Иной взгляд

Хикари следуя за Хатори на расстоянии трех хвостов, напряженно вслушивалась в звуки каждого треска иль шелеста травы, изредка поворачивая голову назад себя, не до конца притупив приступ страха перед нападением магов. Девушка не спеша ступала ногами на хрустевшие стебельки, покрытые легким утренним ковром снежинок, прекращавшие кружение в воздухе, дав шаг к умиротворению состояния леса. Барса, заметив исчезнувшие деревья, отдавая пространство рыхлой земле и жесткой травы, прищурилась и увидела впереди бескрайние поля, вдалеке заканчиваясь темной серой полосой, вселяя в разум испуг. Хикари подбежала к Хатори, впитывая уверенность в походке и мысленную поддержку духа тигра, краем глаза следя за реакцией альбиноса на увиденную картину, но похоже, юношу ни капельки не удивлял «холст», спокойно отреагировав: «Надеюсь, успеем встретиться с каменной местностью, чтобы укрыться и переночевать, ибо за день не пройдем беззащитную пустошь, - Хатори устало потер шею, остановившись около последнего молодого тонкого деревца, хмуро спросив девушку, - как тебя сумели отыскать маги?» Девушка вздрогнула, вновь вспомнил ту минуту безвыходного положения и жажду в глазах шакала мести, смешиваясь с обрывками из сна. Хатори ожидал, исключительно смотря только на горизонт, ушами улавливая мелодию невидимого крыла духа ветра. Барса немного помедлив, упавшим голосом ответила, упустив голову и закрыв ладонью рану на щеке: «Я вышла на охоту, пока ты находился в мире грез, ведь, насколько мне известно, дух хозяин леса выходит лишь по ночам, также попадая, как ты сказал, для избранных в своем обличии на глаза, - заметив легкое раздражение взмахе хвоста тигра о путаньи троп в ответе на вопрос, Хикари, оценив этот жест как оскорбление и не выявлении повторной благодарности за оказание помощи, жестко продолжила, исподлобья следив за передвижением зрачка у юноши, - мне на встречу вышла наша лошадь, истерзанная в местах шеи и ног, пустыми глазницами взирая на меня, в последнюю попытку сделать шаг она повалилась, и за ней появился шакал с окровавленным ножом» «Старый способ слежки, -не весело догадался Хатори, хрипло прокашлявшись, - имея вещь хозяина, на котором со временем остались отпечатки пальцев, в прибавку живое существо, принимавшее касания этого хозяина, без труда становится легкой добычей или иначе поводырём, - повернувшись к недоумевавшей девушке, тигр серьезно заключил, - проще говоря, нанеся порезы на ногах, чтобы это животное слушалось и следовало за тобой, шее для импульса потока крови в твоей шее, ибо на ней прикреплен знак с лунными камнями и находится также отпечаток моей северной нити магии. Шакал хорошо изучил некоторые приемы узлов, связанных на мне, а стирание глазниц приводит к полному доверию слуха и полной кромешной тьме, надеясь на слух и звучание, а красный волк пользовался подобным хорошо, теребя звуковые волны в лошади» «Как сложен мир магов» - прошептала Хикари, несколько раз про моргнувшись, проведя пальцами по чехлу с ввернутым холодным оружием. «А ты как думала? – тихо засмеявшись изумился в неправильных представлениях девушки Хатори, с тяжелым вздохом оценивая порезы вдоль собственной одежды от попыток причинить вред ножом шакала и отвратительное состояние Хикари, одежде испачканной во многих местах кровь, что говорить о возобновившемся шипении вдоль полос, - но многое мне самому не понять в нашем мире колдунов, некоторое остается тайной, книги говорят не все» «Потратил все лекарство, - скрестив руки на груди, Хикари сухо уловила ушами слабое знакомое шипение, угрюмо уставившись в появляющиеся прожилки вен на белых руках от сдерживания, - пытаешься залечить несуществующие раны? Ведь, думаю после того эксперимента надо мной, ты полностью исцелился, включая дыру от стрелы на плече» «Ничего подобного, - горько произнес альбинос, не спеша, отстегивая нарукавники для ознакомления души девушки с новым «искусством» магии, во время процесса, продолжая возобновлять информацию для барсы – я, как ты говоришь, использовал тебя в определенное время, а именно защищаясь, выдергивая волны энергии. Во время искрящих трескающих молний я хоть и причинял порезы, но кровь была плотно запечатана невидимым барьером молнии. После прекращения потока из твоего тела, как ты догадалась про возобновившейся боли в кровоточащих ранах и тишины, я вновь вернул организм в исходное состояние, в результате чего лишь одежда получила повреждения, а я нет. Это сложно объяснить даже мне, поверь, ведь сам Осана знает, что я не сразу смог догадаться о своих действиях, лишь в конце заметив новую для самого себя магию» Сняв один нарукавник, альбинос неохотно продемонстрировал то, что его тревожит время от времени, издавая шипящий звук, будто в угли капали маленькие жемчужины воды. Все бледно шоколадные полосы очерчивались тонкой линией ожога, оставив кожу без шерсти. Хикари от стыда отвернулась за сказанное, надеясь в следующий раз о прикусе языка в нужный момент, сдерживая язвительное высказывание. «Я надеялся на смягчение боли хоть на маленьких участках рук, чтобы в случае чего высвободиться от наступления магов, но как оказалось, это