1.
23 июля 2019 г., 15:26
— Боже, Черри, перестань меня облизывать, я должен закончить свою работу.
Обиженный лабрадор опускает влажные карие глаза в пол и утыкается носом в передние лапы, будто хочет спрятаться. Хосок с умиленной улыбкой качает головой, прекрасно зная, какой великолепной актрисой была эта собака, и осторожно делает последние два плотных оборота бинта вокруг задней лапы маленького лохматого терьера, который поступил в приют пару часов назад. Новый пациент все еще напуган, поэтому мелко дрожит и громко взвизгивает каждый раз, когда Чон лишний раз его касается. Черри ревниво фыркает, пока терьер дергает раненой ногой и пытается вырваться из заботливых рук на волю.
— Тише, малыш, вот я и закончил.
Хосок подхватывает пса под животом, чтобы причинить как можно меньше дискомфорта в связи с его травмой, и осторожно опускает его на дно просторной клетки, устеленной чистой пеленкой и стоящей внутри миской с водой. Терьер тут же забивается в самый дальний угол, тихо поскуливая и прижав мохнатые уши к голове. Хосок поджимает губы и осторожно гладит его по голове, чувствуя дрожь под ладонью. Закрыв дверцу, он осматривает остальные клетки, в виде ячеек стоящих друг на друге вдоль одной из стен от пола почти до потолка. К счастью, сейчас здесь было не так много пациентов: две кошки, тройка новорожденных щенят со своей мамой и появившийся сегодня терьер. Чон заполняет все необходимые документы и оставляет папку на столе заведующего врача, пока лабрадор нетерпеливо виляет хвостом возле двери, желая как можно скорее выйти к остальным.
— Я закончил, можем идти, — заявляет Хоби, вытягиваясь вверх, чтобы размять спину.
Черри радостно подскакивает, громко залаяв, отчего пятнистая трехцветная кошка, сидящая в одной из нижних клеток, начинает остерегающе шипеть. Хосок грустно смотрит на нее, ведь она поступила около недели назад в очень сложном состоянии, не способная самостоятельно родить. К сожалению, оба ее котенка после нескольких долгих и тяжелых часов стараний врача приюта и ассистирующего его Хосока родились мертвыми. Судя по многочисленным кровоточащим ранам, порванному уху и сломанной лапе, над кошкой издевались, поэтому у нее и не вышло выносить здоровое потомство. Волонтер открывает дверь, чтобы быстрее убрать собаку из медицинского кабинета, и трехцветная пациентка заметно расслабляется, принявшись осторожно вылизывать заживающие царапины на спине.
— Ну что там?
Суджин-хен, их администратор, с тревогой поднимает голову, когда Хосок выходит в приемное помещение. Здесь светло и чисто, хотя комната была чудовищно маленькой и едва вмещала в себя деревянный рабочий стол с компьютером, пару серых кресел и цветущую белую орхидею на подоконнике. Черри тут же, высунув наружу розовый язык, семенит вперед, надеясь получить порцию ласки от еще одного работника приюта. Суджин на автомате опускает ладонь и чешет разбалованного лабрадора за ушами.
— У него вывих задней левой лапы и пара ссадин, — сообщает Хосок, расстегивая кнопки на халате. — Кто его принес, хен?
— Какая-то студентка. Сказала, что бежала на пары, но услышала, как он скулил, и решила отнести его в ближайший приют.
— Хорошо, что она его заметила, — кивает Чон, приближаясь к столу. — Он еще маленький, так что шансы достаточно большие.
Администратор вздыхает, прекрасно понимая, что он имеет в виду. После того, как они вместе заводят анкету на терьера и заполняют ее, чтобы можно было разместить на сайте приюта, Хосок обещает сделать необходимые для этого фотографии и, позвав Черри, направляется на утренний обход. Лабрадор, напоследок лизнув Суджина в центр ладони, бежит за ним, радостно виляя хвостом.
— Подожди, Хосок-и, я совсем забыл!
