that's my boyfriend, mike

      Уилл с нетерпением ждал Снежного бала с тех пор, как вернулся с Изнанки. Два года он метался между адом во время «самого замечательного времени года». Для него это было совсем не замечательно. Хотя вряд ли в это Рождество он будет кашлять слизняками из другого измерения. Прошедший месяц состоял в основном из тяжелого восстановления, но он наконец начинал чувствовать себя собой снова.       Партия, за исключением Майка, действительно помогала Уиллу вернуться к привычному порядку вещей, чаще устраивая совместные посиделки. Было весело проводить время с Лукасом, Макс и Дастином, но он не мог не чувствовать, что в отсутствии Майка была его вина, хотя это было не так. Майк постоянно бросал партию, чтобы тусоваться с Эл, потому что Хоппер не позволял ей выходить из дома из-за своей паранойи. Однако он же придумал компромисс, который позволял только одному члену группы навещать ее. Конечно, большую часть времени это был Майк, а выходные предназначались для Лукаса и Дастина, полностью вычеркивая из списка посетителей Макс и Уилла. Однако они никогда не виделись с ней в нормальной обстановке, так что не были слишком расстроены этим, особенно после того, как увидели, как много она значит для остальной партии.       Ну, вроде того. Поначалу Уилл вообще не возражал. Хоппер забирал Майка из школы каждый день, чтобы он мог проводить больше времени с Эл. Он знал, что Эл много значила для Майка из того, как он говорил о ней. Уилл до сих пор не знает подробностей о том, как она втянулась в этот беспорядок, потому что всякий раз, когда Майк пытался объяснить, он в конечном итоге заканчивал рассказом о ее телепатических способностях и о том, что она может с ними сделать, но он точно знает то, что она – причина, по которой они нашли его и спасли ему жизнь. Он не хочет делиться Майком, но одновременно с этим понимает, что это меньшее, что он может сделать, чтобы отблагодарить ее, так как ему, похоже, никогда не предоставится шанс сказать это лично. Судя по тому, что все говорят, Эл нуждается в Майке гораздо больше него, учитывая то, что она победила Демогоргона, спасла Уилла и закрыла врата.       Однако сегодня состоится Снежный бал. Это все, о чем он думал последние несколько недель. Уилл позаботился о том, чтобы Майк не бросил их снова и пошел на танцы. Ничто не делало его более взволнованным, чем знание того, что вся партия наконец-то соберется вместе. Он не мог дождаться танцев, потому что – серьезно – когда в последний раз они собирались вместе и веселились? Больше года назад? Именно. По мнению Уилла, этот день был большим событием.       Он приехал на место довольно рано, потому что Джонатан должен был помочь в установке фотостудии, которой собирался управлять. К счастью, Майк появился через несколько минут, потому что Нэнси вызвалась подавать пунш. Майк и Уилл заняли столик для всей партии, чтобы сесть всем вместе, и в ожидании разговаривали обо всем подряд, пока их друзья медленно прибывали один за другим. Последним пришел Дастин. По его драматичному появлению и обновленной прическе можно было с легкостью предположить, почему он так опоздал. Дастин уверенно вошел в зал и слегка покрутился, чтобы показать свой новый вид. Партия в шоке уставилась на него. Впрочем, вскоре они уже по очереди дразнили его за волосы, пока не услышали медляк, который сразу захватил их внимание. Они смотрели, как из беспорядочной толпы образуются пары, а сами неловко стояли в стороне. Как оказалось, ненадолго.       Лукас делает глубокий вздох и пробует пригласить Макс, прежде чем упустит шанс. Как только она останавливает на нем вопросительный взгляд, его мозг отключается и не может выдать ничего из того, что он репетировал перед зеркалом в течение часа. Его хватает лишь на цепочку бессвязных слов. Остальная партия наконец замечает их и с удивлением наблюдает, как самый уверенный мальчик из них запинается, пытаясь пригласить девушку на танец. Макс все еще непонимающе смотрит на него, когда он изо всех сил старается пригласить ее, конечно, до сих пор не сумев произнести это вслух, но в конце концов решает избавить его от страданий и принимает приглашение. Дастин смотрит на то, как они направляются на танцпол рука об руку, абсолютно влюбленные. Он был уверен, что совет Стива поможет ему. Рядом со Стивом всегда вьются девушки, которые буквально падают в обморок из-за него, и Дастин сделал все, что он советовал, но это не сработало. Ну, он был только косвенно отвергнут одной девушкой, так что он должен попытаться еще раз. Он не просил совета просто так.       Поэтому он поправляет воротник и поворачивается в сторону Стейси.       — Пожелайте удачи. Я иду туда.       Майк озадаченно смотрит на Дастина, который идет к Стейси и ее друзьям, и обреченно качает головой.       — Значит, остались только ты и я, да? — говорит он, когда они оба возвращаются за занятый ими ранее стол.       — Да, только ты и я, — слегка удовлетворенно подтверждает Уилл. Конечно, он любит своих друзей, но Майк проводил с ним не так много времени после больницы. — Не могу поверить, что мы пришли первыми и еще не танцевали.       — Что? Хочешь потанцевать под медляк? — шутит Майк.       — Нет, конечно, не под медляк, но… ты знаешь, что я имею в виду, — Уилл чувствует, как к его щекам приливает жар, и молит Бога, чтобы Майк этого не заметил. Больше всего на свете ему хотелось бы потанцевать с Майком, но он никогда не признается в этом. Однако он не просил бы у мамы уроки танцев, если бы не намеревался использовать их.       — Подожди, я правильно понимаю? Ты приглашаешь меня на танец, Байерс? — Майк повторяет реакцию Макс на недавнее предложение Лукаса. Уилл вновь ощущает, как у него перехватывает дыхание, пока не слышит смех Майка. Уилл солгал бы, если бы сказал, что не чувствует себя разочарованным, но все равно смеется в ответ. Внезапно Майк прекращает смеяться, а затем шепчет тихое черт возьми, не может быть.       Майк медленно встает со своего места, привлекая внимание Уилла. Уилл смотрит на него, явно озадаченный его поведением, пока не прослеживает его взгляд.       Там стоит Эл, в красивом синем платье, с идеально уложенными волосами, которые не портят даже одна выбившаяся прядь, и мягкими фиолетовыми тенями, подчеркивающими чистоту ее сияющих глаз. Настроение Уилла стремительно падает, когда Майк направляется к ней, словно зачарованный, но он не может винить его. Она выглядит потрясающе. Он смотрит, как они обмениваются парой слов, прежде чем отправиться на танцпол, держась за руки. Уилл понимает, как неловко он выглядит, пялясь на них, и поднимается из-за стола, ища, чем себя занять. Он замечает Дастина, сидящего на трибуне за серпантином, и решает присоединиться к нему.       — Эй, — зовет Уилл, плюхаясь рядом с ним. По крайней мере, Дастин может составить ему компанию, — прошло не очень хорошо?       Дастин быстро вытирает слезы, заметив присутствие Уилла, и оборачивается, будто он только что не плакал.       — Да, но это неважно. Я подумал, что у меня будет больше шансов, если я немного сменю имидж.       — Они просто не были готовы встретить мини Стива Харрингтона так рано в своей жизни. Ты слишком крут для них, — Уилл пытается подбодрить его. Он действительно верит, что Дастин заслуживает лучшего. Эти девчонки слишком много мнят о себе, поэтому не могут распознать хорошего парня, даже если он стоит прямо перед ними.       — О, не пытайся впарить мне это дерьмо, Байерс. Ты так говоришь только потому, что мы друзья, — Дастин шутливо закатывает глаза.       — Но я не вру! Ты правда выглядишь очень хорошо, — улыбается Уилл.       — Спасибо, приятель, — Дастин улыбается в ответ. — А где Майк?       Уилл несколько раз ошеломленно моргает из-за внезапной смены темы разговора.       — Ох, э-э… пришла Эл, так что он танцует с ней, — он показывает на пару, покачивающуюся в такт мягкой мелодии. Дастин смотрит на них, потом снова на Уилла и сочувственно хлопает его по плечу.       — Мне жаль, — Уилл встречает траурный взгляд Дастина и нервно смеется.       — Почему?       — Тебе нравится Майк, не так ли? — спрашивает Дастин, и глаза Уилла в панике расширяются.       — К-конечно, он один из моих лучших друзей! Мы бы не дружили, если бы он мне не нравился, — Уилл несколько раз запинается, отворачиваясь, потому что его покрасневшее лицо выдавало его со всеми потрохами.       — Ну да. Значит, ты часами разговаривал с Майком перед сном – и я не шучу, говоря про часы – только потому, что вы очень хорошие друзья? — Дастин особенно выделяет вопросительную интонацию, поднимая бровь. Уилл краснеет еще сильнее.       — Так вы слышали это?       — Еще бы! Потому что так работают рации! Но не волнуйся, мы довольно быстро отключили их, потому что больше заботились о нашем сне, чем о том, что происходило между вами двумя. Даже Эрика подозревает, что между вами что-то есть! Лукасу пришлось дать ей пять баксов, чтобы она молчала, но тебе следует поговорить с Майком как можно скорее, — советует Дастин. Уилл чувствует жар, когда размышляет о том, что только что сказал Дастин.       — Эй, разве вы не должны танцевать со всеми? — оба мальчика немедля обращают свое внимание на Нэнси, которая возвышалась над ними с игриво строгим взглядом. Уилл испытывает огромное облегчение от того, что их прервали.       — Одним под медляк? Спасибо, Нэнси, но я думаю, что уже достаточно опозорился за эту ночь, — Дастин невесело усмехается.       — Что ж, тогда хорошо, что у тебя есть, с кем потанцевать, — Нэнси протягивает руку. Дастин нерешительно берет ее за руку, оглядываясь на Уилла, словно спрашивая разрешение. Уилл ободряюще кивает головой. Сегодня все идет совсем не так, как он себе представлял, но он не собирается мешать своим друзьям хорошо проводить время.       — Ты идешь? — Нэнси протягивает Уиллу другую руку.       — Нет, все в порядке, вы можете танцевать без меня. Медляк с двумя людьми все равно был бы неловким, — объясняет Уилл. Он знает, что это особый момент для Дастина, и не хочет портить его своим присутствием.       — Пожалуй, ты прав, но мне лучше увидеть, как ты танцуешь с кем-то другим, — предупреждает Нэнси, таща за собой безумно краснеющего Дастина на танцпол. Уилл лишь кивает в ответ с улыбкой.       Затем начинается еще один медляк. Уилл с тяжелым вздохом обводит взглядом танцпол. Он еле сдерживает смех, заметив, как жутко напряженный Дастин танцует в объятьях Нэнси. Ярко-рыжие волосы Макс привлекают его внимание из всех пар в непосредственной близости. Лукас и Макс разговаривают о чем-то, делясь смущенными улыбками, и это заставляет Уилла тоже улыбнуться, потому что он невероятно рад за них. В конце концов его глаза останавливаются на Эл и Майке. Ничего. Уилл ничего не чувствует, когда видит их. Как он может быть счастлив за Дастина и Лукаса, но не за Майка? Что делает Майка таким особенным?