была лишь пустая трата, насмарку потраченная. Ведь лекарство я покупал для тебя, - резко замолчав, альбинос хрипло зарычал и поманил хвостом, пряча глаза от нахлынувших чувств, тигр вновь холодно произнес, шагая на встречу к пустоте, на ходу раздраженно застегивая нарукавник - идем» «Хатори, мне не требуется так важно лекарство, как тебе, я смогу вытерпеть столь маленькую боль, ведь в прошлом перетерпела гораздо страшнее, нежели жалкие «вмятины», - пытаясь влить надежду на исцеление альбиноса, Хикари суетясь, не выговаривая несколько букв, заволновалась, чувствуя смешение мыслей юноши, шедшего рядом, - ты, грубо говоря, покалечен больше, ведь до сих пор не могу стереть из памяти введение твоей изуродованной спины. Неужели ни чем нельзя исцелить шрамы?! Давай, когда придем в город, купим необходимое и останемся на несколько дней, пока ты не придешь в себя, хотя бы зашив плечо и обработать травами…» «Лишь плечо способно зажечь, - догадываясь о попытке возразить Хикари на счет попытки врачевания, тигр, не щадя мечущих молний в глазах, вспоминая время «подарка» шрамов вдоль спины, зло процедил, - больше ничем ты не сможешь мне помочь!» Хикари пристально смотрела вслед шедшего перед ней тигра, шипевшего под нос ругательства на своем языке, нервно водя кончиками ушей. Девушка не отставая, бубнила окружающей среде, ловя хвостом снежинки, о вновь не самом приятном положении. Вокруг простирались извилистые поля, то плавно лежавшие поверх матери природы, то взмывающиеся вверх, смешавшейся зелени со старыми побегами, маленькими камешками и редких булыжников. В небе до сих пор не виднелся просвет неба, серое марево лишь давило на спину беззвучием красок, подвывая песнью ветра. «Смотри не только под ноги, но и в небеса, - глухо напутствовал альбинос, краем глаза уловив безразличие к бесконечному пути девушке и отсутствия в очах страха открытого пространства и ленивый взгляд в сторону юноши, отреагировав на слова, - увидишь орла, немедленно сообщи об этом, ибо, где парит птица, там и хозяин верхом недалеко» «Что ты хочешь мне этим сказать?» - зевая, пробубнила девушка, отстранённо мотнув головой от нахлынувшей усталости, не думая послушаться совета Хатори. «Дело в острых глазах орла и его желании принести хозяину добычу, не важно, кем она является, потому что чужаков по данной территории пешком проходит очень редко, большинство естественно жалеют ноги свои, предпочитая повозку, - повертев головой, тигр прокашлялся и задумчиво закончил, надевая капюшон для согрева ушей, - если повезет и не наткнемся на фуррей-Вэцв, то, скорее всего ближе к ночи доберемся до более каменной местности для ночлега, а там и рукой подать до узенькой речки и маленького городка, где отдыхают шествующие торговцы» «Я закрываю глаза и медленно ухожу в грезы сна, - недовольно ответила девушка на самый лучший день в жизни под названием «иди пока ножки не отсохнут», широко зевая и прикрывая рот ладонью, зашипев от боли в щеке, сарказмом продолжив - надеюсь, мистер, вы соизволите дать даме отдохнуть через некоторое время передвигания нижней части тела? Или же ей повалится сзади вас и поехать верхом на господине? Зато будем квитами!» Хатори ошарашенно повернулся с приоткрытым ртом, вызвав у девушки нервный дерг уголка рта от забавной искаженной физиономии альбиноса, определяющегося с выводом катания, но к огромному сожалению барсы, тигр вернул холодный блеск белых глаз и язвительно произнес, насмешливо дернув ушами: «Оплатишь до верха свою зарплату за услуги в городе» - Хатори устало выдохнул пар изо рта, жалея о колючем пятнистом хвосте сзади. Хикари возмущенно промолчала, мысленно выдирая волосы юноши, лишь догадываясь о двусмысленном значении его слов, готовившись к новым граням возможностей собственных и тигра. *** Воспоминания Хикари. Не знаю, сколько дней прошло с тех пор, как в одно прекрасное солнечное утро судьба решила проверить мою внутреннюю силу, вывернув наизнанку дважды, чтобы в памяти остался урок до тех пор, пока сознание не укатится в бездну. Наступил понедельник и я волей не волей просыпаюсь при первых воплях петухов, не успев определиться с распорядком дел на день грядущий, ибо родители вновь покинули меня, уехав на работу, оставив Стефано с уставшей душой. Благо, как я думала, родня ничего не узнала о тайных свиданиях моих и иностранца, а вот приезд кузнеца с беременной женой половины молодого поколения деревни только и обсуждало в кустах, включая в диалоги и мое имя. Иногда, гуляя вдоль домиков, хочется скрыться от всех глаз, зарыться с носом в землю и выкопать подземный туннель для одиноких прогулок. Надеюсь, скоро стихнет свежая новость и прилетит нечто другое интересное событие, не касающееся моей шкуры. Приоткрыв один глаз, привычно почувствовав мягкий бок брата, уткнувшегося носом мне в плечо, закинув ноги на талию для нереального удобства спального режима, я нехотя взглянула в приоткрытое окно, вдыхая чуть прохладный воздух. Золотой диск выглядывал из белоснежных облаков, редкими лучами падая на кровать. Где то поблизости промычала корова, звеня колокольчиком на шее, а если судить по молодому юношескому голосу, напевавшего