Он останавливается в дверном проеме, слыша за спиной многоголосый лай и мяуканье всех жителей маленького приюта, а Черри уже на всех порах мчится в сторону загонов с большими собаками. Суджин поднимается с кресла и неловко улыбается, чем удивляет Хосока, который никогда хена таким не видел.
— У тебя же сегодня нет пар? — осторожно спрашивает Суджин.
— Нет, хен. Что-то случилось?
Старший уже собирается что-то сказать, как вдруг начинает улыбаться, посмотрев куда-то Хосоку под ноги. Тот, опустив взгляд, видит сидящую рядом с ним черную кошку с горящими желтыми глазами. Согтан громко мурчит, медленно вильнув тонким хвостом. Чон подхватывает еще одну местную любимицу на руки, пока она не облюбовала одно из кресел в приемной.
— Так получилось, что девушка, за которой я ухаживаю, перенесла нашу встречу с субботы на сегодня, и…
— Я подменю тебя, хен, не волнуйся.
Суджин сначала удивленно хлопает глазами, смотря на улыбку Хосока, а потом радостно бросается к нему, обхватив сильными руками, на что Согтан протестующе начинает мяукать, зажатая между ними. Хен тут же отскакивает от них, побоявшись навредить их питомцу, а Чон лишь смеется и уточняет время, на которое его надо будет подменить.
***
Работать в приюте было замечательно и полезно не только для того, чтобы набить руку, как будущему квалифицированному ветеринару, но и потому, что Хосок обожает животных. Он учится на третьем курсе ветеринарной академии в Сеуле и стремится к званию профессионала в своем деле, чтобы по окончании учебы спасать жизни их маленьких друзей, которые каждый день делали его жизнь лучше и лучше. Сначала эта работа была просто его практикой, которую ему надо было закрыть для получения высшего балла на экзамене. В поисках подходящего приюта или ветеринарной клиники, где ему могли предоставить временную должность, он наткнулся на это место, которое на первый взгляд не выглядело многообещающе. «Hope World» располагается недалеко от квартиры, которую снимает Хосок, что уже было существенным плюсом, но на тот момент ему было всего пару лет, а отзывов приют не имел вовсе. Но когда студент-первокурсник, надеющийся закрыть практику, пришел туда, чтобы получить работу, то его мнение об этом месте кардинально изменилось. Штат работников невелик: владелец — местный меценат, который и открыл приют, главный ветеринар, у которого Хосок по сей день работает ассистентом, администратор и несколько людей, которые поочереди ухаживают за животными. Маленькая приемная поначалу может смутить, но зато у них имеется современно оборудованный медицинский кабинет, а все кошки и собаки находятся в просторных клетках и вольерах, для которых отделена большая часть всей территории. Студента больше всего это и поразило: то, что люди, работающие здесь, не жаловались на несколько стесняющие условия, а просто старались помочь всем животным, которые поступали к ним. — Не смотри так на меня, я покормлю тебя только вечером, — тянет Хосок, снимая кошку с клавиатуры. Согтан, мягко приземлившись на пол, высоко задирает нос и бросает осуждающий взгляд на Чона, который снова с головой ныряет в учебник, внимательно вчитываясь в каждую строчку и кусая кончик карандаша. Черри дремлет возле кресел, опустив голову на сложенные лапы, утомившись после веселой игры с другими большими собаками, живущими в приюте. Часы в виде кошачьей морды с большими зелеными глазами показывают пять вечера. Суджин ушел чуть больше часа назад, рассыпавшись в благодарностях, пока смущенный Хосок заверял его, что ему не составит проблем подменить его. Работа администратора включала в себя в основном общение с людьми, которые либо приводили животных к ним, либо наоборот приходили за тем, чтобы подобрать себе питомца. За сегодня было мало посетителей: только женщина, которая привела к ним