В смысле "девушка"?!

      День начался с того, что я проспала. Мелодия будильника с привычного и родного "Shinzou wo Sasageyo" сменилась на какую-то стандартную. Надо не забыть поменять. Надеюсь, в этом мире есть "Атака титанов". Вскочив, я схватила форму и понеслась в ванну. Бантик, не с первого раза, но всё же завязался. Не, как-то криво... Ну да ладно!       В сумке уже было всё, что нужно, как удобно! Выбежав на улицу, я не забыла закрыть за собой дверь на ключ, привычка.       — О, наконец-то! Я думал, не дождусь тебя! — Я чуть не врезалась в Сатори. Парень дружелюбно улыбался. — У меня получилось проснуться и собраться раньше тебя!       Ага, значит он любит поспать, ну что ж, я тоже.       — Не забывай, меня вчера сбил автобус, — постучала указательным пальцем по виску.       — Ты точно хорошо себя чувствуешь?       — Д-да, все хорошо!       — Тогда поспешим на ежедневное паломничество! — Интересно, он всегда такой жизнерадостный? Практика показывала, что за постоянной радостью что-то да скрывается...       А про паломничество остроумно. Ничего не скажу. Мы быстро пошли к школе, которая оказалась не так уж и далеко.

***

      Как же это удобно! На математике все решения сами приходят в голову! Так же, как вчера я узнала о своём друге. Вот бы так и дома, эх...       После уроков я вспомнила о своём обещании. Клуб! За дверьми класса меня поджидал Сатори, похоже, что решил не дать мне ускользнуть. Видимо, это не первый раз, когда меня зовут в литературный клуб.       — Быстро же день прошёл, — заметила я.       — Нет! Вовсе нет! Это было бесконечно! Кошмар... Ну же, пойдём! Мне терпится представить тебя клубу! У нас интересно! К тому же мы чай со сладостями пьём!       Он схватил меня за руку, потащив за собой. Отлично, раз будет сладкое... Сегодняшний день будет увековечен продажей свободной души за кексик, ну что ж, ничего не поделать. Там же не будем много народу? Ненавижу столпотворение...       — Тебе понравится, вот увидишь! Да и народу там немного, с тобой будет пять человек, — словно мысли услышал. Ну раз пять, то всего незнакомых будет лишь трое. — Только вот... — Парень вдруг замялся и остановился у самой двери, почесав в затылке. Что не так? — А, ладно, сейчас увидишь!       С этими словами он распахнул дверь и затащил меня в класс. Кабинет оказался самым обычным, разве что несколько столов были сдвинуты вместе и покрыты скатертью.       У стола стояли два парня, ой мамочки! Так, я же в игре, в визуальной новелле, значит, так называемый "список женихов" пополняется.       — Эй, ребят! Я привёл новенькую, как и обещал! Это Виолетта! — Сатори слегка подвинул меня вперёд, словно показывая парням, мне это не очень понравилось.       — Добро пожаловать в литературный клуб. Приятно познакомится, — кивнул высокий парень с тёмно-фиолетовыми короткими волосами, ну точно, такой цвет волос фоновому персонажу вряд ли бы выбрали. — Сатори всегда говорил о тебе только хорошее. — Его голос был довольно низким, тихим и спокойным. В его руках я заметила книгу — ага, значит здесь не все ради бесплатной еды.       — Серьёзно?! Ты привёл девушку?! — Встрял ещё один незнакомый мне розоволосый парень. Чёрт, я и не думала, что парням могут пойти эти цвета, на скриншотах в Steam’е были девушки, выглядевшие довольно миленько, но тут, я скажу, ничуть не хуже.       — Тогда бы хоть говорил "участница", а не... — он резко замолчал, скрестив руки на груди; Сатори хихикнул. Всё ясно, этих шуток мне не избежать, ну что ж...       — О, Виолетта! Какой приятный сюрприз! Как же давно мы не виделись, а? — Из подсобки вышел зеленоглазый парень, как и все остальные, одетый в форму школы; он улыбнулся. — Добро пожаловать в клуб!       