забавные песни, сзади нее шел сам хозяин, которого знала вся деревня. Ах, как не хотелось вставать, куда то идти и делать завтрак, поэтому, прижавшись носиком в макушку брата, я забылась в мыслях, в полу дрёмном состоянии подергивая ухом от возобновляющихся звуков вне дома, наслаждаясь мгновением семейного уюта, маленького теплого комочка, бубнившего невнятные слова во сне. Вспоминая слова Паолы о встрече в ее беседке для важных разговоров, касающихся нас двоих, что очень насторожило меня, поймав мысль о не предназначении к этому Гильберты, я сразу вспомнила Дарси, наглым образом в один день, пытавшийся ее поцеловать. До жути хотелось встань перед ним и высказать накопившееся, но, к сожалению, незакаленная душа не позволяет повысить голос. Белый цветок, не имеющий острые шипы, нежен, будто ангел держал столь хрупкое искусство природы, огородив от пожара. Но, как оказалось, мой цветок раскрылся, благодаря Орацио, и превратился в стебелек, кузнец же, завершив дело, горячим железом поджог место, где некогда распускались стебельки. Кажется, что после «истребления», садовник не возобновит посадку новую. Черт, как меня иногда раздражала своя никчемная позиция, боявшаяся вымарать белоснежные крылья. Хотя, после «приятного» здравствуй с Эцио, одно крыло обожглось, оставив целое лишь одно. Орацио после выведения итогов, вывел меня в другом свете, но здесь имелась вина моя, прикрываемая пеленой неведенья правильных троп. Юноша больше не придет навестить, ни улыбнется ослепительно и не зашепчет имя, до дрожи задевая сердце, а очертания глаз вцепились в разум, больно ударяя по душе. Но я с самого начала держалась напряженно, проверяя и не доверяя Орацио, мрачно смотрев исподлобья на пантеру и лиса, вслушиваясь в иностранную речь, всматриваясь в блеск хитрых очей и ласковый соблазн Дарси, пользовавшийся невинностью и скромностью Гильберты. Я не до конца верила чувствам Орацио, принимая за игру, принимая за удовлетворения желания и скуки среди мужчин. Почему тигр выбрал меня, казалось проще простым, именно я находилась рядом с Паолой в тот день, а мы являлись подругами с полосатой кошкой. Кицуне все продумал и рассчитал, нацелившись на них, искоса посматривая на мое недоверие и принимая в ход карты тигра, столь странного, но в тоже время притягивающего к себе. Я пыталась не вестись на столь красивые слова, но сердце таяло лишь при виде юноши. Я зажмурилась, вспоминая прожитые минуты с Орацио, казавшимися столь далекими от настоящего времени. Его попытки приобнять, задеть, почувствовать мое состоянии катились далеко за горизонт, он ничего не мог принять, как просто приходить и навещать, изредка приглашая прогуляться подальше от деревни, по лугам, дав насладиться свободой души от хозяйских дел и убивания секунд с братом, смерти нервных клеток от разговоров родителей и угнетение обстановки рядом с отцом. В какой то степени Орацио ощущал мелодию струн, исходивших от меня, пользуясь правильными решениями, что не обходило стороной натянутую мою улыбку. В конце концов, я боялась быть ужаленной, зная муки любви, но не думала ощутить ее столь резко и неожиданно. Вытерев появившуюся слезу, я, скрипя кроватью, поправила одеяло на пуменке, зажмурившегося во сне от потеря бока сестры, и на носочках вышла, чтобы налить молоко и лениво, зевая приготовить овсяную кашу. Стараясь думать о скорой встрече с Паолой, подчеркнувшей таинство диалога, я взяла расческу, тщательно вычесывая волосы, трудившись убрать все образовавшиеся комки, пока мысли путались со светлым и темным источником образования. Вскоре прибежал не до конца проснувшийся брат, топающий, как лошадь, маленькими ножками к стулу, неуклюже присев и уронив головку со стуком, ожидая еды. Я со вздохом налила молоко в стаканчик, чуть улыбнувшись от столь смешного поведения Стефано, старающийся открыть сонные веки и энергично махнуть хвостом сестре в знак доброго утра. Но приоткрыв шторы, день обещал быть пасмурным, но столь же обещающим душным днем в преддверии скорой грозы. Поставив перед носиком стакан, Стефано мгновенно проснулся и не спеша, как я его учила, принялся довольно глотать молочко, радостно подергивая одним ухом. Сев напротив, взяв горшочек для печки и высыпав крупу, залив жидкостью, я поставила на накаляющуюся печку, которую я приготовила к готовке, пока расчесывала волосы. Стефано дергал ножками, смеясь при точном попадании в ноги сестры, заплетающей косу, не удержавшись, я искренне улыбнулась и потянулась к Стефано, чтобы потрепать за ухом: «Сегодня скорее всего гроза будет, посмотри какие тучки нагрянули! – Стефано удивленно приоткрыв ротик взглянул за шторку, кивая головкой, - надо бы успеть с тобой добежать до Паолы, вдруг у нее осталась мята, прихватим для чая вечером. А если останется время, то до бабушки и дедушки добежим иль верхом поедим, погостим немного» Отрезав хлеб и намазав масло, сев поудобней я увидела в сознании их теплые образы, ожидающие моего прихода. Помнится, бабушка обещала сделать через неделю пирожки с вишней, а дедушка смастерить новые качели для Стефано, но никто же не запрещал и его сестре качаться! Как хотелось высказаться им