Пока, спокойной ночи, навсегда

      Вчера он остановился в элегантном отеле, горделиво красовавшимся пятью звёздами, выбрал комнату на самом верхнем этаже с балконом, чтобы выйти вечером на него и воззрится на бурлящий поток жизни города, в котором он провёл чуть меньше половины своей жизни после своего обращения в вампира.       Не то чтобы вампиры по своей природе выбирали самое дорогое и роскошное, просто в тот момент, когда вставал выбор между отелями, предпочтительнее всего казался отель, к которому имелось доверие своих сородичей. Не каждому месту давался отличительный знак, свидетельствовавший о том, что именно здесь вампиры могли бы не скрываться от любопытных глаз людей. Ведь вампиры должны придерживаться своего главного закона, регулирующего отношения, возникающие в связи с засекречиванием или рассекречиванием сведений и защитой в интересах обеспечения безопасности вампиров. Времена, может, и поменялись и теперь на каждом углу не нужно было бы ждать выстрела серебряной пули в спину, однако это не меняло того факта, что охотники остались и могли бы прибегнуть к своим прямым обязанностям – найти и уничтожить.       Кажется, что вражда охотников и вампиров вечна, как борьба добра и зла. Почему-то всегда добром считались именно охотники, а вампир представлялся как зло в чистом виде. В какой-то степени это так и было. На помощь людям приходили охотники, которые могли бы решить проблему с «отродьями дьявола» и обеспечить мирным жителям покой и безопасность. Но никто не брал в расчёт тот факт, что сами по себе вампиры не могли как-то иначе существовать в этом мире. Им нужна пища, как и другому существу. Охотники истребляют вампиров и до сих пор не могут понять, что вампиры, хоть и являются мёртвыми, но всё-таки продолжают жить. Или существовать?       Джаспер тяжело вздохнул и сел на плетёное кресло, всматриваясь в ночное небо. Там, внизу, жили и гуляли люди, они смеялись и плакали, заканчивали свой рабочий день и шли к своим семьям. Он никогда не воспринимал людей просто, как пищу. Чем же он тогда отличался бы от охотников? Ха! Забавно. Ведь в какой-то мере он был охотником тоже, но только его цель была другая.       Охотник и хищник. Вампир. Восхищался ли он этим? Многие вампиры чувствуют превосходство над смертными. У вампиров есть сила. У кого-то из вампиров даже есть дары. Но главное – они все бессмертны. В бессмертии есть своя красота. Ты можешь наблюдать за течением времени и понимать, что само время бессмысленно. Вот день. Вот ночь. Вот утро. И так по кругу. Для человека важно найти смысл в жизни, а для вампира? Тем-то они и отличаются от людей. Некоторые вампиры, конечно же, находят смысл в своём существовании. А потом разочаровываются в нём. Ведь этот смысл заканчивается там, когда вампир не умирает и видит, что вся вечность впереди. Так было и у него. Сейчас нет никакого разочарования. Пустота. Внизу меняются жизнь и лица, а вампир может просидеть в этом кресле целую вечность и спустя минуту встать с него и пойти выпить. Крови, конечно. Но и от бренди он может не отказаться.       Джаспер почувствовал какую-то злость и негодование. И ожидание? Нет, в меньшей степени. В большей – хочется выбить чёртовую дверь гостиничного номера с петель. Он поднялся с кресла и начал выжидать. Кого это принесло? Мышцы напряглись. Не человек.       Бах! Дверь в щепки, а на пороге стоит блондинка и сверкает своими красными глазищами. Чему-то недовольна и зла. Смотрит прямо на Джаспера и начинает ухмыляться. — Думала, постучаться или как? — переступила через остатки двери и подошла к Джасперу. — Решила, что лучше по-старому. — Розали, — кивнул девушке Джаспер и галантно поцеловал руку вампирше, — ты прекрасна, но за дверь платишь ты. — Джентльмен, — фыркнула Розали, выдернув свою руку из руки Джаспера, и прошла, как ни в чём не бывало на балкон. Джасперу ничего не оставалось, как последовать за ней и вернуться обратно в кресло. — Так и думала, что застану тебя здесь. Мог бы и весточку прислать, что вернулся целым и невредимым. — Так уж и невредимым? — усмехнулся Джаспер. — Да-да, хорошая шутка, — Розали покивала головой и опустилась в соседнее кресло. — Хватит использовать свои штучки и успокаивать меня. Поверь, я сейчас не меньше, чем до этого, хочу тебя разорвать. — А по моим ощущениям чуть меньше. — Джаспер! — Розали сжала руки в кулаках и готова была кинуться на него, но приятные волны расслабили её и она удержала себя в кресле. — Я не видела тебя три года, а ты остался таким же. Хотя нет, удивительно, что ты сейчас шутишь. А мог бы как обычно промычать нечто неопределённое. — Мэм, вы сейчас слишком разгорячены для своей сущности.       Розали вскинула бровь вверх, не веря, что Джаспер в самом деле такое сказал. Может, это не Джаспер, а какой-то тайный агент в его личине? — Розали, успокойся, — улыбнулся Джаспер и прикрыл глаза. — Я тоже умею шутить. — Я знаю, что ты умеешь шутить, Джаспер. Но ты никогда не опускался до таких шуточек. Что с тобой сделала Индия? Только не говори мне, что ты связался с плохой компанией, и они тебя этому научили. — Один раз я уже связался. Как видишь, сейчас я вампир.       Розали фыркнула и встала с кресла. До чего неудобно. Отель пятизвёздочный, а эти кресла совершенно не вяжутся с интерьером. Так ещё они и неудобные!       