Наследник Шинигами

-К-кто вы?- дрожащим голосом задал я первый попавшийся мне вопрос, одновременно с этим невольно рассматривая женщину перед собой.- И где я нахожусь?- немного покрутив головой в разные стороны, я так и не смог увидеть тот конец белой пустыни, что слегка болезненно колола глаза. -Не бойся, дитя. Я не наврежу тебе,- ее бархатный голос был чересчур убедительный, а мягкая теплая ладонь, чьи нежные пальцы, осторожно легшие на мою левую сторону лица и вернувшие мое внимание своей обладательнице, вновь заставили меня посмотреть на единственную, кто находился здесь кроме меня.- Я Кагуя. Кагуя Ооцуцуки. -Кагуя Ооцуцуки?- не ожидая от самого себя, переспросил я. -Верно, дитя,- его безупречная улыбка, которой она меня одарила в подтверждение моих слов, дала меня ту самую слабость, благодаря которой паника во мне постепенно начала исчезать, заменяя всю себя на умиротворение и спокойствие.- А как тебя зовут? -М-меня?..- переспрос вопросов возникал каждый раз, когда меня хвалили или я находился в непосредственной близости с кем-либо. Нынешняя ситуация не оказалась исключением. -Да,-сделав легкий кивок и вновь улыбнувшись, она немного двинулась вперед, сокращая расстояние между нашими лицами и телами.- Так, каково твое имя? -Н-наруто. Наруто Узумаки!- промямлив данное мне родителями имя, я решил, что дела так дальше идти не могут и постарался быстро взять себя в руки. Но к сожалению вышла наоборот. Я лишь выпалил свое имя и фамилию на скорость и по привычке поклонился, закрыв при этом глаза. Но уважительный поклон к собеседнику в лице женщины вышел куда более глубокий и резкий, благодаря чему ее рука сорвалась с моей лица, а часть моих золотистых волос задели подбородок женщины, из-за чего я еще больше засмущавшись не смог обратно выпрямиться. Смотря на меня в явном удивлением, женщина тихо захихикала, и, вновь прислонил свою теплую руку к моему лицу, нежно приподняла его, тем самым давая мне повод выпрямиться и раскрыть глаза. -Наруто Узумаки,- медленно перебрав каждую букву, она провела большим пальцем правой руки вдоль левой щеки, задевая некие точки, которые я почему-то не чувствовал. Но даже это не помогло мне скрыть то смущение, что навалилось на меня в этот момент, окрашивая кожу на лице в светло-красные оттенки.- Не бойся, Наруто-кун, тебе здесь никто и ничего не грозит,- тон ее голоса даже не давал причин усомниться в ее словах. Ее голос был чем-то схожим с маминым. Он был таким же теплым и приятным.- Я обещаю,- ведя своими пальцами вдоль моего подбородка, попутно перебираясь с него на щеку, а затем и задев кончики волос, Кагуя-сан выпрямилась, давая мне возможность полностью себя лицезреть. Кагуя-сан была бледнокожей женщиной, что обладала крайне запоминающимися чертами лица, так и говорящие о благородном происхождении. Ее длинные, широкие белоснежные волосы свисали вниз, ложась на ближайшие метр вокруг женщины. Особое внимание привлекали не только ее белые чистые глаза и темные губы, но и два бурых рога, которые выступали из ее головы. Из одежды она носила переходное химе-кимоно с высоким воротником и с множеством томоэ на рукавах и по центру. В самом низу кимоно проходили своего рода украшения в виде золотых и фиолетовых линий, придающих белой ткани некой особенности, светлости. -К-кагуя-сан, а что это за место?- небольшое неудобство и волнение перед этой женщиной заставило меня сделать короткую паузу, но вопрос я свой все же повторил, только слегка изменив. -Это место, куда попадают души некогда живущих существ, чье время уже вышло, но одновременно с этим и осталось, благодаря чему они не могут попасть в мир мертвых,- уложив белоснежные руки в рукава, Кагуя-сан начала осматриваться вокруг, где затем вновь остановила свой взгляд на мне.- Это Чистилище, Наруто-кун. -Ч-чистилище?- после услышанного мой голос дрожал, как и подбородок, давая повод челюстям тихими ударами соприкасаться друг об друга. В этот момент я не волновался, совсем нет. Я боялся. Мне стало по-настоящему страшно. Заполнившие мою голову мысли о том, что с моими новорожденными сестрами могло что-то случится, как и с родителями, друзьями, знакомыми и со стариком Третим, я чуть было не потерял равновесие, кое-как продолжая стоять на ватных, трясущихся ногах.-Н-но, как же т-так… -Наруто-кун,- тихий голос Кагуи-сан, что прозвучал у самого уха, заставил меня широко раскрыть мои глаза, где уже достаточно накопилось влаги, и замолчать. Она аккуратно обхватила мою шею руками, давая мне то тепло и поддержку, что и мне в тот момент была жизненно необходима. Я даже не заметил, как обнял ее в ответ и сжался к ней в объятия, попутно пуская слезы.- Не переживай на счет этого. Ты их еще увидишь,- словно прочитав мои мысли и явно несбыточные желания, она подбодрила меня. Или хорошо соврала. В то время мне такое и в голову прийти не могло. Да и ребенком я был. -П-правда?