о случившемся, но почему то, я плотно закрылась в этом, оставив личное лишь для себя. Покончив с завтраком, я одела грязного земельного цвета безрукавку, затянув на талии тонким черным ремешком темно охристые штаны. Одев на брата не отличавшуюся шибко от моей одежду, я оставила кашу остывать, прикрыв горшочек тонкой марлей и прихватив подруге немного вишни, купленной родителями в городе, подталкивая брата в спину я повела его к двери. На улице кипела жизнь, смешивая говорливые разговоры молодых фуррей, ехавших где то недалеко верхом на прогулку, командный голос пастухов, разгонявших бегающих детей перед их овцами, кудахтанье куриц и петухов, страшные белые пятна среди них гусей и отдаленное ржание лошадей, пасущихся среди коров. Кто то уже горбился на своем участке, другие как сидели на скамейках под деревьями, что то буйно обсуждая. Не спеша, дойдя до знакомой аккуратной дверки с маленьким заборчиком. Держа брата за ручку и постучав в дверку, я услышала спешный голос Паолы о скором открытии калитки. «О привет! – клыкасто улыбнулась подруга, насторожив шоколадные ушки, - не стойте и проходите на чай!» «Привет!» - пожав вытянутую ручку, поздоровалась я, пропуская вперед застеснявшегося Стефано, зажавшего ткань штанов и краем глаза смотря на искрящуюся энергией Паолу. Хозяйка, махнув хвостиком в сторонку зеленой беседки, имеющей плоскую прямоугольную крышу и выстроившиеся по кругу четыре скамейки со спинками, скорее побежала в домик за вкусным чаем, под нос припевая мотив песенок. Улыбнувшись теплой атмосфере, разглядывая орнаменты разросшегося плюща вдоль окон домика, поудобней сев на предназначенное место для разговора, я посадила рядом брата, мигом изменившемся при уходе Паолы. Пуменок задергал ножками, делясь улыбкой всеми зубами, блестя большими карими глазками и махая задорно хвостиком. Вскоре, ровно держа осанку, к нам подошла милая Паола, поставив поднос с тремя кружечками и напоследок почесав за ушком, забавно зажмурив один глаз. Содержимое приятно затягивалось носом, дурманя разум и расслабляя организм, но я решила немного помедлить с «выпевкой», так как молоко не переварилось, поэтому поблагодарив за мятную водичку, я серьезно спросила, подвигая чай брату, ибо молока он все равно мало выпил: «Паола, о чем ты хотела поговорить наедине со мной, - выдержав паузу, я с нажимом добавила, - без Гильберты?» «Как о чем? Неужели не догадываешься, Хика? – собачка искривила лицо, сощурившись от неприятных нахлынувших эмоций, снизив голос до колючего шипения, стараясь сдержать желание вскрикнуть, - начнем пожалуй с кицуне! Представляешь, какого мое удивление было, когда я лицезрела полуобнаженного и заигрывающего пьяного с девушками из нашей деревни лиса!? Я, конечно, понимаю, тяга к новым ощущениям и мое везение врываться в неожиданный момент, но чтобы настолько!» Я скривила лицо не хуже Паолы, скорее больше не понимая к чему клонила подруга, нежели изображая чувство презрения, ибо этого юношу я возненавидела с первого взгляда. Наклонив олову набок, я с неуверенностью подбирая слова прошептала: «То есть, ты, как всегда, решила к вечеру заглянуть в его шатёр и послушать рассказы, но вошла не в самый благоприятный момент?» «Меня интересовало другое, - заикаясь, прошептала Паола, пряча глаза и сжимая маленькими аккуратными ручками кружку, упуская уши, - Хика, я украла у него валявшуюся бумажку около выхода под подушкой, пока девушки касались рыжего гада во всех смыслах! Ты ведь немного понимаешь их язык и научилась писать даже, Орацио рассказал мне, переведи, пожалуйста, пахнет этот клочок бумаги дурным делом! Посмотри на печать в виде меча!» «Погоди! К тебе заходил недавно Орацио?! – услышав имя тигра, сердце больно кольнуло, вздыбив шерсть на хвосте и навострив уши, напрочь позабыв о просьбе подруги, округлившей глаза от моей неожиданной яростной реакции, - какой черт приволок сюда полосатого?!» Стефано приоткрыл ротик, испуганно взглянув на меня, почувствовав дрожь в теле сестры, прижавшись тоненькими ручками к боку. Я Нахмурилась, метая молнии в глазах, не желая вспоминать о последнем вечере с юношей, сказавший темную правду. «Хикари, почему в тебе читается враждебность к Орацио? Или я чего-то упустила? – наградив хозяйку испепеляющим взглядом, смешанный с печалью, собачка задумчиво припоминала - он приходил вчера, спрашивал, почему не видно тебя дома около полудня или где-нибудь в деревне. Я честно призналась о тумане в голове на счет этого, напоследок помахав ручкой и закрыв плотно дверку. Надоели эти иностранцы! Все трое!» Успокоившись, услышав сие слова о поиске меня, я приобняла одной рукой брата и тупо смотря на стол, забылась в его грустных очертаниях лица. Паола тем временем вихрем вылетела из беседки, крутанув пустой кружкой по столу, зацепив танцем посуды, округлившиеся глаза брата, убежала обратно в дом, видимо за той самой украденной бумагой. Не предполагала о краже подруги, зная клептоманию на вещи. Значит, эта вещь действительно являлась столь страшной и точившей нервы фантазии. Поправив посадку Стефано, развалившийся за столом, как жидкость, я напряженно принялась ожидать собачку с