свою собаку вчера вечером, потому что беспокоилось о ее родах, и та девушка с терьером утром. Поэтому у Хосока было много времени, чтобы подготовиться к приближающейся зачетной неделе. Согтан, убедившаяся, что никакого лакомства она не получит, тихо ускользает из приемной в основное помещение, где сидели остальные обитатели приюта. Так и проходит еще почти час, и Чон, выделяя карандашом самую важную информацию в учебнике, вспоминает, что скоро пора будет закрывать приют. Черри просыпается и, тряхнув головой с длинными мохнатыми ушами, обращает свое внимание на небольшой плазменный телевизор, висящий на стене за рабочим столом, где шли новости. Но вдруг лабрадор вскидывается и резко оборачивается к входной двери. — Здравствуйте. Хосок поднимает голову, а потом тут же вскакивает на ноги, почтительно поклонившись. Парень в дверях также склоняет голову, прикрыв за собой дверь с рисунком желтых лапок на стекле. На нем черные джинсы с красным узорчатым платком, привязанным к одной из петель на поясе, белая свободная футболка и накинутая сверху темная толстовка с капюшоном, за спиной висит большой рюкзак, из-под синей мягкой шапочки выглядывают черные пряди. Посетитель делает шаг вперед, но тут же настороженно останавливается, когда лабрадор предупреждающе склоняет голову. — Черри, место, — приказывает Хосок. — Здравствуйте. Простите это, она просто защищает свою территорию. Лабрадор послушно садится, выпрямив спину и высунув язык, превратившись из угрожающего зверя во всеми любимую милашку, в которой души не чаяли не только работники приюта, но и посетители. Парень кивает и приближается к столу, сняв с плеча наверняка тяжелый рюкзак, так как после этого он принимается бездумно разминать пальцами затекшую шею. — Чем я могу вам помочь? — любезно интересуется Хосок. — Я бы хотел взять у вас кого-нибудь. Хоби не может сдержать своего счастья, поэтому растягивает губы в радостной улыбке и сцепляет руки за спиной, чтобы не накинуться на этого незнакомца с объятьями. Он всегда был невероятно благодарен людям, которые вместо зоомагазинов решали завести питомца из приюта, потому что у большинства из этих животных уже была история, и все они нуждались в любви, которую работники «Hope World» не всегда могли им дать. Чон жестом указывает на два мягких кресла, а сам опускается на стул на колесиках, нервно схватив со стола карандаш. — Вы хотите кого-то конкретного? — спрашивает он. Парень опускается на ближайшее к нему кресло, опустив свою сумку на пол. Он примерно того же возраста, что и Хосок, тоже выглядит несколько уставшим и заработавшимся, что сразу выдает в нем студента. Посетитель поправляет шапку на голове и поднимает задумчивый взгляд, уточнив: — В плане: кота или собаку? — И это тоже, но у нас есть сайт, на котором мы выставляем подробные анкеты всех животных, которые у нас живут, — объясняет Чон, потянувшись к подставке с визитками. — Держите, тут есть наш контактный телефон и адрес сайта на тот случай, если у вас появятся вопросы или вы сегодня не сможете определиться с выбором. Парень с благодарностью принимает карточку с мелкими напечатанными черными буквами на светло-голубом фоне и сует ее в маленький карман на передней стороне рюкзака. Хоби выдвигает ящик стола и берет связку ключей, а потом поднимается, на что Черри реагирует, в ожидании завиляв мохнатым хвостом. — Да, проказница, мы идем к остальным, спокойнее, — улыбается он ей и переводит взгляд на посетителя. — Пойдемте, я покажу вам всех, кто у нас есть. Можно узнать ваше имя? — Мин Юнги, — тут же отзывается тот, встав следом. Хоби широко открывает дверь, где еще недавно скрылась Согтан, и уже слыша звонкий лай из дальних вольеров. — Чон Хосок, приятно познакомиться. Дамы вперед! Черри срывается с места, первая залетая в просторное