Сакура в цвету

Чонгук осторожно приоткрыл дверь на кухню, огляделся по сторонам и вошёл, закрывая плотно дверь. На кухне никого не было, здесь лишь тихонько кипели котлы и жарилось мясо на большой сковороде. Эльфы не были любителями дичи, но иногда позволяли себе немного жареного мяса. А ещё эльфы были любителями обычного вина из винограда, который растили сами. Омега проворно шмыгнул между столами, ухватил со сковороды жирный небольшой кусок мяса и быстро сунул его в рот. Горячее мясо обожгло нёбо, а травы отдались на языке остротой. Рука потянулась к миске с фруктами. Пара ягод винограда сразу оказались во рту юноши, затем он принялся за большое красное яблоко. Чонгук никогда не чувствовал такого сильного голода. Он хотел есть так сильно, что слюна заполняла рот стремительно быстро и едва ли не капала. Он слышал от омег из гарема о том, что дикий голод проявляется перед течкой. Но у него не было течки, он вообще даже не омега по факту. — И как давно омеги в гареме Императора голодают? — раздался за спиной знакомый приятный голос, и Чонгук, вздрогнув, уронил покусанное яблоко на пол. То прокатилось мимо его ног назад и стукнулось о нос чужих туфель. Тэхён широко улыбнулся, поднял фрукт и положил его на стол. Чонгук засмущался, вжал голову в плечи и опустил глаза. — Я просто зашёл перекусить, — прошептал омега тихо, теребя масляными пальцами подол платья. — Завтрак был час назад, — как бы между прочим подметил Тэхён, не переставая улыбаться. — И что? Я просто проголодался, — цокнул Чонгук и скрестил руки на груди. — Это что, запрещено? Тэхён выгнул одну бровь, мысленно ухмыляясь. Если бы Чонгук знал, что у него вскоре начнётся течка, то не язвил бы сейчас, а смущался бы так сильно, что лицо его стало пунцовым. Но он не знает, и такой расклад доставляет Тэхёну одни лишь удобства. Ему теперь придётся быть с мальчишкой рядом как можно чаще, чтобы зарекомендоваться перед ним как альфа. — Нет, не запрещено, — сказал Тэхён, и полез в карман своих штанов. Оттуда, тихо шебурша жёлтой бумажкой, он что-то вынул. — Недавно я был в городе. Торговцы предложили мне такое прекрасное лакомство, — он снял бумажку, — называется шоколад. Дорогой, конечно, но я купил его тебе. В руках альфы действительно оказалась плитка тёмного шоколада, который начал подтаивать по краям. Чонгук засмущался снова, приложил ладонь к горящей щеке и пискнул тихим голосом: — Мне? Тэхён тяжело вздохнул. — Ты что, оглох слегка? Конечно, тебе. Омега неуверенно протянул руку к плитке и взял её. Шоколад начал пачкать ладонь и тонкие пальчики. — А как его есть? — Вот так, — прошептал Тэхён, склонился ближе к шоколадке и откусил небольшой кусочек. Чонгук молча наблюдал, как альфа с удовольствием ест угощение, подаренное им же. Аппетит усилился, и Чонгук нерешительно откусил кусочек от плитки. Сладкий вкус осел на языке, приторно-сладкий и такой приятный, что омега позволил себе откусить ещё и ещё… Плитка медленно таяла на глазах, а ухмылка на лице Тэхёна становилась всё шире и доставала почти до ушей. Когда последний кусочек оказался во рту Чонгука, альфа, довольно ухмыляясь, принялся облизывать свои пальцы, испачканные шоколадом. Он не спеша водил языком между пальцами, облизывал подушечки, и Чонгук смутился ещё сильнее. Он резко отвернулся и спрятал лицо в длинных рукавах. — Перестань это делать, — тихо попросил он, и Тэхён в ответ рассмеялся. Смех его был таким приятным, что у младшего эльфа потеплело в груди, а сам Тэхён был таким прекрасным и очаровательным мужчиной… — Эй, о чём ты думаешь, проказник? Твои ушки покраснели, — шёпот раздался совсем рядом, и Чонгук, отскочив в сторону, едва не перевернул стол, но уронил несколько стеклянных тарелок на пол. Те вдребезги разбились, а осколки разлетелись по полу. На кухню вбежало двое слуг, которые начали кричать. Тэхён