- слегка всхлипывая произнес я. -Правда,- вновь дружелюбно улыбнувшись, Кагуя-сан провела своими ладонями вдоль щек, вытирая оставшиеся слезы, и, взяв меня за руку, посмотрела в даль бесконечно белого цвета,- Это место пустое, на первый взгляд. Здесь ничего нет, лишь нескончаемый белый цвет пространства. Даже время здесь бессильно. Но если хорошо постараться и представить что-то, можно попасть в те места, где ты уже когда-то бывал,- внимательно слушая и впитывая каждое слово Кагуи-сан, слегка потирая правый глаз тыльной стороной свободной ладони, я увидел, как пространство впереди меня начало искажаться, приобретая цвета и некие очертания. Начиная с мелкой, еле заметной точки вдалеке, и заканчивая полноценным перевоплощением всего вокруг меня. Белая пустыня сменилась небольшими размерами деревней, в центре которой находилось пустотное место усеянное короткой зеленистой травой. Окружающие нас с Кагуя-сан дома явно были куда древнее, чем те, что находились в моей родной деревне. Особенной чертой был материал, из которого они были полностью построены. Древесина. Но сменилась не только окружающая нас до этого момента среда, но и… условия? Легкий ветерок подхватывал уголки моей одежды, слегка приподнимая их и придавая невольно движение моим волосам, слегка улавливая теплый солнечный свет, я немножко зажмурился, прикрываясь рукой. Плавно плывущие по синему небу облака лишь придавали необычности картине. Несмотря на то, что не было видно каких-либо существ, отчетливо было слышно щебетание птиц. Поверить в то, что это место является иллюзий было практически невозможно. -Кагуя-сан, а где мы находимся?- весь тот страх испарился благодаря поддержки этой милой женщины, а его остаток заменился удивлением от увиденного. -Это место когда-то было мне домом,- с некой долькой грусти тихим тоном проговорила мне Кагуя-сан, оборачиваясь на прозвучавшие вдалеке быстрые шаги. Вслед обернувшись на звук, я увидел, как двери самого большого дома открываются и оттуда выбегают двое мальчишек, примерно моего возраста. Ничем непримечательная одежда белого цвета, что обернулась вокруг белоснежной кожи, частично скрывала большую часть тел, открывая на вид только мраморного цвета глаза, волосы, небольшие рожки и радостные лица, чьи улыбки сияли задором и весельем. -Давай наперегонки до ручья?- быстро проговорив условия коротковолосый мальчишка, не дожидаясь ответа, ринулся в нашу сторону, где свободно прошел сквозь нас. -Эй, так нечестно!- второй, с более длинными волосами, что были сплетены в короткий, до талии, хвостик, побежал следом за убегающим от него. Увиденное прибавило мне вопросов, который я не спешил задавать, смотря на задумавшуюся о чем-то Кагую-сан, что смотрела своим, как мне показалось тогда, пустым взглядом куда-то вдаль. Засмотревшись на нее белоснежное лицо, я решил проследить за ее взглядом и, повернув голову в противоположном направлении убегающих вдаль мальчишек, увидел огромнейшее в своей жизни древо, что властно распустило свои ветви над небом, устремившиеся во все стороны. Те же плывущие пористые облака, казалось, касались его ствола и нескольких сотен тысяч из миллионов листьев. -Кагуя-сан, а кто это был?- подождав некоторое время, я все же задал свой вопрос, так как затянувшаяся пауза и серьезное лицо женщины, что все еще держала меня за руку, не говорило о теплых воспоминаниях. -Мои сыновья,- начинающий тон женщины был холоден и безразличен, но быстро вернулся на прежний, теплый, ласковый. -Вы скучаете по этому месту?- где-то в глубине я чувствовал, что не стоит задавать подобные вопросы, но я никогда не умел должным образом прислушиваться к внутреннему голосу. -Немного,- слегка приподняв уголки губ, ответила женщина. -А что произошло? Почему вы оказались здесь? -Я…- впервые за все время, Кагуя-сан запнулась на полуслове, либо не зная, что ответить, либо подбирая правильные слова.- Была предана и запечатана… поглощена пустотой и тьмой… навечно… -Запечатаны?- наконец поняв свою ошибку, увидев совсем нескрываемую боль и тоску в ее белых, как снег, глазах, я хотел было остановиться и не мучать ее дальше своими вопросами. Но не мог. У меня возникла идея, которую я захотел сразу же реализовать, так как после, может быть поздно.- Кагуя-сан, прошу меня простить за еще один вопрос, но, не могли бы Вы поподробнее рассказать мне об том момент, когда Вас запечатывали и кто это сделал? -Зачем тебе это?- раскрыв глаза от удивления и одновременно с этим непонимания, Кагуя-сан посмотрела на меня в ожидании ответа. -Еще при жизни… я был потомком великого клана, что специализировался на действиях подобным запечатыванию. Поэтому я решил, что в благодарность за Вашу доброту ко мне, я смогу помочь Вам и освободить Вас из заточения,- каждое слово я проговорил с серьезным лицом и интонации, на которые был способен. Я почему-то верил в то, что смогу ей помочь и обрести свободу. -Наруто…- тихим, шокированным голосом вымолвила она мое имя, после чего тихо хихикнула и, вновь присев на колени, что были скрыты белоснежной тканью, обняла меня, уместив свою голову мне на правое плечо, умиротворяюще поглаживая мне голову.- Мне жаль, Наруто-кун,- отодвинувшись от меня, она посмотрела мне в глаза.- Но тебе не освободить меня из заточения,- ее голос был ровным и ласковым, не одна буква не дрогнула, а значит она знала, о чем говорит. -Н-но почему?- непонимающе всего, я хотел было уже обозлиться на весь мир за такую несправедливость к Кагуе-сан. К той, кто не заслужил подобной участи.- Почему я не… -Наруто-кун,- бархатный тон голоса, вместе с лежащими на моих обеих щеках нежными руками, успокаивал, заставляя расслабиться и прислушаться к склонившееся передо мной.