и теплое помещение, пахнущее шерстью и кормом. Чон успевает заметить легкую улыбку на лице Юнги прежде чем его отвлекает требовательное мяуканье. Сказав новому знакомому следовать за ним, Хосок подхватывает стоящие в шкафу у входа пакеты с едой для животных. Лабрадор, встав на задние лапы и упершись ими в деревянные балки, отделяющие один из загонов с крупными собаками от остальных, весело гавкает, привлекая к себе всеобщее внимание. Хосок медленно идет вперед, останавливаясь возле каждой клетки или вольера, подробно рассказывая о кошках и собаках, которые в них находились. Он описывает обстоятельства, при которых то или иное животное попало к ним, видя грусть и печаль на лице Юнги, когда он упоминает о действительно тяжелых случаях. Бывает так, что жители Сеула просто находят бездомных питомцев и приносят их в приют, но чаще всего происходит так, что они натыкаются кошек и собак в критическом состоянии и ищут ближайшее место, где им могут оказать помощь. — К сожалению, в этом мире все еще полно ублюдков, которые могут поднять руку на невинное животное, — тихо заявляет Юнги. Он ласково гладит по спине рыжего кота с одним ярко-зеленым глазом, которого Суджин-хен нашел полуживым год назад, истекающим кровью на обочине дороги. Хосок переводит на него удивленный взгляд, смотря, как питомец с удовольствием принимает чужое внимание и утробно урчит, подставляясь под пальцы. — Да, вы правы, — соглашается он, подсыпая корм в миски для кошек. — Нам удается спасти не всех, кого к нам приносят. В конце фразы его голос прерывается, но Хоби лишь отмахивается от ненужных мыслей и принимается рассказывать о двух беленьких кошечках, которых нашли брошенными в коробке полгода назад. Юнги, если и замечает его заминку, то делает вид, что ничего не произошло, потому что Чон вовсе не хочет об этом разговаривать. Переживать смерть животного на твоих руках во время операций, которые могли бы спасти им жизнь, само по себе было тяжело, а уж вспоминать об этом было не менее больно. — Так, а здесь у нас большие собаки, — продолжает Хосок, кивнув в сторону просторных вольеров. — Видите вон ту с черной шерстью? Она… — Простите, но такие собаки явно не по мне, — перебивает его Мин, даже не приблизившись к ним. — Мне подойдет кто-нибудь размером с кошку. Или кошка. Хосок фыркает от смеха и кивает, попросив подождать, пока он покормит Черри и остальных. Лабрадор резво вертится вокруг него, чуть ли не сбивая с ног, как только видит прозрачный пакет с кормом, но после одного лишь его слова она и большинство других крупных собак спокойно садятся, чтобы дождаться своих наполненных мисок. Юнги, впечатленный его мастерством в обращении со всеми здешними питомцами, которые слушались Хосока и искренне радовались его приходу, опускается на один из пластмассовых стульев со следами зубов на ножках, тихо охнув, когда на его коленки мгновенно запрыгивает угольного окраса кошка с белым ошейником на шее. — Согтан, веди себя прилично с гостями, — шутливо приказывает Хосок, подливая свежей воды в поилки. Черная кошка лишь легкомысленно виляет хвостом в ответ, с любопытством смотря на Юнги горящими желтыми глазами. Он поднимает руку и гладит немного жестковатую шерстку на ее голове, на что Согтан отзывается удовлетворенным мяуканьем и низким мурчанием. Потрепав Черри по загривку и оставив ее есть с остальными, Хоби выпрямляется, на секунду сморщившись от боли в спине, и видит еще одну улыбку Мина. — Она милая, — говорит тот, поглаживая Согтан. — Да, но она не является одним из тех животных, которых вы можете взять, — осторожно произносит Хоби. — Как и Черри. Он видит промелькнувшее во взгляде Юнги разочарование, пока кошка обращает все свое внимание на блестящие цепочки на его запястье. Согтан и Черри принадлежали приюту, их анкет не