Я хотела было ответить, но тут в голове что-то словно щёлкнуло опять напоминание того, что я должна подчиняться заскриптованным действиям? Я не могла ничего сказать — потеряла дар речи, от удивления. В этом клубе...       ...полно очаровательных парней! Стоп, что?! Я же не думала об этом, нет-нет-нет, никаких школьников, только Леви, только Леви, но они такие симпатичные...       Я вздохнула — видимо, от Программы не убежишь, она будет гнуть своё. Но парни—то и вправду милые! Вот же чёрт...       — Эй, что уставилась?! — Воскликнул розоволосый, слегка покраснев. — Хочешь что-то сказать, так скажи!       — Прости, просто задумалась, — пробормотала я, быстро отведя взгляд.       — Наруки... — тихо сказал парень с книгой.       Очевидно, этого недружелюбного типа зовут Наруки, вижу впервые. Он ниже остальных, да и выглядит младше — видимо, только поступил в старшую школу.       «Когда он становится ворчливым, просто игнорируй его», — шепнул мне на ухо Сатори. Думаю, его совет имеет место быть. Сатори здесь, вроде как, давно, поэтому он сможет помочь мне…       «Хорошо» — тихо ответила я, кивнув.       — В общем! Это всегда полный энергии Наруки! А это Юки, — мой друг сделал жест в сторону самого высокого и, очевидно, «старейшего», парня, того, с книгой. — Самый одарённый в клубе!       — Не говори так… — Тихо пробормотал Юки, ещё крепче сжав обложку книги пальцами. Я улыбнулась, подняв руку и слегка пошевелив ею, — вроде помахала, а вроде и нет. Нужно проявить дружелюбие.       — Приятно познакомится. — М-да, так себе интонация, суховато. Слишком холодно, несмотря на улыбку, чёрт…       — Звучит так, будто ты знакома с Монико, я прав? — спросил Сатори, переводя взгляд с меня на президента клуба.       — Всё верно. — Кивнул Монико, странное имя. Его женскую версию зовут Моника, но здесь имя изменено как-то странно. — Здорово видеть тебя снова, — Он говорил быстро, но дойдя до момента, когда, по идее, он должен был сказать «Виолетта», парень как-то растерялся; по его лицу пробежала тень, а левая бровь слегка изогнулась. Подозрительно… Я сощурилась, а он засмеялся: — Виолетта. Не так уж легко имя вспомнить, мы виделись последний раз, когда нам было, кажется, по десять лет!       А, так вот оно что… Мы вместе учились в начальной школе, или как это называется в мире этой визуальной новеллы?.. Но суть я поняла.       «Мы учились в одном классе в про… Несколько лет назад», — в ушах резко и противно зашипело и засвистело, ай! Я схватилась за уши, слегка согнувшись. Что это?! Программа?!       — Виолетта, что с тобой?! — Я почувствовала, как Сатори подхватил, нет, не подхватил, просто схватил, чтобы я не упала. Перед глазами появилось огромное пятно, пустота; я зажмурилась.       Свист и шум прекратился, лишь тихое потрескивание, где-то далеко. Я медленно открыла глаза. Всё нормально? Ни пятна… Всё хорошо.       Я сидела на полу класса. Медленно убрав руки от ушей, я подняла глаза на ребят — беспокойство отражалось в четырёх пар разноцветных глаз. Я, слегка покачиваясь, медленно моргнула.       — Тебе плохо? Воды дать? — Первым подал голос Наруки; в лицо мне сунули стакан. В горле не было сухо, ноя всё же выпила.       «Нет-нет, всё прошло… Извините…» — тихо и слегка хрипло ответила я.       — У тебя же в детстве такое было, я вспомнил, — сказал Монико. Его брови слегка сдвинулись, а губы превратились в тонкую линию.        Было. Это было. Сказать, что это было. Подтвердить», — пронеслось в голове. Программа… Лучше слушаться, иначе может повториться или ухудшиться…       — Да… Не беспокойтесь, мне уже лучше, я думала это прошло… В детстве несколько таких приступов было, они быстро проходят, — соврала я.       