Кацуки мучают кошмары

— Я тебя ненави-… — У тебя красивая улыбка, Каччан — улыбается Изуку, и делает шаг назад, и падает. — Нет! — кричит Кацуки и срывается с места, и просыпается. — Опять этот кошмар… — сидя на кровати, говорит Кацуки. За окном дождь, летний дождь. Кацуки решает выйти на балкон, подышать свежим воздухом. Он уже месяц мучается от кошмаров. Каждый раз, выходя на балкон, он вспоминает: последний год средней школы, как он узнал, что Изуку тоже собирается поступать в UA, не имея причуды, как он сказал ей спрыгнуть с крыши. И каждый раз он мотает головой, чтобы забыть. Какого хрена, он вспомнил это спустя, почти, два года? Как-то он пожаловался, что ему снятся кошмары, на одной основе из прошлого. — Оу, это может быть знаком, не думаешь? — сказал Каминари — Да, помню — отозвался Серо — мне несколько раз снился, момент с детства, где я падаю с велосипеда, и через неделю я упал и сломал ногу — он пожал плечами. Кацуки не думал, о том, что Изуку могла себе что-то сделать, у неё сильнейшая причуда от бывшего героя номер 1, у нее появились друзья, он к ней тоже перестал лезть с начала кошмаров. Боялся. Просто, когда бы он не глянул на подругу детства, перед глазами яркая картина: они стоят на крыше, и она прыгает, фразы были разные: «Ты был хорошим другом, Каччан», «Зря я тебя не послушала тогда», «Я всегда считала тебя своим другом», «Прости за все, Каччан», она улыбалась, и прыгала, либо делала шаг назад. Бакуго пытался её словить… и всегда просыпался. — Хэй, Бакубро — Киришима толкнул друга — снова кошмары снились? — Ага — Жесть, и так уже месяц? — спросил Каминари, на что Бакуго кивнул. — Доброе утро, ребята — поздоровалась одноклассница. — Доброе утро, Мидория! — вскликнули парни. — Доброе — едва ли слышно добавил Бакуго, на что Изуку удивилась, но ничего не сказала. Просто улыбнулась и пошла за стол. — Что это с Бакуго? — обеспокоенно спросила Урарака у Изуку. — Ты о чем? — Он, немного, странно себя ведёт в последнее время, — ответила Асуи — не заметила, ква? — Если честно, не очень… Мы с ним не общаемся, в принципе. — немного смутившись, ответила Изуку — Да и он, не лез ко мне уже, около месяца… — Странный он — бурча, сказала Урарака. — Странная здесь только ты, да еще и видно бессмертная — сказал, мимо проходящий Минета — но, Бакуго может не узнать об этом, вы сами понимаете какая плата за это — он подмигнул. — Ау~ — крикнул Минета, от провода Джиро в глазе, тем самым привлек внимания всех — мой глаз! — Это, что бы трындел меньше, идиот — сказала Джиро. Мидория, смотря на эту картину, почувствовала на себе, чей-то взгляд, обернувшись, заметила Каччана, который резко развернулся. — Что же, это с тобой, Каччан? — подумала Изуку. Утро сменилось днём. — Эй, Серо, а сколько, говоришь, тебе снилось о велике? — спросил Бакуго, сидя за партой. Не обращая внимания на Ииду, который говорит убрать ноги с парты. — Да, несколько раз — парень почесал затылок — если именно по дням, то~, 5? — Бакуго посмотрел на него взглядом «Ты, лять, издеваешься?» — просто, мне могло сниться несколько снов за ночь, и да. — Понятно — сказал Кацуки. — Что же тебе снится? — спросил Каминари. — Может победа, какая-то? — добавил Киришима. — Или травма — добавил Каминари. — Или чья-то смерть — также, добавил Серо. На этих словах Бакуго дернулся. Он бросил взгляд на двери. Заходит Изуку, с Ураракой, Асуи и Тодороки. — Бакуго, тебе снится чья-то смерть? — обеспокоено спросил Киришима, заметив тревожный взгляд друга в сторону. Прозвенел звонок. Мимо прошла Изуку к своему месту. Бакуго сел нормально, так и не ответив на вопрос Киришими. После школы: — Эй, юный Бакуго — парень узнает этот голос с тысячи. — Что-то случилось, Всемогущий? — Нет, я хотел сказать, что у меня сегодня дела, и что тренировки не будет. Просто, я был не уверен, что ты станешь слушать Мидорию. — Оу, понятно. Хорошо. Удачи с делами — парень направился к выходу. — Почему