Планета

Опустившись в тёплую воду, я блаженно прикрыл глаза, чувствуя, как напряжение покидает тело. Медленно пошёл ко дну, наслаждаясь невесомостью. Вдруг, когда я уже собирался всплыть, меня словно парализовало. Чья-то ледяная хватка вцепилась в меня, не давая пошевелиться. Я открыл глаза и чуть не захлебнулся от ужаса. Прямо передо мной, словно пиявка, висел голый эльф, плотно прижавшись всем телом. Его чёрная макушка сопела мне в шею, а в следующую секунду я ощутил, как острые клыки пронзают мою кожу. Я шарахнулся в немом крике, сердце бешено заколотилось, пытаясь вырваться из груди. Едва оторвав ушастого от себя, с ужасом смотрел, как он судорожно вцепился в мои плечи, не желая отпускать. — Мне жарко, — прохрипел он, облизывая пересохшие губы и часто дыша. Глаза горели каким-то нездоровым блеском. — Ты… ты укусил меня! — выдохнул я, всё ещё не веря своим глазам. Эльф-вампир начал нежно покусывать мочку моего уха, что-то щебеча на своём непонятном языке. — Моя кровь действует на тебя как афродизиак? Кто ты вообще такой… — Я не понимаю, о чём ты, но если ты сейчас же ничего не сделаешь, я тебя убью! — злобно прорычал Архалл, но в голосе чувствовалась какая-то неуверенность. Затем, почти шёпотом, добавил: — На острове ты был более… — лицо его вспыхнуло краской, и он стал невероятно очаровательным в своей смущённости. Не удержавшись, я потянулся к его полуоткрытым губам. Он шумно вдохнул и впился в мои уста. Этот поцелуй сложно было назвать нежным. Скорее он пожирал меня, вытягивал душу, был каким-то отчаянным и почти безжалостным. К моему удивлению, от этих выкрутасов я возбудился. Ар, почувствовав это, тут же замер, словно проверяя меня, и начал тереться о мой пах. — Ты издеваешься? — хрипло спросил я, вцепившись в его упругое бедро. Пальцы осторожно растягивали несопротивлявшиеся мышцы, задевая простату. Он выгибался и стонал, плавясь в моих руках. Эльф дрожал от каждого движения, ему оставалось только судорожно выдыхать и подставляться под умелые ласки и поцелуи. Сильно укусив плечо, я тут же зализал укус, затем устремился вниз, выцеловывая узоры его груди и пресса. Отстранившись на мгновение, вытащил пальцы из расслабленного, готового к моему вторжению тела, притянул узкие бёдра и плавно вошёл в эльфа. Проникновение было настолько мягким, что он не почувствовал дискомфорта или боли. — Анаро ру!.. черт, — хрипло проговорил Архалл, хватая ртом воздух. — Двигайся уже! — он взглянул на меня яростно и страстно, и я подчинился. Начав двигаться, я вскоре нашёл привычный угол, и Ар тихо вскрикнул, когда я ударил точно в его центр удовольствия. Взяв его возбуждённый член в руку, я ласкал его изнутри и снаружи. Двигался резко и сильно, а ушастик тихо скулил и подставлял губы для поцелуя, словно умоляя. Я целовал его то жадно, то нежно, перебирал шелковистые волосы, сжимал плечи, оставляя красные следы. Лихорадочно целуя шею, оставлял свои метки, словно заявляя права на это сокровище. Эльф изогнулся дугой, и едва я прекратил сосать его нежную кожу, он сипло сказал: — Всё же вы, люди, очень странная раса. И я… не понимаю, зачем ты это делаешь, но… мне нравится, — протяжно застонал Архалл, выгибаясь под моими яростными, сильными движениями. Слизнув белые потёки с пальцев, я ощутил, как по телу разливается жаркая волна, и Ар закричал. На последнем глотке воздуха он дотянулся до моих губ и рухнул на меня, тяжело дышащего. Тихо постанывая от блаженства, придвинулся ближе и уткнулся лицом в моё плечо. С трудом оторвавшись от него, я подхватил обмякшего эльфа, замотал его и себя в полотенце и направился к кровати. Осторожно положил тяжело дышащего Архалла, который, по-видимому, не смог справиться с таким количеством крови, и улёгся рядом, вспоминая вопрос, который не давал мне покоя. — Ушастик, — прошептал я, обращаясь к засыпающему эльфу. Он недовольно посмотрел на меня, закутываясь в одеяло. — Что? — Что именно ты сказал в последний день на