Спасение или погибель

— Твоё появление заставило всех понервничать, — произнёс Арсений, выходя из больничного крыла. Да ладно? Серьёзно? Кто-то ещё переживает, что он появился фиг знает где, без единого воспоминания, кроме своего имени? Ого, это ОЧЕНЬ, блять, неожиданно. — Да? Почему интересно? — изогнул бровь Антон, поровнявшись с мужчиной и идя теперь рядом с ним. — Обычно новенького присылают раз в месяц, — начал объяснять Попов, пропуская мимо ушей иронию в голосе собеседника, — а в этот месяц нас решили порадовать аж двумя. — Может, там, откуда нас отправили, свободные койки кончились? Арсений чуть заметно ухмыльнулся. — Может и так, — тихо проговорил он. — Ещё в твоей руке была записка, — вдруг сказал Арс, вспоминая тот злосчастный клочок бумаги. — Записка? — Антон заинтересованно взглянул на мужчину, но тот даже не повернул голову, продолжая глядеть прямо перед собой. — Да, там сказано, что у меня осталось мало времени. — Времени на что? — Понятия не имею, — на выдохе ответил Попов и, взглянув на молодого человека, устало и как-то немного вымученно улыбнулся. — Думал, ты расскажешь, а оказалось, что твои воспоминания тоже в золотой коробочке спрятаны — печалька, — скорчил грустную моську и всплеснул руками. Антон очень не хотел чувствовать себя виноватым, правда. Ибо, по сути, виноват в своём беспамятстве он не был, но, видя слегка разочарованные глаза Арсения, хоть и замаскированные улыбкой, противное чувство расползалось внутри с огромной скоростью словно вирус. Фу. — Слушай, — словно уловив мысли парня, мужчина встал напротив него, заставляя остановиться, вытянул руки, положив ладони ему на плечи, — рано или поздно они вернутся, окей? И я просто хочу, чтобы ты об этом сразу же сообщил, хорошо? Ой не надо так смотреть, ой не надо, а. Тепло. Очень. Бр. В голосе едва-едва слышалась надежда и совсем чуть-чуть — волнение, но их огромной волной топило спокойствие. А руки, слегка сжимавшие плечи, и пальцы, гладившие, но скорее неосознанно, помогали расслабиться и поверить. Да — вернутся. Да — сообщит. Да — хорошо. Арсений внушал доверие. Арсений давал веру в светлое будущее. Ну, хотя бы в ближайшее. Угу. Антон ничего не ответил, но кивнул. — Вот и славно, — широко улыбнувшись и повеселев, но скорее просто натянув на лицо улыбку, Шастун пока не научился различать, Попов хлопнул по плечам юноши и возобновил шаг. — Ладно, теперь — обещанная мною экскурсия. Давай, не отставай. Показав Антону все достопримечательности их местожительства, Арсений повёл его в столовую, так как пение китов рядом идущего парня заставляло Попова чувствовать себя негостеприимным.