письмом, от которого почему то переворачивалось с солнечной стороны в тень мое сознание, уколов напоследок сердце. Через минуту на столе красовался клочок жалкой бумаги, сложенный в несколько раз, обозначавший секретное маленькое место для хранения до определенного времени, так объяснила Паола, бурча под нос о старшем брате и любопытстве его девушки в личных вещах Паолы. Аккуратно развернув, краем глаза следя за спокойным скромным поведением пуменка, навострившимися ушами в сторону забора от мычания коров и поблескивающих глазок, с замиранием сердце и прекращением потока воздуха в легкие, я вчиталась в первые строки. Паола, сидя напротив меня, нервно и выжидающе, сев ножку на ножку, заболтала маленькой стопой, неловко задевая мои колени. Не до конца разбирая почерк, я пробежала глазами по всему тексту, зацепив ключевые слова, которые я знала и выразительно посмотрев на удивленную подругу, заметившую молнии в голубых глазах, я, шёпотом поведала: «Мысли, возникшие при первом взгляде лиса оказались правдивыми, - сделав гнувшуюся паузу от невидимого метавшемуся хлыста между нами, смотря сквозь оторопевшую Паолу, срывающимся голосом на рыдание продолжила, - в письме некая личность обращалась к кицунэ не с самыми адекватными словами о скором прекращении контракта. Если его работа не будет сделана до конца, Паола, этот рыжий мерзавец, пантера и тигр являются работорговцами, а не скитающимися продавцами!» «То есть лис воспользовался ситуацией и влился со своими двумя хвостами в поток иностранных торгашей?! – подруга закусила губу, капнув кровью на маленькую шоколадную ручку, сжавшуюся мгновенно в кулак, решительно встав со скамьи – нужно немедленно вырвать нашу Гильберточку из этих грязных черных лапищ мужика!» Я прекрасно видела, как в голосе звучала тревога за полосатую кошку, рвущееся желание помочь и укусить наглые кисти рук Дарси, но в столь салатовых глазах таился страх за действие поступков, совершенных в черную тень пантеры, во многом превышавший нас обеих. Внимательно посмотрев на засыпавшего брата от скуки среди листвы и незнакомого женского голоса, ибо к Паоле я не часто ходила с братом. Твердо кивнув на растерянный взгляд подруги, я не сдержала предательскую слезу, не сумев вовремя сморгнуть и спрятать от удивленной собачки, мигом присевшей на свое место и взволнованно подбадривая: «Хика, я понимаю, почему тебе плохо и хочется погрустить, но месть и неожиданный поворот событий вполне сможем и мы провести! Лис не догадывается о краже, потому что, сколько девушек посещало его логово, даже знать не хочу!, - опустив ушки, Паола потускнела, видя как с каждым вдохом горбится моя спина, как из глаз текут горькие слезы, осознавая о лжи и спектакле, - никто не узнает об этом документе, никто!» «Дело не в этом, Паола, а в Орацио и Эцио, - как хотелось рассказать мне о последнем вечере с полосатым юношей, о его словах и сменившемся характере кузнеца, воспользовавшийся мной до отъезда в город, но что-то закрывало рот - ухмылки и презрительные взгляды Дарси в нашу сторону не скрылись и от тебя. Ты прекрасно видела его ослепительную улыбку и тайный блеск в глазах для Гильберты, не замечавшей игру подлеца, выполняющий команды лиса, ибо их глаза двусмысленно перешептывались, впуская в ход следующую роль» «Почему ты вспомнила Эцио? – пропустив мимо ушей о характеристике Дарси, которую я ведала почти каждую неделю ей до посинения тучи над шоколадной головой. Дождавшись, пока я вытру слезы и более менее успокоюсь и приветливо улыбнувшись притихшему Стефано, моргающий удивленными очами от непонятной ситуации, Паола задумчиво закончила, приподнимая одну бровь, - не слыхала о его приезде, к тому же ты прекрасно знаешь, как не тянет меня к кампаниям ходящих «сорок» молодых, а в сторону кузнеца и тем более» «Эцио недавно приехал со своей женой, беременной, - выдавив через силу, я всхлипнула, вспоминая и ощущая заново гром в столь добрый глазах оцелота, силу удара и желание избавиться. Посадив Стефано на колени, положившего головку на мою грудь и тихо засопев под песню птиц, я заключила пуменка в кольцо рук, с неожиданным холодом процедив правду, сверкнув глазами на Паолу – Орацио любит меня, в то время как я не могу позабыть Эцио, применивший раскаленное железо, но и к иностранцу я имею чувства, рассеявшиеся после документа. Кругом оказалась паутина головоломки и, наконец, вышедшей на свет игры под названием «урок». «Никто не знал, что все так обернётся, милая Хикари, - прошептала Паола, сузившаяся глаза от неприятных ощущений и новой информации о кузнеце, заставившая округлить зрачки, - в конце концов, мы…» А дверцу забора выразительно постучали, заставив мгновенно навострив ушки всех присутствующих и синхронно повернув головы в сторону исходящего требования, вскоре и от отрицания оказания прохода, немножко нервно. Я сжала губы и посмотрела на сжавшуюся Паолу, не смевшей встать и вежливо пропустить гостя, но мое мотание головы намертво припечатало ее к скамейке. «Гильберта стучится совсем по другому, а больше к тебе никто и не заходит» - очень тихо заметила я, с ужасом осознавая кому, принадлежало столь долгое ожидание за