Hope World

Он чувствует, как вдруг становится теплее, поэтому чуть двигается, чтобы устроиться удобнее, но левая рука отдается слабой болью, а потом мышцы словно прошивает миллион острых иголок. Хосок недовольно тихо бурчит и приподнимает голову, освобождая закаменевшее предплечье, на котором ветеринар спал до этого, и пытается выпрямиться. Спина болезненно ноет от неудобной позы во сне, и тогда он понимает, что уснул прямо за столом Наюн-сонбэним, когда заполнял документы. В медицинском кабинете слышится тихая возня и тяжелое дыхание какой-то собаки. Чон открывает глаза и смотрит на наручные смарт-часы на желтом ремешке, едва сдерживая стон разочарования. Половина восьмого, значит, что главный ветеринар пришла на свою смену. Хоби вспоминает, что он сделал последний обход в пять часов и сел заполнять журнал учета пациентов, а после этого усталость взяла над ним верх. Полностью выпрямившись на стуле, отчего серый вязаный плед падает с его плеч, Хоби разминает шею, стряхивая с рук напряжение. На нем до сих пор надет его медицинский халат, который помялся на рукавах и груди от сна на столе.       — Я тебя разбудила? Прости. Наюн опускает руку ему на плечо, заглядывая в выцветшее лицо со стеклянными глазами, и, тяжело вздохнув, тянется к оконной ручке, чтобы впустить в кабинет свежий утренний воздух. Хоби отрицательно качает головой и снова натягивает на плечи теплый плед, мечтая о кружке крепкого кофе и хоть каком-нибудь завтраке. Он слышит легкие мелкие шаги со стуком когтей о кафель, а потом Черри опускает голову ему на колени.       — Привет, красотка, — ласково произносит Хоби. — Спасибо большое, сонбэним.       — Да не за что, Хосок-а. Я была бы тебе благодарна, если бы твоя задница сейчас была дома в кроватке, а не на моем стуле, когда твоя смена уже закончена. Он смеется и треплет Черри по голове, которая тоже выглядит немного сонной. Наверняка спала на большой лежанке вместе с Согтан в углу кабинета. Наюн забирает со стола журнал и просматривает его записи, отвлекаясь на маленькую клетку, где уже бодрствуют три разноцветных котенка. Лабрадор семенит вслед за главным ветеринаром, всем своим видом говоря о том, что приближается время завтрака. Хосок улыбается и произносит:       — Сейчас покормлю всех и пойду, сонбэним. На сегодня у вас запланировано что-то важное? Хоби поднимается со стула, слыша хруст собственных бедных костей и сворачивая одеяло, которое оставляет лежать на стуле. Он запускает руку в волосы, где уже отросли темные корни, и пытается вспомнить, не назначены ли на сегодня какие-нибудь операции. Наюн тут же стягивает с его плеч халат, не давая ему пути для отхода.       — Нет, милый, ты сейчас отдашь смену Чимину, который уже всех кормит, а потом чтобы духу я твоего здесь не видела, — грозит она пальцем. — Я сегодня кастрирую Хвансонга… И нет, ты мне не нужен для помощи, я такие операции с закрытыми глазами могу провести. Ветеринар резко разворачивает его на месте, отчего у Чона от недосыпа все плывет перед глазами, и мягко толкает в сторону двери. Хоби бросает взгляд на одну из клеток, где сидит светло-серый Хвасонг с круглыми желтыми глазами и висячими маленькими ушками.       — Но…       — Марш домой! Он неуклюже вываливается из кабинета, где его подхватывают чьи-то руки, а Наюн решительно захлопывает дверь за его спиной. Хосок выпрямляется и кричит, что оставил там свои вещи, и спустя секунду в приемную вылетает его черный рюкзак с голубым брелком на замке, приземляясь на пол возле кресел. Он одергивает на себе футболку и поворачивается, видя обеспокоенное лицо Чимина. На нем белое поло и темно-зеленый фартук с большой надписью «Hope World», у него малиновые волосы и светло-розовые тени на веках, длинные серебряные сережки в ушах и маленькое сердечко на цепочке на шее.       — Хен, все в порядке?       — Да, Чимин-и, — улыбается Хосок. — Просто меня выгнали с моей же работы.       — Я тебя вообще уволю, если ты еще раз появишься в таком состоянии передо мной! — слышится грозный голос Наюн. Чимин понимающе приподнимает уголки губ, видя серый цвет лица и помятую одежду, поэтому ведет Хосока к креслу, куда упрямо его сажает, игнорируя чужие жалобы. Чон тяжело вздыхает и проводит руками по лицу, пока младший бежит к вешалке, где были их вещи. Пак тянется к своему рюкзаку и вытаскивает из бокового кармана металлический красный термос, который отдает Хоби с улыбкой:       — Возьми, хен.       — Спасибо большое, — говорит он, откручивая крышку. — Это чай?       — Да, красный с персиком. Хосок с удовольствием вдыхает сладкий чайный аромат и делает глоток, чувствуя, как жизнь медленно возвращается в него. Ему надо зайти в магазин за продуктами, запустить стирку, написать Сокджину по поводу встречи на этой недели и доделать анкеты для сайта приюта. Он вдруг слышит хлопок двери и, подняв голову, видит вошедшего Суджина. Хен выглядит бодрым и отдохнувшим, отчего Хосок невольно улыбается.       — Привет всем! — машет он, снимая с себя куртку. — Хосок-а, ты еще здесь? Я думал, что Наюн-нуна уже вышвырнула тебя на улицу.       — Я сделаю это, если он попытается притронуться хоть к чему-то. Хоби возмущенно смотрит на своего наставника, которая стоит в дверном проеме, привалившись плечом к косяку. Чимин смеется и тянется руками к Черри, выбежавшей из кабинета, громко лая и привлекая к себе внимание. Хосок бурчит в термос, грея ладони о потеплевший металл, как слышит, что где-то раздается трель пришедшего на его телефон сообщения.       — А, точно, хен, — вскидывается Чимин. — Ты забыл свой телефон в шкафу, тебе пишет какой-то Юнги-хен.       — О-о-о-о, — заинтересованно тянут Наюн и Суджин. Чон с трудом сглатывает горячий чай и отставляет кружку на кофейный квадратный столик. Он вспоминает все события вчерашнего вечера, и сон как рукой снимает. Чимин растерянно переводит взгляд с одного работника приюта на другого, не понимая, почему произнесенное им имя вызвало такую реакцию.       — У вас все с ним хорошо, милый? — спрашивает с улыбкой сонбэним.       — Да. Наверное, — отвечает он, вставая. — Я не знаю. Теперь на лицах коллег появляется легкое беспокойство. Суджин, занявший свое место за столом администратора, внимательно прослеживает путь Хосока от кресел до двери, будто боится, что на каждом шагу с ним могло что-нибудь случиться. Черри мгновенно вскидывается и бежит вслед за ним, оставляя Чимина, который вопросительно посмотрел на Наюн. Она лишь улыбается ему и кивает на Хоби, скрывшегося в помещении с животными. Хосок улыбается кошкам и собакам, которые начинают возиться в своих клетках и вольерах при виде него, и замечает в углу мешок с кормом и маленький белый совок, которым Чимин наполнял миски. Согтан мирно спит на нижней полке шкафа, свесив вниз одну лапу и длинный черный хвост. Он видит свой телефон в желтом чехле и маленькой трещинкой на экране в правом нижнем углу — споткнулся о спящего лабрадора в приемной и не особо мягко приземлился. Хоби берет мобильный в руку и поворачивает голову, когда слышит свое имя. Чимин осторожно заглядывает в комнату, словно не знает, можно ли ему быть там.       — Что-то случилось, хен?       — Все хорошо, просто… Сложная ситуация. Младший поджимает губы и приобнимает Чона за плечо, чтобы хоть как-то поддержать. Хосок благодарно улыбается ему и взъерошивает его ярко-розовые волосы, от которых пахло сахарной клубникой. Чимин выглядит как благоухающий свежий цветок на фоне измотанного и выжатого Хоби, похожего на сморщенный сухой кактус. Как он вчера в таком виде получил поцелуй — непонятно. От этой мысли Хосок тут же немного смущается и опускает взгляд на свои руки, но Чимин, к счастью, этого не замечает, возвращаясь к кормлению обитателей «Hope World». Черри тыкается мордой в бедро Чона, словно малышка тоже хочет сказать, что она рядом с ним, а потом убегает, услышав стук насыпаемого в миску корма. Хоби решительно вздыхает и снимает блокировку с телефона, заходя в папку с входящими сообщениями. Юнги-хен: «Я проснулся в 5 утра и больше не мог уснуть» «Зато я почти закончил мелодию для нового трека» «У нас завтра выступление в клубе ХХХ» «Придешь?» «Если у тебя не будет работы, конечно» «Или каких-нибудь других планов» «Или если ты не захочешь» «Но я был бы рад тебя видеть» Хосок поднимает голову и видит круглые яркие глаза Согтан, которая неотрывно смотрит на него, будто хочет что-то ему сказать. Он слышит шум в ушах и то, как Чимин беззаботно болтает с питомцами. Чон понимает, что завтра у него смена с пяти до десяти, а после этого он планировал поехать к Джин-хену. Но как только Хоби опускает пальцы на клавиатуру, чтобы написать ответ, то понимает, что, возможно, другого шанса у него не будет.

