Один шаг

- Леди Эстер. Девушка открыла глаза на знакомый зовущий голос. Первое, что увидела Эстер - это то, что она проснулась не в своей кровати. Но память быстро вернулась к ней. Сонная, с тяжелой головой, она повернулась к тому, кто её разбудил. Герда напомнила: - Леди Эстер, доброе утро. Вы просили разбудить вас пораньше. - Да-да, спасибо, Герда. Меня искали ночью? - спросила она с надеждой, что есть новости о состоянии Локи. - Нет, госпожа. Эстер совершенно не выспалась, а сейчас только начинало рассветать. Но она хотела пораньше прибыть в лазарет, чтобы, когда принц придет в себя, она была бы рядом. Поправив после себя подушку и покрывало, Эстер держала в руках халат мужа, решая отставить его здесь или забрать с собой. Все-таки оставить. Герда помогла госпоже привести себя в порядок, и вскоре девушка уже была в лазарете. Сев на стул около изголовья мужа, она не сводила с него глаз, терпеливо ожидая, когда он проснется. Эстер не успела отдохнуть от эмоционально тяжелого дня, и теперь ей приходилось бороться со сном. Сознание возвращалось к Локи медленно, постепенно. Все его тело невыносимо ныло. Болело все: от рассеченной брови до кончиков пальцев ног. Даже дыхание приносило дискомфорт - видимо, пострадали ребра. Похожие ощущения были только после встречи с Халком. Он не мог ничем пошевелить. С трудом открыв глаза, он осмотрелся вокруг. Он увидел, что справа сидит Эстер и, подложив под голову руку, она прилегла на край его кровати. Локи постарался повернуть голову в её сторону, из-за чего сильно сдавило виски. "Хотя бы шея двигается", - подумал он. Он увидел, что её вторая рука, накрывала его правую ладонь. Локи постарался пошевелить пальцами. Задремавшая Эстер сразу это ощутила и подняла голову. - Слава Одину, - проморгавшись, робко улыбнулась она. - Как ты себя чувствуешь? - Как будто мной крушили бетон. Эстер нахмурилась, пытаясь понять, что это значит, но однозначно что-то крайне неприятное. - Сейчас утро или вечер? - Утро. Открыть окно? - Не нужно. Видя, насколько тяжело мужу, Эстер искренне хотела бы хоть как-нибудь облегчить его состояние. - Хочешь пить? - предложила девушка. Не дожидаясь ответа, она налила воды. Локи попытался приподняться на локтях, и его лицо исказила мучительная гримаса. - Осторожно. Я помогу. Оперевшись на одну руку, он отпил из бокала, который поднесла к его губам Эстер. - Спасибо, - поблагодарил принц, снова опускаясь на кровать. Ощутив головокружение, он закрыл глаза. Ему крайне не хотелось, чтобы кто-то, особенно Эстер, видел его в таком немощном состоянии. Ему была невыносима сама мысль, что в ближайшее время ему придется быть зависимым от других, а изображать из себя независимого и циничного "ледяного принца" в подобном состоянии было весьма нелепо. - Я все знаю про Эфир, - сообщила она. Локи открыл глаза и попытался улыбнуться, но у него плохо получилось. Понимая, что от жены скрывать нечего, он спросил: - Тор вернулся? - Да, с ним все в порядке. Сравнивая состояние братьев, Эстер охватила злость: Тор, который втянул Локи во все это, отделался всего лишь парой царапин, в то время, как Локи находится в полуживом состоянии. - А смертная? - снова спросил принц. - Она в Мидгарде. Казалось, такие ответы его удовлетворили, и он снова закрыл глаза. Видя, что Локи утомился и, вероятно, собирался снова провалиться в сон, Эстер слегка сжала его правую руку. - Отдыхай, - и, чтобы не быть навязчивой, добавила, - не буду тебе мешать. У дверей её встретил Тор. Внешне он был совершенно здоров, только на лбу имелись две незначительные ранки. Тем не менее вид у него был обеспокоенный. Увидев Эстер, он встал и, замявшись, спросил: - Как Локи? - Пришел в себя, - коротко ответила Эстер. Тор шагнул к палате, но Эстер загородила собой дверь: - Он сейчас спит. Тор вынужденно отступил. Он был похож на побитую собаку и выглядел растерянным. Он снова поднял глаза на Эстер. Она смотрела на него так, будто собиралась испепелить его взглядом. Тора еще больше привело в замешательство то, что, во-первых, Эстер так враждебно относится к нему, а во-вторых, что так рьяно защищает спокойствие Локи. Все же он решил не спорить с женщиной и прийти к брату позже.

