Удачи солдат

«Слышишь только этот вой

Он пророчит смерть тебе

Всё ближе он и от него не скрыться, нет!»

      Это был первый, и как надеялся Марк, последний настолько безумный поступок в его жизни. Как бы смешно ни звучали слова «безумный поступок» в контексте его жизненного пути. Подводным течением его едва не снесло под водопад, где он бы и нашёл свой покой, но рефлексы вовремя включились, и волк начал активнейшим образом грести наверх и в сторону.       Схрон со снаряжением был примерно в пятистах метрах от берега. Добраться до него бегом не составило проблем: Марк заранее изучил местность, по которой придется делать ноги.       Тайник представлял собой простую выкопанную яму, накрытую ветвями, припорошённую землей и зеленью. В нем было, собственно, всё, с чем волк сюда и прибыл. Осознавая, какая шумиха вот-вот поднимется, волк принял решение, не обсыхая, сразу переодеваться в камуфляж и выходить из зоны операции заранее проложенным маршрутом как можно быстрее. А обсохнуть он может и по дороге — не впервой.       Сомнений в том, что достаточно скоро его вычислят и объявят в розыск, не было никаких. Он прекрасно знал, как работают оперативно-розыскные мероприятия.       На уровне ближайшей оперативной задачи всё было относительно элементарно — эксфильтрация. Добраться до машины, сделать короткую остановку на просушку и подготовку к возможным сценариям развития событий. И дальше как карта ляжет.

***

      Как и ожидалось, выход к машине занял чуть меньше суток. Подобные марш-броски были трудным испытанием даже для хорошо подготовленного воина. Но цель была достигнута.       Хвостов не наблюдалось: полиция, скорее всего, была больше увлечена тайной больницей и её обитателями, нежели поиском убийцы лиса. Активно летающие вертолёты попытались, конечно, прочесать окрестности больницы, но направление, которое для эвакуации выбрал Марк, представляло для них слабый интерес. Лишь пару раз пришлось залегать в канавах, когда свет прожекторов оказывался в опасной близости от волка.       Мокрая одежда была развешана на просушку по кустам, прикрытыми сверху кронами деревьев. Бивуачный мешок, тёплый спальник, горячий сладкий чай и не самый скромный ужин — всё, что нужно было изнеможённому долгим переходом волку. Думать о чём-то сильно более сложном просто не получалось: ему было достаточно и того факта, что время в запасе как-никак имеется.       Наутро он даже позволил себе наглейшим образом проигнорировать несколько будильников, прежде чем окончательно проснуться и приняться за сборы.       И уже только в машине, усевшись за руль и достав тетрадь с ручкой, Марк внезапно осознал один до боли простой факт: он понятия не имел, что делать дальше.       Безусловно, с точки зрения тактического и оперативного искусства, это был абсолютный успех: почти идеальная инфильтрация, сбор разведданных, да и сама активная фаза операции прошла куда успешнее, чем изначально задумывалось.       Подонок мёртв, появились новые зацепки, которые, во-первых, давали новые имена в условном списке «на устранение», а во-вторых, могли свидетельствовать о том, что какие-то незримые, и оттого опасные, процессы начинают вскипать в глубине… Общества? Правящих элит? Преступных группировок? Всего разом? Фактов не было — скорее смутное предчувствие.       Марку как-то «посчастливилось» в одной из командировок попасть под замес очередной гражданской войны в очередной жопе мира. Жарко было всему контингенту наёмников тогда: отсутствие определённости, нарушенная логистика, постоянные нападения со стороны местных бесчисленных повстанческих группировок — тогда оставалось рассчитывать только на свои силы. Но как бы то ни было…       Глобально, иначе выражаясь, стратегически, Марк пребывал в глубокой-глубокой заднице. Беспросветной и, может даже, бесперспективной. Тогда был слаженный коллектив, ресурсы и толковое командование. Здесь же… Он один, ресурсы почти на нуле; непонятно, кто может стать вынужденным союзником, а кто — врагом, который постарается уничтожить его при первой же возможности.       