку. Ничего не отыскав, он взял наволочку от подушки, скидал в нее все медикаменты. Изолентой он сделал синий крест, обозначая аптечку, и сонно улыбнулся своей работе. Внезапно всплывшее в его голове воспоминание того, что на заднем дворе все еще валяется мертвый труп, резко вывело его из сонного состояния, и он снова взял веревку, чтобы оттащить зомби на чужой двор. По старой схеме пронеся труп на то же место что и в прошлый раз, парень увидел огромную брешь в заборе, который должен был ограждать их от мира, но видимо эта дыра решила подкорректировать их планы. Со стороны дороги ее не видно, но если обойти и встать лицом к торцу, то можно лицезреть огромный проход между мирами. Оставив это дело до завтра, парень зашел в дом. Палатку и одежду, которые все еще чинно почивали на диване, Стилински бездумно скидал в рюкзак и, потерев глаза и засыпая, упал на софу.
Стайлз проснулся около 11 утра и поднялся к Лидии. Она спала, лежа на полу с мёртвенно-бледным лицом. Парень посмотрел на нее с сожалением и тревогой и приметил почти пустую бутылку от воды. Забрав ее, он налил в нее еще, а когда вернулся, девушка уже проснулась. Эта непривычная бледность и сероватые губы, четко выделяла зеленые, несколько замученные глаза. Однако, на этом фоне ее рыжие волосы, пусть и собранные в пучок, смотрелись как огненный шар. Присев рядом с ней он убрал одну прядь, выбившуюся из основной прически на голове, и спросил:
— Ты как?
В ответ она мотнула головой, достала из кармана штанов гигиеническую помаду и мученически закрыла глаза.
— Я разобрал вещи из рюкзаков, - прошептал Стилински, - Тебе принести таблетку?
Лидия просто открыла глаза, посмотрев на него, и парень без слов встал и принес импровизированную белую аптечку с синим крестом, нарыл в ней обезболивающее и дал Лидии. Выпив его, она подавила рвотный позыв и села.
— Адская ночка, - хрипло произнесла девушка, на что увидела понимающий кивок парня.
— Нужно сменить повязки, - оповестил Стайлз.
Он немного поднял штанину и снял бинт. Мазь не высохла и напоминала подтаявший мед, тянущийся с ложки обратно в банку тонкими золотыми ниточками. Убрав куда подальше бинт, он протер мокрой тряпкой место укуса сухой тряпкой и снова обработал края.
— Пускай само заживет. Не надо повязку, - подала голос девушка.
Стилински кивнул. Обработав предплечье, он посмотрел на и оценил его состояние. В целом, он выглядел неплохо, не считая немного подгоревшей кожи вокруг. Смазав его мазью, он оставил увечье на открытом воздухе, закатив рукав футболки, и встал:
— Я пойду вниз - сказал парень и вышел.
Стайлз порылся в рюкзаке и достал из него куриный суп, и, поставив банку на огонь, достал из ящика ложку. Дождавшись разогревания, Стилински отнес его Лидии и прошептал:
— Тебе нужно поесть, - он протянул банку.
При виде еды она поморщилась, но отказываться не стала. Суп был не соленый, что сыграло девушке на руку - соленая еда спровоцировала бы рвоту, которой как таковой и нет, а от привкуса желчи и без того начинает подташнивать. Наевшись, она отставила банку в сторону и облегченно вздохнула.
— Поспи, - произнес Стайлз мягким тоном, но со строгостью, которой нельзя прекословить.
Кивнув, она легла на кафель - если лечь в комнате, можно не успеть добежать до туалета, да и нога с укусом иногда начинала отниматься. Стилински принес ей подушку, чтобы ей было хоть немного комфортнее в ее нынешнем состоянии.
Весь день парень хлопотал в гараже и, наконец, заделал дыру в заборе. Похожего цвета ограждение было у их соседей через пару домов. Так как там уже давно никто не живет, Стайлз без зазрения совести снял небольшой кусок металлической пластины и прикрутил ее к бреши в их заборе.