он, так изменился в лице, после упоминания о Мидории? — тихо спросил себя Всемогущий. Да, ребята тренировались вместе. И Бакуго не смотря на все, не поддавался. Он просто молчал, в большинстве случаев. Здоровался, как приходил, орал что-то о тормознутости Деку, и молча уходил. Во время тренировок, он забывал о кошмарах. — Эй, круглолицая — сказал Бакуго Урараке, которая была в компании с девушками — мы можем поговорить — он кивнул в сторону, она пошла за ним. — У меня имя есть, ок да? — сказала Урарака, на безразличный взгляд Бакуго «Не до этого сейчас», она вздохнула и добавила — чего ты хотел? — Где Деку? — А? Изуку? Она на тренировке — ответила Урарака. — Какой тренировке? — Кацуки спросил немного повысив тон, вспомнив о том, что им её отменили. — На той, что и ты, иногда ходишь? — Да, её отменили! — крикнул парень. — Ну, тогда я не знаю, -девушка пожала плечами — а зачем тебе Изуку? — Поговорить с ней хотел — фыркнул Бакуго. «И куда эта дура пошла?» — Оу, а может не надо? Она и так сама не своя, немного. — Бакуго, наверное, впервые, так внимательно слушает Урараку. — Ничего не рассказывает, когда мы спрашиваем что случилось. Ходит уставшая, глаза, как будто заплаканные… Она улыбается, не так как всегда. И считает, что это не заметно… — Черт… — сказал Бакуго и побежал к дивану, где была его кофта. — О! Бакуго! — вскликнул Киришима — Мы узнали, что могут значить твои сны! — Не сейчас! — Крикнул Бакуго, хватая куртку. Но резко затормозил. — Что? — То, что человек, который тебе снится, может находиться в глубочайшей депрессии, исходом которой может быть самоубийство. Если этот человек, называет твое имя, значит ты единственный, кто может ему помочь — сказал Токоями, даже не смотря на Бакуго. — Вот такие дела — сказал Эйджиро — ха? Где он? — Убежал, еще на словах, «ты единственный " — сказал Каминари. — Нет, нет, нет. Она же не настолько тупая — говорил себе Кацуки, пока бежал к площадке Бета — пожалуйста, Деку, дождись и не сглупи. Он забежал на площадку, и пытался отдышаться. — Деку?! Ты здесь?! — крикнул, Бакуго оглядываясь по сторонам. — Её здесь нет. И не должно было быть. — кто-то подошёл сзади, от чего Бакуго чуть не зарядил, ему в лицо взрывом, но вовремя остановился. — Учитель Айзава, что вы, здесь… — Увидел тебя по камерам, и вспомнил, что Всемогущий уехал. Вопрос другой, что ты здесь делаешь? Мидорию ищешь, для чего? — Урарака сказала, что она ушла на тренировку, вот я и… — Она ушла минут 10 назад, странно, что вы не пересеклись. — Минут 10 назад? — задумался парень, и снова дернулся — Учитель! Школа открыта? Когда тот кивнул, Бакуго побежал к школе. — Что он творит? — устало сказал Айзава, выключая свет. — Деку, тупая Деку, нет… — парень бежал по лестнице на крышу здания, голос был тихим и хриплым, как будто, вот-вот заплачет — Изуку, нет. Он распахнул дверь на крышу, и увидел одноклассницу которая стояла, может метр от края. — А? — девушка обернулась и посмотрела на «гостя» — Каччан, что ты здесь делаешь? — За тобой, идиоткой пришел! — крикнул парень. — З-зачем? — девушка испуганно смотрела на парня. Он сел, опершись об косяк двери. — Что ты здесь делаешь — спросил он устало. — Я? Наслаждаюсь красотой ночного неба. — она решила, что не стоит уточнять, что уже как месяц. — Тц, на крыше? — парень даже не смотрел на неё — Да что с тобой творится, Деку? На тренировках тормозишь, в школе тоже, твои подруги говорят, что ты лживо улыбаешься, я нахожу тебя на крыше, какого же… — он посмотрел на неё — какого же хрена, Деку! — Оу… просто… я… Я… — Я то думаю, где ты пропадаешь после тренировок… — он отвернулся — Ха… — Каччан, просто я… я устала от всего этого, и… — она пыталась сформулировать свои мысли, получалось рвано и лживо. — И ты, — Бакуго снова посмотрел на Изуку — та, которая хочет стать новым Символом Мира, говоришь что устала? Поверить не могу… — Знаешь… Да, Каччан, я устала. Мне тяжело, мне тяжело делать