Но сдаваться и бросать начатое было слишком поздно: инстинкт выживания, который вытаскивал его даже из самых безнадёжных ситуаций, просто не позволял опустить лапы. Стальной принцип внутри напрочно врос в его хребет — живьём его не возьмут никогда. Смерть прежде бесчестия.       «Две гранаты на жилете — для себя и для врага», — так говорилось у них в подразделении.       Предпринимать какие-либо активные действия, светить налево-направо своей и без того приметной наружностью, он теперь не мог себе позволить. Это включало появление в любых публичных местах, невозможность свободно перемещаться в местах скопления зверей из-за вездесущих камер, невозможность вернуться в квартиру без риска наткнуться на облаву, невозможность контактировать с кем-либо из близкого окружения: банальный телефонный биллинг выдаст всех его друзей, сослуживцев, да даже простых знакомых.       И если за него действительно возьмутся всерьёз — то прочесывать начнут всех и каждого из тех, кто его знает. А эта перспектива более чем реальна: волк распотрошил осиное гнездо и, возможно смешал кому-то карты. Так что та или иная сторона будет определённо заинтересована в его скромной персоне. А он даже примерного понятия не имел, сколько «игроков» в тени тут может быть замешано, что поставлено на кон и в чью сторону сдвинется баланс сил. Оставалось лишь надеяться, что до него доберутся раньше те, кому он волей-неволей подыграл. Если им это вообще интересно.       Наверное, сейчас имело бы смысл послушать радио и узнать последние новости, чтобы чуть подробнее оценить всю глубину глубин, куда он умудрился влезть.       »…На текущий момент достоверно известно, что в частной больнице Клиффсайд незаконно удерживались все пропавшие хищники, предположительно, связанные с явлением внезапного одичания. Сообщается, что все они находятся в крайне тяжелом состоянии. Дополнительно уточняется, что среди них есть как минимум один погибший. Ни полицейский департамент Зверополиса, ни мэрия города никак не прокомментировали данную ситуацию, ссылаясь на тайну следствия. Следите вместе с нами о ходе и деталях расследования, а сейчас на станции ЗвероНьюз ФМ ежедневный прогноз погоды…» — Другие радиостанции вели повествование примерно в таком же ключе.       Итак, что дальше? Уходить бороздить леса партизаном? Всё равно остаётся вопрос, что делать дальше. Жить абсолютным дикарём невозможно: будут необходимы периодические вылазки в цивилизацию. А они, в свою очередь, сопряжены с риском поимки. Да и против кого и во имя чего партизанить?       Вот и получалось, что единственным вариантом оставалось залечь на дно и наблюдать за развитием событий.       Марк хотел было протянуть лапу к бардачку, где лежал запасной смартфон с левой симкой, но тут же одернул лапу: выходить на связь ровно посреди целого ничего — засветить всем ближайшим вышкам единственного абонента, после чего останется только списать единственную ниточку, связующую его с внешним миром, в утиль. И пусть даже это произойдет за много километров от зоны операции. Осторожность никогда не бывает излишней. Уж это он хорошо знал.       Марк вспомнил, что в ближайшем городке, Медоу Хиллс, через который он проезжал, был типичный захолустный мотель, где можно было бы остаться на одну-две ночи, подумать обо всём да отдохнуть.

