Место, где высохла моя кровь.

Немного успокоившись, Хосок набрал Кэтрин. Ему было ужасно больно и страшно, его разум затуманили самые кошмарные мысли, которые перекрывали кислород. Он судорожно набрал номер, приложил телефон к уху и ждал… Наконец, к нему вернулось сознание и, предположив, что Дарем мог сказать все в подробностях Кэтрин, с нетерпением ждал ответа. Гудок за гудком, все тянулось так медленно, время, может быть, остановилось в тот момент для него, ведь в пустых заплаканных глазах было столько горя и отчаяния. На другом конце послышался тревожный женский голос: — Хосок? — Кэтрин! — прошептал Чон. — Что? Что с тобой? — обеспокоенно спросила девушка. —Т-ты ведь знаешь, где они? Знаешь, куда именно сбегут в случае неудачи??? — рваным голосом, запинаясь, прохрипел Хосок. — Да, но… — Срочно, приезжай! — Чон бросил трубку и вышел на балкон. Выкурив две сигареты подряд, окончательно взял себя в руки и понял, что ведет себя как истеричка, а не взрослый мужчина. Кэтрин приехала через двадцать минут на красном Chery Sweet QQ, который когда-то достался ей от бывшего парня. Как раз того самого парня, которого на светофоре сбила машина, того самого напарника Хосока. Войдя в квартиру, рыжеволосая сразу же обняла парня и спросила: — Что ты задумал? — Где именно они хотят пересечь границу, если ничего не получится? — Они пересекут реку Рейн от Констанц земли Баден-Вюртемберг и окажутся в Диссенхофене в кантоне Тургау. Там их уже будут ждать. — У нас мало времени. Ты сможешь отвезти меня туда? — Озабоченно посмотрев на часы, сказал Хосок. Кэтрин потупила глаза и спросила: — Почему ты так переживаешь? Все будет хорошо, парни уверены в себе. — Я не могу, что-то подсказывает, что я должен быть там. Так ты едешь? — заметавшись на месте спросил парень. — Да, едем, — твердо сказала Кэтрин. От Пфуллингена до пересечения Ramsener Straße и Hauptstraße 9, около двух часов езды без пробок. Там мы в случае чего собрались ждать парней. Кэтрин больше ничего не знала, Дарем не рассказал ей о том, где будет проходить встреча и во сколько часов. Мы неслись на всех парах, боялись не успеть, время подходило к трем часам дня, ехать оставалось еще час. Мы заехали на автозаправку, Кэтрин купила нам по стаканчику кофе, и мы поехали дальше. — Знаешь, я не переживала за них, до твоего звонка. Дарем убеждал меня в том, что все будет в порядке. — Надеюсь, что его слова окажутся правдой, — вздохнул Хосок и отпил из картонного стаканчика. — Даже если им придется бежать, что ты можешь сделать? — Я… я не знаю, Кэтрин. Наверно, поеду с ним. — Ты же знаешь, что он не возьмет тебя, — грустно сказала девушка. Чон отвернулся и начал наблюдать за быстро мелькающим пейзажем за окном. Он думал. Думал, что всего лишь накрутил себя, а решение приехать туда, вдруг показалось чрезвычайно глупым. Так же он поступил, когда впервые увидел Юнги в баре. Воспоминания вдруг нахлынули, он вспомнил все, что было с парнями за эти месяцы. Вспомнил его фарфоровую кожу, черные лисьи глаза, его худощавое тело, маленькую родинку носу, томный, чуть хрипловатый голос. Парень проронил слезу. Через 45 минут они остановились на обочине и вышли из машины. — Что дальше? — спросила Кэтрин обойдя машину и подошла к парню вплотную. — Ждать. Юнги обещал написать смс. — Но как долго? — заглянув в растерянные глаза пролепетала девушка. — Я не знаю…— ответил Хосок и, закрыв лицо руками, слышал, как сильно бьется его сердце.