Расколотый витраж

— Слушай, а почему ты отрастила волосы? — спрашивает Такеши, скашивая глаза на длинные тёмно-русые пряди, в беспорядке разметавшиеся по его животу. — Кажется, ты хотела их обрезать, если я не ошибаюсь. Он чувствует, как лежащая на нём Ал начинает шевелиться, пытаясь поднять голову и посмотреть на его лицо, но у неё ничего не выходит — она лишь упирается макушкой ему в живот. Немного повозившись и, видимо, сдавшись, она успокаивается и вновь устремляет взгляд в потолок своей комнаты. — Ты что, не помнишь, Такеши? — вопросом на вопрос отвечает она, начиная наматывать прядь на палец. Ямамото наблюдает за ней — когда в последний раз он видел её в настоящем, её волосы были практически вдвое короче. — Ты же… Запнувшись, девушка прерывается на несколько секунд, видимо, быстро что-то припоминая, а потом с лёгкой досадой говорит: — Похоже, что и вправду не помнишь. Это же случится позже. Ал что-то ворчит себе под нос — Такеши уверен, что различает недовольное тягучее «блииииин», и не может сдержать улыбки. Даже в будущем она всё ещё остаётся собой в таких вот мелких повседневных вещах, и его это успокаивает. Сейчас, когда его подруга не сидит в обнимку с кувшином саке, а как в старые-добрые времена валяется вместе с ним на кровати, раскинув руки и заняв большую её половину, парень забывает о том, что прошло уже десять лет, и единственное, что ему непривычно — это комната, в которой он находится, и длинные волосы Ал. Он не сразу понимает, что она только что сказала. Значит, это была его инициатива? Такеши приподнимает голову и с сомнением косится на девушку, пытаясь понять, не шутила ли она только что, но ей вроде незачем шутить. И это удивительно. Ямамото всё ещё в новинку слышать о своих поступках дальше по линии времени, и этот раз не становится исключением. — Серьёзно? — удивлённо спрашивает он, пытаясь представить, как это вообще могло случиться, ведь он никогда не давал Ал советов по поводу её внешности, справедливо полагая, что она разберётся сама. — Не ожидал. Она задумчиво смотрит на свою прядь, во много оборотов намотанную на палец. — Серьёзно. Я действительно хотела их обрезать, но ты сказал, что с длинными мне пойдёт больше, — произносит она, и Такеши на мгновение кажется, что он слышит в её голосе улыбку, вызванную воспоминаниями о прежних временах. — Вот я и решила попробовать. Кстати… Сделав паузу, она переворачивается на бок — так, чтобы можно было видеть его лицо, — и, лукаво прищурившись, интересуется: — И как тебе? Всё-таки больше идёт? «Девчонки…» — мелькает в голове у Такеши, и эта коротенькая мысль его смешит. Улыбаясь, он думает о том, что Ал уже исполнилось двадцать шесть, но сейчас она, наверное, даже больше похожа на подростка, чем десять лет назад. То ли она стала женственнее, то ли этот вопрос на самом деле занимал её довольно долгое время… Он смотрит на неё и честно не знает, что ответить. Не только потому, что она в любом случае зацепится за то, что он скажет, — Такеши уверен, что эта черта осталась с ней и до сих пор, — но и потому, что действительно не знает, как ему нравится больше. Впадая в замешательство, кажется, он молчит слишком долго — и замечает на себе внимательный взгляд Ал, на лице которой буквально написано «Я не отпущу тебя без ответа». — Мне нравится и так, и так, — наконец, отзывается он, решив быть честным. — Но будущему мне, видимо, показалось, что с совсем длинными всё-таки лучше. Лучше спросить у него, я думаю. Устроившая свою голову у него на животе Ал улыбается уголками губ, — по её лицу Такеши читает, что ей понравился его ответ — хотя в её глазах, пожалуй, всё ещё мелькают лукавинки. Наверняка сейчас задаст ещё какой-нибудь провокационный вопрос, думает парень, внимательно наблюдая за ней. — «Лучше спросить у него», — с деланым недовольством повторяет за ним девушка, состраивая наигранно недовольное выражение лица. — Вечно вы, парни, перекладываете ответственность на кого-то другого. Свою несерьёзную претензию она, не сдержавшись, заканчивает негромким смешком, и, покосившись на Такеши, вновь устраивается на спине, укладывая свой затылок к нему на живот и устремляя свой взгляд в потолок. — Почему на другого? Я — это я, — заражаясь её несерьёзностью, с улыбкой отвечает Такеши и, потянувшись, складывает руки над головой. Лежать так гораздо удобнее. — Просто тот я… несколько более осведомлён. Он смеётся, думая о том, сколько всего ему ещё предстоит узнать, увидеть и сделать — каким бы мрачным ни казалось наступающее будущее, в нём, уверен Такеши, найдётся место и радостным событиям. О которых, кстати, он вполне может спросить у Ал — если она, конечно, ответит, не отговариваясь своими обычными «Может быть» и «Кто знает!». Слушая, как она разглагольствует об осведомлённости и мужском коварстве, он думает о том, что она, скорее всего, ответит. Ведь впервые за долгое время он видит её в столь прекрасном настроении.