Может я устал?

Прошёл день, два, три, с каждым днём кусочки надежды от него отрывались как лепестки. Это ужасное чувство, когда ты как-бы в депрессии но при этом если назвать это «депрессией», скорее всего оскорбишь людей с настоящей депрессией. Прошлая жизнь начинает постепенно отдаляться, такое чувство будто у тебя этого прошлого никогда и не было, а вся жизнь с самого рождения у тебя была прямо как сейчас. Паника становится обычным чувством и ты уже устаёшь на неё как-то реагировать. Осознание что ты скоро умрёшь, точно умрёшь и ты уже ничего с этим не сделаешь. В этом доме у него нет никакого авторитета. Поест он сегодня или нет решает другой человек и ему повезло что у этого человека достаточно в сердце доброты чтобы не оставлять его голодным. Он начал больше молчать, меньше улыбаться и даже Джон начал это замечать. — Ты как? Гриша вдруг слышит вопрос который он думал, уже никогда не услышит, особенно от этого голоса. Он отвлекается от тарелки перед собой и поднимает взгляд на Джона который тоже, как и он, не прикоснулся к еде. — Тебе то какое дело? — Я сам не раз сидел в заложниках и я уже знаю какие вещи могут происходить в голове. Джон задумчиво увёл взгляд. — Сколько ты уже тут сидишь? Ну, да, наверно уже самое время… — Хватит притворяться будто ты меня понимаешь. Разве тебе не лучше что я тебя больше не достаю? Отъебись. Гриша опять переводит взгляд на тарелку и уже собирается неохотно положить в рот еду но его отвлекают. — Тебе надо вспомнить кто ты. — Это что ещё значит? Опер раздражённо отпускает ложку и та со звоном падает на тарелку. — Когда ты долго находишься вне дома и к тебе приходит осознание что домой ты уже не вернёшься, начинаешь диссоциироваться. — Ну и чего ты предлагаешь делать? Психолог недооцененный. — Вспомнить, начни про это говорить. — Я не собираюсь раскрывать душу человеку который сам будто просто из темноты материализовался. Гриша опять взял ложку и начал есть. — Я из Беларуси, хотя и не долго там прожил. Опер опустил ложку и стал медленно поднимать свой взгляд на него. — Мои родители погибли…или они меня бросили, я сам не знаю. Джон полностью получил его внимание и Гриша теперь слушал его, даже забывая моргать. — Меня к себе взяла директриса, на вид обычного балетного приюта для детей. Но оказалось у этого приюта есть совсем другая и более важная роль: Тренировка будущих наёмников. Джонатан взялся за свои предплечья, устало вздохнув. — Там было куча детей, кто-то сирота, кого-то специально отдали, но нас всех ждала одна и та-же судьба. Но потом на нас напала целая семья у которой была одна цель, истребить всех и остановить этот...конвеер. Они напали ночью, никакого предупреждения. Я единственный из детей кто выжил. Мужчина сложил руки вместе и пожал плечами — Боюсь это всё что я могу рассказать. Он слегка кивнул, рукой указав на собеседника. — Теперь твоя очередь. Даже говоря о своём прошлом, о таком тяжёлом прошлом, он всё равно звучал холодно, спокойно, говорил чётко и по делу. — Ты врёшь. Но у Гриши уже даже не было настроения ему верить. — Верить мне или нет, твоё дело. Но ты сказал что не хочешь открываться человеку который появился из ниоткуда, теперь ты знаешь что у меня самого есть прошлое, значит теперь ты можешь говорить о своём. — Тогда как тебя зовут на самом деле? Думаешь я поверю что пятидесяти летнего беларуса родители назвали «Джон»? Джонатан немного нахмурился, явно не хотя так сильно открываться ему, но через несколько минут всё-же ответил. — Джордани. — Понятно почему ты его поменял. — Ага, спасибо. — Теперь я тебя всегда так буду называть. — Если я услышу это имя из твоих уст я тебе нитками рот зашью. Гриша всё-же не сдержал лёгкий смех и…что это? Джон улыбнулся? Это была совсем мимолётная улыбка и она ушла так-же быстро как и появилась но этой секунды было достаточно что бы у Гриши в сердце что-то начало порхать. — Хватит тему разговора перенаправлять. — Да я понял уже, нормально всё у меня мне незачем это всё рассказывать. — Я теперь просто из принципа хочу что бы ты заговорил. Опер опять посмеялся в ответ и как-то смущённо отвел взгляд в тарелку, ложкой вырисовывая круги на картофельном пюре. — Ну с родителями у меня тоже не всё лады, хотя я с ними прожил всё-же дольше…поэтому