***

      Машину решил оставить на задворках мотеля, в небольшом удалении от двухэтажного здания. Парковался с тем учётом, чтобы в крайнем случае можно было, воспользовавшись запасным выходом здания или окном, быстро сделать ноги. Номера машины скрутил и убрал от греха подальше.       Он решил не доставать из машины ничего, хоть как-то напоминающее военное снаряжение, ограничившись лишь пистолетом за поясом под одеждой. Серые джинсы, тёмно-синяя ветровка, серая кепка, кроссовки — максимально нейтральный образ. Нарочно оставил одну выделяющуюся деталь — очки с жёлтым светофильтром, которые обычно носят водители в туманную погоду. Купил он их на какой-то заправке, как и всякого другого барахла по мелочи.       Насчет качества номеров Марк не пытал никаких иллюзий и оказался, в общем-то, прав: простецкая деревянная односпальная кровать, старый «ящик» на журнальном столике, замызганное кресло рядом, затёртый до дыр ковёр.       Радовали две вещи: чистое постельное бельё и наличие душа, в котором волк первым делом и решил расслабиться, смывая с себя всё, что налипло на него за последние дни: усталость, липкий страх, оползень тревожных размышлений о том, что будет дальше. Ну и банально грязь, само собой.       Сейчас наедине были только он и тёплая вода, проникающая сквозь закалённую огнями боёв, холодом пустынных ночей, ливнями тропических джунглей, а оттого и грубоватую, шерсть.       Она часто полушутливо жаловалась, что спасть с ним бок о бок было ещё тем «удовольствием». Иногда доходило до того, что она не пускала его в постель, пока тот не приведет шерсть в порядок.       Впрочем, ничего такого, чего бы не мог поправить правильный уход: хороший гель для душа, кондиционер, какой-нибудь бальзам. Боец никогда не должен пренебрегать личной гигиеной, особенно, когда есть возможность пользоваться всеми благами цивилизации. Мотель, к сожалению, не предоставлял шибко много: за дополнительную плату можно было купить несколько пакетиков-саше с максимально дешевым содержимым. Но на данный момент и этого хватало.       Стало лучше. Раздевшись, он рухнул на кровать, завернулся в простыню и уснул, как только голова коснулась подушки.       Сон же был пустой бездной. Иногда бывает так, что ты, заснув, тут же просыпаешься утром. Но сейчас липкая темнота не хотела отпускать его: каждый раз, когда волк почти просыпался, он вновь и вновь проваливался во всепоглощающее ничто. Это был мучительный замкнутый цикл, из которого его не мог вытащить даже достаточно громкий будильник мобильного телефона.       Лимиты организма, его способность к компенсации, не бесконечны, и сейчас, по всей видимости, тело пыталось переварить всё то дерьмо, что с ним происходило всё это время. Такое бывало, и не раз. По крайней мере, Марк объяснял себе это так.       Но в конце концов он титаническим усилием воли разлепил веки. Внутри всё болело, словно всю ночь напролет его избивали. Мысли были разбросаны по углам его сознания и никак не хотели собираться в кучу. Не хотелось абсолютно ничего. На улице смеркалось. Не утруждая себя облачением в какую-либо одежду, он, взяв с тумбочки телефон, пошел к скромному кухонному уголку.       Вскрыв бутылку минералки и достав из холодильника пачку сосисок, купленных всё на той же заправке, он уселся в кресло и залез в телефон бродить просторы интернета, не ища ничего конкретного.       «Альянс Хищников, известная правозащитная организация, в лице Эрика Питерсона выражает крайнюю озабоченность в связи с преступной халатностью, допущенной в вопросах безопасности и здравоохранения. «Из источников, которые мы не хотим раскрывать, нам стало достоверно известно о том, что мэрия города, использовав серую схему с наймом частной больницы, абсолютно незаконно удерживала там наших сограждан, скрывая истинное положение дел. Отсутствие какой-либо информации уже привело к серьёзному расколу в обществе, притеснению нашего брата, всеобщему нарастанию социального напряжения и даже локальным стычкам», — так говорится в официальном пресс-релизе, подготовленном отделом по связям с общественностью данной организации». Издание «Вести Большого Города».       