«Привет, хен» «Прости, что не отвечал, уснул за столом т.т» «Я с удовольствием приду на твое выступление»

Юнги-хен: «Тебе надо срочно ехать домой и выспаться» «Ты еще в приюте?» «Я могу приехать за тобой» Он понимает, что встречать хена в таком виде он не готов. Хосок будет намного увереннее себя чувствовать после как минимум десяти часов сна, тщательного душа и плотного завтрака.

«Я вызову такси, хен» «Не волнуйся за меня ^-^»

Юнги-хен: «Ладно, но напиши мне, как приедешь домой» «Я отправлю тебе время выступления ближе к вечеру»

«А я могу привести друзей?» «Если можно, конечно»

Юнги-хен: «Да, без проблем»

«Спасибо, хен-и»

Юнги-хен: «Тебе спасибо» «Я очень рад, что ты согласился» «Очень хочу тебя увидеть»

«Ты убиваешь меня» «Я передумал» «Я не приду»

Юнги-хен: «Ты уже пообещал» «Нельзя так со мной поступать» «У меня слабое сердце»

«Тебе 23???»

Юнги-хен: «Причем тут возраст» «Мое сердце слабое из-за тебя»

«АВДАЛСЬТСКШАИТ» «ПОКА, ХЕН, УВИДИМСЯ ЗАВТРА»

Юнги-хен: «До встречи, Хосок-а» Засунув телефон в карман и пытаясь сдержать широкую улыбку на лице, Хоби принимается помогать младшему с кормлением, потому что Чимин слишком часто отвлекается на ласки с какой-нибудь кошкой и собакой, из-за чего начинают нервничать остальные животные. Он наполняет последнюю миску для Согтан, погладив любимицу по спине, как вдруг его хватают за ухо и тянут наверх.       — Да ухожу я, ухожу! — кричит Хосок, вырываясь.       — Я даю тебе пять минут, чтобы убраться отсюда, Чон Хосок, — заявляет Наюн. Суджин смеется, увидев его покрасневшее ухо, но сразу ловко уворачивается, когда Хоби бросает в него совок для корма. Чимин с Согтан на руках закрывает за собой дверь в помещения с животными и ждет дальнейших поручений, пока Хосок подхватывает свою сумку с кресла и открывает в телефоне приложение, чтобы вызывать такси, потому что его организм явно не выдержит поездку в метро.       — У тебя осталось уже три минуты, — напоминает главный ветеринар.       — Да-да-да, — отзывается он, заказав машину. — Сонбэним, я могу отпроситься у вас на завтра? Я потом отработаю, обещаю. Убедившись, что такси приедет через пять минут, Хоби закидывает рюкзак на плечо и тянется обнять Суджина на прощание, но натыкается на вытянувшееся в удивлении лицо. Переведя взгляд на Наюн, он также видит ее округлившиеся глаза, а Чимин начинает тихо хихикать, поглаживая черную кошку по линии позвоночника, отчего та громко мурчит.       — Что не так?       — Я просто в шоке, что ты сам попросил выходной, — произносит она. — Конечно, веселись, мы тут справимся.       — Это как-то связано с тем, что Юнги написал тебе? — хитро спрашивает Суджин-хен. Хосок отмахивается от него, улыбаясь, и обнимает Наюн-сонбэним, которая хлопает его по плечу и желает хорошо отдохнуть. Повернувшись к Паку, который чмокает его на прощанье в щеку, к Хоби приходит неожиданная идея, которая на первый взгляд кажется ему безумной.       — Слушай, Чимин, ты можешь мне помочь?