***

Прошла неделя. Лекари делали для принца все возможное и даже больше, но улучшений не было. Локи по-прежнему с трудом мог двигаться и почти все время спал, раны продолжали кровоточить, и даже неглубокие порезы не затягивались. Сидя у постели мужа, Эстер немыслимо тосковала по нему. Она самоотверженно ждала то время, когда он выздоровеет. Когда он снова будет стоять перед ней. Такой высокий, статный, красивый. Она скучала по его горячим объятиям, по жарким поцелуям, от которых кружилась голова, по его сильным рукам, крепко державшим её тело. Ей хотелось обнимать его самой, покрывать поцелуями его лицо. Ей хотелось нежно обнять Локи, прижать к своей груди и сказать, что все будет хорошо, она рядом, она с ним, а вместе они со всем справятся. Именно об этом она говорила вполголоса в минуты острого отчаяния, и когда по ночам боялась проспать его пробуждение. Ей хотелось окружить его заботой и согреть его сердце, как когда-то это удалось Фригге. В царской семье довлела гнетущая атмосфера. Тор выглядел подавленным, Один был раздражен и мрачен, а на Фригге не было лица. С четвертого дня Эстер начала подозревать что-то неладное. Скорее всего, им была известна истинная причина плохого самочувствия Локи, но ей об этом никто не говорил. В тот же день, проходя по золотому коридору, за неплотно закрытой дверью она услышала недовольный голос Всеотца, а затем почти умоляющий голос Фригги: - Один, верни ему силу, что ты забрал. - Я оставил ему достаточно сил для выздоровления, - грозно возразил Один. - Разве ты не видишь? Этих сил ему не хватает. - Я сказал - нет! - теряя терпение, отрезал верховный бог, после чего послышались приближающиеся шаги, а Эстер отпрянув от стены, сделала вид, что только что пришла, когда из комнаты вышел Один. - Всеотец, - почтительно поклонилась она. Но Один, даже не взглянув на нее, угрюмо прошел мимо. Оставаться в неведении и дальше и ждать, что ей расскажут правду, было невыносимо. Эстер набралась смелости: она должна была выяснить в чем дело. К Одину пойти с расспросами она не решалась. К Фригге тоже, не смотря на всю её доброжелательность. А вот Тору придется все ей рассказать. - Эстер? Старший наследник очень удивился, когда на пороге своих покоев увидел жену брата. - Локи не становится лучше, - начала она без прелюдий. - Я вижу, что все знают, но скрывают от меня причину. Что произошло в Темном мире? Тор не ожидал такого напора. Он, не свойственно для себя, переминался с ноги на ногу. Он пытался избежать ответа. - Тебе лучше не знать, - проговорил он, стараясь не встречаться взглядом с девушкой. Эстер зажмурила глаза, чтобы остановить непроизвольно потекшие слезы. - Я имею право знать, - чеканя каждое слово, сказала девушка. - В конце концов, это из-за тебя Локи в таком состоянии! – сорвалась она на крик. - Я не знал, что отец лишил его регенерации! - Не знал? Теряя от обиды и гнева рассудок, Эстер принялась колотить Тора кулаками: - Из-за тебя он чуть не погиб! И не известно выживет ли он вообще! Но Тор быстро сжал её запястья: - Прекрати, Эстер! - призвал ее к благоразумию громовержец. Вырываясь, она безуспешно пыталась освободить руки. Вскоре оставив тщетные попытки, она разразилась плачем. Не зная как поступить, Тор не придумал ничего другого, как привлечь девушку к себе, по-братски положив её голову себе на грудь. Эстер было все равно, она уже не могла сдерживать эмоции. - Я виню себя за тот день, - каясь, признался Тор. Эстер, всхлипывая, высвободилась из его рук. Вытерев руками слезы, она дала понять, что успокоилась и готова слушать. Жестом Тор предложил Эстер присесть, после чего сел сам. - Эфир создал Малекит, - начал старший принц. - Это опаснейшее оружие во Вселенной. Мой план не сработал, и Малекит завладел Эфиром. Пока я боролся с Малекитом, Локи прикрывал меня, храбро сражаясь с его солдатами. Тор отвернулся, чтобы Эстер не увидела выступившие слезы, но быстро собрался и продолжил: - Потом Малекиту надоело возиться со мной и он выпустил мощный поток разрушительной