Интересно… Эти ребята определённо на слуху у каждого хищника ещё со времен Большого Кризиса. Тогда они зародились в качестве некой профсоюзной организации, сплотив вокруг себя критическую массу обделённых хищников, которых массово стали увольнять травоядные работодатели, пристраивая на их тёплые места своих побратимов. Кумовство травоядных — известнейший факт. Как только надо резать бюджеты — в первую очередь страдают хищники.       В сети так же можно было встретить и другую точку зрения, поддерживающую политику «мягкой сегрегации», как её уже назвали сторонники про-хищнических настроений. Основным тезисом данной повестки выступало предложение мягкими мерами ограничивать контакты хищников, как представителей потенциально опасного меньшинства, с подавляющем большинством травоядных, находящихся в зоне риска.       «Мы понимаем, что данные меры, возможно, и кажутся слишком избыточными, но в вопросах, касающихся выживания большинства, медлить нельзя. А если это начало пандемии? Кто-нибудь думал о том, какая резня может начаться, получи эта болезнь широкое распространение? Пока у нас нет достоверных данных о данном заболевании, затрагивающего исключительно представителей хищных видов, всё, что мы можем делать — принимать превентивные меры», — комментарий Гейла Таггарта, заместителя начальника Департамента Здравоохранения и Социальных Служб города Зверополис.       Ещё несколько часов Марк провел за изучением новостной повестки и общественных настроений. Более всего его волновал один вопрос: за каким хреном мэрии города потребовалось организовывать частную лечебницу, когда в городе предостаточно продвинутых инфекционных учреждений? Речь ведь идет о новом заболевании, которое передается не совсем понятным способом. На текущий момент открывалось два пути для дальнейшей работы: брать в разработку того дилера, о котором сказал лис, и наводить справки на тех, кто из мэрии стоит за Клиффсайдом. Клиффсайд сейчас в эпицентре общественного внимания и, с одной стороны, никого не будет интересовать еще один зверь, рыскающий в поисках чего-то в их корзине для грязного белья, а с другой — соваться в тему, которую освещают всеми возможными медийными прожекторами, очень рискованно: можно угодить между молотом и наковальней, замес тут намечается некислый. Волк был уверен, что «Клиффсайд» уже активно подчищает хвосты и вот-вот начнет зачистку медийного сектора с помощью административного ресурса мэрии.       Марк решил пока понаблюдать за ситуацией вокруг больницы издалека и сосредоточиться все-таки на дилере. Известно не так много: его имя и имя его подельника. Джесси и мистер Уайт. Преступный мир тесен, и выйти на дилера труда не составит. Не смотря на то количество сколько лет, что он уже не служит в полиции, нескольких «языков» он всё-таки помнит. Сливали информацию тогда, сольют и сейчас. Если они все ещё в обойме, конечно… Ощущение неопределенности покинуло Волка. Впереди снова появилось некое подобие перспективы. Невозможно сказать, выгорит ли эта зацепка, но заняться все равно пока нечем. В теле снова появились силы, и сидеть на одном месте не хотелось совершенно. Волк занес несколько тезисов себе в записную книжку, собрал вещи и покинул мотель.