Сатори, не обращая внимание на моё «Да я сама…», помог мне встать. Он стряхнул с моих плеч, как я решила, несуществующую пыль; юбку, слава Богу, мне позволили оправить самостоятельно. Я помотала головой, убедившись, что всё точно в порядке.       — Может я отведу тебя домой? — Спросил Сатори, но я помотала головой. Забота — это, конечно, хорошо, здорово! Но я терпеть не могу, когда забота превращается в «кудахтанье над несуществующим трупом», честно, раздражает.       — Всё хорошо, правда. Сатори, я не вру. Может мы продолжим, сделав вид, что ничего не произошло? Пожалуйста, я чувствую себя неловко… — Я присела за стол. Слева устроился Монико, справа — Сатори. Передо мной чашка. Юки разлил чай, а Наруки принёс кексы.       Тёплая рука Сатори легла мне на плечо, я вздрогнула. «Что ты хотел?» — Я повернула голову к парню. Его глаза светились беспокойством. Увидев моё каменное лицо, он открыл было рот, но, передумав, убрал руку, сконфузившись и пробормотав «Я провожу тебя до дома, хочешь ты этого или нет»; я улыбнулась. Не надо с ним так, он же просто волнуется… Я кивнула, взяв сладость. Все кексы были в форме кошачьих голов! Шоколадная мордочка, усики и носик из лакрицы, а глазки блестят миндалём, а ещё глазурь! Я умильнулась, взмахнув в восторге рукой; да, я люблю милые вещи, кто их не любит? Даже есть эту прелесть жалко как—то… Наруки, заметив мой восторг, скрестил руки на груди, явно довольный собой. Это он испёк?       — Как всегда прекрасно, Наруки! — Сатори схватил угощение и откусил сразу половину. Он резко остановился, медленно повернувшись ко мне:       «Ифвини» — сказал он с набитым ртом. Варвар из голодного края; я захихикала, а Юки фыркнул. Ему, наверное, тяжело в компании таких, как Сатори. Видимо, каждый раз культурный шок случается… Бедняжка. Поймав мой взгляд, Юки вздохнул и слегка неуверенно улыбнулся мне.       — Так с чего ты решила выбрать литературный клуб? — Спросил Монико, смотря на меня.       — С чего? — Переспросила я, подбирая ответ. Не скажешь же «подкупили кексами», могут обидеться. — Вообще, я люблю читать, но, если честно, думала найти какой-нибудь клуб поклонников аниме и манги, — Наруки оторвался от чашки чая, уставившись на меня. Что я такого сказала?.. — Так как, читая, не очень люблю делиться мыслями и чувствами с другими, на бумаге написать проще… А с анимешниками найти общий язык проще, как мне кажется, учитывая мой характер. Тут Сатори предложил мне этот клуб, пообещав, что будет немного людей, да и я, к тому же, ни в один клуб до сих пор не вступила, — я обвела взглядом всех четверых парней. — У вас мило, компания хорошая…       — Вот как! Здорово! — Монико явно обрадовался. — Всё в порядке! Не волнуйся! Мы сделаем всё, чтобы ты себя чувствовала себя как дома, идёт? Как президент клуба, я обязан сделать его весёлым и увлекательным для всех! — «Здесь тоже можно будет пищать с капрала Аккермана двадцать четыре на семь и тихонько сидеть в углу, чтобы тебя, никто не заметил, Боже упаси, если произойдёт обратное???» — решила про себя, но сказала другое:       — Конечно идёт! Спасибо! Но почему ты решил создать свой клуб? Я удивлена этому… — «Удивление» появилось благодаря программе, дурацкое ощущение — будто ты кукла, и тобой управляет кто—то незримый…       — Откровенно говоря, меня воротит от политических интриг крупных клубов. — Последовал ответ. А, ну тогда понятно… — Мне не интересно спорить о рекламе, финансах, я же хотел заниматься тем, что мне нравится, и сделать из этого нечто особенное… А если я смогу привить остальным любовь к литературе, что, можно считать, моя мечта осуществилась! — Своими искренними побуждениями и целью он вызывал улыбку, напоминая одну знакомую веснушчатую личность — такое поведение, наверное, только в играх можно встретить, да в литературных произведениях…       — Монико и правда замечательный руководитель! — Воскликнул Сатори, подняв чашку. Юки, в знак согласия кивнул, вау, меня окружают адекватные ровесники с понятными мне интересами? — просто чудно! Наверное, трудно создать свой клуб с нуля, да и ещё литературный, когда многие предпочтут книгам мониторы.       