Сакура в цвету

Чимин медленно открыл глаза, жмурясь от солнца. Судя по шуму в коридоре, давно уже утро, и пора вставать. Омега потягивается, чувствуя, как ноют мышцы спины и живота, и хочется подняться, но сильная хватка на талии мешает. Чимин резко дёргается, оглядывается назад и замирает под сонным, но таким нежным взглядом Юнги. Тот лежит на боку, одеяло сползло по самый пояс, обнажив одно бедро, левая рука на талии эльфа. Чимин старается вспомнить весь вчерашний вечер до самых мелких деталей, но голова жутко болит от выпитого вина. Он вспоминает, как по-блядски стонал, подставляя шею под поцелуи, как вжимался в чужой изгиб плеча и скулил от желания. Кстати о плече. Омега ощупал рукой своё плечо и посмотрел на руку. На белоснежной коже виднелось пятно крови, которая подсохла слегка, загустев. Рана ныла, и Чимин с испугом ощутил на себе чужой стойкий запах еловых деревьев. — Ты пометил меня! Как ты посмел?! Омега рванул из чужой хватки, поднялся с кровати и, не стесняясь своего нагого тела, бросился к зеркалу. Отражение будто издевалось над ним, демонстрируя тонкую шею с большим неровным укусом у самого основания. Кровь запеклась вокруг круга зубов. Юнги лениво потянулся, словно сонный кот, и улыбнулся широко. Одеяло окончательно сползло с его бедер, оголив стройное тело полностью. — Ты теперь мой омега, — сказал он довольно, поднимаясь с постели и подходя к Чимину. Они стояли полностью голые и смотрели друг на друга. — И я буду просить твоей руки у Императора. Чимин нахмурил брови и зло посмотрел на альфу. — Прекрати злить меня. Ты воспользовался моим телом! — Ты сам этого просил, — непринуждённо ответил альфа, надевая на себя рубашку. Эльф засмущался, когда перед его лицом мелькнули белоснежные ягодицы, а затем отвернулся, ища взглядом своё платье. *** Джин широко зевнул и открыл глаза, чувствуя жар вокруг себя. Сзади его кто-то обнимал за талию, и омега взглянул через плечо назад, обнаружив там Намджуна. Тот спал, забавно сопя в подушку, и Сокджин улыбнулся, впервые видя это лицо расслабленным и умиротворённым. Намджун тихонько всхрапнул, и омега резко выбрался из-под чужой руки, стараясь не разбудить мужчину. И тот продолжил спать, обнимая подушку вместо Джина. Омега взглянул на спящего правителя, а затем поспешил за ширму. Надел одно из повседневных платьев и тихо вышел в коридор, прикрывая плотно дверь. В коридоре напротив стоял слуга. Он склонил голову перед омегой. — Намджуна не будить, — строго сказал Джин, и слуга неуверенно кивнул и скрылся за ближайшим поворотом. Джин направился на кухню. Ждать, пока накроют стол, не хотелось, поэтому ему просто следовало перекусить прямо на кухне. Там было пусто, но откуда-то слышались тихие шаги. Омега обошёл несколько столов и остановился, увидев Чонгука. Тот склонился над чашкой с овощами и ел быстро-быстро, роняя небольшие кусочки на пол. Дверь открылась и в кухню вошёл Тэхён. Он поклонился омеге и тихо прошёл к Чонгуку. — Хватит есть, — сказал альфа, и младший вздрогнул и резко обернулся, увидел Тэхёна со своим хёном. Он засмущался, заставив Джина громко рассмеяться, а альфа нежно улыбнулся, обнимая мальчишку за плечи одной рукой, а второй — сжимая чужие ягодицы. — Твоя попка стала такой сочной… Чонгук пискнул, зажмурившись, дёрнулся, выбежал из кухни, хлопнув громко за собой дверью. — Он такой милый, — сказал альфа, смотря вслед омеге. — Он же предтечный, всплеск гормонов, отсутствие альфы. Тэхён ухмыльнулся. — Вообще-то, он мой. Сокджин с непониманием взглянул на него, потому