Найди

Информации было много, информация была серьезная. Действовать надо было быстро. Если у Волдеморта действительно были хоркруксы, то принесенная ценой смерти Поттеров победа продлится недолго. Косая Аллея, стоило Андромеде получше расспросить духа, тут же стала неуютной. Ведь в любой момент вновь могут налететь Пожиратели и начать убивать. Тряхнув головой, женщина велела себе сосредоточиться. Во-первых, со стороны Волдеморта было бы величайшей глупостью заявлять о себе сразу же, как обретенное с помощью отделенных кусков души бессмертие поможет ему вновь воплотиться. Во-первых, это было бы неблагоразумным разбазариванием эффекта внезапности. Если все думают, что ты мертв, а ты, на самом деле, жив, гораздо логичнее начать с чего-то, что просто так осуществить не получится. Атаки на Косой в данный перечень точно не входят, их Волдеморт осуществлял многократно. Во-вторых, не все так просто было с этим хоркруксами… Подумав об этом, Андромеда усмехнулась. Еще неизвестны были побочные эффекты. Все же, женщина была Блэк. Да, ее выгнали. Но ей было уже восемнадцать. А потому она успела услышать очень многие крайне любопытные обмолвки. Особенно когда-то заинтриговала ее тетя Вальбурга, вернувшаяся с беседы с Волдемортом и заставшая Сириуса за шуткой над Нарциссой. Тогда она пол-вечера посвятила крикам о том, что вокруг сплошные недоучки, что Лорд, что ее сын. Да и, помнится, именно с того момента она стала не так восторженна по поводу его научных инициатив. А еще Андромеда прекрасно помнила, что последние несколько сотен лет никто хоркруксы не создавал, хотя искомый фолиант со строчкой о «разрывании души» был и у Блэков, и у Крэббов, и у Эйвери. Наверно, у нюхлеров-Малфоев тоже был, Андромеда бы не удивилась. Иными словами, еще только подходя к площадке для трансгрессии, Андромеда решила, что с имеемой информацией отправится не к кому-то из сестер, а сразу к тете Вальбурге. Она и узнать судьбу Регулуса больше всего заинтересована, и Кричеру как хозяйка приказывать может, и про хоркруксы знает больше, чем все остальные. Прыжок аппарации и короткая пробежка до дома прошли в иррациональном беспокойстве: все ли в порядке с семьей. К счастью, с семьей все было в порядке. Нимфадора сидела на диване с книжкой — если бы чего серьезное, но нет, «Сказки барда Бидля». — Тебе ведь семь лет уже, и так наизусть все знаешь, — с шутливым укором сказала женщина. — Все уроки из книжки для подготовки к Хогвартсу, которые ты на сегодня задала, я уже прочитала, — подбегая, произнесла девочка. — Мам, а ты ведь на Косой Аллее была, да? А ты Гарри Поттера видела? Андромеда вздохнула и громко, чтобы «услышала» шизофрения, подумала: «Вот почему Гарри будет лучше у маглов. Такие бестии, как моя дочь, и места мокрого от ребенка не оставят». Хоркрукс не ответил, от него лишь ощутимо дохнуло возмущением. — Нет, солнце, Гарри Поттера на Косой Аллее нет, он еще очень маленький, — походя объясняла Андромеда, сворачивая мантию. — А что уроки выучила, молодец. Сейчас поужинаем и будем проверять. Нимфадора тяжело вздохнула. Видимо, не слишком хорошо она все выучила.

***

Тот вечер прошел как обычно: во время проверки знаний Нимфадоры пришел с работы уставший Тед. Потом он ужинал, а она заканчивала укорять дочь в недостаточной внимательности к деталям. «Дора, если ты проглядела, что там написано «в», а не «на», а значит надо умножать, а не складывать, это не значит, что задача написана по-дурацки, это значит, что ты невнимательная!» Потом они все вместе слушали радио, и, отправив дочку спать, уже вдвоем с Тедом рассуждали о Волдеморте и младенце Гарри Поттере. — Куда, ты думаешь, Дамблдор его отправит? — задала наконец мучивший ее с момента разговора с шизофренией вопрос Андромеда. — Гарри Поттера? — задумался Тед. — Не представляю, вот честно. Вряд ли оставит в Хогвартсе, все же, волшебная школа хороша для подростков-магов, а не для младенцев. Я думаю, он подыщет ему семью из доверенных. Вряд ли это будет шалопай Сириус, скорее уж кто-то, вроде Уизли. Чисто теоретически можно попытаться перекрасить мальчику волосы каким-нибудь перманентным заклятием, — со смешком закончил он. — Тед, я серьезно, — всем своим весело-задорным видом опровергая только что сказанное, произнесла Андромеда. — Мальчик серьезно пострадал все-таки, в одну ночь потерять обоих родителей. — Нам его вряд ли отдадут, если ты об этом, — откидываясь на спинку дивана, произнес Тед. — У Дамблдора полно тех, кто смотрит к нему в рот гораздо более настойчиво. Мужчина вздохнул и залпом допив весь чай из кружки, отлевитировал ее на кухню, в мойку. — Я спать! — произнес он, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Андромеда же призвала к себе перо и пергамент. Надо было оповестить тетушку, что завтра она к ней наведается. И помнится, сама же тетушка учила, как это надо делать — аккуратным, каллиграфическим почерком, выработанным под неустанным присмотром все той же тетушки Вальбурги, с которой их любил оставлять отец, когда мама уезжала во Францию к родственникам, необходимо было написать стандартную формулу про родственный визит. Ну и конечно обозначить, что разговор пойдет о Регулусе. Иначе тетя вообще может в дом не пустить. Собственно, кроме тетушки Вальбурги да бабушки Кассиопеи, никто давно уже этими письмами-предупреждениями и не занимался. И добрый брат Сириус как-то даже пытался объяснить своей матери, что это позапрошлый век, от которого все остальные уже давно отвыкли, но только получил на орехи. Андромеда вздохнула, запечатывая конверт и подозвала семейную сову к окну с расположенного в уголке насеста. Завтрашний день казался женщине все более и неприятным.