Найди

Впрочем, с этим она поторопилась. Сначала надо было узнать, что именно за опасность грозит мальчику. Ответ заставил Андромеду мгновенно пожалеть о своей решении. «Маглы!» — совершенно уверенная в том, что говорит, воскликнула душа. Звоночек был неприятным. Уж слишком много сказочек про «коварных маглов, которые перебьют волшебников при первой возможности» слышала Андромеда за свою жизнь. Мама, тетя, сестры — особенно Белла — твердили об этом ей все детство. И точно так же Андромеда знала, что маглам на них плевать. Точнее, не так — если ты начнешь творить магию выйдя прямо на середину магловской улицы — то будет не плевать. Они столпятся, будут смотреть, может даже деньги кидать, если положить какую-нибудь емкость для них. Закончится это быстро — придет магловская полиция и попросит если и «показывать фокусы», то где-нибудь на главной городской площади, где это делают все порядочные маглы. Полиция может и схватить попытаться, но редко. Если уж что-то травмоопасное творить будешь. Ну или первым окажется аврорат, и тогда итог еще проще — тебя под суд, за нарушение статута, а маглов под стирание памяти. Если же просто идти в толпе и магию не творить, ну или творить, но по мелочи — импервиус там какой-нибудь, и подогревающее заклинание, то маглам будет, мягко говоря, вообще все равно. Они не особо присматриваются к людям в толпе, и мага, оденься он по нормальной магловской моде, отличить не способны. Правда, понять все это можно, только испытав на себе, настолько глубоко въелся страх перед маглами в чистокровных. А чтобы испытать на себе, надо хоть раз действительно прогуляться по соседнему миру. Но только вот родственники Андромеды — да и любые чистокровные — этого делать не хотят, и лишь продолжают пугать себя и детей россказнями. Женщина усмехнулась, пора было подвести неутешительный итог — душа, которой она по глупости позволила жить в своей голове несколько месяцев, все же была хоркруксом кого-то из пожирателей. По крайней мере, рассуждения ее соответствовали именно чистокровному фанатику. А значит, надо было все же попытаться с ней разделаться. Душа, кажется, что-то почуяла, по крайней мере, она серьезно насторожилась. «Гарри Поттера поселят к его тете по материнской линии, тетя завидовала своей сестре — матери Гарри — когда они были маленькими. И теперь будет вымещать свою злость на ребенке», — поспешно проговорила она, пытаясь тем самым объяснить свои вопли. «Но с ним же ничего не случится?» — не понимая, какая же тогда грозит опасность, спросила Андромеда. «Это не смертельно. По крайней мере, я редко видела, что он умирал. Но ребенок будет несчастен», — снова затараторила душа. Хмыкнув, ведь предположение хоркрукса было сомнительным — Андромеда прекрасно знала, что у маглов полно социальных служб, которые внимательно следят за благополучием детей — она решила вернуться к своим проблемам. Тогда, несколько месяцев назад, только обретя внезапного союзника-шпиона, женщина отложила процесс проверки гостьи на потом. Война вокруг, а у нее — маленькая дочь, не самое замечательное время, чтобы встречаться с родственниками-пожирателями. Но сейчас уже вполне можно было, благо, Воландеморт исчез, не оставив и следа, а Пожиратели, потеряв предводителя, растерялись. Самое время было связаться с Нарциссой, как с самой вменяемой из всей семьи, и попросить у нее разговорить Кричера. Где был Регулус, что делал в последнее время, чем интересовался. Куда ходил перед тем, как исчезнуть. Но еще даже до того, как беспокоить дражайшую сестренку, стоило поговорить с хоркруксом. Приперев вселенку магией к воображаемой стенке, Андромеда произнесла: «Рассказывай все, что тебе известно про смерть Регулуса. Я решила наконец проверить твои сведения» «А как же Гарри Поттер? Его надо забрать! Ему надо помочь!» — раненым громорогом взревел хоркрукс. «Он же у родственников, ты сама мне это сказала. У родной тетки. Что может быть лучше? В волшебном мире он сейчас слишком известен. Репортеры и шагу не дали бы ступить любому, у кого обнаружился бы этот ребенок. Это уж я молчу о прямой угрозе жизни от оставшихся в живых Пожирателей. Это уж не говоря о том, что любой магический опекун попытается использовать ребенка для достижения своих политических целей». «Но ты-то не будешь пытаться его использовать», — заявил хоркрукс. «Но я и забирать его тоже не буду», — прошипела Андромеда. — «Сириус* придет ко мне и тут же узнает крестника, а быть в союзе с этим шалопаем и врагу не пожелаешь». «Тогда обещай мне, что сходишь туда», — прошипела сквозь метафорические зубы душа. «Только если ты сейчас же расскажешь мне, что произошло с Регулусом», — еще больше надавливая магией, произнесла Андромеда. Душа сдалась. Женщина же поняла, что рассказ будет долгим и, скорее всего, не слишком приятным. А потому поспешила присесть за столик в кафе Фортескью и заказать себе мороженого. «Регулус догадался, что у Воландеморта есть хоркрусы. Просто однажды Волдеморт попросил его помощи — преданного эльфа, который никому не расскажет. И Регулус отправил Кричера. Миссия была сверх секретная, даже самого Регулуса, как хозяина эльфа, Волдеморт с собой не взял. Только эльфа. А через несколько часов домовик вернулся к хозяину едва живой. И рассказал, что с ним произошло. Волдеморт проводил его в пещеру с озером. Посередине озера возвышалась скала, а в ней — чаша с зельем. На дне чаши — медальон Слизерина…» — неторопливо говорила душа. «Медальон Слизерина?» — с легкой ехидцей переспросила Андромеда. «Да, он самый. Волдеморт был просто повернут на старинных артефактах. Реликвиях основателей там, Дарах смерти…» — без тени сомнения подтвердила душа. «Ты ведь понимаешь, что если там не окажется медальона Слизерина…» — договорить она не успела, душа начала тараторить, заверяя ее, что медальон есть и она легко может его найти. Вздохнув и попеняв судьбе на ее выверты, Андромеда велела продолжать. «Так вот, медальон лежал на дне чаши. Чтобы его достать, надо было выпить зелье. Но тогда тебе сильно захочется пить. Наколдованная в чашу с помощью Агуаменти вода исчезает. Но ведь вокруг озеро — все кидаются пить в него. И попадают в лапы к инферналам. Кричер тоже попал, еле ноги унес. А как оказался дома, так сразу помчался все докладывать хозяину. А тот, не подумав, бросился в пещеру, выпил зелье и сгинул в лапах мертвяков», — закончила душа, явно довольная собой. Андромеда закрыла лицо ладонями. Ужас, непонимание, злость, даже жалость — все смешалось в ее голове в тот момент. Что же надо было делать дальше? ________________ Сейчас вечер 1-го ноября, Сириус еще только ловит Петтигрю, его еще не успели арестовать и, соответственно, напечатать об этом статью в пророке, сообщая населению.