вид, что всё хорошо. Я боюсь, что я не смогу, что я подведу Всемогущего, Гран Торино, что я подведу всех кто в меня верил. — спокойно, но в тоже время и тревожно говорила девушка — Я уже столько раз заставляла всех волноваться, я не хочу этого, — она отвернула от него взгляд, в сторону — но… видимо, у меня не выходит. — Кацуки показалось, что она улыбнулась. Изуку делает шаг вперед. Кацуки дёргается, снова, и встаёт — медленно, но уверенно — встаёт. — Деку… — он говорит тихо, даже не уверен, что она слышит. — Знаешь, ты был прав — она обернулась к нему, и улыбнулась, закрыв глаза — мне никогда не стать героем, Каччан, стань им за меня — шаг назад. — Изуку! — он бросается с места к ней, спрыгивает с крыши, активирует причуду, и… ловит её. Держа её на руках, медленно спускается на землю. — Тупая Деку — он смотрит на одноклассницу, которая даже глаз не раскрывает — слишком тупая… но слишком сильная… Кажется, ты, вырубилась, придётся тебя тащить на руках. В общежитии ~ — Чтоо, Бакуго, что произошло — заорал Киришима, когда Каччан открыв дверь с ноги, зашел с Мидорией на руках. — Изуку-тян, ква — тихо произнесла Асуи. — Что с ней, Бакуго? — подбежала Урарака к парню, смотря на подругу. — Эта дура… — он замолчал, а после продолжил — неважно. Ей нужен отдых — он направился к лифту, и нажав нужный этаж уехал. — Неужели, попытка самоубийства? — спросил Оджиро. — Похоже на то, а мы и не заметили… — добавил Шото — Изуку… — Урарака упала на колени, к ней подбежала Тсую — она могла умереть — девушка зарыдала. — Очако, все же хорошо, не плачь. Тем более там был Бакуго-кун, и она уже в общежитии — успокаивала подругу Тсую. — Это жесть — Киришима откинулся на спинку дивана. — Выходит, Бакуго снилась смерть Мидории? — шепотом спросил Серо — Выходит так. — ответил Каминари. — Глупая Деку — шепотом говорил Бакуго, осторожно кладя одноклассницу на кровать — кажется у тебя температура — он посмотрел вокруг, заметил бутылку с водой, и достав какой-то платок со шкафа, он приложил этот компресс на лоб подруги — почему же ты захотела сдасться? Ты же сильная… даже слишком, как для девушки — он сам не осознавая начал гладить её по волосам — Я должен уходить, скажу Урараке, что бы тебя проведала перед сном — он встал, и, идя к двери, заметил тетрадку на полу, поднял её — очередная тетрадка о героях? А? Что это за надпись? — он посмотрел на обложку, где красовалось: «Я смогу! Я справлюсь! — и немного мельче — кому я лгу». Кацуки сел за стол, и открыл тетрадь… На первых страницах были заметки о причуде, и приемах, дальше пошли зачеркивания, мятые листы, как будто мокрые от слёз, дальше шли разные свое рода надписи: «Я больше не могу», «Мне тяжело», «Я всех подвела», «Какой из меня Символ Мира?». Дальше шли как будто цитаты: «Ты бесполезная, Деку», «Ты ничего не добьешься», «А может спрыгнуть, тогда, с крыши было хорошим вариантом?», «Не стой у меня на пути», «Почему? Почему именно, Тебя! Заметил Всемогущий!» «Я не заслуживаю эту силу, я никчёмная», «Каччан был прав», «Деку значит — ты сможешь! бесполезный», «Я устала…» — это была последняя надпись — Какой же я мудак — Кацуки стукнул себя по лбу тетрадью. — И что теперь делать? Хм… — Кацуки взглянул вокруг себя, и взял маркер со стола, и начал зачеркивать фразы в тетради. — «Я не заслуживаю эту силу, я никчёмная» — «Заслуживаешь! Ты достойна!» — «Каччан был прав» — «Я был тупой, а не прав» — «А может спрыгнуть, тогда, с крыши было хорошим вариантом?» — «Нет, забудь об этом, я не думал тогда, о чем говорю» — «Почему? Почему именно, Тебя! Заметил Всемогущий!» — «Потому что, ты рвалась, вперёд зная, что вряд ли победишь» Он написал еще несколько фраз и, закрыв тетрадку, ушел из комнаты. На утро, Изуку прочитала: «Ты сильная, и ты добьешься звания героя номер 1, но тебе нужно отдыхать» «Прости меня, идиота |>< |» И последнее: «Ты все сможешь, а я буду рядом, обещаю, и прости». На глазах выступили слёзы.