Zodiac Science

Тихое спокойствие осеннего дня разрушилось вместе в возмущённым вскриком, вмиг разнесшимся вдоль берегов реки, причудливо огибающей каждый из корпусов Школы Зодиаков. Подобные громкие проявления чувств были привычными для этих мест, и каждый год возвращались сюда вместе с первыми желтыми листьями. — Мы провели здесь пять лет! Пять чертовых лет нам старательно выпихивают рассказы о магии, так что разбуди меня ночью и расскажу эту муть о «энергетических связях и их сплетениях»! — Дэрек со злостью пнул мелкий камень, запуская его в кучку недавно опавших листьев. — И при этом мы даже не можем быть уверены в том, что эта магия в нас раскроется. Такие выступления этого парня также не были чем-то новым, они привычно повторялись хотя бы раз в месяц и начались после первой же скучной лекции. Но наиболее яростными были в начале учебного года. Эстер — личность, всегда на удивление холодно воспринимавшая чужие эмоциональные проявления, вышагивала по тропе, отстранённо наблюдая за тонкой веткой, уносимой стремительными потоками зеленоватой воды. Ветка не сопротивлялась, она просто плыла по течению, принимая свою судьбу. Дэрэку стоило последовать её примеру. — Успокойся, — сухо бросила девушка, прерывая друга, который уже набирал побольше воздуха в грудь, чтобы продолжить свою демагогию. — Мы все точно маги, сильные или слабые — неважно, об этом нам сказали ещё в первый день. Даже у тех, кто уже был рождён в Сообществе, силы открывались только с возрастом, это ты тоже знаешь, — она вздохнула, давая понять, что тема её утомила. — Нет никакого смысла об этом говорить. У меня начинают закрадываться подозрения, что ты страдаешь патологической неуверенностью в себе, если каждый раз сомневаешься в наличии своих способностей, — она подняла руку, не давая парню начать оскорбленно оправдываться, но затем положила ладонь на его широкое плечо и, слегка сжав, приободряя, сказала уже более мягко: — Расслабься и получай удовольствие от последнего дня свободы перед выпускным годом. Подобный совет окончательно выбил из Дэрека остатки спокойствия и рассудительности. Он резко развернулся к подруге, от чего густая алая челка дёрнулась вверх языком пламени и заслонила глаза. Эстер на это лишь нагло усмехнулась. — Какое удовольствие я могу получить?! — он попытался резким раздражённым движением поправить чёлку, но только ещё больше взлохматил волосы. Его подруга, продолжавшая несмотря ни на что безмятежно улыбаться, отметила при этом про себя, что Дэрек выбрал для себя кране неудачный цвет. Такие яркие волосы только подчеркивали несдержанность своего обладателя, а во всклокоченном состоянии и вовсе сделали его похожим на сжимающий кулаки гигантский факел. — Через два или три месяца — экзамен, который полностью определит мое место в мире! Да как я, мать твою, могу расслабиться, если мне надо зубрить Основы магии и заучивать оды на Зодиакальном языке?! Иногда Дэрек мог действовать на метафорические границы терпения так же, как действует бульдозер на вполне материальные ограждения. Показное равнодушие Эстер исчезло, она, сверкнув своими холодно-зелёными глазами, бесцеремонно ткнула парня пальцем в грудь. — Перестань действовать мне на нервы, — медленно и четко произнесла она, тоном чуть громче обычного. — Если сам психуешь, то хоть меня не накручивай. Вдохни, выдохни и забудь обо всем. Скоро здесь будут Карим и Дин, не порть настроение ещё и им. Девушка отступила на пару шагов к реке и, не обращая внимания на Дэрека, который по всей видимости собирался испепелить её взглядом, вернулась к наблюдениям за водой. Недалеко от поверхности то и дело проглядывались тусклые спины рыб, которые принимали упавшие мелкие листки за возможную добычу. По ощущениям Эстер прошло не меньше получаса. Но стоило в её голове появится мысли, что хотя бы, обычно довольно пунктуальный, Аэтдин должен был уже появится, как за спинами раздалось звонкое «Девчонки!». Машинально вздрогнув, Эстер обернулась и коротко улыбнулась, наблюдая как два лучших друга несутся навстречу друг другу. Она по-настоящему соскучилась по Дину, хотя и никогда бы не сказала ему этого в лицо. По Дэреку она, конечно, тоже скучала, но сейчас была слишком на него сердита, чтобы признаться в этом даже про себя. Эстер пошла навстречу парням и, рассмотрев своего красноглазого друга чуть ближе, ей почему-то подумалось, что он сильно изменился за эти пару месяцев. Понять в чем девушка так и не успела. Парень налетел на неё черноволосым ураганом и, крепко прижав к себе одной рукой, второй зарылся ей в волосы. Решив, что зря скучала и по этому кретину, Эстер ловко вывернулась и в одно слитное движение оказалась за спиной Аэтидна, притягивая его запястье к лопатке. — Не