- Ты слишком юн и слаб,- ее слова прозвучали, как приговор, словно гром среди ясного неба. Но не для обиды или печали не было сейчас места. Лишь для понимания и принятия правды.- Твоих сил явно не хватит для подобного. -Тогда я стану сильнее. Превзойду себя и разрушу ту печать, что сдерживает Вас здесь,- мой решительный голос вновь ввел в ступор мою собеседницу, заставляя себя над чем-то задуматься. -Ты действительно хочешь этого?- в этот раз ее голос звучал с некой грусть, словно его яркие цвета потускнели и завяли. -Да,- решительно ответил я, чувствуя легкую тяжесть ее рук у себя на плечах. Кагуя-сан молчала. Просто смотрела мне в грудь пустым взглядом и молчала. Скорее всего обдумывать что-то важное, а именно дальнейшие действия, вопросы и ответы, она с решительным взглядом посмотрела мне в глаза, заставляя меня слегка притупить тот хлещущийся во все стороны поток. -Я благодарна тебе за предложенную помощь, Наруто-кун… Я принимаю ее и возлагаю на твои плечи свою свободу, жизнь и душу,- произнеся некое подобие преданности, клятвы чему-то, ее пальцы левой руки обхватили мой подбородок, слегка наклоняя мою голову вперед, в то время, как правая рука оставалась на плече, используемая в качестве опоры, Кагуя-сан приподняла свою голову выше и поцеловала меня в лоб своими пышными, бледными губами, заставляя меня засмущаться еще больше прежнего. -К-кагуя-сан? -Неужели ты думал, что я оставлю тебя без благодарности?- с игривой улыбкой она заставила меня опустить взгляд, постепенно покрываясь красным оттенком и слыша перед собой тихое хихиканье. Смотря себе под ноги, я лишь в эту минуту заметил, что моя одежда и часть открытой кожи покрыты черной гарью, оставшейся после нападения… Невольно вспоминая об случившемся, я и не заметил, как мы вновь оказались в белом пространстве. -Кагуя-сан, кто же Вас обрек на такое?- последний вопрос был особенным, так как женщина передо мной явно была особенной. Значит и тот, кто сделал это с ней, превосходил ее. Не знаю в чем именно заключалось это превосходство, но одно я мог предположить точно— мне не тягаться с ним. Точно не сейчас. -Это не имеет значения,- не стоило быть взрослым и хорошо разбираться в людях, чтобы понять, эта тема разговора болезненна для нее. Ее тихий, слегка дрожащий голос и смотрящий в сторону взгляд с слегка усиленной хваткой кисти руки прямо говорили об этом, плохо скрывая происходящее или не пытаясь вовсе. -Кагуя-сан,- последовав примеру ее действий, я слегка сжал пальцы руки, что находилась в ее нежной ладони, привлекая к себе внимание. Кагуя-сан, вновь услышав свое имя, только в этот раз оно прозвучало с неким беспокойством. Увидев ее взгляд на себе, я слегка дернулся. Он был словно наполнен холодом и отвращением, проживающих до самых костей, но быстро стал прежним, из-за чего я решил, что мне показалось. Ее внимание было полностью сосредоточенно на мне и мой легкий рывок слегка потянул ее в мою сторону, заставив ту тяжело вздохнуть. -Это сделали мои сыновья,- услышав легкий шорох слева от себя, я повернулся на звук, где в этот момент пространство в десяти метрах от нас начало вновь искажаться. Разница с первым случаем была только в том, что в этот раз точек с искажением было две. И времени на изменения иного не потребовалось. Точнее, никаких изменений не произошло, а эти две точки постепенно превратились в две фигуры. Не пришлось даже всматриваться в их лица, чтобы узнать в них некогда пробегающих в эдеме иллюзий детей. Сейчас же они выглядели куда более взрослее и явно сильнее. И тот факт, что они могли одолеть Кагуя-сан вдвоем вполне себя поддерживал на плаву. Но даже если это все произошло… Какова была причина содеянного? -Кагуя-сан… почему они так поступили?- я не мог их понять. Предать ту, кто является по-настоящему родной для тебя душой. Причем не просто предать, но и заставить страдать…- Почему они предали Вас, кто любил их и вырастил? И обрекли на подобное страдание в одиночестве?.. Это ненормально! -Понимаешь, Наруто-кун,- услышанные мною сказанные слова подтолкнули ее на прямую речь, без всяких отклонений от нее.- Все дело в моей силе,- ее свободная рука легла на укрытую тканью грудь, где спустя секунду пальцы слегка ее сжали, пропуская между собой.- Они посчитали, что в дальнейшем моя сила может перерасти в безумие, что впоследствии поглотит меня и сделает чудовище… Поэтому они решили избавиться от подобного зла, до его рождения. -Они напали на Вас?..- неверующе задал я вопрос, расширив от удивления глаза. В глубине моей души поселилась слабая надежда, что мои слова и теория являются ошибочными. -К сожалению это так, Наруто,- в ее сосредоточенным на мне взгляде отчетливо читалась боль. И преграда в виде моего возраста не мешала мне это рассмотреть. Благодаря моей особенности, я мог без каких-либо трудом поставить себя на место другого и благодаря своему воображению ощутить на себе часть того, что пришлось пережить другим.- Они решили избавиться от меня, одолев и не дав мне возможности на спасение… -Кагуя-сан…- на удивление меня переполняла уверенность, а после услышанных слов я точно не мог отступить и отказаться от взаимной помощи.