***

      Он уже несколько часов колесил на машине по городу, смеркалось. Марк помнил несколько злачных местечек, где частенько собирался контингент, его интересовавший, но все они либо уже перестали существовать, либо оказались пусты. Времена нынче уже совсем другие. Он был в глубокой задумчивости, пока, казалось бы, очевидная мысль не щелкнула в его голове: нужно сменить подход к проблеме. Он достал смартфон и бодро заклацал по клавиатуре, чувствуя, как в груди вновь хитрым огоньком вспыхнули воспоминания о былой службе. Он снова почувствовал себя оперативником, расследующим дело. В какой-то степени так оно и было.       Аккуратным списком он выписал себе в тетрадь названия и адреса ночных клубов, мелькавших в новостных сводках в связи со скандалами, вовлекающими наркотики. Их было не так много, и среди них он почти наугад выбрал один, который собирался почтить сегодня своим визитом. План был прост как пробка: войти, понаблюдать и, при должном везении, стать свидетелем купли-продажи веществ. Остальное будет уже делом техники. В глазах волка мелькнул азарт охотника, и он не смог сдержать ухмылку.       Ключ, поворот, зажигание. Машина тронулась с места, аккуратно выбираясь из парковочного места подземной парковки торгового центра, куда он заезжал перекусить. Дорога заняла не более получаса.       Машину решил оставить в паре минутах ходьбы от входа. С собой кроме небольшого количества налички и фонарика он ничего не взял. Похлопав себя по карманам и еще раз оглядев машину, убедившись, что ничего не забыл, он бодрым шагом двинулся к клубу. «Дофамин Арена», — ярко розовая вывеска красовалась над целым рядом двойных дверей. Клуб мог вмещать в себя до семи тысяч зверей за раз. На вход длиннющей змеей выстроилась очередь из самых разнообразных зверей. Кто побогаче и понаряднее, могли воспользоваться роскошью не толпиться час в ней, а пройти через отдельную пару дверей для ВИП гостей.       Вставать в хвост очереди Марк пока не собирался. Вместо этого он свернул в мало освещённый переулок и решил обойти здание по кругу. Его интересовали служебные и аварийные входы-выходы. Только выполнив эту небольшую разведку, он встал в конец хвоста и навострил уши, внимательно прислушиваясь к разговорам вокруг. Компании молодых зверей в основном говорили о чем-то своем, и местами волк вообще сомневался, разговаривают ли они с ним на одном языке. Молодежный сленг заставил его почувствовать себя старым. Старым и немного раздражительным. Время тянулось, очередь медленно, но верно двигалась. Рамка, короткий досмотр и волк оказался внутри. На стене он заприметил схему этажа с планом экстренной эвакуации, который тут же сопоставил в голове со всеми дверьми, что видел на улице.       Тут царили полумрак, разрываемый вспышками световых эффектов, гул басов ритмичной музыки и атмосфера всеобщего празднества и кутежа. В танцевальном партере звери выплескивали гигаватты энергии, барзвери трудились за одной длинной барной стойкой вдоль всей стены в задней части зала, создавая всевозможные сочетания алкогольных и не очень напитков для гостей, охрана в строгих черных костюмах тщательно бдела. Волк ощущал себя не более чем муравьём в огромном кипящем жизнью муравейнике. Чтобы не стоять столбом, он заказал себе стакан содовой и, смакуя её у барной стойки, наблюдал.       Глаза разбегались, будучи неспособными зацепиться хоть за что-то — слишком много движения, пьяных тел и шума. Он хотел было уже пожалеть, что вообще пришел сюда, как внезапно его внимание привлек весьма поддатого вида тигр, несущий в охапке несколько бокалов спиртного. С невероятно сосредоточенным видом протискиваясь между зверьми в толпе, с трудом координируя движения, он случайно толкнул какого-то медведя, и у последнего выпал из кармана небольшой зип-лок пакетик с россыпью разноцветных таблеток.       «Бинго», — улыбнулся Марк, тут же срисовывая приметы медведя. Тёмно-синие джинсы, кремовая толстовка с какой-то надписью, темные очки. Возраст определить было затруднительно.       Держа стакан в лапе, волк двинулся к нему. К моменту, когда серая лапа подняла пакетик с пола, медведь несколько сместился в толпе и попросту не мог заметить волка. — Вы уронили, — Марк, перекрикивая музыку, похлопал медведя по плечу.       Тот обернулся и вопросительно посмотрел на волка, протягивающего между пальцами пакетик. Немного потупив, медведь резким движением выхватил таблетки и небрежно запихнул их в карман толстовки на животе, пробурчав что-то нечленораздельно. Он был хорошо подшофе. — Братан, подскажи, где прикупить ширялово?       