Называй меня "папочка "

— Как ты? Голова болит? — поднимаю голову на голос и вижу перед собой любимого всей душой человека. — Том? Что... А как я тут оказалась? — Я провожал своего брата. Пошел обратно и вижу, как на тебя налетел какой-то в хлам бухой мужик, начинает бить головой об камень, крича при этом: " Как ты посмела, сука? Как ты могла так подло поступить со мной?". Я сразу же его отметелил и отвез тебя в больницу. Сказали, сотрясение. Я сидела и обдумывала только что сказанное. Ну почему всегда так? Почему со мной постоянно происходит какая-то хрень? То сомнительные подарки и сообщения, то панические атаки, непонятно, чем вызванные, то сны-послания, то теперь это. Господи, когда же уже все закончится? Том подошел, сел на край кровати и ,взяв меня за руку, тихо произнес: — Ты лучше расскажи, что с твоими ногами. Что вообще происходит с тобой в последнее время? Ты уже несколько недель ходишь вся запуганная, в раздумьях, не отвечаешь на звонки. Малышь, прошу, расскажи мне. Уффф, с чего бы начать? Как это все ему объяснить то? Я не хотела впутывать Тома в свои проблемы. Что если Финн навредит и ему? Он убил моих маму и папу. Думаю, что ему будет очень просто убить и Тома. А я не хочу больше никого терять. — Прости. Я...я...я не могу тебе это сказать. — Но почему? — Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы, — мой голос дрожал. — Какие проблемы? Господи, я ничего не понимаю. — Что, если он убьет и тебя!? Если я тебя потеряю, то я даже не знаю, что случится со мной. Я просто потеряю смысл жизни, я потеряю себя! — это я уже произнесла сквозь слезы и крик. Том обнял меня и произнёс слова, которые просто впились мне в голову. Я никогда не забуду то, что он мне сказал: — Тише, тише. Чччч... Родная, успокойся, все будет хорошо. Знай, я никому тебя не отдам. Знай, что выход есть всегда, из любой ситуации. Мы найдем его и разберемся со всем, — как он глубоко ошибался, ведь в этой истории нет выхода... *** — Я не хочу больше с вами говорить! — он кричал и пытался сбежать, но его руки и ноги были связаны. — Простите, мистер, это все для вашего же блага, — человек в белом ушел и захлопнул дверь, оставляя его в муках собственных мыслей. *** Прошла уже вторая неделя с того момента, как меня нашел Том. К сожалению, у меня есть две плохих новости и одна хорошая. Начну, наверное, с хорошей. Моя голова в порядке. Рана зажила, но время от времени боль и мигрень тревожат меня. Врач сказал, что это нормально. Скоро все пройдет. А плохая — это то, что скорее всего я больше не смогу ходить. У травмотолога и хирурга еще много вопросов насчет моей проблемы, которые они пока не могут решить. Врачи боятся, что операция на позвоночник вряд ли поможет и даже может дать побочку, которая приведет к еще более худшим последствиям. На данный момент они хотят связаться со специалистами из Германии, и возможно то, что они дадут согласие, и операция будет проведена в самом Берлине, в клинике "Шарите". Сейчас я пока передвигаюсь с помощью коляски. Каждый раз, смотря ниже собственного пояса, я вспоминаю то, что случилось, вспоминаю то, что было после, как было невероятно тяжело и плохо сначала. Сейчас не легче. Я боюсь, что больше никогда не почувствую ногами горячий песок, никогда не пробегусь по холодной, еще мокрой от росы траве, не приму участие в ежегодном кроссе, не смогу больше тренироваться. А самое страшное, что для Финна я теперь беззащитна. Я как маленький зверек, загнанный в угол. С одной стороны, мне страшно оттого, что он может вычудить, что он навредит Тому, Джону и мне. С другой, я помню, как он спас меня, и как закрылся носом в мои волосы. Я помню взгляд его кофейных глаз, а они проронили слезы. Серьезно, он плакал. Я так и не могу ничего понять. Правда ли меня любит обладатель этих бездонных карих глаз или это все лишь очередной обман? Я так запуталась. Господи, сейчас проходят самые лучшие годы моей жизни. Страшно подумать, как будут выглядеть худшие годы, если это лучшие. Тому я так ничего и не рассказала. Слишком уж дорога мне его жизнь. Но даже как-то странно, что он никак и не интересуется. Раньше он спрашивал меня о причинах каждого моего огорчения и не отставал, пока не скажу. Том даже не уставал задавать их каждые 10-20 минут, а сейчас молчит... Это было странно... Очень странно... Бред какой-то. Я старалась отогнать все плохие мысли и решила уже лечь спать. Я закрыла глаза, накрылась мягким одеялком и пробовала заснуть, но, как вы понимаете, ничего не вышло. Сколько я ни старалась думать о хорошем, плохие мысли сразу же накрывали их своим черным покрывалом. Я лежала и не могла заснуть, мое сознание было просто не в состоянии. Уже три часа ночи, а я так и не могу сомкнуть свои очи. Не могу забыть о Финне... Я все думала о том, что если бы не он, я бы никогда не узнала, что душа способна так сильно болеть, и что сердце может буквально разрываться на части. Мысли нескончаемым потоком букв и воспоминаний проходят в моей голове. Тут за дверью слышатся шаги, которые приближаются к моей комнате. Я начала дышать более ровно и умиротворенно, просто притворилась спящей. Меня кто-то укрыл и поцеловал в лоб, сказав шепотом, почти не слышно: — Прости меня, — этот голос принадлежал Тому. Что он имеет в виду? Простить за что? Томас уже вышел из комнаты. Тут я услышала для себя слова, которые разбили мне сердце в щепки. Я не могла в это поверить, он произнес: — Финн, она у меня...