Место, где высохла моя кровь.

Я не знал, во сколько именно просыпается Юнги, поэтому встал в 6 утра. Он еще спал, и я бесшумно удалился из комнаты. Приготавливая завтрак, очень спешил, было сложно не шуметь и одновременно жарить. Я залил смесь, которая тут же оглушительно зашумела на горячей масляной сковороде. Почему-то вздумалось сделать омлет с сыром и кусочками ветчины. Я прикрыл дверь, дабы никого не разбудить. Разрезав малюсенькие помидорки черри, я выложил их на тарелке в форме сердечек, получилось симпатично. Тут я вспомнил, что забыл посолить свою стряпню. Потянувшись за солью, я уронил железную салфетницу, она полетела вниз и с грохотом ударилась о пол. Я прикрыл глаза от злости и потянулся за предательницей. Заслышав шаги, понял, что все пропало, но, с другой стороны, можно было бы позавтракать вместе. Дверь открылась, и на кухню в ночном платье вошла Мэй. — Ты чего здесь хулиганишь? — потирая глаза спросила бабуля. — Извините, доброе утро. — Доброе-доброе, — зевнув, ответила она и присела на стул. — Чего это ты вдруг? Я пожал плечами, поставил чайник на конфорку и зажег ее. — Боже, милости-то какие! -воскликнула старушка, увидев мой шедевр из помидор на тарелке, и рассмеялась. Отвернувшись, я сделал вид, что не услышал и принялся следить за процессом готовки. Стало как-то неловко… Завтрак был готов, а Юнги еще спал, значит, миссия успешно выполнена! На часах 6:50, я предположил, что его будильник зазвенит в 7:00. Мэй попила чай, попробовала мой омлет и сказала, что в жизни ничего вкуснее не ела. Думаю, сильно преувеличивала. Позавтракав, она ушла в свою комнату и включила какой-то сериал, которые обычно и смотрят бабушки, на них можно было ставить отметку 60+. Сквозь сон Юнги уловил манящий запах и открыл глаза. Рядом спал Хосок, ну, или делал вид, Мин не заметил этого. На столе, на котором он обычно оставляет свои записки, уже лежал кусочек бумаги. Юнги взял бумажку и просиял. «Доброе утро! Неожиданно, правда? На кухне уже остывает что-то вкусное… Хорошего дня, с нетерпением буду ждать тебя вечером» Мин окинул «спящего» Хосока взглядом и тихонько подкравшись, слегка прикоснулся губами к щеке. Чон чуть было не вытаращил глаза от внезапных действий старшего, его сердце быстро застучало. А когда Мятный вышел из комнаты, сел со счастливым выражением лица и застыл, смотря в окно, о чем-то задумавшись. Через час Юнги ушел, и старушка постучалась в комнату парней. Хосок читал и не обратил на посторонний звук внимания. Бесшумно пройдя в комнату, она встала над лежащим парнем, окинув удивленным взглядом. — О, вы уже и спите вместе! — Чон вздрогнул и соскочил с кровати. Он был сконфужен и растерян. — Да ладно тебе, — засмеялась старушка. — Вольно, солдат! Она присела на кровать и похлопала рядом с собой, как бы прося сесть рядом. Чон присел, не отрывая глаза от пола. — Завтра у Юнги день рождения, — заявила бабулька, а Хосок вдруг забыл о произошедшем и вытаращил на нее глаза. — Он ничего не говорил мне об этом! — Он никогда не говорит, — спокойно ответила Мэй и продолжила: — Завтра утром он уйдет на работу, предлагаю устроить сюрприз и к вечеру приготовить праздничный ужин, позвать его друзей. В голове Хосока сразу же промелькнула мысль о том, чтобы попросить помощи у Кэтрин и пригласить их с Даремом. Бабушка вдруг насупилась и спросила: — А где он работает-то? Я растерялся, потому что, как и она не знал ответ на этот вопрос. Юнги всегда говорил просто работа и ничего больше. Мы составили список покупок, завтра утром я должен сходить в магазин и купить все необходимое. Я позвонил Кэтрин и рассказал о нашей затее, она была так рада, что тоже участвует в этом и вызвалась готовить торт. Все шло по нашему нехитрому плану. На следующий день после того, как Юнги вышел за порог и хлопнула дверь, мы принялись хлопотать. К вечеру было все готово, Кэтрин принесла большой двухэтажный торт. В шоколадном креме и с воздушным бисквитом внутри, а сверху украшенным клубникой. Включив заводную музыку, мы дожидались Юнги. Кэтрин сказала, что Дарем после работы еще заедет за подарком. И тут Хосока как молнией ударило, он не приготовил подарок… Юнги пришел вместе с Даремом через пятнадцать минут и совсем не ожидал увидеть нас и праздничный стол. Он светился от счастья и от всего сердца благодарил нас. Мы выпивали, через час Мэй оставила нас под предлогом: — Что мне, старой, с молодежью сидеть, развлекайтесь. Ближе к часу ночи Кэтрин и Дарем засобирались домой, перед уходом рыжеволосая помогла прибрать со стола, пока парни курили на балконе. — Вы такие молодцы, что устроили это, было очень здорово, — сказала Кэтрин и погладила Чона большим пальцем по щеке. — Ты не знаешь, где работает Дарем? Он ведь… с Юнги? Я резко перевел тему разговора, и выпрашивающее посмотрел в глаза Кэтрин. — Я-я не знаю… Он говорил, что мне лучше не знать этого. Поджав губы, я почувствовал, как некое раздражение вспыхнуло во мне. — А что…— начала она, но парни вернулись и прервали наш разговор. — Пойдем домой, женушка! — громко и весело заявил Дарем. — Какая я тебе женушка? — вспыхнула Кэтрин. — Да ладно тебе, скоро мы обручимся, обещаю. Рыжая смягчилась, взяла под ручку пьяного недомужа и направилась в прихожую. Они вышли за дверь и еще раз поблагодарив за отличный вечер. Юнги вдруг потянул меня за руку и направился в спальню…