Косолапый замер. Очки не помешали понять волку, что тот выпучил от удивления глаза. Наконец, тряхнув головой, он ответил: — Э-э… То есть, у Аптекаря.       Волк приподнял бровь. — Первый раз? Аптекарь тут типа заведует этими делами, — он похлопал себя по карману толстовки. — Ща я напишу ему, погодь.       Он достал телефон, открыл мессенджер и начал что-то сосредоточенно печатать. Через мгновение он финальным тычком по экрану отправил не очень длинное сообщение и, не дожидаясь ответа, убрал смартфон назад в карман штанов. — Сейчас он подойдет, — медведь кивнул и продолжил пританцовывать на месте в такт музыке, словно забыв про волка.       Через пару минут к медведю с немым вопросом в глазах сквозь толпу протиснулся сухощавого телосложения лось в голубой рубашке с закатанными рукавами и черных брюках. Медведь молча кивнул в направлении волка, ни на секунду не прерывая свой нехитрый танец. Лось проследовал за его взглядом и, только увидев волка, моментально напрягся. Взглядом критично окинув нового «клиента», он едва заметным кивком пригласил волка следовать за ним.       Пока они выбирались из толпы, лось успел отправить несколько сообщений в том же мессенджере. Он повел волка к выходу из танцевального партера, а затем, свернув в служебный коридор, вошел в подсобное помещение. С опаской озираясь по сторонам, волк проследовал за ним. Внутри оказалась совсем маленькая комната с несколькими стеллажами, на которых лежали в основном упаковки бумаги, коробки из-под чернил для принтера и прочие расходные материалы для офиса. — Как-то непохоже на аптеку, — неловко пошутил волк. — Что вертухай забыл здесь? — Не тратя времени на прелюдии с нескрываемым раздражением спросил лось, глядя прямо в глаза волку. — Я не сотрудник, — спокойно парировал волк. — А я, мать его, принцесса, да. У тебя на роже намалёвано, что ты в штанах, — Он вздохнул и потер пальцами переносицу. — Вот как мы сейчас поступим: ты прекращаешь вынюхивать здесь что-либо и удаляешься восвояси, пока цел. Не знаю, кто отправил тебя сюда, но у нас всё на мази.       Марк прикрыл глаза, шумно выдыхая через нос. — Охотно верю, что произвожу впечатление теневого — сотрудник в прошлом. Я по личному вопросу.       Лось, прикрывая рот кулаком, прыснул со смеху. Потом, призвав поднятым вверх указательным пальцем волка подождать, он достал телефон и, прочитав несколько сообщений, быстро набрал текст ответа, отправил его и убрал девайс назад. — Прости, прости. По какому нахрен личному вопросу? Какой у тебя может быть вопрос ко мне? Аж интересно стало. — Хочу узнать, где найти одного твоего коллегу по цеху. — В корки закатать меня хочешь? А ты смешной. Я не веду дел с легавыми. Действующими или бывшими. Проваливай.       Играя желваками, волк сверлит взглядом своего собеседника. Атмосфера в коморке накалена до предела. Внезапно галогеновая лампа издала негромкий потрескивающий звук, послуживший спусковым крючком для волка. Молниеносным движением он схватил лося за шею, когти впились в кожу. Пальцы сдавили кадык и трахею, причиняя сильную боль и не давая громко вскрикнуть. Свободной лапой он по-хозяйски залез в карман брюк лося и забрал телефон. — Я сейчас сам своего рода криминальный элемент, и рамки закона не то что бы сильно волнуют меня, — волк процедил сквозь зубы, глядя на искаженное страхом лицо оппонента. — Так что рекомендую выбирать выражения. Имена Джесси и мистер Уайт говорят тебе что-либо? — От…. Отвали, — прохрипел лось, пытаясь оттолкнуть волка.       Понимая, что это у него не очень получается, он схватился за стеллаж и попытался опрокинуть его на Марка. Волк лишь на мгновенье ослабил хватку, отвлекшись, чтобы подпереть полки плечом, и тут же получил ощутимый удар в нос. В глазах заплясали звезды и он опустил шею лося.       