Спасение или погибель

— Ты узнал его? — Я же сказал, — Арсений провёл ладонями по лицу, — я понятия не имею, кто он. Два дня назад к ним прислали парня. Единственное, что о нём было известно, — его прислали те же люди, что отправили сюда и их. Сюда — огромная поляна, размер которой составлял где-то два футбольных поля, окружённая четырьмя циклопическими стенами из чёрного камня, густо увитыми ползучими лианами. Стены, высота которых, казалось, была не меньше высоты двух пятиэтажных домов, образовывали идеальный прямоугольник. В северо-восточном углу находился лифт, который раз в неделю привозил необходимые припасы, в западную стену, в северную её часть, были встроены двери, которые открывались приблизительно в пять утра и закрывались где-то в десять часов вечера. За дверями находился подземный проход, пройдя в нём километра два или три, оказываешься у двух туннелей. Левый вёл в лабиринт не маленьких размеров, а второй заканчивался тупиком. В юго-восточной части поляны ребята построили себе зал совета, в юго-западной — больничное крыло, рядом с лифтом была их столовая, а у южной стены располагался построенный ими дом, где они все спали или отдыхали. Один раз в месяц в это место прибывал новичок. Сейчас здесь находилось двенадцать человек, хотя теперь с появлением новенького численность их населения увеличилась до тринадцати. Окружающая среда здесь практически не менялась даже с приходом нового времени года, но, когда Арсений оказался тут, ему сообщили, что была весна, апрель. Мужчина стал пятым жителем данного места, а сейчас провёл тут уже почти девять месяцев. Появление мальчишки, может быть, и не было бы странным, если б тринадцать дней назад к ним уже не поступил новый человек. Ах, да. Ещё в руке парня была записка «У тебя осталось не так много времени, Арсений. Торопись.». Все ждали объяснений, но мужчина не мог их предоставить. Память с момента прибытия так и не восстановилась. Иногда Арсений видел во сне какие-то обрывки, но он не мог понять, что они значили, пазл в голове упорно не складывался, и мужчина уже почти перестал пытаться что-то склеить и начинал терять веру в то, что однажды они будут свободны, но теперь… Мысль о том, что парень что-то знал, что он мог что-то рассказать, помочь всем им выбраться из этого места, вдохновляла. Да только парнишка лежал в отключке уже второй день, и нервишки начинали пошаливать. — Арс, все видели записку. Этот пацан точно тебя знает! — Поздравляю его. Очнётся — распишусь на его груди, — бросил Арсений и скрестил руки на груди. Полчаса назад Стас, первый прибывший, а потому вроде как главный, решил собрать всех в зале совета и обсудить появление молодого человека, но обсуждение быстро переросло в допрос Арсения. Понравилось ли это последнему? Нет. Однако благодаря умению сдерживать свои эмоции мужчина всё так же спокойно (ну, почти) повторял о том, что личность прибывшего ему неизвестна, а его память не махала ему ручкой в качестве приветствия. — Стас, серьёзно, харош, — устало произнёс Серёжа. — Арс ни черта не помнит, — махнул в сторону друга мужчина — и пока пацан не очнётся, мы ничего не узнаем. Давайте расходиться? — Если ты что-то, хоть ЧТО-ТО вспомнишь, то ты обязан нам это рассказать. Ты понял? — опёршись ладонями на круглый стол, что стоял посреди комнаты, и глядя в глаза Арсению, строго произнёс Стас. Арс еле сдержался, чтоб не закатить глаза и не фыркнуть, и в ответ лишь спокойно с лёгким кивком произнёс: — Я всё понимаю, Стас. Если что-то вспомню — сообщу. Шеминов ещё секунд десять сверлил Попова глазами, словно проверял на честность, а потом, шумно выдохнув и обведя взглядом всех присутствующих, кивнул: — Собрание окончено. Арсений вышел первым и сразу же направился в больничное крыло, где и лежал новичок. Этот пацан должен помочь. Ему, всем им. Они и так слишком долго торчат тут, даже не зная причину их пребывания здесь. Толкнув дверь, мужчина зашёл в комнату и подошёл к кровати, на которой лежал парень. Красивый. Красивый, хоть и исхудавший, с растрёпанными волосами и в нечистой одежде. Лежит, свернувшись калачиком. Маленький. Маленький, хотя рост поди где-то два метра. Юный. Лет двадцать пять или двадцать шесть, не больше. У него вся жизнь впереди, а он оказался тут. Как и сам Арс. Ему всего тридцать три, ему бы мечтать о семье, любимой и любящей жене, хорошей работе, развлекаться, познавать мир. Познал. Оказался животным в зоопарке. Арсений был уверен в том, что те, кто отправил их, следили за ними, наблюдали. Знать бы хотя б — для чего и какую цель они преследовали. — Арс, — положив ладонь на плечо мужчины, позвала женщина. — Привет, Лясь, — улыбнулся Попов. — Не думаю, что есть смысл спрашивать, как всё прошло, — скрестила руки на груди и встала напротив друга, — но просто знай, что всё наладится, хорошо? А Стас… Он просто переживает… Все переживают, нервы сдают, сам понимаешь. — Понимаю, — на выдохе повторил мужчина и облокотился плечом на стену. — Как он? — Арсений кивнул в сторону молодого человека. — По-прежнему спит, не видела, чтоб он просыпался, — женщина наклонилась к парню и аккуратно смахнула чёлку с его лица, лезущую в