Расколотый витраж

— Слушай, мне кажется, или с этой фотографией что-то не так? Сидевшая на кровати Бьянки отвлеклась от лежавшего на её коленях фотоальбома и, подняв голову, начала всматриваться в снимок, который протягивала ей Ал. На первый взгляд в нём не было ничего подозрительного: групповая фотография Вонголы — правда, не в полном составе — на фоне крыльца дома Савады. В центре — сам Савада, замотанный бесконечными выяснениями, кто с кем будет стоять, и с Реборном на плече; справа от него — встрёпанный Хаято, явно недовольный зашкаливающим количеством людей вокруг, слева — Ямамото Такеши, выглядящий так, будто эта маленькая импровизированная фотосессия — лучшее, что случалось в его жизни… Рядом с Ямамото — Ал, показывающая вместе с ним два пальца в форме буквы «V»; подле неё — сама Бьянки, упорно старающаяся не обращать внимания на светящегося от энтузиазма Сасагаву Рёхея, обнимающего улыбающуюся сестру, справа от Киоко — Хару, отчаянно пытающаяся удержать в руках непоседливого Ламбо, а около них… Бьянки недоуменно моргнула. Кое-что на этой, казалось бы, совершенно обычной фотографии совсем не вписывалось в привычный порядок вещей. Ведь рядом с Хару стоял не кто иной, как… — Заметила, да? — поинтересовалась внимательно наблюдавшая за подругой Ал и присела рядом. Кровать тихо скрипнула. — Я тоже не сразу сообразила, в чём подвох. — Я и не поняла сначала. Подумала, что вроде всё как обычно, пока не увидела его, — девушка недовольно щёлкнула ногтем по снимку, слегка мерцавшему в заливавших комнату солнечных лучах. — Когда он только успел? Его же с нами не было. — Тем не менее, на фотографии он есть, — кисло отозвалась Ал. — А я, между прочим, собиралась её на стенку повесить. А теперь у меня мурашки от неё бегут. — Что-то мне подсказывает, что именно этого он и добивался, — Бьянки снова опустила глаза. Неопределённо улыбаясь, с глянцевой бумаги на неё смотрел Рокудо Мукуро, и застывшее на его лице насмешливое выражение без слов говорило о том, что он здесь неслучайно. На то же самое намекало местоположение самого Рокудо — судя по всему, раньше на его месте находилась Хром. Едва ли Мукуро расположился бы в девичьей компании, мысленно усмехнулась девушка. С гораздо большей вероятностью он решил бы помотать нервы Саваде и встал бы прямо за его спиной, чтобы тот нервничал и дёргался от каждого шороха. — Там же Хром раньше стояла? Ал задумчиво нахмурилась, припоминая тот день: — По-моему, да… Точно да, помнишь, нам же пришлось долго её уговаривать, ведь она не хотела фотографироваться? Это было реально сложно. А Мукуро всё испортил. В её голосе звучало разочарование, и Бьянки понимала, почему. Им действительно стоило немалых трудов упросить застенчивую малышку Хром на один-единственный снимок, и как Ал тогда была довольна, что у них получилось! Вероятно, именно поэтому она и собиралась повесить это фото на стену: в конце концов, они сделали невозможное — собрали почти всех в одном кадре. А тут Рокудо Мукуро. На этот раз выражение его лица показалось Бьянки почти торжествующим — конечно, шутка прошла гладко, никто ничего не заметил. Интересно, когда он успел поменяться с Хром? Или появился на фотографии уже позже? В любом случае, это было действительно неожиданно. Не начни они приглядываться, может, даже ничего бы и не заподозрили.  — Иллюзионисты, — с сочувствием вздохнула она. — Они любят подобные штучки. — Надеюсь, в один прекрасный день там вновь появится Хром, — пробурчала Ал и потянулась к распакованной рамке, лежащей на столе. — Не хочу, чтобы на меня круглосуточно пялился Мукуро. Мне от этого здорово не по себе. И, глядя на лукавый прищур разномастных глаз, Бьянки не могла с ней не согласиться. Мурашки по спине от его взгляда не ползли, но всё равно было неприятно; возникало отчётливое ощущение, будто Рокудо не на фотографии, а тут, в комнате, совсем рядом, стоит за занавеской и внимательно наблюдает. Да уж, его шалость на самом деле удалась.