энергии Эфира. Я увернулся, а Эфир попал в Локи. Немного помолчав, он произнес: - Повреждения, причиненные Эфиром, не лечатся известными нам средствами. Услышав последнюю фразу, Эстер потеряла дар речи. - Но... Тор кивнул: - Только естественная регенерация может оздоровить Локи. - Один ведь знает. Почему он не вернет Локи способность самоизлечения? - После нападения Малекита отец сам не свой. Что-то мешает ему рассуждать здраво. Он до сих пор не назначил мне наказание, зато наказывает Локи за то, что провел нас по тайной тропе. - Нужно как-то уговорить Одина, - вскочила Эстер. - Я уже пытался. Он не стал меня слушать. Он всегда прислушивался к словам матери, но сейчас даже её не слушает. Мать уберегла Локи от темницы. Надеясь на его мирное исправление, предложила женить. Но отец считает, что Локи не встанет на путь исправления, пока не узнает настоящее страдание. - Но... Это жестоко! Заставлять страдать... Тем более таким образом - это не правильно! Я должна что-то сделать! Эстер решительно направилась к выходу. - Эстер! - попытался остановить её Тор, но Эстер уже скрылась за дверями. Один в одиночестве величественно восседал на троне. Брови его были нахмурены, а лицо - мрачно. Нечто отягощало его разум. Нежданный приход невестки заставил его отвлечься от тяжелых раздумий. Приближаясь, Эстер держала голову высоко, а взгляд был мужественным. Склонив голову, Эстер опустилась перед ним на колени. Она старалась говорить твердо, но голос дрожал, а горло сдавливал сдерживаемый плач. - О, Великий Один, Всеотец, Владыка Асгарда и Хранитель девяти миров, Ты справедлив и мудр в своих решениях. Однако я, Эстер, законная жена Твоего младшего сына, наследника престола Асгарда Локи имею смелость просить Тебя об отмене Твоего решения о лишении принца способности к самоисцелению и вернуть моему мужу силы для быстрого выздоровления. Но царь не спешил с ответом. Подумав, он спросил: - Тебе ведь известно, почему вместо заключения в темницу было решено женить Локи на тебе? Голос царя пугающим эхом раздавался по всему залу. - Известно, мой царь. Ради осознания им совершенных деяний и исправления. - Верно. И он прекрасно знал об этом. Однако в первый же месяц он снова пошел на преступление, за что серьезно поплатился. Громогласная речь царя в пустом зале оглушала девушку, с каждым словом рассеивая ту небольшую надежду, что украдкой теплилась в её сердце. Надежда неумолимо таяла, превращаясь в соленые ручейки, стекавшие по красивому лицу девушки. Эстер предприняла еще одну попытку. - Смею возразить, Всеотец. Локи не настолько жесток и безрассуден, как все считают. И он начал меняться. Принц не раз проявлял благородство по отношению ко мне и другим. Прошу поверить мне на слово. К тому же, месяц - слишком короткий срок. Нельзя за месяц изменить то, что формировалось годами. Но Локи встал на путь исправления. Я это вижу и верю, что он только в начале пути. Имей я сомнение, я бы смирилась с Твоим решением и не просила бы о помощи. Эстер замолчала и, не поднимая глаз, ждала реакции царя. Но царь медлил с ответом. Величественная тишина сдавливала, выжимая из сердца последние капельки надежды. Терять было нечего, и от безысходности Эстер добавила: - Я полюбила Локи. Он рисковал своей жизнью ради меня, и я сделаю все, чтобы помочь ему. Казалось, последние слова произвели впечатление на царя, его бровь приподнялась. - Я услышал тебя, Эстер. Ступай. Всеотец ясно дал понять, что разговор окончен, а сказанное им можно было растолковать как угодно. В любом случае у Эстер не оставалось другого выбора, кроме как покинуть тронный зал. Умывшись и приведя себя в порядок, Эстер, как обычно, отправилась в палату. За эту неделю возле кровати Локи жесткий стул поменяли на комфортное кресло, а напротив - появился удобный диван. Усевшись в кресло и подперев голову рукой, Эстер смотрела на спящего мужа, хотя мысленно она все еще была в тронном зале. Она все думала: что могли значить слова Одина? Могли ли они означать, что Один поверил ей и вернет принцу