рассмеялся и нырнул между ними в коридор, оставив омегу одного разбираться с беспорядком. Чонгук лишь тяжело вздохнул, падая на колени на пол, чтобы легче было убирать стекло. Пальцы были всё ещё липкими от сладкого шоколада, а его вкус чувствовался на языке до сих пор… *** Джин тяжело вздохнул, пытаясь надеть на себя платье. Получалось плохо, потому что он то и дело путался в многочисленных складках ткани. Волосы были в беспорядке, их следовало бы помыть. Когда омега в третий раз стянул с себя платье, чтобы попытаться снова, в комнату вошёл Чонгук. — Хён, ты что? Тебе нужно лежать! Младший ухватил Джина за локоть и потащил к постели. — Чонгук, не нужно. Я всего лишь переутомился, — тихо проговорил парень, несильно отталкивая эльфа от себя. — Не волнуйся. Чонгук нахмурился и сложил руки на груди. — Я всё равно против. Даже Император настоял на том, чтобы отдохнул побольше, — серьёзно сказал мальчишка, и старший недоверчиво на него взглянул. — Император? Чонгук закивал активно, и Сокджин шумно выдохнул. — Я всё равно хочу пройтись. Поможешь мне с платьем? Младший состроил недовольное лицо, но за платье взялся, помог надеть его на исхудавшее тело старшего, не переставая смотреть с недовольством. Чонгук уложил его волосы и закрепил красивым гребнем с блестящими бусинами вдоль зубцов. К счастью, эльф не решил его закрыть в комнате, а вызвался сопровождать по дворцу, чтобы если что помочь дойти назад в комнату. Джин не спеша шагал по коридору, любуясь цветами сакуры в больших широких окнах, которые выводили прямиком в сад. Вокруг стояла духота вперемешку с ароматом цветов, и от этой смеси становилось тошно. Чонгук тихо следовал за ним, то и дело чихая, когда мимо него пролетали розовые лепестки, и бурча себе под нос что-то непонятное. Улыбнувшись, Сокджин остановился у одного из окон и посмотрел вниз. В саду, грациозно двигая рукой, у белого холста стоял Намджун. Тонкая кисть с розовым кончиком осторожно касалась ткани, а крепкая рука уверенно вела, оставляя волнистый след. Выглядел мужчина настолько гармонично среди розовых кустов, что Сокджин невольно придвинулся ближе, высунул в окно голову и продолжил наблюдать. Рядом с Императором находился Чимин, перед ним тоже стоял чистый холст, но сам юноша сидел на зелёной траве и наблюдал за своим братом. — Наш Император любит музыку и живопись, — сказал Чонгук за спиной Джина. — И всячески пытается приучить к этому младшего брата. Но он отдаёт предпочтение танцам. Джин улыбнулся. Чимин, наверное, хорошо танцует, учитывая его гибкость и грациозность. Сам Ким тоже хотел бы быть таким маленьким и хрупким, как этот милый эльф, но природа одарила его широкими плечами и огромным ростом, поэтому сейчас Чимин казался ему настоящим омегой. Маленьким, нежным, таким, что его хотелось укрыть от всего мира. Положить на руку и накрыть ладонью, укрыть ото всех, как какое-то сокровище… В какой-то момент Намджун обернулся и посмотрел вверх, прямо в окно, где он находился. Их глаза встретились на какое-то время. Джин засмущался и быстро отстранился от окна, отпрыгнул от него на пару шагов и испуганно посмотрел на Чонгука. Тот широченно улыбнулся, кивая в сторону кухни… *** Чимин устало подпёр голову рукой и тяжело вздохнул. Уже второй час Намджун издевался над ним при помощи живописи, заставляя рисовать чёртовы розовые цветки. Голова кружилась от жары, и широкая высокая тень брата уже не спасала. — Возьмись, наконец, за кисть, — посоветовал ему Намджун, улыбаясь краешком рта. Он практически никогда не улыбался, только наедине с Чимином, поэтому все считали его грубым и холодным. Чимин прекрасно знал, что Намджун только на первый взгляд такой серьёзный, но на деле он любит посмеяться и поразмахивать руками. Наверное, никто во дворце никогда не видел его счастливым, не считая Тэхёна, который