Untitled(Pregnant)

Последние дни учёбы нужны лишь для галочки, оценки выставлены, ничего учить не надо. Жара плавит мозги, и ученики бессовестно спят на уроках, а кто-то, совершенно проигнорировав школу, даже не удосужился прийти на уроки. Один из таких учеников — это Тэхён. Дедуля ему обещал не трогать и не расспрашивать о случившемся, отчего было чуть легче. Хоть кто-то считался с его мнением. На самом деле Мин переживал из-за омеги, но тот категорично отбивался от всей заботы в свою сторону. Да и гормоны, кажется, шалили: чем больше близился срок, тем беспокойнее становился Тэ. В любом случае настроение у него было такое, что ни видеть кого-либо, ни делать ничего не хотелось. После случившегося он совершенно перестал верить себе. То, что он пытался сделать… Нет, он почти пошёл на это и теперь, чувствовал жутчайшую вину. Тэхён не знал, как дальше вести себя так, будто ничего и не было, типа ему не хотелось выпилиться, типа всё хорошо? Нет ничего хорошего в том, что его всё достало. Достало собственное нытье, слёзы, достали все со своими советами. Хотелось кому-то выплакаться, но теперь выходит даже с Чонгуком не выйдет поделиться… Мысли о старшем брате начинают навязчиво крутиться в голове. После ухода из дома Тэхён не отвечал на его звонки, зная старшего, можно было сразу предугадать его реакцию. Тэхён бы не вынес, если бы его начал обвинять самый родной человек. Это было выше его сил. Поэтому омега попросту боялся своего хёна. И всё же он решается позвонить, он думает о том, что скорее всего Сокджин бы его понял, он бы просто назвал его маленьким глупым братишкой и обнял. Чёрт возьми, как же его не хватает, если и он отвернётся от него, что же делать Тэхёну? Год назад Сокджин уехал на учёбу и теперь во время его отсутствия Тэхён наворотил таких дел, что всю жизнь теперь расхлёбывай — а всё равно ни черта не исправишь. Тэхён не решается ему звонить, поэтому просто пишет в какао «Привет?». Буквально через секунды три ему уже перезванивали с этого номера. Звонил естественно Сокджин. — Ты действительно пытался утаить от меня своё пузо, мелочь? — почему-то от этих слов стало так тепло и одновременно больно на душе. Господи, как Тэхён скучает, хоть бы кто знал. Слёзы облегчения пополам с радостью обрушились на него и младший больше не сдерживался. — Ты кто вообще? Что за истеричка со мной разговаривает? Где ты спрятал моего смышлёного братишку? — ругает старший плачущего Тэ. Конечно, позже он уже добро просит больше не молчать, Тэ ревёт в слюни и рассказывает буквально обо всём. И про родителей, и про уход из дома, и про разрыв, и про ребёнка. Даже про Чонгука ему удаётся вкратце рассказать. Но вот про неудачный суицидный эксперимент Тэхён решает промолчать. Сокджин может все бросить и приехать к нему. Поэтому лишних жертв не нужно. — А ты как? Как учёба? — наконец более-менее приходит в себя Тэхён. На что Сокджин рассказывает, что в Америке учёба обходится дорого, сам он подрабатывает кое-где и обещает выслать деньги. — Я что, по-твоему, только из-за денег с тобой связался бурчит Тэхён. — Нет Тэхёни, это долг старших братьев: помогать маленьким тупеньким донсенам… — Хён! — канючит Тэхён, из-за чего Джин легко смеётся… *** Жизнь казалась ёбаной каруселью, вроде и весело, вроде и пиздец, а то иногда блевать тянет. Впрочем, у каждого какие-то свои проблемы. И Чонгука так же не стал исключением. Дела у него тоже шли херово. Парень был в депрессии. Спортсмен рассеянно упаковывал свои вещи и пытался совладать со своими бушующими эмоциями. Он больше не увидит ни спортзала, ни тренера, ни своих, кажется, новоприобретённых друзей. Удивительно, что он вообще с кем-то здесь подружился. Кстати, это Югем позвонил, сказав, что видел его мать на днях. Его бодрое: «Чувак, почему так часто пропадаешь?» немного улыбнуло бету. Югем был партнёром Чона по спаррингу, да и как оказалось по совместительству другом. Поэтому Чонгук не дожидаясь истерик матери, решился распрощаться со своим будущим сам, без криков. С того самого дня прошла неделя, он ночевал, где угодно, но только не дома. Но после таких скитаний понятно, сколько бы он не выкобенивался, переигрывать мать ему уже перехотелось. А после отказа Тэхёна стало всё равно что будет или как. В конце концов, миссис Чон была права, Чонгук не нужен ему. Убиваться нет смысла, Чон дал себе установку, что не будет париться по этому поводу, но то, что самооценка упала ниже плинтуса… говорит о многом. Да и честно он ожидал нечто романтичного, а получил только то, что как его чувства растворились безответно в никуда. Отчего было немного обидно. Его прощания с уже родной раздевалкой кажется, не остались без внимания. На него кто-то пялил. Чон почувствовал и как только услышал первые шаги — он понял кто это. Только этого ему не хватало. Чимин собственной персоной завалился почему один, без своих придурков, которые обычно всё время ошивались вокруг него. Чон не хотел, чтобы тот успел сказать что-то дебильное, что в конец испортит настроение. — Куда-то уходишь? — ехидно спрашивает Пак. — Тренер сегодня не в духе, не советовал бы. — Ага, — только и произносит Чон, закидывая рюкзак на спину, он спешит прочь из раздевалки. Ругаться и отбиваться от нападок нет ни сил, ни желания. Чон молча отодвигает миниатюрного Пак-занозу-в-заднице-Чимина в сторону и проходит дальше к выходу, не замечая чисто ошарашенный взгляд. Чон совсем не думал, что мелкая зараза проследует за ним, поэтому он вздрагивает, когда сзади удивлённо восклицают: — Ты куришь? — Чонгук чуть стискивает сигаретный фильтр, кончик которого недавно зажёг. Он не собирается ни перед кем отчитываться. Незачем. — Оглох что ли? Ты меня слышишь вообще? — усмехается Чимин. Чонгук думает, что сказать человеку (который вечно с тобой цапается) о своём уходе самое то. — Можешь радоваться, я больше не приду сюда, — с хрипотцой проговаривает Чонгук, а у Чимина сползает улыбка. Он рассчитывал на другой исход. — Что? — Кажется ты сам оглох, Чим, — выдыхает колечко дыма на него Чонгук, за неделю он научился это делать профессионально. — Но… куда ты собрался? — спрашивает тот как-то слишком уж недоумённо для человека, которому наплевать. — Никуда, — хмыкает Чон и затягивается, Чимин залипает на его пальцах. — Не знаю, мать забрала документы, — почти выплёвывает бета и наверное, этим всё сказано. Чимин недолго постояв, подходит близко, забирает фильтр и затягивается чужой сигаретой. Удивительно, этот человек может молчать и не травить отвратительные шутки про члены. Вот и весь разговор, сухая простая констатация факта, но всё же от этого как-то легче? Возможно, но всё же грустно. Неужели не пошутит? — Будешь скучать по мне? Хех, — чисто из-за любопытства и некой капризности спрашивает Чонгук. — Буду, — внезапно откликается Чимин и бросает окурок на землю.

I hate living without you Dead wrong to ever doubt you But my demons lay in waiting Tempting me away Oh, how I adore you Oh, how I thirst for you Oh, how I need you Skillet- Comatose