было на сайте «Hope World», их нельзя было забрать домой ни одному из посетителей. Хосок часто сталкивался с тем, что люди были совершенно очарованы игривостью и послушностью их лабрадора или были заворожены величественной красотой и своенравностью Согтан. И каждый раз он был вынужден сказать им, что они не могли стать их хозяевами, потому что оба этих животных жили в приюте с самого его основания и полюбились настолько, что жизнь «Hope World» без них не представлялась возможной. — Как насчет собак поменьше? — предлагает Чон, кивнув на другие вольеры. Юнги соглашается, опустив Согтан на пол, после чего она запрыгивает на освобожденный им стул и принимается вылизываться. Подхватив пакеты с кормом, Хосок начинает перечислять всех маленьких собак, которые у них имеются, улыбнувшись тут же начавшим лаять малышам, которые заметили его приближение. Юнги был одним из тех посетителей, с которыми было действительно приятно иметь дело: он внимательно слушал, однако сразу давал понять, в какой информации он не нуждался, при этом не выглядя грубо, помог с распределением корма по множеству металлических мисок, выражал искреннее сочувствие после грустных историй некоторых животных, с интересом присматривался ко всем, а пару раз даже опустился на корточки, что погладить несколько кошек и пару маленьких псов. Питомцы реагировали на него спокойно, не рычали и не выпускали когти, что уже было признаком того, что Мину можно было доверить заботиться об одном из них. — … также сегодня утром к нам поступил терьер, но, к сожалению, ему требуется лечение, — подытоживает Хоби, закрывая дверцу загона. — Приглянулся кто-нибудь? Юнги выпрямляется и улыбается тут же заскулившему золотистому шпицу, потерявшему источник ласки. Он нерешительно следует за Хосоком обратно в приемную, время от времени нервно поправляя шапку на черных волосах. Чон бросает взгляд на часы и понимает, что пора закрываться, поэтому присаживается за компьютер, чтобы закончить отчет за сегодня и написать Суджин-хену, что день пошел без происшествий. — Даже не знаю, — запоздало отзывается Мин. — У вас есть время подумать, — с улыбкой заверяет его Хосок. — Вы можете позвонить нам или оставить заявку на сайте, если определитесь с выбором в ближайшие дни. Можете прийти к нам еще раз, многие из наших посетителей выбирают питомца после нескольких приемов. — Звучит здраво, — соглашается Юнги. — Я посмотрю ваш сайт и загляну еще раз, если буду успевать. Хосок видит, насколько взбудораженным он выглядит после встречи с животными. Это было приятнее всего — смотреть на посетителей, которые по-настоящему наслаждались компанией кошек и собак и искренне желали привести кого-нибудь из них домой. Поэтому, отведя от Юнги взгляд, Хоби действительно надеется, что среди жителей приюта найдется тот, кто покорит сердце этого парня.***
— Спасибо вам большое, Хосок-ши! Даже не знаю, что я бы без вас делала. — Не за что, миссис Кан, — ярко улыбается он. — Я только рад помочь такой храброй девочке. Бомуль, британский кокер-спаниель, настороженно следит своими карими глазками за тем, как Чон осторожно перекладывает трех ее щенят в корзинку с мягким розовым одеялом, которую с собой принесла ее хозяйка. Собака уже была в возрасте почти шести лет, когда впервые забеременела, поэтому миссис Кан боялась, что роды ее малышки могут пройти не совсем гладко, но, к счастью, с помощью Хосока, который был на ночном дежурстве в приюте, все закончилось хорошо. Бомуль начинает возбужденно и радостно вилять хвостом, когда ее хозяйка цепляет к красному ошейнику поводок и надевает на ее морду защиту. Хоби выпускает спаниеля из клетки и передает миссис Кан корзинку со спящими щенками. — Если появятся вопросы или проблемы — сразу звоните нам. В приюте всегда есть либо наш главный ветеринар, либо