***

— Как много вы смогли узнать? Есть хоть что-то, что может помочь нам поскорее убраться? — переместившись вновь в больничное крыло, Антон решил выведать у мужчины как можно больше информации. — Я не должен этого говорить, но, — Арсений посмотрел прямо в глаза, — не думаю. Он видел, как эмоции сменяли одна другую на лице Антона, и он его понимал. Ему было так же. Страшно. Страшно не знать где, когда, как, сколько и почему. Арсений понимал, что сейчас лучше дать парню привыкнуть, передохнуть, понять, но он не хотел давать надежду. Лучше сказать, что всё не так радужно, как хотелось бы, чтобы потом, если они спасутся, он чувствовал облегчение, чем говорить, что они скачут на ёбаных розовых пони, а потом видеть разочарование в изумрудных глазах, когда он осознает, что его обманули. — Хорошо, а что вы предпринимаете? — вновь задал вопрос Шастун. Что предпринимаем? Дай-ка подумать. Ни-хе-ра. И это злило Арсения. Ему казалось, что почти все уже вбили себе в голову, что они не выберутся. Не смогут. Хотя каждый день они с Пашей и Стасом думали, вбрасывали идеи, пытались, изучали. Но для Попова этого было недостаточно, ведь их действия не приносили никаких плодов, кроме ругани, разумеется. Но парнишке знать об этом необязательно. — Мы изучаем лабиринт, записываем всё, что там находим, — ответил мужчина. — Это единственный выход. — Вы в этом уверены? — скрестил руки. — Прям на все сто, да? — Второй ход — тупик, лифт — тоже не вариант, — Арс пожал плечами и чуть сгорбился. — Мы ничего там не нашли. Не знаю. Антон, сидевший на стуле, бегал глазами по полу, а потом взглянул на Арсения, который, оперевшись на стену, смотрел на него. — Я хочу в команду, — уверенно произнес парень. — В команду? — изогнул бровь и едва заметно ухмыльнулся. — Да, тоже изучать лабиринт. Арсений бегал по лицу Антона, пытаясь определить, на сколько хватит его энтузиазма. Он словно смотрел на лампочку и очень сильно хотел, чтоб она не перегорала как можно дольше. — Хрен с тобой, я скажу Стасу, — кивок в ответ. — Привет, — к парням вошла Оксана, милая девушка с русыми волосами, собранными в высокий пучок, и лучистыми глазами. — Сегодня в честь твоего прибытия у нас пирушечка, — кивнула она Антону. — Польщен, — улыбнулся парень, ему отзеркалили. — Все уже потихоньку собираются, так что выползайте, — получив кивок от Арсения, девушка ушла. — Выползаем, — улыбнулся Попов. — Тебе нужно отдохнуть.

***

Антон наблюдал весь вечер, пытался понять, кто как к кому относится. Наблюдал за Арсением, который часто светил улыбкой и вытягивал чужую своим смехом. Наблюдал за Лясей и Пашей, и, глядя на них, его не покидало чувство теплоты. Смотрел на Оксану, которая, встречаясь с ним глазами, махала ему рукой и улыбалась. На Иру, сидевшую рядом с Окс, которая выглядела чуть смущенной, но очень милой. — Даров, — рядом с парнем приземлился невысокий мужчина, привлекая внимание Шастуна. — Дима или Поз, как хочешь, — произнёс он и протянул руку. — Антон или Шаст, как хочешь, — пожал в ответ. — Ты как? Уже освоился? — отпив из кружки, поинтересовался Позов и протянул вторую кружку парню. — Ага, уже чувствую себя как дома, — усмехнулся. — Хотя нет, я ж не помню, как дома, так что просто да, освоился. — Дима кивнул. — Арс сказал, что ты хочешь в лабиринт пойти, — продолжил разговор мужчина. Антон пожал плечами. — Я к тому, что никто не хочет, — серьёзно, посмотрев в глаза, продолжил Позов. — Почему это? — нахмурился. — Так же больше вероятность что-то найти. Не? — Не спорю, — мотнул головой в знак согласия. — Однако в лабиринте херотень всякая, которая либо сожрёт, либо частично покусает, а это тоже не из приятных. Ой бля. — Ну, Арс же… — Арс — это другое, — прервал Поз, на что получил удивленный взгляд. — Он или очень хочет жить на свободе, или, наоборот, — очень жить не хочет. Интересно. — Хотя, наверное, больше первое, — кивнул сам себе Дима. — Он свою задницу из любой передряги вытащит, знает это, поэтому и лезет. — Но нельзя ведь быть на сотку уверенным даже в собственных силах, всегда есть шанс наебнуться. Или к Арсению это не относится? — Всегда, — кивнул, — но Арс считает, что нужно пробовать, даже если есть одна сотая того, что всё пройдёт как надо. Антон хмыкнул. — Ну, что ж, — парень отпил из кружки. — Раз Арсений считает, буду пробовать. Дима лишь покачал головой.