- Когда я вернусь в мир живых, я обязательно приложу все возможные и невозможные усилия, чтобы помочь Вам! -Твои слова многое значат для меня, дитя,- проведя пальцами вдоль щеки и моих торчащих во все стороны волос, она присела в полуметре от меня и обхватила мои кисти рук своими.- Я верю, что сказанные тобою слова не пустой звук. И именно поэтому я хочу научить тебя управлять своим даром, что я отдала тебе некоторое время назад… ••• Старое чувство контроля сознания, что на протяжении неизвестного, но точно долгого времени было безвозвратно утеряно, неприятно отдалось в голове, слегка кольнув и сладко помутнев рассудок, давая секунду на старые воспоминания, где я просил дополнительную минутку сна у своей матери. Манящий, затуманивший голову привкус того, что я наконец "выспался", наконец позволил мне невольно пошевелить веками глазниц. Конечно, движением это было трудно назвать. Скорее щекотливой дрожью, нежно обхватившей яблоки глаз, за которой последовало полноценное их движения, давая повод поморщиться, повернуться на бок, спиной к окну за котором уверенно сияет солнце, и неразборчивым для себя движением накрыть голову свободным куском пышной подушки… Однако, то, что случалось почти каждый день на протяжении большей части моей жизни, сейчас не произошло. Тех сил, для совершения подобного, чье количество должно быть мизерным, явно не хватало. Точнее, их почти вообще не было. Каждое неловкое движение давалось с огромнейшим трудом. А точнее я никак не мог пошевелиться. Даже согнуть или разогнуть палец был не в силах. Или же попросту не почувствовал? К переживаниям добавилась незрячесть. Несмотря на без чувствительность все тела, лицо отдавалось безоговорочным, но все же слабым контролем. И я был несказанно рад, когда черная, словно смоль картинка некой серой комнаты начала проявляться. Поначалу я даже подумал, что вернулся обратно, в Чистилище. Но это предположение сразу отпало, при воспоминании последнего… Видя, как окружение понемногу приходит в нормальный контраст, и чувствуя, словно настолько лень что-либо делать, а настроение словно улетучилось, как будто и не было его, я наконец ощутил приятный теплый воздух вокруг себя, что миротворно поглощали мои легкие. Размытые силуэты начали частично приобретать формы, давая возможность природному слуховому аппарату вновь заработать. Под конец окончательно, на данный момент, прихода себя и возвращения живого духа в свое тело, которое без всяких замысловатых загадок явно пролежало здесь не один день, я все же смог рассмотреть характерные черты помещения и контуры находящихся здесь предметов. Белый потолок, что был покрыт шершавой плиткой больших размеров, возвышался ввысь на три метра, удерживая на себе световые приборы в виде продолжительных прямоугольных ламп, которые находились в нем. Светло-голубые стены, чей тон цвета был словно испепелен солнечными лучами, благодаря чему и потерял свою насыщенность. У скорее всего квадратных стен, стояли какие-то частично стеклянные перегородки с белой тканью, что не давали толком ничего увидеть, шкафы и тумбочки с каким-то препаратами и приборами, часть которых я так и не смог рассмотреть из-за перегородок кровати. Слева от меня находилось огромное окно с темно-синими занавески, не дававшим ничего толком рассмотреть, под которым находилась металлическая батарея, рассеивающая во все стороны так жадное тепло. Долгое сосредоточение над окружением требовало много усилий и кое-как мне удалось, последствием чего стала неприятная колющая боль в глазницах и закрытие этих самых глаз. С возвращением зрения, вернулся и слух. Частично, так как в основном я слышал спокойное биение собственного сердца. Но это не стало преградой, давая мне возможность насладиться тишиной помещения, в котором я находился совершенно один, и звуками работы неких приборов, предположительно медицинских, издававших неприятное слуху пиканье, темп чего иногда менялся. Но эта, на удивление удовлетворяющая мирная идиллия быстро закончилась, резко впуская в себя какой-то легкий стук, что звучал где-то справа каждую секунду, что в скором времени прекратился. Вновь наступившая ранее знакомая тишина немного напрягала, заставляя меня совершить хоть какое-то движение или действие. Не успел я как-либо отреагировать, как справа от меня послышался легкий щелчок, который я автоматически представил на роль замка дверной ручки. И, как я и предположил своим затуманенным мозгом, дверь в помещение открылась, давая кому-то проникнуть внутрь. Прозвучавших тихий звук уходящей ткани, что с легким стуком, напоминающий удар магнитов друг о друга, ушла по звуку в сторону. Неосознанно для себя я попытался открыть глаза, что вышло не с первой попытки, но я все же смог это сделать. Медленно переведя взгляд с дрожащими веками на предполагаемый источник шума, я увидел слегка расплывчатый человеческий силуэт, что постепенно начал приобретать краски: больничный халат легко спадал на тело женщины, точно подчеркивая изгибы ее тела; белая рубашка, торчащая из-под открытого разреза халата; довольно длинные золотистые волосы немного скрывали тонкие, аристократические черты лица; широко раскрытые глаза цвета так сладко манящего кофе, смотрели точно на меня. -Н-наруто...