я. — Еще раз огромное спасибо, Хосок-ши! Все бы молодые люди были такими, как вы. Он смущенно опускает голову и открывает миссис Кан дверь из медицинского кабинета в приемную. Там играет медленная приятная мелодия из телевизора, а за столом сидит Суджин, подперев подбородок ладонью и бездумно уставившись в экран компьютера. Судя по расфокусированному взгляду и то и дело появляющейся на губах улыбке, хен мыслями прибывал явно не на рабочем месте. Миссис Кан бросает на администратора подозрительный взгляд, на который тот не обращает никакого внимания, только пожелав удачного дня, а Хоби неловко улыбается и тянет посетителя к выходу. Попрощавшись с миссис Кан и гордой Бомуль, которая то и дело оглядывается на корзинку в руках хозяйки, Хосок снимает халат и сворачивает его, чтобы забрать домой, так как впереди было два выходных дня. Согтан, спящая на одном из серых кресел, возмущенно взвизгивает, когда он ласково сгоняет ее на пол. Кошка устремляет на Чона желтые глаза, но он лишь подталкивает ее в сторону двери к загонам и клеткам, чтобы провести обход перед уходом. Но как только Согтан скрывается в соседней комнате, где ее тут же атакует Черри, начиная гонять между клеток, Хосок оборачивается на звук открываемой парадной двери. Суджин едва подает хоть какие-то признаки жизни. — О, добрый день! Юнги здоровается в ответ и вежливо кланяется хену, которого до этого не видел в стенах приюта. Администратор не отрывает глаз от компьютера, где у него открыта заглавная страница их сайта, но Хоби, растянув губы в своей лучшей солнечной улыбке, исподтишка пихает его ладонью в плечо. Суджин, очнувшись, наконец-то переводит взгляд на посетителя с вопросительно приподнятыми бровями и подрывается с места, склонив голову. — Здравствуйте! Чем я могу вам помочь? — сконфуженно проговаривает он. — Я могу сам ему все показать, хен, — произносит Хосок, поднимая опрокинутый Суджином стакан с ручками и карандашами на столе. Мина, кажется, этот вариант полностью устраивает, так как он, еще раз кивнув администратору, приближается к Хоби, снимая кепку с головы. Сегодня на нем голубые джинсы с дырками на коленях и большой серый свитер с горлом, в котором Юнги буквально почти теряется. Хосок одергивает на себе рабочую голубую футболку, надеясь, что на ней нет никаких странных пятен. — Ты уверен, Хосок-и? — хмурится Суджин. — Ты и так помог мне… — Да, я все равно хотел сделать обход, не волнуйся, хен. Суджин не выглядит убежденным, держа в руках ранее рассыпанные им карандаши, но расслабляется, когда видит поддерживающую улыбку своего донсена. Хосок пропускает Юнги вперед и прикрывает за ними дверь. Несколько собак в ближайших клетках тут же начинают радостно прыгать и лаять при виде людей, а Черри, до этого загнавшая Согтан под шкаф, в котором работники хранят корм для животных, радостно несется навстречу Чону. Тот присаживается на корточки и ловит ее руками, пока лабрадор наглым образом начинает слюнявить ему лицо своим шершавым языком. — Нет, я тебя миллион раз просил так не делать, Черри! Задорно гавкнув ему прямо в правое ухо, она отскакивает в сторону, распугав всех кошек в клетках. Хосок поднимается на ноги, тщетно пытаясь стереть с лица мокрые следы, и видит на лице Юнги улыбку. Он держит на руках успокоившуюся Согтан, которая все еще пристально следит за веселым лабрадором. Обычно кошка избегала контакта с незнакомцами, держась поодаль от всех посетителей приюта, но то, как она мирно сейчас сидела в объятьях Мина было удивительно. — Вы ей понравились, — уверенно заявляет Хосок, потянувшись к Согтан. Она ласково мурчит, потеревшись о его ладонь, а потом широко зевает и опускает голову на изгиб локтя Юнги. Тот едва ли дыхание не задерживает, пытаясь ее не потревожить и так мягко улыбаясь, что почти