острове? Мне покоя не даёт. Придвинувшись к нему, я провёл рукой по его гладкому бедру. Закусив губу, эльф оглядел меня с ног до головы и неохотно ответил: — У вас, людей, есть брак? — Я кивнул. — Тогда я предложил тебе стать моим… — эльф задумался, подбирая слова, — мужем. Если я правильно понял это слово. В нашем языке нет точного перевода. И чтобы ты знал, это у нас навсегда, и твоя свободная жизнь закончилась, — скрестив руки на груди, Архалл с высоко поднятой головой ожидал моей реакции. Он явно не ожидал, что я прысну от смеха. Увидев его непонимающее лицо, я расхохотался ещё сильнее, пока не успокоился, заметив обиженную мордочку. — Надулся, как мышь на крупу, — пробормотал я, притягивая сопротивляющегося эльфа к себе. — Значит, ты предложил мне руку и сердце. Как это романтично. — Называй как хочешь… — Ты обиделся? — … — Мы ещё даже не заключили брак, а ты уже обижаешься, — я подмял эльфа под себя и нежно укусил его за ушко. — Ушастик. — Ты посмеялся над моим предложением! — ещё больше надулся Ар. — Прости. Просто у тебя был такой смешной вид, я не удержался. Но твоё предложение я принимаю. И раз всё уладилось, предлагаю закрепить это ещё одной страстной ночью, — сказал я, плотоядно улыбаясь, и чмокнул его в нос. — Опять?! — встрепенулся Ар и попытался уползти на другой конец кровати. — У меня там всё стёрлось, и по моим законам мы делим постель только с нави! — Знаешь, ты как-то запоздало начал об этом говорить. Сказал бы перед тем, как прыгать ко мне в ванну. Эльф развернулся ко мне спиной и почти соскользнул с кровати, но я мгновенно притянул его обратно. Поцеловав в шею, снял с руки кольцо, доставшееся от родителей, и надел на руку эльфа. Перестав вырываться, Ар в недоумении посмотрел на меня. — Это что? — спросил он, разглядывая кольцо. — Как что? Так все будут знать, что ты занят. Мы дарим своей второй половинке кольцо, если хотим заключить союз. А теперь… Не успел я договорить, как в комнату ворвался Андрей, таща за волосы Ратурри. Эльф, увидев незваных гостей, накинул на меня одеяло и сверкнул гневными глазами. — Андрей, какого хрена ты тут забыл?! И отпусти нейканца, ты хоть представляешь, что натворил? Ты себе могилу вырыл! — изумился я. — Волосы! Они, блин, не как у людей… они чувствуют. Как он мог забыть про такой изъян, я даже боюсь представить, что Ратурри сделает с Андреем за посягательство на его «честь». — Мне плевать. Он своей жирной жопой на мою гитару сел! Гриф к ядрёной фене погнулся, а корпус… — Андрей был вне себя. Для него гитара — святое. — А этот… как бы его назвать, чтобы не задеть расовую принадлежность… Эта гитара была старше тебя! — прорычал он, сильнее дёргая Ратурри за волосы. До меня даже донёсся приглушённый стон. Эта раса редко позволяет своим партнёрам трогать их волосы, а тут такое… Сравнимо с тем, как если бы девушку схватили за грудь. Натянув штаны, я попытался отцепить руку Андрея от несчастных волос. — Да отпусти его, ты ему сейчас их вырвешь! Оставил вас на несколько часов, что вообще произошло? — Я решил расслабиться, сыграть на гитарке, а этому, видите ли, не нравится звучание. — А как дошло до того, что она сломалась? — Да фиг его знает. После пятого подсрачника было уже не до того. Чёрт! Ты что, своей волоснёй слизь выделяешь? — Андрей отпустил Ратурри и взглянул на свою руку с отвращением. — Мыть теперь придётся. — Раз вы все решили, то… — Нет, не решили! Кто будет ущерб возмещать?! Она мне от дедушки досталась! Пока Андрей орал на Ратурри, меня за штанину потянул Ар. — Что? — Твой друг знает о всей серьёзности ситуации? — По-моему, нет. Он труп. Это противостояние будет длиться вечно, если, конечно, ему не купить похожую гитару. Только где он такую достанет? Такие уже не делают. — А кто управляет кораблём? Этот вопрос заставил всех замереть. — Андрей! — крикнул я, спасая Ратурри от неминуемого фингала. В голове промелькнула мысль о том, что, возможно, нас всех ждёт неминуемая катастрофа.