Прошло еще три дня: Лидия сидела у унитаза, Стайлз ее кормил и обрабатывал увечья, которые потихоньку затягивались. На четвертый день Мартин перебралась на кровать - её перестало тошнить, но ближе к вечеру у нее поднялась температура. Она, бредя, нашла в аптечке какие-то таблетки и, приняв их в большом количестве, провалилась в сон. Стилински принёс ей ужин, но она, еще не очнувшись, находилась на кровати. Находилась на ней она потому, что одна нога ее висела в пространстве, а голова и рука свешивались с другой стороны постели, так что, войдя в комнату, парень выпучил глаза и резко отвернулся, ибо ему открылся обзор не на самую приличную часть ее тела, которая, конечно же, была прикрыта длинной футболкой, но не очень хорошо. Перевернув ее в нормальное положение, он хотел было уйти, но его остановила рука и протяжный не то стон, не то поток бессвязных слов. Посмотрев на лицо девушки, он увидел вопросительное недоумение и быстрым громким шепотом сказал:
— Хэй, Лидия это я, Стайлз.
— Что такое, - она сделала маленькую паузу, словно пробуя на языке, как звучат слова. - Стайлз? - сказала она как пьяная, с заплетающимся языком.
Стилински в полном недоумении посмотрел на нее и отрыл рот, чтобы ответить что-то, но после передумал. Лидия приподнялась на локте и потерла лицо, взявшись за голову - видимо, она сильно болела.
— Что ты здесь делаешь? – вдруг задала вопрос Мартин.
— Я пришел убедиться, что все в порядке, - протараторил парень. – и еще принес тебе ужин.
Лидия с полной заинтересованностью посмотрела на кровать и, облизнув губы, спросила:
— Зачем?
Стайлз издал легкий смешок и примостился рядом.
— Я беспокоился о тебе. Как ты?
— Я, - она села, оказавшись лицом к лицу с ним, отчего ввела парня в легкий шок, - Прекрасно! - сказала девушка, сморщившись от головной боли.
— Пожалуй, тебе лучше прилечь, - с участием сказал Стайлз.
Откинувшись на подушки, Лидия облегченно вздохнула, хотя ей стало не сильно лучше. Попытки прийти в себя не увенчались успехом, и девушка, помассировав виски, уставилась на Стайлза с подносом.
— Кажется, во мне живого места не осталось, - сказала девушка, сильно надавив на глаза и пытаясь проморгаться.
Стайлз невесело усмехнулся и поставил еду на тумбочку.
— Тебе нужно поспать.
Девушка кивнула и моментально отключилась.
Очнулась Лидия поздно утром и с болью в голове, явно недоумевавшей с последних событий, двинулась в ванную. Увидев себя в зеркале, она резко отпрянула, но через секунду отойдя от шока, принялась приводить себя в порядок. Она отмыла лицо, которое не видело воды все те дни, когда девушка на себе испытывала последствия укуса, почистила зубы и приняла душ - раз уж в доме вода присутствует всегда, можно пользоваться. Переодевшись в новую футболку: старая вся запачканная и, мягко говоря, не очень приятно пахнет, она намазала лицо и руки кремами и спустилась вниз, обновленная, но все такая же ослабленная и бледная. За столом на кухне сидел Стайлз и записывал что-то бумажке.
— О, привет, Лидия, - приветствовал он, подняв глаза. - Я снова испёк хлеб, так что... - он развел руками, показывая стол.
— Что пишешь? - полюбопытствовала девушка, положив на хлеб сардину.
— Да так. Список еды веду, что осталось, а что уже нет. Делать эти три дня все равно нечего, так что…, - протянул он, зачеркнув что-то на листе, и показал его девушке, принимаясь за еду.
Изучив список, девушка удовлетворенно кивнула и продолжила трапезу. Остальное время она провела в гостиной, читая очередной роман, а парень до ночи возился в гараже.