Джаспер чувствовал, как вампирша металась туда-сюда по балкону и чего-то там ворчала. Уехал на три года, а ничего не изменилось. Он знал, что Розали хочет спросить про его поездку в Индию, но ещё он чувствовал в душе вампирши какое-то беспокойство и сейчас она не просто так металась: она думала, как лучше сказать. — В Индии прошли выборы, Манмохан Сингх стал премьер-министром. Погода была стабильной, когда я улетал. Побывал во многих местах, обо всём даже и вечности не хватит рассказать. — Ты узнал что-то новое?       Розали спросила осторожно. С затаённой надеждой на хорошие новости. Не хотелось её расстраивать, но… — К сожалению, нет. Как бы я не старался, но ничего не смог выведать. Кто-то недоговаривал, кто-то просто не знал, — Джаспер открыл глаза и посмотрел в лицо вампирши. Она поджала губы и не знала, что спросить, — Я встретился с Амоном. Мне удалось с ним встретиться в Индии, но он был озабочен больше своими проблемами. В январе рухнул самолёт, а тут ещё и серия терактов. — Он тоже ничего не знает? — Он пообещал, что, как только узнает, обязательно свяжется со мной. Пока нет новостей. — Значит, нас ведут по ложному следу?       Джаспер немного помолчал и тяжело вздохнул. — Возможно, что это так. Но я бы не стал делать поспешных выводов. Есть какие-то части мозаики, но нет цельной картинки, — Розали быстро села обратно в кресло и упёрла взгляд в сторону. — Ты хочешь мне что-то сказать. Говори прямо. Мне нужна конкретика. Что-то случилось в городе? — И да, и нет. За три года могло многое произойти, но не было ничего масштабного. Однако, — Розали наклонилась чуть вперёд. — По вампирам ходят слухи, что хотят сменить сторожа города. — Кто-то пускал такой слух уже, — Джаспер нахмурился. — Но не это тебя тревожит, верно? — Да, — Розали закинула одну ногу на другую и откинулась на спинку кресла. — Ты же понимаешь, что если сменят Николаса, то Вольтури определённо поставят свою пешку. Если до твоего отъезда слухи только начинали зарождаться, то сейчас в вампирах поселился страх за свою жизнь. Я говорю не о клановых, хотя и о них тоже есть разговор. Я говорю сейчас о таких, как мы. Нам придётся выбрать в итоге сторону, Джаспер. — Между кем и кем? Между правящей верхушкой в Вольтерре и? — В том-то и дело, Джаспер! — Розали воскликнула. — Все бесклановые должны выбрать сторону! И всё уже решено как бы за нас. — Ты хочешь вступить в Вольтури? — Джаспер неверяще посмотрел на Розалию. — Нет, — прошипела вампирша. Ей была противна мысль, что она будет подчиняться этим аристократишкам. — Розали, тогда что за нас решено? — Я не боюсь Вольтури, Джаспер, и я не хочу примыкать к ним. Но если начнётся вся эта потасовка, то ни один вампир не останется в стороне. — Когда Вольтури захотят заполучить власть и здесь, тогда придут охотники. Я понимаю это, как никто иной. Николас не допустит того, чтобы… — Николас слаб!       Розали буквально выкрикнула это и ужаснулась того, что сама сказала. Джаспер подумал, что ослышался, но вампирша сказала именно это, и сейчас в ней смешалось слишком много эмоций. Страх, растерянность… — С этого надо и было начинать разговор, — Джаспер тяжело смотрел в глаза Розали, ожидая от неё объяснений. — Что с Николасом? — Плевать! — Розали встала с кресла и теперь разразилась тирадой. — Мне сказали не говорить об этом, но не сейчас. Не сейчас, когда всё стало слишком плохо. На Николаса около полтора года тому назад было совершено нападение. Об этом знают лишь некоторые. Не перебивай! И не используй на мне свой треклятый дар! — вампирша гневно сверкнула глазами и продолжила, — Если бы Николас был бы обычным человечишкой, то он бы не выжил. Говорят, что это был охотник. Я не знаю всех деталей. Вампиры по всей округе чувствуют неладное. И если бы они узнали, что у них, то есть у нас, по сути, нет защиты…, Знаешь, что было бы? — Эффект разорвавшейся бомбы, — Джаспер встал с кресла и подошёл к перилам. Внизу продолжала бурлить жизнь, и никто не догадывался, что над ними нависла угроза, которая могла бы эту жизнь остановить. — Говоришь, что был охотник. Я так понимаю, его ещё не нашли. Ищейки не смогли взять след? — Охотника будто и не было! — То есть? — Джаспер повернул голову к Розали. — Никто не видел ничего подозрительного. Ничего нет! — Кланы уже собирались? — и поспешил сам ответить на этот глупый вопрос, — Нет. Если бы съехались кланы в Сиэтл, все бы поняли, что что-то произошло. Уж точно не поиграть в покер решили главы.       С минуту они молчали. Джаспер размышлял над всем, что сказала ему Розали. Дело совершенно ужасное. Нельзя допустить того, чтобы кто-то разнёс эту новость до всех вампиров. Неужели Вольтури решили пойти на такой шаг? Использовать охотника, чтобы убрать сторожа. Нетипично для Вольтури. В некотором роде. Если Николас погибнет, то Вольтури точно подтянутся в игру. И все опасения подтвердятся. — Джаспер, — Розали позвала его, стоя уже рядом с ним. — Если выбирать клан. Какой бы ты выбрал? — Я бы предпочёл нейтралитет. — Нет, Джаспер. Нейтралитета не будет. Ты же понимаешь это.       Вампир чувствовал, что для Розали его ответ важен. Они стали близки друг другу, не как влюблённые, а как брат и сестра. Они оба бесклановые. У каждого из них есть своя история. И они прошли бок о бок много невзгод. — Я бы выбрал Морт.       Розали слабо улыбнулась.