***

      — В каком жанре они выступают?       — Я не знаю.       — Там будет много людей?       — Без понятия.       — А где Чимин-и?       — Встретит нас у клуба.       — Ты что, нервничаешь?       — А я не должен? Тэхен качает головой и тормозит посреди тротуара, хватая Хосока за плечи и разворачивая к себе лицом. Из-за внезапной остановки в них врезается Сокджин, до этого идущий позади и что-то печатающий в своем телефоне. Он громко ойкает и отшатывается, непонимающе смотря на то, как младший решительно вскидывает подбородок и заявляет:       — Долой страх! Иди и заполучи своего мужчину!       — Окей-окей, только не кричи… Хосок отцепляет от себя чужие длинные пальцы с тонкими золотыми кольцами и думает, что эта дурацкая привычка Тэ всех хватать выходит из-под контроля. Сокджин одергивает на себе голубую рубашку и толкает их вперед, чтобы они продолжили движение, потому что до назначенного времени встречи с Паком и остальными осталось несколько минут, а они даже еще не дошли до нужного места. Они возобновляют свой путь до клуба, в котором у Юнги и его друга Намджуна сегодня было выступление. Хоби поправляет полы свой белой джинсовки и бросает нервный взгляд на идущего вприпрыжку Тэхена, чьи голубые волосы отливают зеленым в свете вечерних фонарей. Оба его друга обрадовались, когда Чон написал им вчера по поводу предложения Юнги, и согласились пойти с ним. А спустя пять минут Хосок узнал, что Тэ позвал с ними и Чимина, с которым удивительно быстро сдружился, когда помогал ему с первой сменой в «Hope World».       — А вот и он! Тэхен подпрыгивает на месте и бежит к их новому другу, который распахивает для него объятия и звонко смеется, привлекая внимания людей, курящих на улице перед входом в клуб. Чимин уложил малиновые волосы назад, открывая лоб и подведенные карандашом глаза, на нем шелковая рубашка с цветами и голубые джинсы. Хосок улыбается, уже привыкнув к тому, что этот донсен всегда выглядит отлично.       — Привет, Чимин-и, — тянет он, обнимая его. — Тэхена ты знаешь, а это мой хен — Сокджин.       — Очень приятно познакомиться, Сокджин- хен, — легко кланяется Пак. — Вау, хен, тебе очень идет! Хосок польщенно улыбается, снова неловко пройдясь пальцами по собственной одежде, чтобы убедиться, все ли с ним было в порядке. Но вдруг он чувствует довольно сильный тычок под ребра и от удивления подскакивает, поворачиваясь к Джину, который смотрит на него с каменным выражением лица. Но Тэхен не дает им времени на разговор, хватая за руки и затаскивая в клуб, откуда уже слышится музыка. Здание было небольшим, поэтому большую часть помещения занимает танцевальная площадка и крохотная сцена, на которой едва одному человеку было где развернуться. Вдоль одной из стен тянется длинная барная стойка, позади которой стоят стеклянные шкафы с неоновой подсветкой, заставленные бутылками с разнообразным алкоголем, также было несколько маленьких столиков и голубых диванов, но большинство посетителей предпочитает кружиться поближе к сцене, словно в ожидании чего-то. Людей было не катастрофически много, но достаточно для того, что, дойдя до середины клуба, Хосок уже успел извиниться пять раз за отдавленные ноги и задетые плечи.       — О, хен, вот вы где! К ним проталкивается Чонгук, который неуклюже спотыкается и заваливается на Джина. Тот ловит его и осторожно отводит от группы ребят, которые теперь косо на них поглядывают. Младший тихо извиняется и поправляет на голове капюшон черной толстовки, пока Тэхен уже начинает восторженно болтать, чуть ли не рассказывая свою полную биографию, на что Чимин смеется, прикрыв рот ладонью.       — Привет, Чонгук, — улыбается Хосок. — Это Сокджин-хен, Чимин и Тэхен.       — Привет всем. Круто, что ты привел друзей, хен. Нам нужно больше народу. Он осматривается вокруг себя, а потом ныряет куда-то в толпу, сказав остальным следовать за ним. Тэ тут же бросается следом за ним, сжимая руку Пака, который едва за ним поспевает. Хосок быстро берет ладонь Джин-хена и проталкивается вперед к сцене, слыша внезапный писк микрофона, от которого почти лопаются барабанные перепонки. После этого кто-то начинает проверять звук, чтобы настроить аппаратуру, что уже отличает это место от обычных клубов, где музыка была настолько громкой, что нельзя было услышать собственные мысли. Когда они наконец-то все вместе пробираются к краю сцены, на которой какой-то парень с микрофоном в руке отдает указания для настройки, Чонгук скидывает капюшон с головы и пробирается за ограду, позади которой был вход в помещения для персонала.       — Ждите здесь, я скажу хенам, что вы пришли, — говорит он. — Баттл уже скоро начнется. Хосок вопросительно вскидывает брови, не особо комфортно себя чувствуя так близко к сцене. Остальные тоже непонимающе переглядываются, ведь все говорили лишь о простом выступлении.       — Баттл? — уточняет Хоби.       — Да, хен тебе не сказал? — удивляется Гук. — Поэтому нам и нужно больше людей, ведь голосуют аплодисментами. Ладно, RM и Agust D — ждите их объявления. Чонгук скрывается за дверью, на которой висит табличка с предупреждением, и его никто не останавливает, словно это было обычным делом.       — Почему он не сказал тебе, что это будет баттл? — интересуется Тэ. Хосок пожимает плечами и вздрагивает, когда слышит хриплый голос, усиленный через микрофон в несколько раз.