дверью и мужской характерный кашель в знак выжидания признаков жизни на дворике. Паола, зажмурив глаза и вылетев со скамьи, по всей видимости, мысленно представлявшей готовую могилу под яблоней и ожидающую лопату для удара по обманывающей голове все три месяца. Лишь благодаря густой растительности кустов вдоль забора и росшая большая яблоня около беседки надежно закрывали любопытные очи соседов и прохожих, поэтому, я поближе прижала к себе выглядывающего из плеча брата, вздрогнув от знакомого глухого голоса, казавшимся столь далеким: «Здравствуй, Паола, разреши пройти, пожалуйста, к Хикари» «Здравствуй, - заикаясь и задрав головку верх от высокого роста юноши, стесняясь столь уверенного и испепеляющего взгляда в самую душу собачки, хозяйка забегала глазами по фактуре двери, намереваясь мысленно вытолкнуть тигра со своего участка и послать к бедной березе, но вслух лишь пропела, - а она ушла с братиком гулять на речку, купаться, везунчики, а меня одну с кружкой чая оставили» Я шкурой чувствовала холодные волны, исходившие от Орацио, четко давая понять о мертвом решении, во что бы то ни стало увидеться со мной, поэтому я с больно колотящимся взяла на руки перепуганного Стефано и напоследок вытерев прогладывающую дорожку по щеке слезу, неуверенно направилась к напряжению, выручая немое выражение Паолы. Я понимала ее страх, перемешавшийся с каплей злости и мести, но, разве нападешь в одиночку на столь божественного обманщика из кампании работорговцев? Я боялась его взгляда, но больше страшилась показать ему свою слабость и жалкие слезы. Покинув укрытие растительности, я изогнулась в пояснице от тяжести пуменка, во все глаза рассматривающий тигра, сжимающий в руках два больших красных яблока, одно красовалось в маленьких лапках Паолы, разглядывающей пролетавшего жука, стараясь не вмешиваться в проблему тех, кто любил друг друга, наверное. Прищурившись, надев маску безразличия и сухости в глазах, я безжизненно вцепилась в Орацио, странным блеском в очах взирая на меня, прижавшую уши и еле сдерживающую шипение с оскалом. «Доброе утро, - не позабыв о воспитанности поздороваться, четко проговаривая каждую букву, я с наигранной усмешкой проследила за недоумением тигра, краем глаза замечая, как Паола осторожно покидает зону опасности, не забывая оценивать полет насекомых - в данный момент я не могу провести с тобой важный для нас обоих диалог, ибо не хочу награждать свою подругу вашими вылетавшими из грязных уст красивыми словами! Если заблагорассудите, то назначаю встречу около старого дуба на холме, за полем, туда никто не додит!» Речь, подобно яду, выливалось из меня немыслимо сложно, намереваясь, стать другой для него, явится в другом виде и сыграть отрицательную роль, очернив образ ангела в изумрудных очах юноши. С горечью заметив его натянутую улыбку и соглашение на поздний диалог, понимая мою ситуацию положения с братом и занятности по дому. Впрочем, Орацио догадывался, кому я унесу брата, а именно бабушке и дедушке, самой оставшись у них с ночевкой, что даст более долгий разговор. Лицо юноши помрачнело, исподлобья проследив за пошатывающими пятнистыми ногами, но метающими молниями серыми очами, не смеющих наградить Орацио столь теплым сиянием при тайных встречах. Прижав брата к груди, я все же прошла мимо иностранца, не забывая показывать натянутую уверенность, трещавшую по швам, но, к сожалению, выйдя на тропинку вдоль деревни, я упустила голову и закрыла глаза, ощущая нарастающие слезинки. Я мысленно надеялась о закрытие рта Орацио и немедленном уходе к своему шатру, а она мысль о развороте к сжавшейся Паоле с расспросами и лицезрении украденного документа, царапала по спине, чувствовав спиной внимательный взгляд незваного гостя. День проходил в тумане переживаний, о резких словах, но необходимых для защиты, мешали сосредоточиться на уборке по дому и слежке за убегающим братом на двор, дабы для щекотки нервов сестры побегать по углам грядок иль закапать игрушку лошадку где-нибудь в сухих прошлогодних сорняках, на худой конец утопить в бочках. Нехватка внимания, что еще сказать. Вытерев везде пыль, прибрав в порядок пол, поменяв постельное белье и выхлопав ковер, висевший на стене, помыв посуду после обеда, постирав свою одежду и пуменка, почистив денник лошади и накормив ее, наполнив бочки водой из колодца, к вечеру я валилась с ног. Покончив со списком работы и упав на стул, лениво и сонно наливая энергичному брату оставшийся заваренный чай, я прикрыла глаза и с грустью услышала начавшийся обещанный дождь, грозивший к ночи ливнем. Даже судьба подсказывала мне не приходить на назначенную встречу, даже сказав, дождь и тучи являлись знаком с самого испорченного утра. Улыбнувшись Стефано, громко говоривший слово «туча» и показывая вытянутой ручкой, ожидая моей удивленной реакции, я лишь кивнула и повторила данное его слово, подтверждая. Заглянув в хлебницу, я с капелькой радости увидела припрятанный одну вкусную булочку, привезенную из города мамой. К тому же, столь вкусное богатство с начинкой присыпки корицы, манило схватить и съесть не разжевывая. Покосившись на брата, я все же не удержавшись, отломила