силы? Уходя из зала, Эстер немного надеялась на это, но с Локи ничего не происходило, он по-прежнему спал. Да и, как сказал Тор, Один не слушает даже Фриггу. А кому, как не ей, знать, как переубедить царя? Впрочем, Эстер и сама была тому свидетелем. Девушка обреченно вздохнула: это конец. Все пропало. Она аккуратно взяла правую ладонь мужа в руки, и, прислонившись к ней лбом, тихонько проговорила: - Больше от меня ничего не зависит. Я сделала все, что могла. Но и это вряд ли поможет. Прости. Измученная переживаниями Эстер некоторое время оставалась в таком положении, пока ей не показалось, что от ладони Локи исходит свет. Решив, что либо задремала, либо обезумела, она приподнялась и посмотрела внимательнее. Действительно: кожа Локи светилась. И вторая рука тоже. И лицо. Все тело Локи источало теплое золотое свечение. Эстер замерла от изумления. Но, наблюдая за загадочным явлением, она не чувствовала опасности или тревоги. Она просто всматривалась. Пара секунд длились, словно вечность. Внезапно свечение прекратилось, и Локи открыл глаза. Некоторое время он прислушивался к своим ощущениям, а затем пошевелил руками. Поднявшись сперва на локтях, а затем опираясь на руки, он сел. Эстер внимательно следила за каждым его движением и не верила глазам. Локи посмотрел на нее и молча улыбнулся своей фирменной улыбкой. Далее он пошевелил ногами, спустил их на пол и встал. Эстер была потрясна. На её лице застыл только один вопрос: как? Она рассматривала Локи с ног до головы. Как такое возможно? Он совершенно здоров. Раны и порезы почти исчезли, оставив лишь чуть заметные следы. - Не может быть... - едва шевеля губами произнесла Эстер. - Я думал, ты обрадуешься, - иронично заметил принц. - Я рада. Но как такое... Она замолчала, не договорив. Неужели Один выполнил её просьбу? Она взглянула в лицо мужа. Эстер смотрела на него так, будто с трудом узнавала после долгой разлуки. Она скользила цепким взглядом по его лицу, шее, плечам, рукам... А Локи позволял себя рассматривать, с интересом наблюдая за женой, неизбежно замечая её воспаленные от редкого сна и слез веки и осунувшееся лицо. Губы Эстер растянулись в вымученной улыбке: - Я так надеялась! Не сдерживая эмоций, она крепко обхватила мужа, пряча лицо на его груди. Смелый порыв жены обезоружил его. Локи напрягся, и будто забыв, как это делается, он осторожно положил руки на её спину и заключил в свои объятия девушку. Эстер не хотела его отпускать. Через тонкую ткань она слышала частое биение его сердца. Ей казалось, что, прижимаясь к груди мужа, она согревает его. Отстранившись, она оставила ладонь на его груди, ей хотелось ощущать мерный стук. Эстер взглянула в лицо Локи, на котором застыло замешательство. Кроме матери о нем никто и никогда так не волновался. Он помнил, что почти каждый раз, когда он просыпался, Эстер была рядом, но он и представить не мог, что, когда он выздоровеет, Эстер будет настолько счастлива и нежна. Девушка взяла в руки его лицо. - Все позади. Ты здоров, - говорила она с лучащимися глазами, но скорее убеждая в этом себя. Наконец-то она смотрела в его зеленые глаза, прикасалась к его лицу, телу, как и мечтала. Ее взгляд опустился с глаз на его губы. Пальчиками она аккуратно отклеила от нижней губы бинтовую накладку. Ранка полностью срослась, и открытое и чистое лицо Локи больше ничего не портило. Эстер смотрела на его губы, и ей безумно хотелось почувствовать их вкус. Локи это понимал. Он читал в её глазах немую просьбу: "Поцелуй же меня!". Он и сам очень хотел бы, но какая-то часть его упрямой натуры противилась. Но, чувства пересилили. Он уже начал приближаться к её губам, как в палату вошла Фригга: - Локи, сынок! Мать бросилась горячо обнимать сына. - Локи, как ты себя чувствуешь? - царица все еще была обеспокоена. - Я в порядке, мама, - уверенным голосом ответил принц и взглянул на Эстер. Та, уступив место матери, стояла чуть поодаль. Ее губы озаряла счастливая улыбка. Решив, что лучше оставить мать с сыном вдвоем, она тихонько вышла из комнаты.