Учитель фехтования

Следующий урок должен был состояться через два дня, и Геральт дожидался этой даты с лёгким волнением. Чутьё подсказывало - едва ли Роза нажалуется отцу, и всё же риск был нешуточный. Узнай посол вар Аттре о том, что творилось под его крышей, с его дозволения и за его же деньги, ведьмаку пришлось бы туго. У него бывали враги и посерьёзнее нильфгаардских чиновников, но гнев возмущённого родителя знатно усложнил бы ему жизнь. Впрочем, ведьмака это не сильно беспокоило. Стоило лишь вспомнить, какими глазами смотрела на него Роза, как жарко обнимала своего мучителя, как по-девичьи невинно, сама не понимая своих чувств, поцеловала того, кто минуту назад колотил её по заднице как какую-нибудь рыночную воровку, пойманную с поличным... О нет, она ничего никому не скажет. Наверняка она провела всю следующую ночь, купаясь в мечтах и переживаниях, жадно лаская себя, чтобы хоть немного приблизиться к запретному. При мысли об этом Геральт улыбался, и по телу расходилась приятная дрожь. В действительности он не столько боялся предстоящего урока, сколько с нетерпением его дожидался. И всё-таки Геральт, который, по меткому выражению Лютика, "не мог спокойно смотреть, как на улице пинают собаку", мучился чувством вины. Девица заслужила взбучку, но он обошёлся с ней непозволительно жестоко. Он решил сделать ей какой-нибудь примирительный подарок, но тут уж воистину, что можно подарить человеку, у которого всё есть? Да ещё учитывая, что подарок надо делать в двойном экземпляре, чтобы сёстры из-за него не перессорились. Унылые прогулки вдоль торговых развалов ни к чему не привели. Ткани, благовония, цветы, украшения, сладости - всё это и так могли бы доставить к посольскому дому по первому требованию. Что угодно, купленное у простого торговца, выглядело бы смешно и жалко. Логично было бы подарить что-то, связанное с фехтованием, но посол и так уже набил тренировочный зал всем мыслимым и немыслимым снаряжением, как будто готовил дочерей в наёмные убийцы или гладиаторы. Холера, подумал ведьмак, другой бы явился с пустыми руками и глазом бы не моргнул. Не привыкший отступать, он раздумывал над этой проблемой, пока не нашёл какое-никакое решение. За страшную сумму он купил изумительно-голосистых певчих птичек родом из Зеррикании - двух совершенно одинаковых серо-золотистых самочек. С клеткой в руках он и явился к посольскому дому. Внутренне он был готов ко всему, но его встретили так же обходительно, как и в предыдущий раз. - Мастер ведьмак, всё готово к уроку, - сказал давешний стражник, заглядывая ведьмаку в глаза. Геральту показалось, что он хочет его о чём-то спросить, но не решается, и чуть было не предложил дать парню автограф. Дом был всё так же тих и пуст. Это лишь усиливало впечатление от его роскоши - всё это великолепие было куплено и построено для горстки избранных. - Здравствуйте, мастер, - Роза отвесила ведьмаку глубокий реверанс, чью издевательскую природу распознал бы и слепой. - Сразу хочу сказать, что не сержусь. Давайте просто продолжим, как будто ничего не было. Ах да, и спасибо за птичек, это ужасно мило. - Рад, что тебе понравилось. И ещё больше рад, что ты не держишь на меня зла. Издержки педагогики, сама понимаешь. - Конечно. - Ты... точно не хочешь об этом поговорить? - Ни капельки, - уверенно сказала Роза. - Что ж, ладно. Я вижу, вы и дверь уже починили. А ты... - Я сказала отцу, что мастер ведьмак демонстрировал мне потенциальную опасность от столкновения с колдунами, чтобы я всегда держала глаза открытыми, и так далее, и тому подобное. - Гениально, - одобрил Геральт. - Так значит, приступим? - Я готова. Урок начался, и с самого начала Геральт заподозрил неладное. Роза промахивалась мимо манекенов, путала одну стойку с другой, роняла меч, не могла