Дети, откуда вы взялись?

Воспоминания, порой, единственное, что остается после человека. Время проходит, разлучая нас и отправляя в разные концы мира, или же просто смерть отбирает у нас близких людей. Но они всегда хранятся в нашем сердце, душе, моменты, проведенные вместе, это бесценное время. Время, проведенное рядом с простыми людьми, кажется бесконечным, но время, проведенное рядом с близкими, кажется секундами. Оно так беспощадно уходит, так же беспощадно как это делают люди. Из нашей жизни практически каждый день кто-нибудь уезжает, исчезает или просто перестает быть в нашем мире. И на душе становится так паршиво, погано и пусто. Будто в тебе сделали огромную дыру именно эти беды. Горе, печаль проходят через тебя, как сквозь стекло. Ты — губка, которая впитывает в себя всю сладость печалей, но потом, если эту губку взять и выжать из нее все, то она превратится в непонятную вещь. Так и из человека буквально высасывают всю жизнь, а потом в один миг, когда хочешь посмотреть на человека, вытерпевшего все, но ты понимаешь, что от него не осталось ничего, лишь пустота и мерзость этого мира. Саске и Сакура на данном этапе ничем не отличались от своих детей, если быть конкретнее, не отличались от Седрика и Юми. Сейчас разъяренная Сакура гонялась за Саске по всему дому, даже не обращая внимания на своих детей. Как говорится, родители пример для детей. Наконец-то опомнившись и осознав, что перед ними сейчас дети, Сакура остановилась и, глубоко вздохнув, пошла на кухню. Саске же, облегченно вздохнув от того, что избавился от этой, как он думал про себя «истерички», без каких-либо слов, прошел к дивану и включил свой телевизор. Будто ничего и не произошло. Странно, конечно. Но, если приглядеться, они были такие разные, но для того, чтобы любить друг друга, нужные разные вещи, чтобы компенсировать их своим присутствием. Но, какая любовь в такие моменты жизни, когда они даже сами не могут определиться, что хотят друг от друга. — Папа, — шепотом начал Седрик. — Мне кажется, что мама расстроилась. Посмотри на нее сам. Обернувшись, брюнет увидел как его будущая «жена» мыла посуду как ни в чем не бывало. — И? — скептически ответил Саске. — Пусть моет посуду, раз так хочется. — Ничего, просто, когда мама злиться, она всегда в тишине уходит либо мыть посуду, либо пить чай. — Юми решила встрять в разговор, ибо ее брат растяпа ничего сам не может. — Пройдет, и все. — Без капельки эмоций, настоящий Учиха. — Почему ты все время такой грубый? Такой, я не знаю, как еще сказать… без сердца, без ничего. То делаешь вид, что любишь маму, то нет… — грусть окутала сердце маленькой дочери. — Кто вообще сказал, что я люблю вашу маму? Я ее терпеть не могу, — на этих нотах Сакура уронила посуду, что со звоном упала на пол. В ее душе творились непонятные чувства. Она ведь надеялась… она ведь думала, что все будет хорошо, а он ведет себя так грубо. Будто у него не сердце, а камень, и он не способен чувствовать. Как же трудно полюбить человека, когда он такой противоречивый в душе. Сакура давно испытывала к нему чувства, но скрывала их под маской, дабы не показать себя дурочкой. Она не хотела принадлежать к стаду девушек, которые просто таяли от одного взгляда Холодного Учихи. Это все были глупости, и поэтому розоволосая пыталась убедить себя в обратном, но все же чувства остаются в сердце. Все-таки «любовь» — это слишком непонятное чувство. Мы любим тех, кто нас не любит. Тратим время на тех, кто этого вообще не достоин. Правда жизни. И все время что-то ищем, даже не замечая, что счастье у нас под носом, стоит лишь присмотреться. Глаза Харуно наполнились слезами, еще немного и она расплачется… но не судьба была. Ее телефон резко зазвонил. — Да, я слушаю, — чуть хриплым голосом ответила девушка. «Сакура, здравствуй. Видишь ли дело в том, что наш гитарист заболел, и у нас нет замены. Ты бы не могла поиграть вместо него?» — послышался голос с той