служит императорской семье очень давно, и самого Чимина. — Я не хочу рисовать, — обиженно прошептал юноша и упал на траву спиной. Намджун звонко цокнул языком. — Но и бегать по дворцу и мешать остальным я тебе тоже не могу позволить. Чимин нахмурил белые брови и надул губы. — Я мешаю? — На тебя жалуются слуги. — Они ничего не смыслят в развлечениях. — Потому что им некогда развлекаться, — сказал мужчина, делая ещё одно лёгкое движение рукой. Затем он будто замялся и резко обернулся. Его взгляд упёрся в окно на втором этаже, где секунду назад мелькнуло знакомое лицо. Нетрудно было догадаться, кто это был. Человеческая омега, запах которой Намджун почувствовал даже здесь, и ещё один запах. Предтечный омега. Чон Чонгук? А, Тэхён просил, чтобы за мальчишкой присматривали слуги. Даже за переполох на кухне омеге ничего не было, но Намджун приказал кормить его чаще. — Кого ты там увидел? — спросил Чимин, приподнимаясь, чтобы взглянуть в окно. Намджун тяжело вздохнул и вернулся к рисунку. — Никого, — просто ответил он, продолжая орудовать кистью. Чимин лишь хихикнул на его слова и лукаво заулыбался, от чего его глаза исчезли за щеками. — Это тот омега, которого я скрывал? Это Джин? — С чего ты взял? — Не отвечай вопросом на вопрос, хён. Ну, это был он? Намджун нахмурил брови и отложил кисть. — Да. Чимин поднялся на ноги и встал рядом, чтобы оценить картину. Она была неплоха, имела все оттенки розового и выглядела притворно-нежной. Будто какая-то девушка рисовала, ей-богу. — Ты переживал за него? — вопрос звучит как осуждение, и Намджун недовольно глядит на младшего брата. — Что? Он действительно честен с тобой, хён. Он пошёл вместо меня к дроу, не побоявшись ничего. Не знаю, как ты, но я ему доверяю. Альфа улыбнулся. — Мне он симпатичен, но не как омега, а как человек. Он не обманул, не сбежал, и я тоже имею все основания верить ему. Чимин выгнул бровь. Его не провести. — Что ты задумал, хён? — мальчишка скрестил руки на груди, окидывая взглядом деревья. — Фиктивный брак. С человеком. — Он не из нашего времени. Да и с чего ты взял, что он согласится? Намджун скрестил руки за спиной в замок и посмотрел на омегу. — Я не стану принуждать его. Благодаря этому браку мы сможем наладить отношения с людьми, но я не пойду против его воли. — Из тебя плохой актёр, брат. Я не уверен, что все поверят в это. Вам придётся спать на одной постели, ты будешь обязан больше времени проводить с ним, и, наконец, ты обязан будешь пометить его… — Это формальности. Достаточно будет спать в одной постели, чтобы мой запах присутствовал на нём. Чимин вздохнул и прикрыл глаза. — Я против. Найди омегу среди других людей. Он же совсем не знает наших традиций, да и не согласится. — Я попытаюсь убедить его, — тихо проговорил Император, ловя ладонью упавший цветок. Чимин в ответ лишь покачал головой и развернулся. — Это ни к чему хорошему не приведёт, — и ушёл. Намджун проводил его взглядом, пока тот не скрылся во дворце, а затем окинул уставшим взглядом цветущий сад. Сакура медленно осыпала свои цветы за землю. Грядёт что-то плохое. *** Джин помог снять Чонгуку его платье и надеть ночное. Руки младшего были заняты виноградом, и Сокджин тихонько посмеивался, видя, как тот уплетает ягоду за ягодой. Ёнтан, который уже переоделся, спал на своей кровати, отвернувшись к стене. Комната погрузилась во мрак, в углу горела одна свеча. Чонгук медленно улегся в свою постель, накрылся одеялом, но не перестал есть виноград. Он бросал веточки прямо на пол, не заботясь о чистоплотности. В дверь тихо постучали, и двое омег увидели мальчишку. Тот, широко улыбаясь, поклонился, как и надлежит слуге. — Император вызывает Вас к себе, — он указал на Джина. — Меня? Мальчишка кивнул. Чонгук поднялся с кровати, положил недоеденную гроздь обратно в миску и с непониманием посмотрел на