что на шутку это было похоже плохо. Но судя по серьёзному взгляду мужчины он действительно не шутил. — Я так рад за вас. Чонгук милый омежка, — радостно приговорил Джин, улыбаясь. Альфа почесал затылок и смущённо посмотрел на старшего. — Я возьму его в мужья в скором времени. Омега снова улыбнулся. — Он точно согласится. Тэхён схватил из тарелки на столе большое яблоко и направился к двери. Джин смотрел ему вслед, не переставая улыбаться довольно, потому что у Чонгука теперь будет альфа, будущий муж и отец его возможных детей… *** Чимин тяжело вздохнул, увидев у двери в свою комнату Юнги. Тот стоял, оперевшись боком о стену и широко улыбался, держа в руках несколько веточек сакуры. Лепестки уже начали осыпаться, мягко ложась на носы туфель. — Я же сказал тебе отвалить! Альфа ухмыльнулся, качнув головой. — Ты мой, поэтому можешь бегать сколько угодно. Я всё равно буду рядом, — голос мужчины звучал нежно и тихо, и омега засмущался. — Я же… Я не хочу! Я был пьян, и тебе не следовало меня метить! — зашипел мальчишка, тряся головой, от чего его белые кудри разметались по сторонам. — Прекрати, иначе я всё брату расскажу! — Ну и что ты скажешь? Что занялся со мной сексом? — глаза альфы недобро сверкнули, и Чимин попятился назад. — Я придумаю! Солгу! Юнги рассмеялся, запрокидывая голову назад, а затем улыбнулся, аки чеширский котяра. Довольно так. — Всё равно не отвертишься от меня, — приговорил он, а Чимин развернулся и сбежал прочь. Он бежал по коридору, пытаясь не оглядываться. Этот назойливый альфа его достал, и Чимин намеревался его избегать как можно дольше. Чимин вошёл в зал, где его уже ждал учитель по танцам. Он любил танцевать, просто обожал проводить время в зале и двигаться в такт музыки, рисуя в воздухе руками изящные узоры. Учитель-бета ему улыбнулся, а Чимин в ответ качнул головой и шмыгнул за ширму. Он переоделся в удобное платье без рукавов, которое немного обнажало его тонкие на первый взгляд плечи. Музыка зазвучала тонко и нежно, Чимин резко вскинул голову, поднял руки и качнул бёдрами. Его движения были плавными и грациозными, почти лебедиными. Омега осторожно скакал на носочках, будто балерина, вскидывал руки и двигал бёдрами. Со стороны это выглядело прекрасно. Юнги оценил его умения, стоя на балконе и смотря, как мальчишка хорошо выглядит в танце. Он будто был создателем этого танца, богом грации, который спустился на землю, чтобы обучить простых смертных этому чудному искусству. Юнги ухмыльнулся, когда мальчишка, видимо, почувствовав на себе чужой прожигающий взгляд, обернулся на него. Было отчётливо видно, что Чимин засмущался сильно, краснея скулами и ушами, но вопреки этому продолжил двигаться, смотря прямо в глаза альфы. В какой-то момент музыка закончилась, учитель захлопал в ладоши, выражая восхищение юному наследнику, а Юнги широко улыбнулся, тряся веточками сакуры. Лепестки начали отваливаться и сыпаться вниз, прямо на светлую макушку. Чимин недовольно зашипел на него. — Чего тебе нужно?! Юнги не спеша спустился по ступенькам, не переставая улыбаться, как кот, наевшийся сметаны из хозяйского кувшина. Чимин сложил руки на груди и зло взглянул на него. — Я же уже говорил, что ты мой омега. Ты меня привлекаешь во всех смыслах. Наследник нахмурил брови, резко развернулся и скрылся за ширмой. Переодеваться он пока не собирался, боясь, что альфа снова позволит себе лишнего. Чимин прижался лбом к прочной ткани, видя сквозь неё силуэт альфы, который стоял близко к нему. — Я так не думаю, — тяжело вздохнув, омега