уловить ритм движений - это было воплощение худшего из учеников, каких видел этот многострадальный мир. - Да что ж такое! - то и дело восклицал Геральт. - Ты ведь можешь, я сам видел! - Простите, учитель, я такая неловкая, - отвечала Роза, но в голосе не было и ноты раскаяния. Казалось, всё, чему он успел обучить Розу, таинственным образом выветрилось у неё из головы. Но Геральт не был бы Геральтом, если бы не разгадал эту загадку в считанные минуты. Когда он понял, в чём дело, то решил попридержать карты и стал подыгрывать. - Ты худшая ученица, какую я только видел! - строго заявил он. - Самая тупая и бестолковая. Много я повидал безруких болванов, но, клянусь, ты их всех переплюнула. Позорница! Девушка этого и дожидалась. - Прикуси язык, болван!.. Холоп! Сказав это, она уставилась на Геральта во все глаза, ожидая его реакции. "Не сложнее, чем в театре", подумал ведьмак и состроил страшную гримасу. - Что!? Это так-то ты уважаешь учителя!? - Ты ничему меня не можешь научить, никакой ты не учитель! - завизжала девушка, гневно сжав кулачки. Геральт в два больших шага приблизился к ней и схватил за руку. Он сразу же почувствовал, что девица уже тает, как горячее масло. - Возьми слова обратно, - сурово пророкотал он. - А не то что? - срывающимся голосом сказала девушка. - Снова выпорешь меня? В глазах Эдны вар Аттре - это, разумеется, была именно Эдна, - ведьмак увидел такую неприкрытую надежду, что чуть не расхохотался. Но нет - роли должны быть соблюдены. - Именно что выпорю! - сказал он, не переставая сдавливать её узенькое запястье. - Или берёшь свои слова назад, юная леди, или я напомню тебе, что бывает за непослушание. - Пошёл ты к чёрту! - радостно выкрикнула ему в лицо Эдна. Ведьмак, действуя нарочито грубо, подвёл девушку к стене. - Ну-ка иди сюда. Встань лицом к стене! Она подчинилась: ладонями упёрлась в стену и широко расставила ноги. Геральт ликовал. - А ну снимай штаны, засранка. - Сам снимай, если тебе надо! Одним рывком Геральт сдёрнул с неё тренировочные штаны, скрывавшие маленькую и восхитительно округлую задницу, напоминавшую спелый абрикос и будто нарочно созданную для того, чтобы кто-нибудь хлестал её от всей души. Видят боги, это он и собирался учинить. Ведьмак почувствовал, что член у него уже каменный, а ведь это было лишь начало. Примерившись деревянным мечом - это становилось приятной традицией, - он размахнулся и ударил плашмя. - Сука! - взвизгнула Эдна. Ударил ещё раз, и ещё. - Ублюдок!.. Недоносок!.. - хрипела девушка, но вовсе не с болью, а с плохо сдерживаемым восторгом. Решив, что с мечом он уже наигрался, Геральт сказал: - Подбери-ка свой ремень и дай его мне. Эдна неловко присела, высвободила ремень из петель на штанах и подала ведьмаку. Их глаза встретились, и каждый понял, что другой всё знает. Карты, наконец, легли на стол. Эдна снова повернулась к стене и бесстыже отклячила зад, который пересекала толстая пунцовая полоска. - Ну чего же ты? - поддразнила она. Ремень взвился и хлестнул её по заднице сверху вниз. - Да! И ещё раз! Упругая полоска кожи со страшной силой впечаталась в нежную плоть. - Да!!! Сильнее, я хочу сильнее! Геральт сгрёб её попку и сильно сжал, прижавшись к девушке. - Значит, сестра тебе рассказала? - зашептал он ей на ухо. - Да... - промурлыкала Эдна. - И тебе тоже захотелось? - Да!.. Отойдя на пару шагов, он стал размеренно хлестать девушку, наслаждаясь видом беззащитного тонкого тела - тем, как оно бьётся в судорогах от каждого удара и как звонко щёлкает бич о кожу. - Сильнее! Бей сильнее! Я не такая размазня, как моя сестрица! - Значит, хорошо тебе, да? - приговаривал Геральт, работая ремнём словно наездник на скачках. - Любишь, когда больно? Этого ты хотела? Чтобы кто-нибудь тебя хорошенько выпорол? - Да! - выла