кусочек и с наслаждением проглотила, с выдохом заметив интерес пуменка к капелькам дождя, стекавших со стекла. Нахмурившись, я все же намеривалась не идти к дубу, предугадывая наигранную речь Орацио, жесты и лучезарную улыбку, сводившую с ума. Но просвет, видневшийся вдалеке, заставил поменять решение, отодвинув разум и слушая сердце о просьбе выслушать. Стук пустой кружки об стол заставил вздрогнуть и ошарашенно проследить за реакцией засмеявшегося Стефано, добивавшегося хорошего ругательства! Я тут же вспомнила оставшийся чай Паолы, так и не тронутый из-за открытия одной карты благодаря документу лиса и визите Орацио. Стоило бы извиниться за столь неадекватное в кавычках поведение и угнетение атмосферы, но кто знал. С тяжелым вздохом поднявшись со стула и забав кружечку, я с удивлением подчеркнула прекращение дождя и пробивающиеся лучи солнца из туч в дом, вселяя надежду. Накинув на упирающегося Стефано теплую накидку, завернув свою голову в белый платок в красной вышивкой в виде цветов по окантовке, я вывела осторожно брата на улицу и взяла на руки, с трудом передвигая ватные ноги. Надеюсь, трата времени не пройдет в пустую, бабушка примет роль няни на себя и не станет расспрашивать мой уход надолго. А если Орацио не окажется под дубом, то можно со спокойной душой лечь спать или послушать рассказы дедушки о былых временах, успокоит хоть и заставит задуматься о другом смысле, нежели о второй игре. Спустя около часа путешествия к домику будущих нянек, из-за любопытства пуменка в сфере флора и фауна, я мило улыбнулась приветствию бабушки, принимавшей гостей. Быстренько приведя в порядок покалывающуюся от волнения серую шкурку и попрощавшись, предупредив о нескором возвращении, я лишь пробубнила о деловой встрече на изумленный взгляд бабушки, приоткрывшей немного рот от спешки внучки. Я подбежала к ней и поцеловала в щечку, шепча, чтобы она попросту не беспокоилась о моем состоянии, но как не старалась бабушка скрыть страх в лазах, ее кончик хвоста нервно шевелился из стороны в сторону. Стефан довольно побежал в сторону мягкой кровати, на ходу схватив большую вырезанную лошадку дедушкой, раскрашенной мною на досуге в гнедой оттенок с мастью белых яблок. Поблагодарив за помощь в надзоре за Стефаном, я украдкой глянула на стенку, где обычно висел лук дедушки и чехол со стрелами, но, их отсутствии говорили лишь об одном, идти к дубу укороченной тропинкой через лес не рекомендовалось, ибо можно было наткнуться на родного охотника. А ввязывать в личное дело знакомых мне совершенно не хотелось. Мчась вдоль деревни к пшеничному полю, с шоком замечая нарастание желание наедине увидеть полосатое лицо со столь нежным блеском, но строгим очертанием глаз, я не замечала прохожих, шкурой встречаясь с их пронзающими очами и любопытством. Я не понимала, как решилась встретиться с Орацио, после того как их страшная тайна открылась взору, как все чувства и мечты разбились о безжалостную холодную волну, но, как оказалось, красный цветок еще горел внутри. Сознание либо толкало на конец дела, либо продолжало кормить дьяволам, чтобы затмить свет. Прохладный ветерок трепал выпалывающие кудри с ушей, расплетая косу на каждом порыве вметнуть ногу дальше прежнего. Впереди показался знакомый забор, ударив по сердцу о воспоминании первой встречи с Дарси, его усмешку и заострение внимания на краснеющей Гильберте. Тяжело опуская грудь, и медленно шагая к забору, облокотившись на него одной рукой, чтобы перевести дух и ноющий живот, несколько раз поморгав, различая серость красок и силуэт дерева. Придет ли он иль обманет, как в прошлые разы? С опаской всматриваясь в тропу под деревьями вдоль ограждения поля от деревни, шатаясь на ногах, не давая духу расслабиться, а оставить пыл, влилась в стручки пшеницы, на ходу расплетая волосы. Вытянув руки и касаясь будущего хлеба, я невольно улыбнулась и закрыла глаза, чуть откинув голову назад, наслаждаясь полной скрытности в утопающей местности. Съежившись от появившейся мысли, рассказывающей встречи неких пар под зернами пшеницы, дабы двусмысленно уединиться подальше от взрослых. Впереди показался просвет, вычерчивая строгие ветки дуба и его одиночество. Как оказалось, столь мертвую тишину и «смерть душ» прерывала лишь неприятная музыка встречи ветра с кронами исполинского дерева и терзающее чувство скорого ухода с глаз долой. Но чертова надежда заставляла ждать, припечатав спину к коре и прижав уши, внушая сознанию непонятный почерк любви. «Представить не мог о твоем твердом принятии собственного решения» - донеся, откуда то сверху глухой знакомый голосом, обдав все тело волной потрясения и испуга, в следующий миг машинально задрав голову вверх и интуитивно отстранившись от ствола. Попятившись назад, не скрывая интереса за плавным спуском Орацио по веткам, уверенно приземлившийся в двух хвостах от меня. Его столь красивые невероятные глаза покрылись прозрачной пеленой боли, передо мной, спустя пару секунд, он стоял неподвижно и будто боялся спугнуть неверным движением. Я опустила глаза, справляясь с дрожанием рук, с нарастающим комом в горле разглядывая одежду тигра. Орацио был одет в