умеешь ты здороваться! — досадливо шикнул парень. — Я говорила и не раз — не смей трогать мою прическу! — слова прозвучали грозно, но в них все равно был скрыт смех. — Ладно, ты победила, — протянул Дин и, хрипловато рассмеявшись, безуспешно попытался вывернуться из цепкого хвата. — Хватит, — Дэрек отодвинул их друг от друга с необычным для него мрачным выражением лица. — Нам нужно спешить на сбор в Главном зале, Карима дождёмся там. Не хочется начинать очередной учебный год с выговора. — Дэрек! — Аэтдин насмешливо оглядел его со всех сторон, будто пытался найти признаки неизвестной болезни. — Ты случаем головой не ударялся? С каких пор главного бунтаря школы заботят какие-то собрания? Эстер тихо фыркнула и бросила в его сторону что-то вроде: «Знает, что неправ, вот и бесится». На их комментарии Дэрек только недовольно закатил глаза и наморщил нос, говоря так: «Нашлись тут самые умные». — Сам-то опоздал. Это тоже на тебя не похоже, — ехидно напомнил парень, когда они уже торопливо шли в сторону главного здания. На это его друг лишь нахмурился и посмотрел в упор с какой-то непонятной укоризной. — Я был у Карима. И я, кстати, оказался единственным, кто его навестил и догадался помочь, — встретив ошарашенные взгляды, Дин невесело передернул плечами и тряхнул головой. — Вы же знаете его, как всегда в своём репертуаре. Сбежал от родителей, приехал на огненные гонки в Кипящий город. Там началась какая-то заварушка и он попал в уличную потасовку. Ему сильно досталось... Так что сюда он вернётся не раньше, чем через две-три недели. Эстер ощутила, как внутри что-то неприятно сжалось. Вряд ли это было сердце, потому что его существование у себя в груди, а уж тем более способность влиять на сознание, девушка яростно оспаривала. И все же она почувствовала глухое сожаление. Она никогда бы не сказала, что ей нравится Карим, слишком взбалмошный и слишком шумный. Но она знала о нем многое, и каким бы несносным он не был, постоянных неприятностей не заслуживал. Стиснув пальцами собственное запястье, она взглянула на парней, так же молчаливо задумавшихся, и решила, что они обязательно все обсудят после собрания. А потом она позвонит этому невыносимому придурку и в очередной раз вправит мозги. Когда они подошли к Главному залу, их внимание тут же привлекло обилие зелёных тонов и свежий травяной запах. Плотно расставленные растения в старинных горшках и изумрудные одежды преподавателей непрозрачно намекали, что начало учебы будет связано со стихией земли. Директор Вернер в своей обычной надменной манере оглядела студентов и педантично расправила складку на шёлковой накидке. Эстер не смогла сдержать издевательской усмешки. Она недолюбливала эту вечно напыщенную женщину, также как и всех людей, считающих, что они обо всем знают лучше других. Каждый раз слыша её «высоконравственные» и «несомненно точные» замечания в свой адрес, девушка до скрежета сжимала зубы и впивалась ногтями в кожу, чтобы все грубости так и остались только в её голове. — Рада сообщить, что для нашего старшего класса этот учебный год станет последним. Конечно она была рада, думалось Эстер, эта стерва ведь терпеть их не могла. — Это крайне значимое событие как для вас, так и для учителей. После финального экзамена ваше расписание будет составляться индивидуально, согласно вашим открывшимся способностям, их уровню и специфике. Желаю вам удачи! И не забывайте кто вы и где находитесь. В этот момент девушка могла бы поклясться, что директор задержала взгляд именно на их компании. — Не без удовольствия мы так же объявляем начало традиционных «Недель знания», посвящённых каждой из четырёх стихий, — место детектора на трибуне занял профессор Новак. — В результате жеребьёвки первой стихией, в культуру культуру которой вы окунётесь, была выбрана земля. — А мы то и не догадались, — съязвила Эстер, отмахиваясь от крупного листа монстеры, упирающегося ей в висок. Дэрек согласно хмыкнул и отодвинулся от какого-то особенно пахучего цветка. — Занятия начнутся завтра в десять утра, ваше расписание будет вывешено на большом стенде перед завтраком, — снова взяла слово Вернер. Вечером Эстер сидела в глубоком кресле, скрывшись от других учеников за неприлично огромным учебником по зодиакальному языку. Девушка пыталась вчитываться в текст и запомнить хоть что-то по самому сложному для неё предмету, но мысли все время куда-то соскальзывали. Вопросы роились у неё в голове, и как-то неожиданно навалилось осознание, что уже через год, а может и раньше она столкнётся с абсолютно неясным будущим. Было бы глупым отрицать, что от этого внутри поднимается нарастающая тревога. Её пугал не экзамен, а то, что случится после него. Чертов Дэрек и его болтовня!