почесал грудь, в которой начинало теплеть от близкого нахождения с этим мужчиной. — Нам нужно время, чтобы привыкнуть друг к другу. Ты мне симпатичен, Чимин. Я уже вижу тебя в роли своего мужа, который будет будить меня каждый день поцелуем. Ты будешь таким красивым с животиком, таким пухлым милашкой, — альфа негромко хохотнул, прижимая руку к ширме. — Я буду добиваться тебя. Под конец Чимин прикрыл глаза и сжал зубы, чтобы не ляпнуть ничего лишнего. Ему было так приятно слушать эти слова. Никто из альф не говорил ему такого, а тут Юнги, который несомненно приятен ему как альфа, говорит об их светлом будущем с детьми. Омега вздрогнул, почувствовав на талии чужие горячие руки. Юнги прижался к нему всем телом, оплёл тонкую талию руками и засопел горячо в маленькое розовое ушко мальчишки. — Только что говорил о вечной любви, а уже лапаешь… — просипел Чимин, утыкаясь лицом в ширму. — Потому что ты красивый, — Юнги чмокнул его в шею рядом с меткой и отстранился. — Ты прекрасно двигаешься. Танцы — это твоё, малыш. Чимин смотрел ему вслед некоторое время, а затем медленно огладил ладонью неровную метку на своей шее. *** Стоя в дверном проёме, Джин не дышал, смотря на прямую спину и белые ягодицы. Намджун стоял рядом с постелью с платьем в руках, демонстрируя только что вошедшему омеге свое крепкое, накачанное тело. Сокджин пискнул и зажмурился, когда мужчина обернулся на него, собираясь продемонстрировать свой пах с большим вставшим членом и яичками, явно переполненными семенем. Он ничегоневиделничегоневидел… — Проходи, — голос Императора прозвучал привычно холодно, и Джин неуверенно открыл сначала один глаз, и не увидев ничего, чтобы могло засмущать, открыл второй. Омега медленно прошёл по комнате и остановился у зеркала. Взял гребень, чтобы причесаться, но увидел в отражении холодный взгляд Намджуна. — Тебе не следовало уходить так рано, — проговорил он, поправляя пояс на платье. Джин вздохнул, пропуская небольшую прядь между зубьями. — Я просто решил дать тебе поспать побольше. Намджун подошёл к нему, повернулся спиной, демонстрируя длинные светлые волосы. — Как мой законный муж, тебе следует заплести синюю ленту в мои волосы. Джин посмотрел на гребень в своих руках, а затем на ленту, которая лежала на туалетном столике. Он неуверенно взял длинные пряди в руку, осторожно провёл гребнем, затем вторую прядь. Красивая лента хорошо ложилась между прядями, будто змея. Коса смотрелась хорошо, свисала с чужого плеча. Намджун провёл рукой по ней и, видимо, оставшись довольным результатом, направился молча к двери. Джин нахмурился, провожая его недовольным взглядом. Хоть бы поблагодарил!.. *** За окном послышался оглушающий грохот. Сокджин вздрогнул, раскрывая глаза от испуга. На улице начало вечереть, омега задремал, не зная, чем заняться, а сейчас его разбудили. За окном слышались крики, визги и топот копыт. Джин слез с кровати и ломанулся к окну, дёрнул на себя тонкую штору и ужаснулся. Внизу толпились всадники в чёрных одеждах и с мечами, поблескивающими в свете заходящего солнца. Отчётливо было видно, как тонкие лезвия порхали в воздухе, отрезая головы стражникам. Омега выскочил из комнаты как ошпаренный и понёсся вперёд по коридору, сталкиваясь с паникующими слугами, которые неслись навстречу. Не понимая, что происходит, Джин бежал наружу, туда, где его могли запросто убить. Чья-то тонкая рука схватила его за подол платья и потащила обратно. Джин задергался, но неизвестный сильно тряхнул его. — Нам нельзя туда, хён! — закричал Чонгук