- отбросив какие-то папки с бумагами в сторону, что с режущим слух звуком моментально разлетелись по всей палате, женщина подбежала ко мне, где, припав коленями к полу, нависла надо мной, попутно схватившись руками за койку.- Ты наконец-то очнулся...- на ее лице появилась по-настоящему счастливая улыбка, что, наряду со слезами, неожиданно появившимися на щеках, полностью привлекала мое внимание - Очнулся...- положив правую руку мне на левую щеку, она начала осторожно водить большим пальцем, слегка двигая остальными. -Я...- попытавшись выговорить первое пришедшее на ум предложение, я запнулся на первой же букве из-за боли в горле. Резко ощутив холод во всем теле, после подступивший к горлу ком, приобретающий кислотный вкус ещё в горле, неожиданно для меня вышел наружу, прерывая фразу, давая мне неприятный шанс захлебнуться. Кислотно-металлический привкус моментально распространился во всей ротовой полости, словно просясь наружу, количество рвоты увечилось в объемах. Не найдя другого выхода, не пытавшись сдерживаться, я слегка раскрыл рот, ощущая, как что-то обжигающее быстро распространилось по лицу, окрашивая все в вокруг меня багровым оттенком. Блондинка резко привстав, провела вдоль моей груди, приложив кисти своих рук к груди и шее, частично задевая пальцами нижнюю челюсть. -Наруто!- панический крик всей своей силой распространился по помещению, лишь усилив неожиданно появившуюся головную боль.- Д-держись, я... -Цунаде-сама?!- со стороны двери послышался незнакомый женский голос, в котором беспокойства было не меньше, чем в взгляде блондинки. -Рин, быстро принеси мне красный, зеленый и синий свиток! И поторопить, у него нету времени... и позови Шизуне! Каждое звучавшее слово, словно замедляясь, удлинялось в звучании, из-за чего произношение становилось грустным, тихим, холодным. Сознание постепенно покидало меня, в то время как глаза и слух начали меня подводить, разрушая четкости рамки вокруг. В конечном итоге, смотря закрывающимися глазами на пытающуюся мне помочь женщину, кожу которой начали покрывать какие-то темные линии, я вновь провалился во тьму... ••• Ранее испытываемые ощущения легкой усталости после сна вновь повторились, давая мне повод и немного сил для возвращения в сознание. Первое, что я увидел, была комната прежних бледно-синих тонов. Но другое размещение мебели давало повод на мысли о другом помещении. -Наруто,- прозвучавший где-то в помещении тихий голос, который я уже слышал буквально несколько секунд назад, принадлежавший женщине с золотистыми волосами. Слабый стук, слегка отдававший слабой болью в голове, означал о ее приближении. В следующую секунду моя догадка подтвердилась, когда я увидел ее размытый силуэт над собой. -...- попытавшись задать интересующие меня вопросы, я был моментально прерван. Врач наклонилась и положив левую руку мне на грудь, сделала правой жест, прислонив указательный палец к слегка дрожащим губам, до сих пор изображавших подобие улыбки. -Не нужно, Наруто... Ты только очнулся и тебе нужно беречь силы... в особенности это касается твоего тела,- проведя пальцами вдоль левой стороны моего лица, что я не смог ощутить, она слегка всхлипнула.- Тебе столько пришлось вытерпеть... но все это было не зря. -Я...- ощутив так знакомое, противное покалывание в горле, заставляющее меня сморщиться, я невольно сделал так тяжело давшийся мне глоток, заставляющий боль постепенно уйти. Вновь почувствовав себя легче, я разлепил глаза и увидел волнительный взгляд женщины.- Я помню лишь... как свалился вниз с горы Хокаге... мои сестры, они... -Они живы,- тяжело выдохнув перебила меня женщина и приложила правую ладонь к лицу, предварительно закрыв глаза.- Тебе не о чем волноваться,- легкий смешок слетел с ее уст.- Правдивы были о тебе слухи. Ты взрослее своего возраста. Ставишь других на первое место, лишь после думая о себе. -Живы,- кое-как выдавив из себя единственное по-настоящему нужное мне в этот момент времени слово, я полноценно расслабился, выпуская весь воздух из легких, что сопровождалось неким глухим шипением. Все плохие мысли сразу же ушли, давая мне тот так нужный покой в глубине себя. Все переживания в одну секунду заменились сверхсильным интересом узнать о них побольше.- Какие им дали имена?- тяжело выдавил в из себя с слабой улыбкой. -Младшую зовут Рейко, старшую же Норико,- не знаю почему, но мне почему-то показалось, что им эти имена подходят лучше всего и другие будут лишь лишними. Улыбаясь, я дернулся, последствием чего мои волосы закрыли мне глаза. Их длина показалась мне чересчур длинной. Но теплая рука блондинки нежно, слегка задевая кожу лица убрала те в стороны.- Они близнецы. Но несмотря на это, они совершенно разные. Если Рейко не может усидеть на месте, то Норико всегда спокойная, что удивительно для ее молодого возраста. Рейко вечно втягивает свою старшую сестру в какие-то ситуации, последствия которых непредсказуемы. -Хах,- вырвавшийся сам по себе смешок дал мне повод представить их младенческий вид...- Извините, но разве они не родились буквально недавно? -Кх-хм... Понимаешь, Наруто-кун...- слабый кашель и такого рода слова с странным выражением лица, что выражало лишь жалость и некую обиду придало мне чувство беспокойства и непонимания.- Ты... после нападения на деревню, ты пострадал и находился все это время в коме... ты спал четыре года, Наруто-кун,- каждое слово давалось этой женщине с трудом, что мог заметить любой, а понять это мог и не только взрослый. -Спал?