их потеря была ещё больнее. Да ещё и из-за такой херни полнейшей, денег. Я остался один со своей младшей сестрой и на удивление она выросла вроде более-менее нормальной. Гриша слегка посмеялся. — Вообще их смерть сильно на меня подействовала, если бы не они я бы наверно даже опером не стал. — Из-за мести в это всё пошёл? — Наверно, если честно я уже даже не уверен хочу ли я знать кто это сделал. Я не выдержу и прибью этого ублюдка, как только увижу. Парень продолжил есть. **** Гриша бы наверно спал до следующего обеда, если бы не гавканье собаки которое разбудило его посреди ночи. Парень открыл свои глаза и посмотрел на ПитБуля который бегал у окна и гавкал на кого то. Гриша сел и посмотрел в окно, что бы узнать на кого же пёс так зол, на улице был какой то вооружённый мужчина, с пистолетом в руке. Этот незнакомец обходил дом, и вскоре можно было услышать как ломается окно на кухне. ПитБуль конечно же сразу побежал атаковать но мужчина пнул собаку, не убив её, но явно причинив достаточно боли чтобы та не смогла на него опять напасть. Незнакомец прошёл в гостиную и посмотрел на Гришу, сидящего на полу.  — Здравствуйте… Неуверенно проговорил он, явно не зная что в доме не только Джон. — Ага… Ответил ему Гриша, решив не звать Джона, всё равно он был уверен что Джон как-то да разберётся, он всегда умудряется как-то выживать. Киллер удостоверившись что Гриша не позовёт Джона да и сам ничего сделать не сможет, направился в спальню. Как только он зашёл в открытую комнату, из-за двери вышел Джон и напал на парня с ножом, он попал ему в плечо но тот повалил Уика на землю. Гриша спокойно смотрел на происходящим, но потом он всё-же начал нервничать, вдруг заметив что возможно незваный гость победит. Джонатан лежал на полу, пока киллер был сверху, пытаясь воткнуть нож тому в глотку. Джон пытался отодвинуть от себя нож, даже если ему пришлось браться за лезвие голыми руками, но кончик холодного лезвия только приближался к его шее. Джонатан затаил дыхание, надеясь что так у него будет ещё времени перед тем как нож дотронется до кожи. Мужчина уже был уверен что это всё, конец. Выстрел. Нападающий потерял все свои силы и упал на Джона, замарав его лицо и грудь кровью. Мужчина скинул его с себя и сел, после чего перевёл взгляд на Гришу, который стоял перед ним с пистолетом в руках. Расширенные глаза полные страха, дрожащие руки и губы. — О-он…он м-мёртв. Я-я его… Всё же заговорил опер, заикаясь на каждом слове, не в состоянии собрать свои мысли в разборчивое предложение. Пистолет упал на пол а сам Гриша стал терять силу в ногах. Джон рванул к нему и взял его за плечи, смотря в его голубые глаза. — Тише, тише, всё хорошо. Я здесь, всё будет хорошо. — Я-я его у-убил. — Всё закончилось, ты в безопасности, тише. Мужчина обнял его, прижимая к себе и защищая от всего мира. В голове Гриши смешались все мысли, кто этот человек вообще? Может у него жена есть, дети? По нему же кто то будет горевать? Правосудие это его всё, люди должны отвечать за свои поступки…но не так же. Гриша уже забыл о том кто сидит рядом с ним, ему нужна была поддержка хоть от кого нибудь. Поэтому парень просто закрыл глаза и стал сидеть в его объятьях, как Туман испугавшись грозы. Джонатан мыл пол от крови, пока Гриша стоял рядом со связанными руками. Одна рука которая когда-то была прикована к стулу наручниками, была вся красная из-за того как сильно он её натёр, пытаясь, снять те самые наручники. — Зачем ты вообще в это ввязался? Мог просто сидеть, смотреть…может он бы заодно меня убил и ты мог бы от меня сбежать. Поинтересовался Джон, драя пол тряпкой и стоя на своих коленях. — Он собаку ударил. Ответил Гриша смотря на него. Джонатан остановился и покивал головой. — Ну, да…понимаю тебя. А потом продолжил стирать кровь. Гриша стал просто наблюдать за его действиями, пытаясь так себя отвлечь от всех этих мыслей связанных с произошедшим убийством…вот только мысли которые у него начали появляться взамен может даже хуже тех что были до этого. Вперёд, назад, вперёд, назад, даже волосы двигались в такт его тела, то оно было напряженным, то оно растягивалось, как у кошки. Может то что он в детстве занимался балетом не такой уж и бред? Гриша стал замечать каждую складку на его футболке, то как