традиционный костюм своего народа, нежели по-крестьянски, что выглядело весьма непривычно. Темно-синяя ткань в рубашке обтягивала стройное подтянутое юношеское тело, изюминкой вырисовывая для внимательного изучающего взгляда вдоль пуговок орнаменты солнца и фонарей, которые в их стране по традиции выпускали в единственный праздник. Угольные штаны и плотные длинные ногавки, маленькая сумка, прикреплённая на ноге, давили на голову, вбивая мысль о скором отъезде караванов. «Ты уезжаешь…, - дрожавший голос очень тихо произнес вылетавшие из уст нежелательные слова, но сердце подсказывало не останавливаться, поблескивающими глазами от нахлынувших слез смотря на печальное лицо иностранца, - неужели на пролитых чернилах закончится наш рассказ?» «Да, - с трудом подтвердил мою догадку Орацио, невольно взмахнув хвостом, запоминая черты столь скромной, но удивительной девушки для него, - завтра все приезжие торговцы уезжают к скалистым горам микотов, напоследок оставшись недалеко от деревни Сеул, - проглотив поступающую четкую ноту минуты молчания, Орацио серьезно процедил, - понимаю, в чем крылась ваша причина встречи с Паолой». *** Хикари скрючилась от сырого запаха травы, дрожавшими руками от поступающего холода потерев красные заспанные глаза, приходя в себя после пропасти в сознании. Приподняв тело над длинной травой, усыпанной маленькими снежинками, девушка, вздрогнув, увидела недалеко сидевшего альбиноса спиной, внимательно наблюдавшего за окрестностями, не имевшие на горизонте не начала не конца. Хатори дернул ухом, услышав медленное приближение барсы, прожигавшую уставшими глазами спину юноши. Тигр обернулся и краем глаза приметил нервное, но скорее всего больше взволнованное подергивание кончика хвоста девушки, ожидающей высказываний на счет остановки. «Ты потеряла сознание, - процедил Хатори, не намереваясь встречаться с взглядом Хикари, державшей расстояние от свидетеля не столь приятного события, - теперь мы квиты» Хикари сжала кулаки, исподлобья наблюдая превосходный вариант удушения полосатого существа, вырисовывая картину в сознании о «жертвоприношении» пятнистой девушки в крепких руках, при том во второй раз. Барса от нахлынувшей злости, смешанной со стыдом, заскрипела зубами, прижав уши к затылку от возмущения выходок собственного тела. Но и извиняться Хикари была не намерена, ведь на ум приходило лишь состояние голода и спрятанного внутри души шока от увиденного кровного потока. Молчание не заставило ждать, прервав язвительным вопросом Хатори, вызывающий нервы от медленных движений и острого блеска в белых глазах: «Не думал, что твои зевки в виде желания поспать выпадут в более эпичный полет к земле, - выдавив наигранную усмешку, Хатори встал и свысока прошипел, холодно блеснув глазами на Хикари, готовую выплеснуть ядовитые слова, - благо имеешь легкий вес!» «Тебя никто не заставлял использовать столь отвратительные приемы и терзания среди присутствия девушки! – рот юноши уже был готов возразить и спеть старую «колыбельную», вызвав возражение в очах, но Хикари не готова была уступать право глагольствовать альбиносу, сделав еще один шаг назад для безопасности, - существует множество приемов избавиться от четырех надоедливых магов, взять, к примеру, метание ножа или эффективное удушение! Не знаю, как у магов принято, но, спасибо Осане, я видела и не такое творение убийц! Поэтому, благодари меня, что отделалась лишь шоковым обмороком, который затормозил на пути к действию! » «Голодный желудок плохо на тебе сказывается, - сменил тему Хатори, протягивая ладошку с зернами к лицу девушки, насмехаясь, - приметил, как после еды ты смягчаешься и становишься послушной» Хикари несколько раз проморгала и все же удивленное приняла бедное угощение, не став развивать дальше грозную музыку двух метаний клинков, тщательно разжевывая каждое зернышко, стараясь не налететь на еду в виде чумного дикаря. Аккуратно присев около колчана с остатками стрел, Хикари укутала хвостом ноги и скользяще следила за слабым продвижением альбиноса, принявший исходное положение тела до его беспокойства. Хатори тяжело выдохнул, доедая и свой обед, накручивая в клубок множество неприятных нитей. Усталость давила всем грузом, маня прикрыть очи и вздремнуть, но желание двинуться в путь до наступления появления мерцания звезд к каменистости двигало вперед. Юноша твердо знал, где заходит солнце, именно туда и следовало идти. В маленьких пещерках можно с легкостью согреться в холодную ночь и спрятаться от больших птиц, от которых прячут скот обитатели просторных земель. Оставалось надеяться на скорость барсы, не вникающую в суть возникшей проблемы. «Гордая ты, не показываешь истинных эмоций и многое скрываешь в себе, получая в результате, скорее всего лишь обмороки и нервное подёргивание хвоста, - Хатори хмыкнул, почувствовав колкий взгляд девушки, доевшей «дары» юноши, напоследок поставив дополнительный штамп, - нежный цветок с ядовитыми шипами и ароматом» «Ублюдок, - сквозь сжатые зубы от возмущения прошипела Хикари, сжимая пальцами сухую траву, произнеся неправдоподобные слова, - все же желание тебя застрелить, защитник, осталось при мне!»