- слово вырвалось с облегчением. Несмотря на непонимание, я был рад, что почти ничего не произошло ни со мной, ни с сестрами, ни с...- Простите, но что произошло с моими родителями и друзьями? -С ними все хорошо, не переживай,- женщина присела на кровать, на которой я лежал, и положила свою ладонь поверх моей, обвив ее пальцами.- Наруто, ты должен кое-что узнать. Обещай, что сначала выслушаешь меня не перебивая. И лишь затем задашь все те вопросы, что тебя будут волновать и волнуют сейчас. Хорошо?- ответить я толком не смог, лишь жалобно промычал, что не могло скрыться от взора женщины. На что та попыталась привстать, но слабо сжавшие пальцы ее кисть дали понять, что волновать незачем. Вместо должного ответа с помощью слов, я лишь кивнул. Вновь тяжелый вздох.- Находясь в коме, ты проспал четыре года... Твое тело, в отличии от тебя и твоего понимания окружения выросло, что может повлечь за собой некоторые проблемы. Но ты не переживай, мы с этим справимся... Но вместе с этими проблема, существует еще одна. Более сложная и, к моему сожалению, непоправимая...- каждое ее слово несло нотки печали, грусти, отчаяния, что подкреплялось легкой дрожью в державшую мои пальцы ладони. Небольшие паузы давали мне немного времени, чтобы уловить саму суть сказанного, и приготовиться к пониманию и принимаю остального. А медленно бегающие по мне глаза, лишь ухудшали мое положение ко всему происходящему.- Прости меня, Наруто-кун. Но... как бы я не пыталась, чтобы не использовала... я не смогла должным образом тебе помочь...- повиснувшая пауза между нами лишь усугубляла все. И разрушить ее я не мог. Не потому, что сказать было нечего... мне просто не хватало сил на это.- Ты больше не сможешь ходить... прости меня... Кое-как дослушав до конца, я, сам того не понимая, попытался пошевелить ногами... ничего. В одну секунду у меня в голове словно искра мгновенно зажглась и исчезла. Несмотря на жуткую боль во всем теле, я все прекрасно чувствовал и мог, хоть и немного, но двигать... лишь ноги напрочь отказывались слушать и подчиняться мне. И даже будучи ребенком я смог мгновенно осознать, что так, как было раньше, больше никогда не будет. Все изменится, начиная с простых вещей, что в теперешнем моем состоянии окажутся до боли сложными, и заканчивая теми, который теперь окажутся для меня невозможными... -Н-ничего...- мой голос слабо дернулся, полностью выдавая меня и мое состояние, что я даже не думал скрывать, но все получалось невольно. Губы слегка задрожали, на поверхности глаз появилась неприятная влага, а в висках отдавались мощные скоротечные удары, которые я в скором времени определил к сердцебиению... Но это было ничто. Ведь я был рад и по-настоящему счастлив.- Главное, что остальные целы и невредимы... Невредимы же? -Да Наруто, с ними все хорошо,- ее теплая ладонь вновь и вновь бродила вдоль моей головы, пропуская сквозь свои пальцы мои волосы. -Кхм-кх-хм,- легкий кашель повторился, сопровождаясь колющей болью в груди и напряжением еще не выздоровленного тела. -Тише, не напрягайся. Твоему телу нужен покой,- с этими словами женщина привстала и улыбнувшись мне направилась к выходу.- Я еще позже тебя навещу. Отдыхай. -Извините, но... как Вас зовут? -Цунаде Сенджу,- с этими словами дверь закрылась, вновь оставляя меня один на один со своими мыслями, которые в большей степени были заполнены переживаниями насчет всей сложности ситуации. Цунаде Сенджу, она же одна из трех Великих Саннинов и лучший ниндзя-медик во всем мире, что я узнал из наших частых разговоров, постоянно навещала меня. А если быть слегка точнее, то каждый день. Не было такого, чтобы она ни разу не пришла меня проведать и спросить о самочувствии. Каждый ее приход всегда радовал меня. Она умела поддержать меня, словно знала меня с самого рождения, мило пошутить, заставляя меня улыбнуться, почувствовать себя нужным, не одиноким. Даже несколько раз проводила всю ночь в моей палате, разместившись и уснув на стуле или вовсе отрекая сон, если мои показатели здоровья вдруг резко падали. Мельком у меня даже были мысли <Куда уж хуже?>. Насчет одиночества и его ухода при присутствии этой женщины. Меня навещала не только она одна. Мои друзья также не стояли в стороне, изредка заглядывая ко мне, рассказывая о том, чего госпожа Цунаде не рассказала или попросту не знала. Причины их редкого появления были просты: воздействие другой, чужой чакры на мой слабый организм... просто ужасно слабый. Если человек не силен в ее контроле, то он может, не понимая того сам, выпускать чакру больше, чем это происходит в обычном состоянии тела. Это воздействует на мои потоки чакры, чьи каналы чересчур хрупки. Насколько хрупки, можно понять, если сравнить прочность кусок стали и древесины, а может и более прочного стекла. И мои каналы точно не идут в сравнении со сталью. Но даже это не стало преградой. Точнее, когда организм стал восстанавливаться, принимая прежнее состояние... подобие старого состояния, они могли приходить ко мне хоть каждый день. Что те и делали. Также, не считая мои хороших друзей, коих было четверо, меня также навещали и другие. Например мой новый друг, Шисуи. Мой