Каждый день За каждым твоим словом, За каждой твоей игрой Каждой ночью, когда ты остаёшься, Я буду наблюдать за тобой.

      Уилл наблюдает за Майком и Эл с трибун за серпантином, свисающим с потолка. Он знает, что должен радоваться за него, но он не может. Однако он будет фальшиво улыбаться и играть роль ради своих друзей так долго, как сможет.

O, разве ты не видишь, Что ты принадлежишь мне…

      Уиллу потребовалось пять лет, чтобы признаться самому себе в своих истинных чувствах к Майку, а Эл знает его всего неделю, и теперь они встречаются? Как это могло произойти? Неужели Майк влюбился в нее в ту неделю, когда он пропал? Дело не в том, что Уилл завидует ей, он просто хочет, чтобы он и Майк были чем-то большим.

Как каждый твой шаг отзывается болью в моём несчастном сердце?

      Уилл никогда не держал Майка в своей ладони, но ему все равно кажется, что Майк ускользнул из его пальцев. Он просто хочет, чтобы все было по-другому. Он ненавидит то, что Пожиратель разума настолько испортил его воспоминания, что он назвал Майка своим парнем. Он все еще чувствует себя неловко, только думая об этом. Он хочет, чтобы он никогда этого не говорил, потому что теперь его друг отдаляется от него, а он ничего не может с этим сделать.

После того, как ты ушла, я пропал бесследно. Во сне я вижу лишь твоё лицо, Я смотрю по сторонам, но ничто не способно тебя заменить. Мне так холодно, и я нуждаюсь в твоём объятии…

      Уилл обессилено роняет голову на сложенные руки, осознав, насколько эта дурацкая песня похожа на его чувства к Майку. Это просто не имело смысла. Майк сказал, что дружба с ним – это лучшее, что когда-либо случалось с ним, но он каждый раз выбирал Эл, а не его. Ему трудно веселиться с партией, когда Майк не с ними, потому что ему кажется, что это его вина, и он не может избавиться от этого чувства. Чувства, что именно он оттолкнул Майка. Даже неважно, чем он занимается, он всегда скучает по Майку. Уилл попросил маму уложить его спать после кошмара, но это было совсем не то. Конечно, он успокоился, но только Майк заставлял его чувствовать себя в безопасности. Уилл хочет вернуть это чувство, но он виноват в том, что оно пропало.