стороны трубки. — Ну, я не знаю, — она мимолетно взглянула на Учиху, а потом добавила. — Хотя, я смогу. Где и во сколько? «Спасибо большое тебе, Сакура, — радостно проговорил голос. — Ждем тебя в восемь вечера в клубе моих родителей». — Хорошо. На пару секунд Харуно задумалась, но потом добавила: — Думаю, чтобы у нас не случались стычки и другие весьма отрицательные моменты, мы будем общаться по очереди с детьми. Это, конечно, противоречит нашим обещаниям, но все же я не могу так жить больше. Сегодня Юми будет у меня, а завтра Седрик. И так будем чередовать детей, Учиха, — с полной ненавистью она заключила. — Юми, идем, — взяв свою дочь за руку, Харуно буквально вылетела из особняка. Учиха лишь хмыкнул и ушел на балкон, вновь зажег сигарету, наполняя свои легкие этим едким дымом, способным убивать. Ему надо было развеяться и прийти в себя. Вдруг, возле него появилась фигура, так же с сигаретой в руках. Дым стал наполнять всю окружающую атмосферу. Два подростка, практически одинаковых по характеру, но отличающихся внешне. — И что ты собираешься делать, отец? — притушив сигарету, спросил Седрик. — Ничего, мы идем в тот же клуб, что и твоя чокнутая мамаша, — Саске бросил сигарету и вздохнул полной грудью. — Но, откуда ты знаешь, в какой клуб она пошла? — удивлению сына не было предела. — У Харуно есть лишь одна подружка, чьи родители владеют клубом, и я их знаю. Ну что ж, сынок, оценим твои вкусы, пошли за мной. Саске поманил своего сына за собой на второй этаж особняка в самую последнюю комнату. Открыв ее, перед ним предстал огромный шкаф с разными мужскими вещами и обувью. Седрика это не капельки не смутило. — Ты не подумай, но мама тут всякого понакупала, — начал оправдываться брюнет. — Да ничего страшного, пап. У меня точно такой же есть дома. Что ни говори, но бабушка никогда не унимается в покупке вещей. Ты бы видел какой у Юми гардероб, — хмыкнул Седрик. — Представить аж страшно, — так же хмыкнул Саске. Те же самые привычки и повадки. Оба решили остаться в прежней одежде, только верх поменять. Седрик одел зеленую майку, а Саске серую рубашку, расстегнутую на несколько пуговиц нарочно. — Пошли, сынок, покорять сердца, — коварно сказал Учиха. — Ну, пошли, — так же ответил его сын. Закрыв дверь особняка на ключ, Саске сел в свою машину, а Седрик рядом с ним. Водитель не стал ничего спрашивать, так как подумал, что это очередной друг юного Господина. Сказав водителю адрес, тот кивнул, и машина исчезла из виду в известном только для них направлении.

***

Юми не могла понять никак, что за отношения между их родителями? Такие ужасно натянутые и напрягающие. Харуно давно позвонила своему водителю, и сейчас они были уже у розоволосой дома, которая в данный момент переодевалась. Девушка выглядела подавленной, но не подавала виду, дабы не огорчать свою дочь. — Юми, ты переоденешься? — спросила заботливая мать. — Нет, мама, я останусь так. Кстати, классно выглядишь, — сделала она комплимент. — Спасибо, милая моя, — улыбнулась Сакура в ответ. Она одела зеленые узкие джинсы, белые кеды, такого же цветы топ и зеленый пиджак. Рукава она заправила, чтобы было легче играть, а из украшений она одела лишь серьги и белые бусы на шею. Волосы же она собрала в высокий хвост. — Ну что, пошли, радость моя. Хотя, постой, иди сюда, — поманила розоволосая свою дочь. Юми подошла к ней. Сакура поправила ее розовые короткие волосы и нацепила ей брошь на блузку, которая гармонично смотрелась с видом Юми. — Так, и еще один штрих, — она вытащила из гардероба черный пиджак и отдала его своей дочери. — Теперь ты будешь такой, как мама. Идем, — бросила Сакура и, не забыв взять с собой свою сумочку со всеми принадлежностями, спустилась вниз. Родителей сейчас не было, так как они были в командировке, поэтому розоволосая была дома одна. Назвав водителю адрес давно уже изученного маршрута, девушка села в машину со своей дочерью, и та тронулась с места.