одногодка. Ничем непримечательный парень с волосами цвета вороньего крыла, чья длина была короткой, куда меньше чем у меня, но прическа не менее послушной. Также приходило все семейство главы клана Яманака с девочкой четырех лет. Как оказалось, это была Ино, одногодка моих сестер и их общая подруга. Я отчетливо запомнил этот момент, так как Иноичи-сан, глава клана, особо был благодарен за спасение Ханны-сан, сделав меня почетным гостем, как и в своем клане, так и в своей семье. Подобным действием меня навестила чета семьи главы клана Учиха, благодаря меня за мой опрометчивый поступок, знакомя меня с младшим Учихой, что был довольно закрытым, но не менее веселым мальчишкой. Еще моими посетителями стала некогда команда моего отца. Не хватало лишь одного, сенсея, что было немного обидно. На протяжении всех шести месяцев моего пребывания в больнице, за все это время меня никто не навестил из моей семьи. Никто. Ни разу. Конечно, я не был зол никакого из них. Я прекрасно знал кто кем приходится, работает и чем занимается из рассказов моих гостей, поэтому причины были весьма понятны. Но легкая обида все равно была на сердце. Расспрашивая кто, где и что делает, я задал вопрос о том, где находится Третий Хокаге, на что получил душераздирающий для себя ответ... После услышанного ответа я не впал в почву грусти и рыдания, а причины были. Старик Третий был хорошим моим другом, который меня всегда поддерживал. Даже участвовал в некоторых моих авантюрах, иногда даже беря на себя всю ответственность. Я отчетливо помню, как госпожа Цунаде, увидев мое состояние после того, как мне рассказали о ее некогда сенсее, что та умело скрывала и обходила стороной ради меня же, составила мне компанию, в которой мы только и делали, что обсуждали некогда живого Хокаге. Я даже заметил плохо скрываемый гнев, когда та, услышав о том, что я знаю о смерти Хирузена Сарутоби, сжала пальцы правой руки, хрустя костяшками, при этом спокойной гладя меня по голове другой, успокаивая меня. Я так и не сказал, кто это был, но я думаю она догадалась, что об этом мне рассказали все понемногу. В ту ночь она решила составить мне компанию и провела ночь в палате, лежа возле меня... В конечном итоге, когда я наконец мог более менее свободно приподниматься, меня пересадили с кровати в кресло. Сказать, что я был счастлив, значит серьезно ошибаться. Совсем наоборот, я был куда более расстроен и кое-как сдерживался, чтобы не сорваться. В конечном итоге мне оставалось лишь улыбаться и смеяться, что плохо работало и ничего не скрывало от госпожи Цунаде. Из-за чего в будущем состоялось множество бесед с глазу на глаз на разные темы, но причина которым была одна— я чувствовал себя обузой. Знал и верил в то, что приношу лишь хлопоты, на что госпожа Цунаде лишь улыбалась и оправдывала свои действия, как помощь ирьенина нуждающемуся. С этим было трудно поспорить. Но еще более трудно было поспорить именно с Саннином. Последующим лечением стало возвращение моих мышц, каналов чакры и вообще организма в прежнее состояние прямым воздействием лечебных техник, что раньше было невозможным. Особое внимание я уделил техник, что была схожа на татуировку, которая брала свое начало из-под лба госпожи Цунаде, двигаясь черными линиями, которые в итоге распространялись по всему ее телу и переходили на мое с ее прикосновением. То успокаивающее чувство умиротворения, что с легкостью распространяло нежно тепло по всему моему телу, давая вновь ощущать потерянные конечности я не забуду никогда. Но к сожалению это все, что могла эта техника в лечении моих потерянных конечностей. Однако это было в тоже время многое, так как мои конечности в итоге я мог ощущать, но каждое прикосновение к ним отдавалось жуткой болью, из-за чего я не мог ни разу сдержать крика и слез. Кожа на ногах была темно-фиолетовых оттенков, где на каждый десятый сантиметр она слоями слазила, кровоточила, меняясь на такую же, словно принадлежала змее. Все это сопровождалось бесконечной болью в ногах, которая ослабевала лишь при лечении поврежденных участков. Причины, почему мои ноги такие, оказались не такими, как я предполагал. А именно мои предположения заключались в падении с горы. Но, как оказалось, нет. Конечно, да, были последствия в виде переломанных костей, сильного внутреннего и не только кровотечения, поврежденного позвоночника, множество ушибов, что буквально покрывали все мое тело, и это все из списка, что я на данный момент понял. Мои ноги отказывались меня слушаться и находились в таком состоянии из-за воздействия шинигами. Точнее того, что он забрал одну третьей моей души, а более точнее — ноги. Я толком не мог понять все, но саму суть уловил сразу. На расспросы, как я выжил после падения с такой высоты, Саннин не могла дать ответа, так как сама задавалась этим вопросом. Лечение заключалось не только в воздействии на мое тело лечебных техник и препаратов, но и разных действий по типу тренировок, разминок, дававшие мне приспособиться к утерянным возможностям. Но постоянная боль всегда мешала мне, из-за чего мое пребывание в больнице продлилось еще на несколько месяцев. В конце концов наступил даже мой день рождения, во время которого меня навестило множество мне знакомых людей и не только. Но все те подарки, что