Я всё плачу, малышка, малышка, пожалуйста…

      Уилл поднимает голову и тут же жалеет об этом, видя, как Майк наклоняется, чтобы поцеловать Эл. Холодная пустота стремительно заполняет его грудь, и ему вдруг становится трудно дышать. Не плачь. Не плачь, не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь, не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь, не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Не плачь. Перестань плакать. Ты не должен плакать. Уилл все равно ощущает горячие слезы на щеках и поспешно вытирает их, бросаясь к двери, не желая устраивать сцену или вообще кого-то видеть.       Уилл пробует вдохнуть и еще раз трет глаза, чтобы избавиться от слез, прежде чем направиться в сторону парковки, где в данный момент его мама разговаривала с Хоппером и курила. Она мигом перестает улыбаться и вырывается из объятий Хоппера, как только видит слезы в глазах Уилла.       — Мам, ты можешь отвезти меня домой? — голос Уилла предает его, ломаясь с каждым произнесенным словом. — Это не так весело, как я думал.       — Что случилось? — Джойс нежно кладет ладонь на щеку Уилла, пытаясь встретиться с ним взглядом. — Ты в порядке? Ты можешь рассказать мне все, что угодно, помнишь?       Уилл кивает и говорит тихое да. Он знает, что может рассказать маме все, но не хочет, по крайней мере сейчас. Он даже не думает, что сможет что-то сказать, не расплакавшись. Хоппер решает вмешаться.       — Если там кто-то мешает тебе веселиться, я могу разобраться с ними, малыш.       — Нет, все в порядке. Никто мне не мешал. Ты можешь просто отвезти меня домой? — голос Уилла вновь срывается, несмотря на то, что он изо всех сил старается держать себя в руках. Джойс кивает и прощается с Хоппером, садясь в машину.