глаза. — Вчера у него был жар, и температура, кажется, сильно подскочила, — выпрямившись и с заботой взглянув на юношу, ответила Ляйсан. — Сделала всё, что было в моих силах. Я думаю, он скоро проснётся. Арсений чуть заметно улыбнулся, увидев, как парень хмурил брови и беззвучно что-то бормотал губами. — Хорошо бы… — Как думаешь, он что-то знает? — Ляйсан обняла себя руками и посмотрела Арсу в глаза. — Возможно… Я надеюсь на это, — мужчина пожал плечами. — Я очень сильно на это надеюсь, — повторил он чуть тише и вновь перевёл взгляд с женщины на парня. — Он солнышко, — спустя несколько минут молчания вдруг произнесла Ляся. — Слишком тёплый, слишком невинный. Арсений недоумённо взглянул на женщину. — Да ладно, — усмехнулась Ляйсан и махнула рукой, — не смотри так на меня, — по-прежнему улыбаясь, попросила женщина. Арсений улыбнулся ей в ответ и снова взглянул на мальчишку. Да, наверное… Солнышко. — Лясь, ты тут? — в комнату заглянул Паша, увидев женщину, он подошёл к ней и заключил в крепкие объятия. Женщина улыбнулась: — Привет, — чмокнула мужчину в щёку. — Что-то случилось или просто так? — спросила, слегка отстраняясь. — Ужин. — Уже? Совсем не заметила, как время прошло, — облегчённо выдохнув и прикрыв ненадолго глаза, произнесла Ляйсан. — Тогда пошлите на ужин. Паша уже открыл дверь, как женщина его остановила. — За парнишкой должен кто-то присмотреть, так что я… — Лясь, ты чего? — произнёс Арсений. — Я побуду с ним, не переживай и иди на ужин с Пашей. Ляйсан неуверенно посмотрела сначала на Арса, потом на Пашу. — Нечего так смотреть, топай, — приобняв Лясю одной рукой, Арсений подтолкнул женщину к двери, где её сразу же взял за руку Павел. — Приятного, — пожелал Арс, и пара ушла, улыбнувшись другу напоследок. Паша прибыл в это место вторым, после Стаса. Мужчина всегда имел свою точку зрения на всё и умел её доказывать, он был тактичен, обладал хорошим умом и чувством юмора, говорил чётко и по делу, не боялся сказать правду в лицо, являлся надёжным человеком, готовым выслушать и дать совет, если нужно. Такой вывод для себя сделал Арсений после двухнедельного общения с этим человеком, а последующие месяцы лишь закрепили такое впечатление о Паше. Ляйсан же была отправлена сюда спустя два месяца после самого Арса. Она оказалась очень заботливой женщиной, умной и мудрой, прямолинейной, но очень осторожной. Ляся из тех людей, которые сначала всё хорошо обдумывали, делали определённые выводы и только тогда начинали что-то делать. С Пашей они быстро сдружились, и уже спустя полтора месяца их все называли «парой». Они подходили друг другу, дополняли. Глядя на них, можно было сказать «любят». Любят честно, без раздражающей ванили, находят в друг друге силу и поддержку. Да, красивая любовь. У них очень красивая любовь. Арсений подошёл к парню, сел на стул, стоящий рядом с кроватью, и начал снова разглядывать новичка. Пшеничные волосы, прямой нос с забавной родинкой по середине, пухлые розовые губы, выраженные скулы, лёгкая небритость. На шее висела серебряная цепь, на кистях рук — множество браслетов, и почти на все пальцы были надеты кольца. Ляся сказала «солнышко»… Что ж посмотрим, как оно греть будет, проснулось бы для начала. Парень начал кашлять, немного поворочался и медленно разлепил глаза. Арсений, до этого внимательно следящий за молодым человеком, сразу же встал со стула, налил воды в кружку и протянул новичку. Тот с сомнением посмотрел сначала на мужчину, потом на кружку, но, когда вновь начал кашлять, быстро принял её и выпил содержимое залпом. — Где я? — вернув кружку Арсению, спросил парень и сел на кровати, поставив ступни на пол. — Мы сами точно не знаем, что это за место, — начал Арс, сев обратно на стул, сцепив руки в замок и не разрывая зрительный контакт с новичком. — Могу сказать, что твоя жизнь вне опасности, если сам не будешь искать приключения на свою задницу. Парень нахмурился. Да, очень информативно. Спасибо. — Ты что-нибудь помнишь? — спросил мужчина. — Имя? Кто тебя послал? Зачем тебя отправили? Хоть что-нибудь? — Я… — молодой человек сглотнул и неуверенно моргнул пару раз. — Я помню, что меня зовут Антон. Антон Шастун. А последнее, что помню, это… — он провёл ладонью по лицу. — Я был в какой-то светлой комнате, похожей на кабинет больницы или лаборатории, не знаю, вокруг было человек пять в масках и женщина… — парень забегал глазами по полу, пытаясь соединить воспоминания. — Женщина, которая сказала, что «это скоро станет возможным. Ты недостающий пазл этой картины, Антон», а потом мне что-то вкололи, и я вырубился. А дальше — я тут и ты. Попов вздохнул, ненадолго прикрывая глаза и опуская голову. Ничего. Опять. Быстро взяв себя в руки, мужчина выпрямился и уверенно взглянул на парня. — Ладно, Антон, я надеюсь, ты вспомнишь что-нибудь ещё, а пока… — мужчина встал и протянул парню ладонь, — меня зовут Арсений, можно просто «Арс», — Шастун встал с кровати и пожал руку, кивнув. Антон первый разорвал рукопожатие и сделал шаг назад. Мужчина быстро окинул взглядом парня и произнёс: — Если ты в норме, то ща дам тебе во что переодеться, и пойдём, покажу тебе всё. Введу в курс дела, так сказать.