и едва ли не заплакал от страха. — Нужно прятаться! Младший закричал, когда кто-то из толпы толкнул его, а затем согнулся пополам. Сокджин уловил носом усилившийся запах. — Чонгук, боже, как же не вовремя! — старший подхватил его под руку и повёл по коридору, который опустел. Все разбежались, воцарилась тишина, которую разрушало тяжёлое дыхание Чонгука. Нужно было найти подходящую комнату и оставить там омегу. Такого места во дворце не будет сейчас, все будут прочесывать, значит нужно выбраться наружу незамеченными. Чонгук громко застонал, и старший с досадой понял, что с течным омегой на руках не сбежать. Каждая комната по коридору была пуста, но оставаться в них нельзя было. За окном слышался лязг металла. Крики и ржание лошадей. Джин всё ещё ничего не понимал, но постепенно осознавал, что снаружи опасно. Впереди по коридору послышались быстрые шаги, перерастающие в бег, и Сокджин замер на месте, прижав к своей груди младшего. Возможно, враг. А, может быть, слуга. Они были безоружны. Но сердце отлегло, когда из-за угла показался Тэхён. — Нашёл вас! — вскрикнул он, бросаясь вперёд. Его ноздри раздувались, и Джин не позволил ему коснуться Чона. — Отдай его мне. Я не причиню ему вред. Вас следует спрятать где-нибудь. Он неуверенно взял Чонгука на руки, прижал к себе и поцеловал искусанные до крови губы. — Дроу напали на нас. Я отведу вас в безопасное место. Сокджин кивнул и скоро зашагал за альфой. От криков за окном становилось не по себе, и омега затыкал уши, пытаясь сохранить крупицы самообладания и не запаниковать прямо здесь. Тэхён ускорил шаг, когда позади послышались тяжёлый топот, а затем свернул в первую попавшуюся комнату, втащил туда второго омегу и запер дверь. Он прислушался к шагам за дверью, а затем ткнулся носом в шею Чонгука, который тихонько застонал. Джин смотрел на дверь, боясь пошевелиться. Но топот быстро стих, и Тэхён осторожно выглянул в коридор. Он махнул рукой Джину, вышел сам и пошёл вперёд. Старший омега последовал за ним, прислушиваясь к каждому шороху вокруг. Когда позади вновь послышались шаги, то Тэхён нахмурился, а затем дал дёру. Джин было хотел бежать следом, но услышал хриплый вскрик. Несколько больших альф толкали вперёд Чимина, у которого были связаны руки. Увидев ещё одного омегу, альфы засмеялись. Джину следовало бы бежать за Тэхёном, но он, баран упёртый, остался на месте, словно его ноги закопали по щиколотку в землю. Вскрикивая от сильных толчков в поясницу, Чимин шёл вперёд, косясь на злобных альф. — А это не муж Императора? — Он самый! Красавчик! — Вяжи ему руки. Господин доволен будет! Сокджину связал руки высокий альфа, который не отказал себе в удовольствии пощупать чужой упругий зад, а потом, как ни в чём не бывало толкнул вперёд, да так сильно, что омега чуть носом в пол не врезался. Чимин недовольно смотрел на него всю дорогу, пока они шли, будто говоря глазами: «Дурак ты, хён! Мог же сбежать!» Старший омега в ответ тяжело вздохнул, чувствуя, что руки уже начали затекать. Их вели по коридору в сторону тронного зала, это было точно, Джин помнил дорогу туда до сих пор. Тяжёлая дверь открылась, демонстрируя зал, переполненный эльфами-омегами. Окровавленные мечи блестели в руках дроу, и Джин сглотнул, увидев в самом центре зала своего мужа. Намджун сидел на коленях, платье его было разорвано в нескольких местах, а сильные руки были скованны толстыми цепями, которые звякали при каждом движении. Альфа вскинул голову на вошедших, и глаза его наполнились отчаянием вперемешку со страхом…