***

      Когда они приезжают домой, Уилл тащится в свою комнату и падает на кровать. Слезы не прекращаются. Один. Уилл просто хотел провести один хороший день со своими друзьями. Разве он просил слишком многого? Конечно, он был виноват в том, что ушел так рано, но там он чувствовал себя неуютно. У каждого была пара, а он не хотел прилипать к кому-то в качестве третьего. Они все заслужили того, чтобы провести время с человеком, который делал их счастливыми. Он не хотел ничего портить.       Уилл стонет в подушку. Почему он должен был влюбиться в своего лучшего друга? Из всех людей? Все было бы отлично, если бы он не позволил своим чувствам взять вверх. Он даже не смог насладиться единственным нормальным днем, который милостиво подарила ему Вселенная. Уилл переворачивается на другой бок, прижимая подушку к груди, и озирается по сторонам. Может быть, еще не поздно хорошо провести день.       — Мам, можно я повешу в своей комнате рождественские гирлянды с прошлого года? Я хочу устроить собственный Снежный бал, — просит Уилл, уже держа гирлянды в руках. Джойс отворачивается от горячего шоколада – напитка, который, как она заметила, стал его новым фаворитом – и быстро кивает ему.       — Конечно, милый. Тебе помочь? — спрашивает Джойс. Уилл разглядывает спутанные провода, затем смотрит на нее, прежде чем принять помощь. Она берет две наполненные кружки и ставит их на стол, после этого принимаясь за гирлянды. Уилл улыбается, заметив горячий шоколад. Он всегда может положиться на свою маму.       Уилл решает, что им необходима музыка для создания особого настроения, и приносит магнитофон Джонатана в свою комнату, уверенный, что тот не будет против. Тем более, он вернет его. Джойс берет Уилла за руку и разворачивает его, как только музыка начинает литься из динамиков, вызывая у Уилла громкий смех. Когда они почти закончили развешивать гирлянды, раздается стук в дверь. Джойс протягивает ему последнюю лампочку и идет встречать неизвестного гостя.       — Миссис Байерс, Уилл здесь? — тараторит Майк, подпрыгивая на месте.       — Да, что-то случилось?       — Не знаю, я только что видел, как он сбежал со Снежного бала. Он в порядке? Могу я с ним поговорить? — Джойс переводит взгляд с Майка на Уилла, нахмурившись и решая, что делать дальше. Уиллу определенно не помешает друг. Как бы Джойс ни ненавидела это признавать, Уилл откроется скорее Майку, чем ей.       — Конечно, заходи, — Джойс провожает его в комнату Уилла. Она вскидывает голову с мягкой улыбкой, когда Уилл замечает ее присутствие и улыбается в ответ. — Кое-кто пришел присоединиться к твоему Снежному балу!       Уилл смущенно наклоняет голову, пока Майк не появляется в его поле зрения.       — Майк? Что ты здесь делаешь?       — Я оставлю вас вдвоем. Дайте знать, если вам что-нибудь понадобится, — объявляет Джойс, закрывая за Майком дверь с другой стороны.       — Я видел, как ты выбежал из зала, и пытался догнать тебя, но тебя уже не было. Все в порядке? Тебе снова больно? — встревоженно спрашивает Майк, с каждым словом приближаясь к Уиллу. Так много вопросов для того, кто не замечал его в последнее время.       — Я в порядке. Разве ты не должен быть с Эл? — голос Уилла звучит более горько, чем он планировал.       — Должен, но она не возражала. Я не мог остаться после того, как увидел, что ты так таинственно исчезаешь, — объясняет Майк.       — Это первый раз, когда ты выбрал меня, а не ее, — шепчет Уилл себе под нос, по крайней мере, он думал, что это достаточно тихо, чтобы Майк не услышал.       — Что? — уточняет Майк, не зная, правильно ли он расслышал, но качает головой и вместо этого продолжает: — Что случилось? Ты бы не ушел, если бы был в порядке.       — Я не знаю, что случилось, хорошо, Майк? — огрызается Уилл, слезы вновь собираются в уголках его глаз. Майк удивленно смотрит на Уилла. За все годы их дружбы Уилл ни разу не вел себя так. — Я не знаю, с чего я решил, что сегодня будет хороший день. Я не знаю, зачем я пошел на этот дурацкий Снежный бал, когда у каждого из вас есть пара. Я не знаю, почему я так удивился Эл. Я не знаю, почему я расстроился, что ты ушел танцевать с ней. Я не знаю, почему я заплакал, когда увидел, как ты ее целуешь. Я просто не знаю. Это так глупо.       Рот Майка открылся и закрылся, как у выброшенной на берег рыбы, он даже не знал, что сказать.       — Уилл, я не… я поцеловал ее только для того, чтобы узнать, что я на самом деле чувствую. То же самое с ней. Однажды мы смотрели какой-то сериал, и там постоянно говорили, что твой первый поцелуй должен быть похож на фейерверк, но я ничего не почувствовал. Я сказал ей об этом, и она сказала, что тоже ничего не почувствовала. Прости, Уилл. Я не знал про твои чувства.       — Разве? Потому что все остальные, похоже знали. И на секунду мне показалось, что ты чувствуешь ко мне то же самое, когда ты сказал, что просить стать моим другом – это лучшее, что ты когда-либо делал, и… серьезно? Ты как будто забыл обо мне за последний месяц, — Уилл старался говорить как можно спокойнее, пока наконец не закончил своим мысли.       — И это все еще лучшее! Я просто так давно не видел Эл и помогал Хопперу обучать ее на дому. Если бы я знал, что ты хочешь больше общаться, я бы нашел для тебя время! Я думал, ты хочешь больше пространства, потому что Хоппер сказал, что люди нашего возраста экспериментируют… на самом деле это было глупо, но это не имеет значения. Прости, я должен был быть рядом с тобой. Я уже дважды чуть не потерял тебя. Пожалуйста, пусть это не случится снова из-за моей собственной глупости, — в глазах Майка Уилл мог разглядеть самую настоящую искренность, которую ему только доводилось видеть. Сердце Уилла плавится и разбивается одновременно.       — Ты никогда не терял меня. Я всегда рядом, помнишь? — Уилл протягивает ему свой мизинец. Майк сияет из-за приятных воспоминаний и связывает свой мизинец с мизинцем Уилла, прежде чем стащить его с кровати, чтобы втянуть в крепкие объятья.       — Я люблю тебя, — шепчет Майк. Улыбка на лице Уилла появляется быстрее скорости света. Уилл отстраняется, чтобы посмотреть в глаза Майку, в которых на секунду мелькает паника.       — Я тоже тебя люблю, — отвечает он.       Они еще немного держатся друг за друга, и единственным звуком в комнате остается тихая музыка из магнитофона, которая напоминает Уиллу кое о чем.       — Я так и не получил свой танец, Уилер, — дразнит Уилл. Майк смеется, прежде чем отстраниться и шутливо наклониться, протянув руку. Уилл хихикает и берет его за руку, положив другую на плечо Майка. Майк быстро сокращает расстояние между ними, используя руку на талии Уилла, чтобы притянуть его к себе. Уилл идеального роста для поцелуев в лоб, и Майк, конечно же, не может удержаться.       — Это обидно, Майк, — Уилл ощущает случайный скачок уверенности. Майк вопросительно смотрит на него, слегка нахмурившись. — Я знаю, что я низкий, но мои губы, вообще-то, здесь.       Щеки Майка заливаются румянцем, и он чувствует себя более взволнованным. Уилл почти жалеет, что сказал это, пока не видит, как Майк внезапно сокращает оставшееся расстояние между ними. Майк двигается немного быстрее, чем думал Уилл, и в итоге они сталкиваются носами. Майк краснеет еще сильнее, обильно извиняясь за это. Уилл говорит Майку, что все нормально, между смешками, потирая ушибленный нос.       — Может быть, на этот раз мне стоит быть помедленнее, — предлагает Майк.       — Да, чуть медленнее, — Уилл смеется.       На этот раз Майк действительно наклоняется медленнее, беря лицо Уилла в свои руки для надежности. Их губы почти соприкасаются. Уилл чувствует улыбку Майка на своих губах, прежде чем он, наконец, дарит ему нежный поцелуй. Уилл ощущает, как его сердце быстро бьется в груди, как взрываются фейерверки, о которых говорил Майк. Он вплетает свои пальцы в волосы Майка, не зная, куда их деть. Губы Майка пухлые и мягкие, почти как шелк, скользящий по его собственным губам. Майк внезапно отстраняется, чтобы перевести дыхание, оставляя зажмурившегося Уилла тянуться до него губами. Майк смеется при виде этой картины, Уилл растерянно открывает глаза и тут же отворачивается, чтобы скрыть появившийся румянец.       — Останешься на ночь? — спрашивает он.       — Конечно, ангел, — отвечает Майк, снова целуя его в лоб. Уилл предлагает Майку сменную одежду, и они готовятся ко сну. Майк ложится рядом с Уиллом и убирает отвлекающую прядь волос с его лица. Уилл проводит пальцем по веснушкам Майка, любуясь тем, как рождественские гирлянды освещают его мягким голубым светом.       — Обнимашки до рассвета? — неуверенно предлагает Уилл.       — С удовольствием, — соглашается Майк. Уилл поворачивается, и Майк прижимает его к груди, кладя свою голову на макушку Уилла. Уилл берет руку Майка, которая обнимает его за талию, и держит ее до тех пор, пока не проваливается в спокойный впервые за долгое время сон.