Тот толкнул со всей силы волка в стоявший за его спиной стеллаж и рванул к двери, откашливаясь на ходу. С металлическим грохотом стеллаж завалился назад, крепления полок повылетали из пазов, а сами они повалились на волка вместе со всем, что на них лежало.       «Ох… Охрана!» — Его хриплый крик разнесся эхом по коридору. Через несколько мгновений волк отчетливо слышал, как по меньшей мере два охранника несутся сюда.       Волк вскочил на ноги, достал свой фонарик и несколькими нажатиями на кнопку переключил его в режим стробоскопа, параллельно окидывая взглядом комнату на предмет чего-нибудь похожего на оружие. По итогу схватил лишь увесистую пачку бумаги для принтера.       В комнату ворвался молодой тигр в строгом костюме с телескопической дубинкой в лапах. Волк уже поджидал его: направленный в лицо фонарь очень быстро замигал ослепительными вспышками, которые на мгновенье сбили с толку охранника. Этой замешки хватило — волк широким размашистым движением познакомил висок тигра с ребром упаковки бумаги. Не теряя времени, Марк обезоружил тигра и, вооружившись его дубинкой, подсечкой отправил того лицом в бетонную стену. В точке соприкосновения осталось кровавое пятно, а сам тигр со стоном завалился и не пытался встать, держась за голову.       В проходе столкнулся со вторым охранником — более матерым на вид бараном, который попытался было ударить волка в корпус, но тот вошел в клинч быстрее, плотно прижавшись к нему. Использовав преимущество высокого роста, волк схватил барана за голову и приложил того об дверной косяк. Серьезного ущерба это не нанесло, но сбило его с толка и помогло волку подшагом выйти в коридор. Как только пространство позволило, он отдалился от барана и хотел было пнуть того, но он схватил хищника за ворот ветровки и, потянув с неожиданной силой вниз, направил кулак свободной лапы в голову. Марк с трудом успел подставить блок, серьёзно смягчивший удар. Коротким движением без замаха волк ударил барана дубинкой в колено сбоку. Его нога подкосилась, баран взвыл и начал заваливаться, вцепившись в куртку волка каменной хваткой, утягивая нарушителя порядка за собой. Волку потребовалось несколько попыток, чтобы освободиться из захвата и таки отправить барана на пол.       Он потратил еще пару драгоценных мгновений на то, чтобы осмотреться. Со стороны танцевального партера слышался топот приближавшегося подкрепления. Не теряя ни секунды, Марк приспустил в противоположном направлении. Следуя светящимся в полумраке зеленым табличкам, он быстро приближался к одному из эвакуационных выходов. За очередным поворотом показалась дверь с зеленой ручкой-педалью. Не сбавляя скорости, он протаранил её, открывая настежь.       Улица дыхнула на него прохладой ночного города. Он быстро сориентировался, где оказался, и, повернув налево в узком переулке, побежал к своему автомобилю. От стен домов до волка вновь рикошетами донесся тяжелый топот преследовавших его зверей. Волк был уже почти у выхода из переулка.       «Вон он!» — крикнул кто-то из них.       До ушей Марка донесся лязг взводимого затвора. Инстинктивный прыжок за угол.       Бам! Бам!       Напротив, через дорогу, послышался звук осыпающегося стекла прилавка какого-то магазина. Ничего не подозревающие звери насторожились, замерев на своих местах, не понимая, что происходит.       Марк поднялся на ноги и вновь рванул по тротуару к уже видневшийся на небольшом удалении машине. Шестерни судорожно крутились у него в голове, пытаясь родить хоть какой-нибудь план. Через несколько мгновений волк уже открывал водительскую дверь, но садиться за руль он не собирался: его нашпигуют свинцом быстрее, чем машина сможет набрать скорость. Вместо этого он скинул внутри дубинку и потянулся к бардачку, где лежал пистолет и запасной магазин. Тут же он слегка отвел затвор назад проверяя, дослан ли патрон. Патрон в патроннике.       