его ноздри расширялись и сужались в такт дыхания а как рот периодически открывался, когда воздуха не хватало для лёгких. Джон остановился и рукой вытер свой лоб, после чего выпрямился, положив руки себе на ляжки. — Эй, ты в порядке? Гришу резко вытянули в реальный мир и тот вздрогнул, посмотрев на Джона который просто сидел и смотрел на него, немного нахмурившись. — Эм…да, да, вообще в норме… Гриша вяло махнул рукой и сжал ноги вместе. Мужчина явно заметил что что-то было не так и подойдя ближе, сел рядом, в ответ на что парень сжался только сильнее, пытаясь больше скрыться от него. — Я понимаю, поверь мне. Первое убийство всегда…такое. Гриша робко покивал в ответ, хотя его уже совсем не убийство волновало а то что Джон был так близко, слишком близко для такого состояния в котором он был сейчас. Мужчина аккуратно положил свою руку ему на плечо. «Нет, нет, только не сейчас.» Опер сразу скинул его руку с себя и отодвинулся подальше. Джонатан устало вздохнул и ещё немного посидел рядом, перед тем как решил что его нахождение рядом ему совершенно не помогает. — Оставлю тебя наедине с самим собой, хорошо? Гриша никак не ответил и Джон приняв это за согласие, просто пошёл в свою спальню. **** Гриша после произошедшего не мог заснуть, поэтому утром он уже смотрел на часы. Он был в каком-то странном состоянии, он будто и бодрствует и спит одновременно, в голове полная пустота но при этом его тело никак не вырубалось. Вскоре Джонатан опять появился рядом с ним и протянул ему чашку чая но тот её даже не заметил. Мужчина тяжело вздохнул. — Мда, видимо твоя психика вообще под откос пошла… Киллер поставил стакан на пол, рядом с ним. Джон задумчиво сначала смотрел на него а потом осмотрелся по сторонам, будто мебель в комнате как-то поможет ему что-то придумать. Он перевёл взгляд на кофейный столик…и правда, помогло. Мужчина из своей комнаты вынес телефон Гриши, который забрал сразу-же когда похитил и выключив, спрятал у себя в комнате. Джон подошёл к кофейному столу и включив телефон, положил его на стол, после чего ушёл обратно в свою комнату, закрывшись там. **** Даже когда на дворе летом, ночью всегда было холодно, а на этот раз холод ещё и соединился с дождём. Гриша как смотрел в пустоту так и продолжал смотреть, уже начиная задаваться вопросом, жив ли он вообще. Но тут резко звучит уж очень знакомый ему рингтон и тот сразу отвлекается и начинает смотреть по сторонам, ища то из чего как раз и издается звук. Искать ему пришлось недолго, его телефон валялся прямо на кофейном столе. — Ника… Пришло к нему осознание и он с паникой рванул к столу, но споткнулся и ему пришлось до телефона уже ползти. Он в панике взял связанными руками телефон, но не успел он поднять трубку, как телефон резко выключается. Он разрядился. — Нет…нет, нет, да почему сейчас?! Гриша не мог думать, он должен был её услышать, он должен вернуться, ради неё. Ноги сами понесли его к двери, но когда он не смог её открыть, он подбежал к стеклянным стенам, вот только эти стёкла он никак не мог разбить сам, а со связанными руками стул он нормально поднять не мог. Так, какие ещё варианты? — Второй этаж. Гриша рванул на второй этаж, но потом остановился, вдруг вспомнив куда вела эта дверь. Спальня Джона…и больше ничего на этом этаже не было. Опер медленно открывает дверь, слава богу Джон спал и вроде не собирался просыпаться. Он тихо и медленно проходит мимо его кровати и подходит к двери на балкон, которую он дёргает и та на удивление открывается. Гриша переводит взгляд на него, ещё разок. Он такой нежный когда спит…его волосы так неуклюже но красиво лежат, падают на лицо, так что локоны прилипают к его губам. Теперь ему точно валить надо. Гриша вышел на улицу и вдруг осознал насколько сильный был ливень, когда вода стала мешать ему видеть, а периодически сильный ветер только ухудшал ситуацию. Опер подошёл к краю балкона и посмотрел вниз, было высоко, но в нём была какая-то надежда что может он сможет спрыгнуть вниз и не сломать себе ничего. Гриша перелез через перила и встав на край, ещё раз посмотрел вниз, начав медленно садиться на корточки. Но тут нога соскальзывает. Поверхность вылетает из-под ног, дыхание замирает и вот он больше ничего кроме неба и удаляющегося балкона, не видит.