Мы посидели ещё около получаса, болтая о том, о сём, — самые обычные темы, ничего такого странного. Наруки всё пытался выяснить, какие тайтлы я смотрела, читаю ли мангу, приятно, конечно, но к чрезмерному вниманию к своей персоне я тоже не привыкла. С большим энтузиазмом говорили о развитии клуба, я даже удивилась. Им действительно нравится литературный клуб, это так здорово! Нравится?.. Ага, конечно! А про Программу я и забыла! Но они же живые, общаются, веселятся, имеют какие-то интересы… Даже не верится, что их на самом деле не… Резко потемнело, и не только за окном, но и в кабинете, и даже в сознании… Опять?! Я покрутила головой, отпив ещё чаю. Да что ж такое-то?! Нельзя «выходить из Матрицы»? Ну ладно… Думать об этом поменьше…       — Слушай, а что ты обычно читаешь, Виолетта? — Обратился ко мне Юки.       — Я? — В памяти тут же всплыла полка, висящая справа от письменного стола. Классическая литература, в которую я с головой ушла ещё в классе в шестом, ненавязчиво смотрела оттуда корешками книг на меня, время от времени просясь в руки. — Ну, Достоевского там…       Сатори в изумлении посмотрел на меня. Опять я сказала что-то не так?.. Я кивнула, желая подтвердить собственные слова. «Я не знал, что ты таким увлекаешься…» — пробормотал он. А что такого?!       Юки тоже выглядел удивлённо, он тоже не ожидал таких слов. А… Я же не в России. Теперь понятно.       — Русская классика прекрасна! — Воскликнула я, взмахнув рукой. Ну во-о-от, теперь я в своей тарелке! Мне не нравились уроки литературы в школе, но, всё же, «видеть то, чего нет и то, что, якобы, хотел сказать и показать автор» я научилась. Книги интересно анализировать самостоятельно, а не сидеть, подперев голову, и записывать нудный бубнёж учителя, который, позже, надо будет использовать в сочинении, чтобы получить хотя бы три. — Тонкие грани человеческой души, переживания, проблемы и страдания! Глубина повествования восхищает! В ней буквально можно утонуть. А язык! Манера излагать события! Гоголь, Достоевский, Лермонтов..!       — Вот как… Интересно… — Ну, зато Юки меня, вроде, понял. Из всех четверых, как мне кажется, именно он любит книги больше всего. Найдём общий язык, надеюсь. Было бы о-о-очень хорошо. Кстати, а в какой я стране сейчас? Понятно, что не в России, уже хорошо… Но всё же хотелось бы знать. Однако, задать вопрос я не решилась, ограничившись мысленным ответом «Ты в визуальной новелле, разве тебе этого недостаточно? Довольствуйся, пока можешь!»       — Юки, а что насчёт тебя? — Решила спросить я, надо же поддерживать разговор.       — Ну что ж, если подумать, — тонкие пальцы парня крепко сжали обложку книги. Он вздохнул, слегка задумавшись. Правая рука юноши, отпустив книгу провёл подушечкой по краю своей чашки. — Больше всего мне нравятся романы с проработанным и целостным фантастическим миром. Уровень мастерства и креативности некоторых авторов просто поражает меня! — Губы изобразили слегка неуверенную улыбку; взгляд же, хоть и заинтересованный, по—прежнему оставался печальным. — И способность рассказать хорошую историю в настолько чужом мире в равной степени впечатляет, — в словах слышится неподдельное восхищение, — парень действительно книголюб. Может, книги и есть его единственная страсть… Хотя, по-моему, это неплохо, даже здорово! Он говорил и говорил; в фиолетовых глазах