они мне хотели бы подарить, госпожа Цунаде запретила мне их давать. Вместо этого сказал, что это сейчас для меня будет лишним. Но под конец, когда все наговорились и начали расходиться, добавила, чтобы на мое следующее день рождение приготовили подарков в два раза больше. Это был один из немногих дней, что навсегда сохранились в моей памяти. День, когда мне исполнилось десять лет. День, когда меня окружали дорогие и близкие мне люди... но не родные. И вот настал тот день, когда я наконец выписался и мог покинуть больницу, чьи стены стали мне домом. Одевшись, одежду мне покупала госпожа Цунаде и присылала мама, что не могло не радовать, я отправился обратно домой. Точнее сидя в кресле со своим личным лечащим врачом, что всю дорогу мне улыбалась. -Всего доброго, Наруто-кун,- Мито-сан стояла у дверей больницы и задорно махала нам рукой вслед. За все эти четыре с половиной года эта девушка ничуть не изменилась. Словно время ее обошло стороной, пощадило. Покинули мы деревню вечером, поэтому людей на улицах деревни было куда меньше обычного, как мне рассказала госпожа Цунаде. Но даже такого количества людей было достаточно, чтобы кое-как продвигаться вдоль улицы, при этом стараясь никого не задевать. В ответ на наши действия люди просто расходились, улыбаясь нам и поздравляя меня с выпиской. Как оказалось в деревне все знали о том, что произошло и где я в конечном итоге находился на протяжении всего этого времени. Конечно, мне об этом никто и ничего не рассказал. Каждый из прохожих так и норовился подойти и поздравить меня, после чего пожелать мне чего-либо в будущем. Иногда в их словах упоминались мои сестры, что, по словам всех, были схожи со мной характерами и внешностью. Но не более. Сопровождаясь подобными действиями со стороны жителей деревни, в тоже время рассматривая новые ее участки, отстроенные после атаки, как мне рассказали, Девятихвостого Демона-Лиса. Наконец добравшись до дома, госпожа Цунаде помогла мне преодолеть ступеньки, из-за чего мне стало неловко с первых же секунд. Но это было ничем, по сравнению с тем, что происходило в стенах новой больницы. Открыв дверь, что оказалась открытой, мы вошли внутрь. Интерьер, как оказалось, не изменился. Старая мебель все также стояла на своих прежних местах. На некоторых местах я заметил лежащие вещи в виде листов и карандашей. Но так, как они лежали далеко, я не мог толком рассмотреть, что все же там нарисовано. -Рад вернуться?- тихим голосом задала свой вопрос Саннин, наклонившись и буквально прошептав его мне на ухо, тем самым выживая дрожь. -Дома всегда хорошо,- произнес я с улыбкой, смотря на госпожу Цунаде, чье слегка загорелое лицо находилось в данный момент левее, на уровне моей головы.- Я рад снова здесь оказаться спустя столько времени,- смотря на нее мои глаза начали своевольно пытаться закрыться, картина окружения постепенно начала терять свою четкость. -Ты все еще слаб, Наруто,- в последнее время она перестала использовать приставку, лишь иногда ее упоминая с моим именем, заставляя меня тупить взгляд и слегка краснея. Особое влияние оказывал ее голос.- Тебе нужно поспать,- вызывающая слабость иногда проявлялась, заставляя совсем покончить и отправиться спать. По словам госпожи Цунаде это продлится недолго. Просто организм перестраивается. Находясь почти во сне, я даже не заметил, как оказался в каком-то помещении, где в последствии я уже лежал в кровать. Последним остатком сознания я заметил в дверном проеме наряду с Саннином свою мать, что, прислонив руку к двери и слегка наклонившись вперед, скорее всего рассматривала меня. Ее взгляд был каким-то не таким, как раньше. Я больше не видел в нем той радости, что раньше... скорее некое безразличие. -Вы должны попытаться,- голос Саннина, как и ее выражение лица, был серьезен, из-за чего я даже чуть было не вернулся в сознание. Причина была в том, что за все то время, которое я провел вместе с ней, я никогда ее такой не видел. -Я понимаю Вас, Цунаде-сан...- голос матери был каким-то безжизненным, что ей никак не соответствовало.- Мы, как от нас и требуется, вновь попробуем... Но, чтобы мы не делали на протяжении всего того времени, когда он очнулся, наше отношение к нему не изменилось... Мы... -Кушина... он твой сын. Неужели ты так просто оставишь это без изменений? Неужели ты вновь решишь забыть о нем? Забудешь то, что он твой сын?- вслед за словами последовал легкий всхлип.- Я знаю и понимаю, почему вы так поступили... Сама в это принимала участие и виновата в этом куда больше, чем кто либо... Но Вы должны вновь увидеть в нем своего сына. Вновь полюбить. Попытайтесь. Ведь его отношение к Вам не изменилось, а значит нужно пытаться. Он все еще видит в Вас своих родителей. Ты бы знала, как он был рад той новости, что Вы целы, а Норико и Рейко выжили. -В-вы правы как всегда, Цунаде-сан,- хозяин голоса держался, как мог, чтобы не зарыдать.- Я и Минато не отступим от этого, и будем пытаться вновь и вновь. Мы будем стараться стать для него теми, кем мы были до всего произошедшего. Но... за все то время, пока он был в больнице... ничего не изменилось... Он... -Нужно время... На все нужно время... С этими словами дверь в комнату закрылась, а мое сознание окончательно затуманилось, переходя в состояние сна.