является причиной остановки сердца у Хосока. — Ну, до вашего уровня мне еще далеко, — отвечает Мин. — Вы нравитесь не только животным, но и людям. — Ох, даже вам? Хосок честно не знает, какая программа самозащиты в тот момент перестала функционировать в его мозгу, но он тут же прикусывает язык, растягивая губы в яркой улыбке, чтобы поскорее свести эту ситуацию в шутку. Юнги резко поднимает на него голову, приоткрыв рот в удивлении, и Чон уже готовится к самому худшему, но вдруг Черри, его спасительница, луч надежды в его темном мире, бросается к Мину и пытается добраться до Согтан, на что кошка начинает агрессивно шипеть. — Так, ну что же… Вы уже определились с выбором? — спрашивает Хоби, мысленно давая себе подзатыльник. Он явно недостоин похвалы за эту неуклюжую и совсем неожиданную попытку флирта. Отогнав Черри к большим вольерам и убедившись, что кошка не была на грани нервного срыва от этих собачьих игр, Хосок наклоняется к клеткам, откуда раздается приветственное мяуканье. Коты ластятся ближе к дверцам своих маленьких домиков, чтобы быть к нему ближе, что всегда вызывает у Чона умиление. Юнги за его спиной, опустившись на один из стульев и все еще держа на руках Согтан, коротко кашляет и говорит: — Меня заинтересовали некоторые анкеты на вашем сайте, но я все еще не уверен. — Я могу дать вам пообщаться с теми животными, которые вам приглянулись, чтобы вам было легче и понятнее, — предлагает Хосок — У вас есть серый котенок, которого по непонятной причине зовут Симба, — отзывается Мин, опуская Согтан на одну из клеток рядом с собой. Чон сразу понимает, кого он имеет в виду и выпрямляется, делая шаг в сторону тех ячеек, где у них содержались котята. Тонко мяукая и пища, они ползают по всей клетке, тягают друг друга за уши и хвосты и наводят столько шума, что взрослые коты, сидящие с ними по соседству, постоянно шипели на них, призывая к спокойствию. Хосок открывает одну из клеток и запускает туда руку, которую тут же атакуют тонкие острые коготки и мелкие зубки. Взяв нужного котенка в ладонь, до него вдруг доходит: — Чем вам не нравится имя Симба? — Он серый, — озвучивает очевидный факт Мин. — И что? Он такой же храбрый и сильный, как Симба! Юнги осторожно забирает у него котенка, словно он был невероятно хрупкой хрустальной статуэткой, которую он боялся сломать. Симба принимается звонко мяукать и пытаться вырваться, чтобы побегать по полу, где было намного больше места, чем в маленькой клетке с еще несколькими сородичами. — Его отец тоже погиб в ущелье под ногами сотни антилоп? — с улыбкой интересуется Юнги. Хосок с готовностью открывает рот, чтобы защитить выбор имени для маленького зверька, но, исчерпав все возможные аргументы, сдувается под выжидающим взглядом, чем вызывает у Юнги легкий смех. Симба начинает играться с белыми нитками вокруг дырок на джинсах Мина, отчего зрачки его голубых глазок расширяются, а ушки прижимаются к голове. — Вы постоянно здесь работаете, Хосок-ши? — вдруг спрашивает Юнги. — Можно просто Хосок, думаю, мы примерно одного возраста. Он подтягивает к себе красный пластмассовый стул и со вздохом опускается на него, игнорируя стрельнувшую в пояснице боль. Черри мгновенно оказывается подле него, чтобы получить свою порцию ласк, опустив голову на его колени. Запустив пальцы в густую золотистую шерсть на ее макушке, Чон переводит взгляд на Юнги, гладящего серого котенка по спинке. — Мне двадцать три, — произносит тот. — Двадцать один, — улыбается Хоби. — Я учусь в ветеринарной академии, а здесь подрабатываю в качестве ассистента врача. Тут я только, когда нет пар и еще иногда остаюсь на ночные дежурства, потому что мы не только приют, но также готовы оказать медицинскую помощь всем животным, которых к нам приводят. Симба, слишком разыгравшись, вдруг вонзает