постепенно разгорались маленькие костры любопытства и интереса, как прекрасно видеть увлечённого человека! — Но знаешь, мне нравятся и многие другие вещи: истории с глубокой психологией частенько заставляют меня нырнуть в них с головой. — Ага, есть шанс, что ему понравится русская классика: страдания-страдания-душевные-муки. — Разве не удивительно то, как писатель может воспользоваться нашим собственным отсутствием воображения, чтобы выбить нас из колеи? — С каждой фразой мне нравился этот парень всё больше и больше. Я не заметила, как чай в моей чашке закончился: не спуская взгляда с Юки, я механически подносила чашку к губам, глотая собственную слюну. — Но так или иначе, в последнее время я прочитал немало ужастиков…       Кажется, его монолог окончился. Тут я поняла, что все четверо внимательно смотрят на меня, ожидая хоть какой-то реакции на эти слова. Довольно утончённый, любящий порассуждать о глубоком, широком, можно сказать Великим и нравственным, юноша.       — Под конец, могу добавить, что, если история заставляет меня задуматься, или затягивает в другой мир, тогда я действительно не могу оторваться…       — А я не люблю ужасы, — резко встрял Наруки, скрестив руки на груди. — Что ты в них только находишь, Юки?       — Почему? — Хором спросили мы с Юки. Мне сюрреалистичная литература с гнетущей атмосферой всегда нравилась, думаю это и можно назвать жанром ужасов. Когда везде литры крови, и кишки свисают с люстры — это просто противно, не страшно… Напряжение, которое сохраняется на протяжении всего романа, рассказа или ещё чего — вот та истина страха, которая мне так нравится!       — Неважно, — последовал сухой ответ, Наруки стрельнул в меня глазами. Страшно ему, что ли?       — Ты же обычно про всякую милоту пишешь, верно? — Поинтересовался Сатори, усмехнувшись.       — С чего ты взял?! — Брови съехались, взгляд поменялся, а пальцы сжали ни в чём не повинную скатерть. Значит, Сатори попал в самую точку.       — Твои кексы, твои поэмы, ты листок недавно забыл под столом, — Сатори хихикнул, но уже по-доброму.       — Лично я, — наконец-то отпустила кружку, взяв ещё один кекс. — Не вижу ничего в этом ужасного, — откусило шоколадное ушко котика. — По-моему, все любят милые вещи, ну в глубине души — что смешного в этой вкуснятине и милой поэме? Ты пишешь поэмы? — последний вопрос сорвался с губ невольно, Программа?..       Наруки перевёл на меня взгляд, я уставилась в ответ. Тот же, смутившись отвёл взгляд.       — Ну иногда, тебе-то какая разница? — пробубнил он в ответ.       — Это же здорово! Почему бы тебе не поделится этим с другими? — Я решила его подбодрить. Есть у меня всё же некоторая тактика по вписыванию себя в новый коллектив — выстроить со всеми хорошие отношения, а потом уже ехать от этого.       — Н-нет!.. — Наруки замотал головой. Боится, что не понравится? Понятно, начинающий и ещё не очень уверенный в себе писатель…       — Истинная форма писательства — когда пишешь для себя самого, — мечтательно вздохнул Юки, приложив руку к груди. Так, это игра мне пытается намекнуть, что надо съезжать со стратегии на Фикбуке «пишем слэш, во имя известности, желательно, чтобы был омегаверс, ещё и про корейцев каких-нибудь»? Нет! Я не пишу про «BTS», но всё равно подобные мысли иногда возникали. Что ж, учту. — Нужно хотеть открыться своим читателям, обнажать свои уязвимости… — Юки опять понесло…       — У тебя есть писательский опыт? — Поинтересовался президент клуба. — Можешь поделиться некоторыми работами, Наруки может набраться опыта, это как—никак литературный клуб, верно? — Зеленоглазый улыбнулся. Да, он прав. Юки резко умолк, виновато смотря на Монико. Ясно-понятно, тоже няша-стесняша.       — А я бы хотел почитать работы каждого! — Заявил Сатори. После его фразы воцарилось молчание, прерываемое лишь тихим тиканьем настенных часов, висевших над доской. В конце концов, Монико поднялся со своего места и, улыбаясь, заговорил:       — Господа… и дама, — я сдержала тихий смешок. — У меня есть идея! — Все с любопытством и лёгким недоумением, я в том числе, смотрели на него. — Давайте все пойдём домой и напишем наши собственные поэмы, а, встретившись, зачитаем их друг другу! Тогда все будут равны! — Надо что-то писать?.. Ну ладно, раз это предусмотрено сюжетом игры, тогда…       — Я за!       — Да! Давайте сделаем это! — Сатори вскинул сжатый кулак, восторженно улыбаясь.       — К тому же, это поможет тебе, Виолетта, лучше устроиться в нашем клубе, почувствовать себя комфортнее в нашей компании! — Он лучезарно улыбнулся. Вопрос о вступлении в клуб, повисший в воздухе с моим появлением, развеялся, Сатори был доволен собой.       — Ты всё же вступишь! Я так счастлив, Виолетта! — Он неуклюже попытался меня обнять, я не стала сопротивляться, легонько похлопав его по спине.       Он был выше меня, поэтому, смотря на остальных, мне приходилось выглядывать из-за его руки, наклонив при этом голову набок. Я встретилась с зелёными, как свежая от росы трава, глазами Монико. Тот отвёл взгляд, совсем тихо не то фыркнув, не то вздохнув, лёгкая улыбка появилась на его тонких губах.       Наконец, Сатори отпустил меня, радостно произнеся «Добро пожаловать в клуб!» Монико протянул мне руку, — я пожала, пробормотав слова благодарности.       — Я думаю, на этой прекрасной ноте можно было бы закончить сегодняшнее собрание. Помните про задание на следующий раз? — С его лица не сходила улыбка. Мы кивнули. — Мне не терпится увидеть, как ты себя покажешь, Виолетта! — Он хихикнул, а я сделала каменное лицо, растянув губы в прямую линию. Смогу ли я произвести должное впечатление?.. Я попыталась отмахнуться от навязчивого чувства тревоги, однако не особо получилось. В конце концов, я имею опыт, и не имеет значение, что это были фанфики!       Болтая о том, о сём, мы начали убираться. Через десять минут я, прихватив с собой парочку кексов Наруки, помахала парням, покинув класс; они тоже собирались, однако не особо торопились.       — До встречи, Виолетта! — мне помахали в ответ, а Сатори поспешил за мной. Он тоже попрощался с друзьями и теперь шёл по пустому школьному коридору рядом со мной. Судя по выражению его лица, он хотел сказать что—то, однако не решался.       — Послушай… — Наконец заговорил он, когда мы оказались на улице. — Хочешь пойти домой вместе? — Резко выпалил он, с некоторым страхом смотря на меня — боится отказа?..       «Раньше мы часто ходили вместе, но последнее время — порознь, так как Сатори постоянно оставался после уроков в клубе», — пронеслось в голове, иногда своевременный «вброс» мне в голову информацией был полезен, а иногда — начинал раздражать с непривычки, но всё же я ничего поделать с этим не могу.       — Конечно, почему бы и нет, — я улыбнулась, увидев восторг на лице парня. Его по-детски голубые искренние глаза так и светились от счастья.       Всю дорогу мы обсуждали события последних часов, Сатори никак не мог нарадоваться факту моего вступления в клуб. А я думала. Вряд ли введут других персонажей, к тому же, на обложке игры и начальном экране было только четыре персонажа, и всех их, правда другого пола, я сегодня встретила.       Итак, что я имею: друг детства, цундере, тихий и застенчивый, очевидно, книжный червь и лидер — набор клише. Если я уж и попала в визуальную новеллу, то с кем-то из них мне нужно выстраивать отношения, но с кем? Вроде все четверо довольно милы… Ничего, поживём-увидим! А пока надо сесть за написание поэмы…