***

      — О ГОСПОДИ, ПОЧЕМУ Я НИКОГДА НЕ СЛЫШАЛ О ВАС ДО ЭТОГО?       — Тэ, спокойно.       — ГДЕ ВСТУПИТЬ В РЯДЫ ВАШИХ ФАНАТОВ? У ВАШЕГО ФАНДОМА ЕСТЬ НАЗВАНИЕ?       — Он всегда такой?       — К сожалению, — спокойно отзывается Джин. Чонгук восхищенно присвистывает, смотря на Тэхена, повисшего на руке у Намджуна, который беспомощно переводит взгляд с одного на другого. У него вокруг головы повязана черная бандана, к широкой спине от пота прилипла серая свободная футболка, волосы пепельного цвета и самые очаровательные ямочки.       — Нам очень приятно, — произносит RM. — Спасибо, что пришли нас поддержать, хоть мы и не знакомы.       — Если честно, мы не знали, что это будет баттл, — улыбается Сокджин. — Но вы точно заслужили победу сегодня. Тэхен, Чимин и Чонгук одновременно начинают восторженно шуметь, прыгая вокруг двух рэперов, перебивая друг друга и врезаясь в людей вокруг. Джин обреченно качает головой, оттаскивая Тэ за воротник, но Намджун лишь смеется и предлагает пойти куда-нибудь выпить всем вместе, чтобы отпраздновать удачно завершившийся поединок.       — Да, но для начала нам нужно переодеться, — тихо возражает Юнги. На нем черная бейсболка, надетая козырьком назад, большой блестящий бомбер и темные джинсы с рваными коленями. У него на висках капли пота и прилипшие ко лбу черные пряди волос, он тяжело дышит, пытаясь перевести дыхание после выступления, и непрерывно смотрит на Хосока, отчего тот места себе найти не может, не зная, куда ему перевести взгляд.       — Ладно, мы подождем вас снаружи, — решает Сокджин. — Малышня, за мной. Тэ бурчит, что он ненавидит, когда старший так к нему обращается, Чимин начинает мило хихикать, а Чонгук возмущается, что он уже взрослый, но Джин их не слушает, ведя к выходу. Хосок умиленно улыбается, смотря на младшеньких, и уже хочет присоединиться к ним, как вдруг чувствует прохладные пальцы на своей ладони. Обернувшись, он видит Юнги, который вопросительно смотрит на него и осторожно тянет на себя. Хосок замечает спину Намджуна, скрывшегося за дверью, и легко улыбается Мину, который заметно расслабляется и ведет его к черному выходу из клуба, медленно проталкиваясь сквозь людей. Они поддерживают его, кричат, что Agust D великолепно сегодня выступил, какие-то слова про Тэгу и хип-хоп, но Хоби не может отчетливо их расслышать, пытаясь не потерять Юнги из виду и не отпустить его ладонь. Они выходят на задний двор, где был свежий вечерний воздух и пару одиноких работников клуба, стоящих с сигаретами у стены и кивнувших Юнги, когда заметили его. Он кланяется им и стягивает с себя тяжелую куртку, бросая ее на деревянную старенькую скамейку возле входа, оставаясь в одной майке, открывающей его широкие плечи и подкачанные