свои коготки прямо в кожу над коленкой Юнги, на что тот тихо ойкает и шипит, отцепляя котенка от своих ног. Хоби растягивает губы в улыбке, привыкший к тому, что его постоянно кусают, царапают или сбивают с ног чересчур любвеобильные животные. — Это здорово, что ты не только учишься, но и уже работаешь по специальности, получая от этого удовольствие. Мин с легкостью говорит это, бросив на Хосока уважающий взгляд, а потом берет Симбу подмышки и подносит его близко к лицу, принявшись тихонько отчитывать котенка за царапины на ноге, но в ответ получает лишь лапой по носу. Хоби удивленно моргает, смущенно поджав губы, не ожидая услышать такого. Многие считают, что он нанялся в «Hope World» лишь для того, чтобы получать дополнительные деньги. Несомненно, это было важной частью его работы, потому что Хосок все еще студент, нуждающийся в финансах, но большее значение для него имело то, какой опыт он получал здесь. Почти каждый день его ждала встреча с новыми животными, у каждого из которых был свой характер и своя история, к каждому нужно было уметь найти подход и дать столько ласки и заботы, сколько это было возможно. Также он узнавал много нового от Наюн-сонбэним, которая была главным ветеринаром приюта. Она была для него таким же наставником, как и профессора в академии, и порой Хосок получал от нее больше знаний, чем на парах. — Да, спасибо. А ты где учишься? — Университет искусств, музыкальное направление, — отвечает Юнги, почесав Симбу за ушком. — Вау, я слышал, что туда очень сложно пробиться. Мин пожимает плечами и собирается ответить, переведя взгляд на лицо Хосока, как вдруг раздается трель телефона. Закатив глаза и вздохнув, он аккуратно передает котенка в руки ветеринара, а потом тянется к карману на джинсах, выуживая мобильный. Хоби поднимается и возвращает Симбу в клетку, получив протестующий укус за палец. — Да, Намджун, — отвечает Юнги, прижав телефон к уху. — Нет, я еще не в студии… Зачем?.. А Чонгук не может сам это сделать, я ему не… Ладно-ладно, успокойся, присмотрю я за твоим ребенком, Господь. Скоро буду там. Ага, до встречи. Хосок неловко сцепляет руки за спиной, перекатываясь с пятки на носок и думая, что терьеру надо будет еще раз обработать раны перед уходом, чтобы Наюн-сонбэним было полегче. Черри склоняет голову, вопросительно уставившись на него, будто хотела, чтобы он что-нибудь сделал, но, к сожалению, Чон мысли собак читать не умеет. Мин поднимается на ноги, быстро печатая что-то в телефоне, нахмурив темные брови, отчего на лбу у него появились морщинки. — Все в порядке? — вежливо спрашивает Хосок. — Да, просто мне надо быстрее добраться до студии, пока один ребенок там все не разнес. Мин морщит нос, вызывая у Хосока улыбку, а потом натягивает кепку обратно на голову и переминается с ноги на ногу. Чон думает, что тот расстроен, что не успел пообщаться со всеми питомцами, которые ему понравились, но Юнги вдруг поднимает голову и, приподняв руку с зажатым телефоном, проговаривает: — Я могу попросить твой номер? Просто звонить по телефону приюта у меня, если честно, нет особого желания… Плюс, я могу прийти, когда ты будешь тут, потому что ваш администратор выглядит так, словно у него радуга сейчас из ушей польется. Хоби смеется, прикрыв рот ладонью, вспоминая мечтательное выражение лица Суджина, которое было у него с того самого свидания несколько дней назад. Но также он думает о том, что Юнги хочет приходить в приют, чтобы пообщаться не только с животными, но и с Хосоком. По крайней мере, сам Хосок был бы очень рад, если бы это было правдой, поэтому он вытаскивает свой телефон из кармана и протягивает Юнги, получая его взамен. — Спасибо, ты значительно облегчил мне жизнь, — улыбается Мин, смотря на новый сохраненный контакт. — Не за что, хен. Пиши в любое время.