***

В шесть утра Арсений пришёл будить новенького, дабы отправиться в лабиринт. — Антон, — позвал Попов и потормошил парня. Реакции нет. — Шаст! — шёпотом крикнул мужчина и вновь дотронулся до плеча, и, когда спящий начал нечленораздельно что-то мычать, открывая глаза, мужчина одной ладонью прикрыл ему рот, а указательный палец другой руки приложил к своим губами, — Ч-ш-ш. Все спят. Нам пора, — он кивнул на выход, и спустя десять минут они уже подбегали к подземному проходу. — Готов? — спросил Арсений, остановившись у входа и взглянув парню в глаза. — Готов. — Ну, тогда погнали, — произнёс мужчина и двинулся вперёд, Антон последовал за ним. — Арс, — позвал парень, поровнявшись с мужчиной. — Почему меня так легко отпустили? Я ведь новенький, вы меня не знаете, и Дима сказал, что лабиринт — место не самое безопасное. — Потому что я сказал, что беру тебя под свою ответственность, — мельком взглянув на Антона, ответил Попов. — А если ты решил меня тут пришить, то… — Ты совсем? — перебил Шастун, останавливаясь. — Нет, не совсем, — улыбнувшись, ответил Арсений и легонько потянул парня за руку на себя, чтобы он продолжил идти. — Добровольцев чёпать в лабиринт и так не много, так что Стас и другие недолго мешкались. — Хорошо, — кивнул Антон. — Спасибо? — Пожалуйста? — в тон ему ответил Арсений, и они оба улыбнулись. Весь оставшийся путь до входа в лабиринт ребята шли молча. Арсений скрестил мысленно пальцы, чтобы в этот раз было не зря, хотя морально уже подготовил себя к обратному. А Антон давил в себе страх, который пробегался по коже легкими мурашками. — Обычно днём никакие твари там не шастают, — начал Арсений, когда они остановились у входа, потом встал напротив Антона, положил ему руки на плечи и взглянул прямо в глаза. Шастун не отвёл взгляд, сохраняя зрительный контакт. Арсений выглядел таким серьезным, и это напрягало или даже пугало. Хотелось прикоснуться к его лицу и смахнуть всё это напряжение, заставить губы вновь растянуться в лёгкой улыбке, а глаза так же, как вчера, сиять. Антону было это необходимо. — Несмотря на это, не зевай, будь готов ко всему, смотри в оба и не отставай, хорошо? — продолжал Попов. Шастун слегка заторможенно кивнул. — Отлично, — Арсений чуть сжал антоновы плечи и уже отпускал их, отворачиваясь, как вдруг Антон схватил его за предплечье левой руки. Мужчина удивленно взглянул на новенького. — Арс, — начал Шастун, сильнее сжимая руку. — Можно тебя попросить кое о чем? — Конечно, — кивнул мужчина, немного теряясь. — Улыбнись, пожалуйста. Арсений на секунду завис, а потом, когда смысл просьбы дошёл, звонко засмеялся, откидывая голову назад и оголяя шею. Антон неосознанно пробежался взглядом по россыпи родинок на шее, подрагивавшему кадыку, ровной линии зубов, морщинкам вокруг глаз, длинным густым ресницам и выдохнул, улыбнувшись. Всё-таки Арсению шло больше, когда он улыбался. — Тьфу ты, дурак! — перестав хохотать, проговорил Попов. — Я уж испугался, а ты… — А я не могу смотреть на тебя, когда ты мега-супер-пупер серьёзный, пардонь. Арсений снова улыбнулся: — Прям не можешь? — Прям не могу, — вернул улыбку Шастун. — Глазам аж больно становится. — Ладно, своим боль не причиняю, — мужчина поднял две ладони вверх в примирительном жесте, и улыбка вновь появилась на его лице, а следом и у второго. — Так, всё, Арсений, — наигранно серьезно произнёс Антон. — У нас тут важное дело, не отвлекайтесь. — Слушаюсь, — кивнул мужчина и зашёл в лабиринт.