руки. Хосок вздыхает и, улыбнувшись, говорит:       — Ты замечательно выступил, хен. Не знал, что ты так крут на сцене. Юнги усмехается и кивает, сняв кепку и зачесав черные влажные волосы назад. Он прижимается спиной к холодному кирпичу стены, складывая руки на груди, и переводит прямой взгляд на Хоби, отчего у того мурашки бегут по спине. Чон чувствует себя намного более уверенно в стенах приюта и окружении животных, когда на нем рабочий зеленый фартук или медицинский халат, а не за клубом в одежде, которую для него подобрал Джин-хен, и с макияжем от Тэхена.       — Отличается от того, что ты видел до этого? — вдруг поддразнивает Мин.       — Немного, — хмыкает Хоби. — Я все еще помню, как Симба врезал тебе лапой по лицу.       — Это было предательство столетия, я до сих пор травмирован. Хосок смеется и становится рядом с ним, облокотившись плечом о стену клуба.       — Тебе очень идет новый цвет, — вдруг говорит Мин. Он поворачивается к Хоби, неотрывно смотря на него, отчего Хосок краснеет щеками и неловко запускает руку в волосы, которые еще вчера были русыми и с отросшими корнями, а сегодня благодаря совету Пак Чимина и волшебным рукам стилиста они стали мягкими и огненно-рыжими. Он сам еще не мог разобраться, нравится ли ему его новый образ или нет, но, как сказал Чимин, это изменение пошло на пользу его образу, хоть Хоби и не особо понимал, что это значит.       — Ох, спасибо, Юнги-хен.       — Я хотел спросить про то, что произошло в парке, — тихо бормочет рэпер, потирая руки. Хосок быстро моргает и опускает взгляд на потрескавшийся асфальт, понимая, о чем будет идти разговор. Он и сам хотел спросить у хена об этом, потому что поцелуй посреди площадки для собак был для него совершенно неожиданным.       — Если ты не был против того поцелуя, то я был бы очень рад… С каждым словом его речь становится все быстрее, что выдает в нем нервозность. Хосок поднимает на Юнги взгляд и улыбается, постепенно расслабляясь от понимания, что не он один был словно на иголках все это время. Это придает ему уверенности, поэтому Хоби выпрямляется, сцепляя руки за спиной и вставая перед хеном.       — … Потому что в ином случае это было очень грубо с моей стороны — целовать тебя без разрешения. И я…       — Мне понравилось, — перебивает Хосок. — И ты мне нравишься. Юнги непонимающе моргает, а потом прищуривается, смотря на то, как на лице Чона появляется яркая улыбка, что в комплекте с его новым цветом волос делала его похожим на закатное солнце.       — О’кей, — осторожно выдыхает Мин. — Ты мне тоже нравишься. А еще мы ведем себя как сопливые школьники. Хосок смеется, зачесывая волосы назад, но Юнги вдруг хватает его за края джинсовой куртки и целует. Уже по-взрослому.