***

В клубе семьи Яманоко царила весьма зажигательная атмосфера. Все посетители состояли по большей части из подростков, которые пришли отдохнуть от суеты будних дней, или же просто забыться. Некоторые танцевали, некоторые сидели у барной стойки, некоторые о чем-то мило болтали друг с другом. Юми здесь была впервые, и поэтому она с неким испугом смотрела на все происходящее вокруг в отличие от своего брата, который здесь уже побывал несколько раз со своим отцом в будущем. Сакура схватила дочь за руку и потащила за кулисы сцены. — О Сакура, ты пришла? — воскликнула блондинка — Ино, дочь владельца этого клуба. — А это кто с тобой? Чертовски похожа на тебя, кстати. — Это моя кузина — Юми, — ничуть не растерялась Харуно. — Юми, знакомься — это Ино, Ино это Юми. — Очень приятно познакомиться, — смущенно протянула дочка. — Она такая же стеснительная как Хината, — сделала вывод Яманако. — А где я могу взять свою гитару и настроить? — спросила Сакура. — Она лежит возле клавиш, там спроси у Кибы. — Хорошо, — ответила, как ни в чем не бывало, розоволосая. — Эмм… мама, — тихо, чтобы их никто не услышал, спросила Юми. — Можно я пойду в зал? — А ты не потеряешься? — с волнением переспросила мать. — Нет, все будет хорошо. Я тебя так лучше буду видеть, — улыбнулась маленькая. — Хорошо, но чтобы я тебя там видела, — так же тепло улыбнулась Сакура и отпустила свою дочь. Осторожно спустившись со сцены, Юми прошла вглубь зала. Сколько же здесь людей было, и как они странно, как отметила Юми, танцевали. Для нее это было в новинку, ведь она почти никуда не выходила. Из-за таких вот отношений родителей, они с братом быстро стали взрослеть, и поэтому она выполняла, практически всю работу своей мамы. Старалась быть самостоятельной, готовить и заботиться о своем братике. Она хотела стать мамой для него. Лишь воспоминание о том, кем она была, заставляло ее быть такой робкой и хрупкой. Так и не заметив, девушка растерялась и потерялась в зале, даже не замечая сцену. Вокруг лишь подростки, танцующие под зажигательную музыку, и она совсем… одна. Обернувшись, она буквально столкнулась с каким-то парнем. — Ой, извините, — робко бросила она. — Извинениями ты не отделаешься, — пошло улыбнулся встречный. Было видно, что он выпил, и сейчас в нем кипят гормоны. «Господи, что же делать? Я ведь совсем не знаю. Драться?», — пронеслось в голове у Юми. Не найдя никакого выхода, она просто ринулась вперед. Тот парень так же последовал ее примеру и побежал за ней. Через несколько метров она опять не заметила человека, двигающегося на встречу ей, и врезалась в него. Но на это раз подняв глаза, она облегчено вздохнула. Это был Саске, а рядом с ним и Седрик. — Папочка я боюсь, — только и сказала Юми. И тут перед ним предстал тот самый парень, но, увидев Юми в объятиях Саске, сразу же обомлел. — Ой, извините, Учиха-сама, я не знал, что она ваша знакомая. Тысячу извинений, — он подошел к Юми, поцеловал ее руку и в считанные секунды убежал оттуда. — Что это было? — в шоке спросила дочка. Она даже не осознала, что тут случилось. — Это был твой отец — важный человек. В следующий раз говори всем, что ты сестра Учихи Саске, и тебя никто не тронет, хорошо, маленькая? — заботливо спросил брюнет. — Хорошо, папа. — Да ты крут, отец, — влез в разговор Седрик, восхищенный всей этой ситуацией. Тут музыка утихла, и на сцене появилась группа «Кровавый Рассвет», как она называлась. Киба играл на клавишах, Сакура на бас-гитаре, Ино на электро-гитаре, Хината на соло-гитаре, и так же она была солисткой, а Наруто играл на барабанах. Заиграла сначала медленная и нежная мелодия и играли лишь барабаны и одна гитара, но через несколько секунд включились и остальные две гитары