старшего. А в следующую секунду он резко приблизился к Джину, подтащил его к зеркалу и принялся укладывать волосы. — Перестань, — Джин несильно оттолкнул его от себя и направился к двери. Чонгук сложил руки на груди. — Хён, ты идёшь к Императору. Тебе следует выглядеть хорошо. Старший цокнул языком и улыбнулся. — Всё в порядке. Мальчишка вёл его по коридору за собой, то и дело поворачивая, пока они не остановились перед большой дверью с красивой золотой ручкой. Сокджин огляделся и понял, что остался один — мальчуган исчез, оставив его перед дверью в покои Императора. Джин поднял руку и неуверенно постучал в дверь, звук негромко разнёсся по коридору, словно кто-то шёл вдалеке. По ту сторону послышался шорох, и громкое: — Входи. Омега с замиранием сердца дёрнул за ручку и вошёл внутрь. В комнате было темно, но можно было отчётливо разглядеть силуэт у окна, который стоял неподвижно. Джин растерянно огляделся. Он находился в огромной комнате, напротив него стояла большая кровать, устеленная гладким на вид, блестящим покрывалом; стоял маленький стол, по которому были разбросаны какие-то свитки; два стула. Не было никакой роскоши, как, например, золотые статуэтки или картинные рамки, украшенные алмазами. Сам хозяин комнаты стоял у окна. Лунный свет лениво обнимал ветви сакуры, которая раскинулась прямо перед окном, что рукой можно было дотянуться. Намджун осторожно провёл пальцем по хрупкому цветку, и тот неожиданно отвалился и упал. — Я хочу предложить тебе кое-что, — вкрадчиво проговорил Император, оборачиваясь. В темноте не было видно его лица, только хищные на первый взгляд глаза и белый водопад волос, тонких, как паутина. Джин не решился двигаться, замер на месте, когда мужчина сел на стул, и тихим голосом спросил: — Чем я могу Вам помочь? Альфа тяжело вздохнул, подбирая слова, а Сокджин невольно напрягся под тяжёлым взглядом правителя. — Я предлагаю тебе брак. Ненастоящий. Что-то внутри омеги несильно кольнуло, но он продолжил стоять на месте, замерев. — Брак? Намджун прикрыл глаза и тяжело вздохнул, кладя руки на подлокотники. Он и сам волновался, не понимая, от чего именно: от возможного (фиктивного) брака с человеком или от того, что произойдёт, не заключи они этот брак. — Я не принуждаю тебя, просто предлагаю. Нам не придётся изображать любящих супругов. Я не особо горю желанием, — он замолчал и резко открыл глаза, — быть близок к тебе. Просто фиктивный брак. Джин внимательно глядел на мужчину и думал о его предложении. Зачем ему это нужно? Хосок… Назло Чону, который может снова полюбить его. Бред. Омега вздохнул. — Зачем мне это? Намджун хмыкнул. — Если все поверят, и отношения с людьми наладятся, то я верну тебя домой. Джин вздрогнул от неожиданного предложения. Возвращаться ему некуда, да и незачем. Хосок всё равно будет жить на два мира. Остаться здесь омега не против. Если он заключит брак с Намджуном, то ему не придётся выходить замуж за других альф. — Я тоже не горю желанием ввязываться в это, но я не хочу, чтобы меня отдали другим альфам. Так что я согласен. Намджун выглядел слегка удивлённым. Понятное дело, что он не ожидал, что омега согласится вот так сразу. Хотя это им даже на руку. — Тогда устроим свадебное торжество прямо завтра. Джин вылупил глаза и подался вперёд. — Как завтра?! — он подскочил к альфе и едва ли не упал на него. Мужчина одной рукой удержал омегу за плечо, они практически соприкоснулись носами, но Джин отскочил назад. Его щёки заалели, будто закат на горизонте. Намджун улыбнулся, и омега обомлел. Улыбка у этого мужчины была очаровательной, с такими милыми ямочками. — Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим. Джин закивал быстро-быстро и попятился к двери. — Х-хорошо, — нащупав ручку двери, омега дёрнул её и вышел в коридор. — До завтра. Мужчина широко улыбнулся, тяжело вздыхая…