Вывалившись назад на улицу, он приготовился встречать преследователей. Из-за угла показался первый зверь в костюме. Марк выстрелил у него над головой, чтобы случайно не попасть в гражданских. Охранник быстро сориентировался и снова скрылся в переулке, явно тормозя своих друзей. Звери вокруг запаниковали: кто-то побежал, вторые прятались за машинами, третьи легли на землю. Лишь отдельные индивиды остались стоять в оцепенении. Машины ускорились, а некоторые водители решили и вовсе развернуться, не проезжая мимо опасного участка. Это создало заторы и только усугубило суету.       Продолжая целиться в сторону переулка, волк обошел машину и одной лапой открыл багажник. Там поверх сумок лежал серый бронежилет. Продолжая удерживать взгляд на угле, он оперативно встегнулся в броню.       Через несколько секунд из-за угла показалось левое плечо и небольшой кусочек головы нападавшего. Марк плавно спустил курок, очередной выстрел снова разорвал монотонный шум города. Послышались чьи-то крики. Оппонент дрогнул и открыл беспорядочную стрельбу.       Волк подшагнул ближе к стене, скрываясь от града пуль. Плавным шагом, контролируя дыхание, он принялся сокращать дистанцию, «нарезая» угол. Охранник снова попытался было высунуться, чтобы посмотреть, где Марк, но тот снова сделал пару выстрелов, вынуждая спрятаться. Волк услышал пару металлических щелчков — за углом сменили магазин. Потом из-за укрытия высунулась лапа с пистолетом и вдоль тротуара вновь полетел град пуль, но на этот раз щелчки рикошетов выбивали искры из асфальта в опасной близости от волка. Он отпрыгнул в сторону проезжей части и перекатился за машину. Зашипел от боли — ударился коленом и локтем. На четвереньках дополз дальше, чтобы скрыться за двигателем.       Враг услышал возню и решил воспользоваться моментом, чтобы перейти в атаку. Он вышел из-за угла, целясь в сторону припаркованных машин. Он не знал, за какой из них прячется волк. А вот волк прекрасно видел его ноги из-под автомобиля, что и определило исход: к моменту, когда Марк поднялся над капотом, баран был у него уже на прицеле, а тот никак не успевал довернуть корпус и поразить волка.       Бам-бам! Бам!       Баран свалился навзничь.       По большой дуге волк обошёл машину, удерживая в поле зрения тело и переулок. Баран не шевелился. Быстрым шагом волк подошел к бездыханному телу и окинул его взглядом. На груди кровавыми розами по белой рубашке расплылись три пятна. Как минимум две пули были в «альфе». Не мешкаясь, волк поднял с земли пистолет и, откинув полы пиджака, забрал из поясных пластиковых подсумков два запасных магазина, один из которых был значительно легче другого. Быстрым шагом волк попятился назад к своей машине.       Она чудом не пострадала в хаосе этой короткой стычки. Закрыв багажник, волк сел за руль. Нужно было сваливать как можно быстрее и дальше.

***

      Новость о перестрелке в центре города фугасом разорвала новостные издания. Уже через несколько часов сеть наводнили фото и видеозаписи произошедшего: были материалы с камер наружного наблюдения, видеорегистраторов машин, съемка очевидцев. Машина стояла на обочине какой-то проселочной дороги в лесу. Волк сидел в ней и чистил пистолеты, считал боекомплект, переснаряжал магазины. Ему нужно было чем-то занять лапы, пока разум все пытался отыскать ответ на вопрос: «Как так?» Как так вышло, что вылазка обернулась полнейшей катастрофой? Как так вышло, что в сети теперь есть ориентировка на него?       Ответов в голове не появлялось. Он засунул голову в криминальный улей, навёл суету и теперь из-за него на ушах стоял весь город, обсуждая и смакуя подробности криминальных разборок. Давно ничего подобного не происходило здесь.       Закончив с пистолетом, он устало выдохнул и достал телефон Аптекаря. Выгрузив в виде лог файлов все переписки и подготовив для экспорта все остальные данные, которые он смог найти, он подключил к телефону флешку через специальный переходник и принялся выкачивать всё. Как закончил, он выкинул телефон в ближайший кювет и снова сел за руль. Теперь нужно было убираться и отсюда, и желательно в совершенно другом направлении.