вместе с клавишами, заглушая эту нежность и превращая мелодию в сильную и умопомрачительную. Это был альтернативный рок. Всю песню Саске глядел на Сакуру, которая даже его не замечала. Она полностью отдалась музыке и вкладывала все свои силы в эту песню так же, как и другие ее сокомандники. На заключительных аккордах песня кончилась, и все музыканты направились за кулисы, примеру которых последовал и Саске. Седрик и Юми остались в зале по просьбе отца. Так как близнец здесь был не первый раз, он повел свою сестру к барной стойке и заказал два коктейля. Себе с алкоголем, а Юми без. Сакура поставила свою гитару и размяла руки. Тут она вспомнила про свою дочь и буквально выскочила из-за кулис, но путь ей преградил какой-то массивный мужчина. Она пыталась пройти мимо его, но не получилось. — Что ж, Сакура, мне понравилось ваше выступление, да и Вы сама хорошенькая, — ухмыльнулся он. — Спасибо большое, конечно, но я тороплюсь, — она нервничала. — Ну, что же Вы так, Сакура, отказываете хорошим людям. Видите ли, я могу Вам обеспечить кучу подарков. — Какой наглец. — У меня обеспеченные родители, и я ни в чем не нуждаюсь. — Да, перестаньте, Вы же такая же, как и все остальные. Шлюшка. Ведь у Вас в бизнесе всегда все через постель, — он схватил Харуно за запястье и сжал ее. Он хотел что-то еще добавить, но не успел. Кто-то его буквально отодрал от Сакуры и швырнул на пол, хорошенько вмазав по роже. — Чтобы даже и пальцем не трогал МОЮ жену, — сделав акцент на «мою», Саске еще раз ударил того мужчину, от чего у него изо рта и из носа хлыстнула кровь, окрашивая рубашку Саске в кроваво-красные пятна. — Я больше не буду, — еле говорил мужчина. — Извините. — Слизняк, — с презрением сказал Саске и подошел к Сакуре. — Ты как, все впорядке? — Все нормально, только на гитаре не смогу играть ближайшее время, запястье слишком болит, — всхлипывая, ответила она. — Глупенькая ты моя, женушка, — он прижал к себе Сакуру и крепко обнял. Девушка обняла его в ответ. — Ты ведь говорил, что ты меня терпеть не можешь, — кстати заметила. — Возможно, но без тебя скучно, Харуно. Без тебя скучно в школе, не с кем ссориться, дома нет никого плачущего, и жалобного. Я сегодня когда увидел нашу Юми такую хрупкую, понял, что ты такая же. А если ты будущая мать моих детей, значит и ты достойна моей защиты. Кстати, может пойдем отдохнем куда-нибудь с детьми? — Ты не перестаешь меня удивлять, Учиха, — улыбнулась. — Хотя, неплохая идея, я с тобой согласна. — Вот такой ты мне нравишься больше, — сказал Учиха. — Да и ты тоже неплохой, когда нормальный, — так же заметила Сакура. Саске хотел было еще добавить пару слов, как их прервали знакомые голоса. — Я тебе говорила — не пей, а ты нет, ты ведь такой крутой. — Замолчи, Юми, и без тебя трещит голова. — Сам виноват, индюк ходячий, меня никогда не слушаешь! — Бука ты! — А ты дебил. Тут перед ними предстали Юми и Седрик во всей красе, не считая того, что у Седрика были странные глаза, которые буквально горели огоньком азарта. — А мы не помешали? — опять краснея спросила Юми, увидев родителей в обнимку. — Да нет, — оба в голос воскликнули Саске и Сакура и отпрянули друг от друга. — Седрик, ты что выпил? — подойдя к нему спросила Сакура. — Я тебя накажу. — Делай, что хочешь, маман, я не знал, что не выдержу и выпью. — Господи, домой сейчас же, и спать! Оба! — крикнула Харуно на детей. — И за что нам такое счастье? — спросила она у самой себя. — За все хорошее, — улыбнулся уголками губ Учиха. — Они ведь наши дети. Так и прошёл еще один день из жизни этой странной семейки. Все-таки решили все поехать к Учихе. Сакура легла в его комнате, дети в спальне родителей, а Саске лег в гостиной. Сумасшедшая семейка.