Эдна. - Ещё! Ещё! Не жалей меня, чёрт бы тебя побрал! Желание женщины - закон. Геральт отошёл ещё на пару шагов, размахнулся и с оттягом влепил по раскрасневшейся попе, да так, что ноги у Эдны подкосились и она чуть не рухнула на пол. Войдя в роль, Геральт грубо поднял её и толкнул вглубь зала. - Я с тобой ещё не закончил. Эдна упала на расстеленные маты, подложила руки под голову и отставила раскрасневшийся зад. - Маленькая бесстыжая сучка, - сказал ведьмак. - Ты у меня получишь... Встав над ней, он взялся за ремень и стал бить быстро и упруго - сверху, снизу, поперёк. Ощущение власти над девицей опьяняло. Он мог делать с ней всё, что угодно. - Будешь слушаться? - Нет! Удар! - Будешь паинькой? Эдна лукаво глянула на него снизу вверх: - Только если ты будешь колотить меня, мастер ведьмак... Геральт провёл ладонью по убийственно нежной попке, задержался, сделав вид, что ей уже ничто не угрожает, и без предупреждения шлёпнул - сначала легонько, потом сильнее, потом очень сильно, потом снова лишь едва касаясь. Эта непредсказуемость пришлась ошалевшей девице по вкусу - она уже ничего не говорила, а только стонала и выгибалась. Распалившись, Геральт взял её лицо в ладонь и залепил ей лёгкую, но ощутимую пощёчину. Эдна с восторгом бросилась кусать его руку, но он вывернулся, прижал её к полу и стал колотить по сочным бёдрам, пока у него самого не заныла кисть - иначе одним богам известно, сколько ещё продолжалось бы это сладостное изуверство. Напрягшись, Геральт нанёс свой самый сильный удар. Охнув, Эдна перекатилась набок, прикрыв зад ладонью. Лобок у неё был тонко выстрижен одной светлой аккуратной линией. - Что, достаточно тебе? - усмехнулся ведьмак. - Думаю, да... - сказала Эдна, сморщившись от боли. - Иди-ка сюда. Геральт легко перевернул её на живот и погладил красную и горячую от прилившей крови попку, испещрённую полосками. Не сдержавшись, он прижался к ней губами и стал целовать, как бы сменяя гнев на милость. Потом он вытащил из кармана заранее заготовленную на этот случай баночку. - Что это? - спросила Эдна. Забавно было видеть её лежащей в тренировочной куртке отбитой красной попкой кверху. - Заживляющий бальзам, - сказал Геральт, медленно и старательно распределяя мазь. - Мы ведь не хотим повредить ваше аристократическое седалище, не так ли, миледи? Нам оно ещё пригодится. - Холодно, - засмеялась Эдна. - Это хороший состав, - улыбнулся Геральт. Заботиться о девочке было ничуть не менее приятно, чем минутой раньше - безжалостно лупить, и в контрасте между первым и вторым и таилось самое острое удовольствие. - Ты такой сильный, - задумчиво проговорила Эдна, - Такой крепкий. Моя сестрица просто дура, не поняла своего счастья. - Ты сейчас счастлива? - спросил ведьмак. - Да, - ответила Эдна, немного подумав. - Очень. Она перевернулась на спину и серьёзно посмотрела на Геральта. - Но нам надо заканчивать, - тихо сказала она. - А то плохо будет. Геральт не понял, имела ли она в виду то, что у них заканчивалось отведённое на урок время, или то, что им нельзя заходить дальше в их ласках. И то, и другое было мучительно, но он успокоил себя: это не в последний раз. Он помог Эдне подняться и не отказал себе в удовольствии легонько шлёпнуть её напоследок. - Беги давай, а я пока приберусь. - До встречи, господин учитель, - хихикнула Эдна, а затем подошла к ведьмаку, быстро поцеловала его в щёку и выбежала из зала. Геральт пребывал в крайне возбуждённом состоянии до тех пор, пока не добрался до одного из борделей в трёх кварталах от посольского особняка. Только тогда его слегка отпустило. Вечером ему принесли надушенную открытку, которая гласила: "Ждём господина учителя завтра на внеклассное занятие. Эдна и Роза". И за что только фортуна так любила старого ведьмака? Продолжение следует...