***

      Обычно Джонатан готовит завтрак, но, учитывая его поздний выход из дома, Джойс решает самостоятельно позаботиться об этом сегодняшним утром. Джонатан просыпается как раз в тот момент, когда она заканчивает варить яйца, и берет себе тарелку, не забыв поблагодарить ее, прежде чем приступить к трапезе. Джойс также решает разбудить Уилла, чтобы он съел свою порцию, пока она не остыла, и направляется в его комнату. Она осторожно открывает дверь, не желая резко будить его. Она успевает прервать себя и улыбается при виде двух милых мальчиков, спящих в объятьях друг друга.       Честно говоря, Джойс не особо удивилась, когда Уилл поверил в то, что Майк его парень. Она видела, с каким восхищением Уилл смотрит на Майка. Даже если Майк просто говорит о своем дне, он смотрит на него так, будто Майк собрал в своих глазах все звезды вселенной. Поначалу Джойс думала, что это обычные взгляды, пока не вслушалась в то, как Уилл рассказывал о нем, и не увидела его рисунки, где герой слишком походил на Майка, однако, когда она спросила, не Майк ли это, на щеках Уилла расцвел ярко-красный румянец. Джойс считала, что его влюбленность в Майка невероятно милая, и она будет драться с любым, кто попытается рассорить их.       Она решает позволить мальчикам продолжить спать и тихо закрывает дверь.       Пора им самим во всем разобраться.