Tonight

— Рассказывай. Тэхён вздрагивает и замирает в дверях школы. Ему послышалось? Знакомый голос всё ещё раздаётся эхом в голове. Тэ вертит головой по сторонам и замечает Чимина, который подпирает плечом стену, засунув руки в карманы и хмурясь. — А, привет, — Тэхён сдвигается с места и идёт дальше по коридору. Он не желает обсуждать проблемы, которые усложняют сейчас его жизнь, поэтому просто постарается уйти от темы. Он и так еле вытащил себя из дома, ведь уроки и подготовку к экзаменам никто не отменял. — Вот как, — хмыкает Чимин и отлепляется от стены, следуя хвостиком за Тэхёном. — Ладно, можешь не рассказывать, но знай, что мне обидно. Чимина можно понять, думает Тэ. Ему бы и самому было неприятно, если бы лучший друг стал что-то скрывать от него. Они ведь всегда всем делились друг с другом и находили поддержку именно в друг друге, а сейчас что-то изменилось. Тэхён изменился. Вчера ночью он думал над тем, стоит ли рассказать Чимину о том, что ему небезразличен Чонгук. В итоге было решено оставить это тайной. Не потому что Чимин болтун и разнесёт сплетни, а потому что это бессмысленно. Ну расскажет он Чимину, а дальше-то что? Что-то изменится? Это как-то поспособствует тому, чтобы Чонгук простил Тэхёна? Или это заставит его смотреть на Тэ по-другому, так, как смотрят на тех, кто намного больше им, чем друг? — Нам же вроде первый урок перенесли в другой кабинет, да? — Тэхён снова переводит тему, делая задумчивое выражение лица. — Да-а… — вздыхает сзади Чимин, то ли из-за того, что друг не желает его слушать, то ли потому что их урок будет совмещён с другим классом. Весь день проходит как в тумане. Тэхён только и делает, что думает о Чонгуке и о выступлении Kinjaz, которое должно быть в эту субботу. И на которое Тэхён уже автоматически не приглашён. Да он бы и сам не пошёл, зная, что виноват перед Чонгуком. Чимин пытается как-то развеселить его, развеять обстановку, но всё напрасно, ведь нельзя просто на всё забить и радостно ускакать в закат, пока вина терзает разум. И, кажется, вечный вопрос «что теперь делать?» гудит в голове часами напролёт. Как же стыдно. Стыдно перед мамой, перед Чонгуком, перед Чимином, да даже перед самим собой. Родная комната встречает холодным ветром из открытого окна. А в голове сразу тот вечер, когда Тэхён вылазил из этого самого окна и нёсся на встречу с Чонгуком. Знал бы он, чем эта встреча кончится. Мамы дома ещё нет, она задерживается. Тэ решает, что сегодня он должен поговорить с ней, объяснить свои поступки, извиниться. Ведь мама ничего плохого ему не сделала. Она лишь пыталась уберечь своего ребёнка, она испугалась нового человека в своём доме, испугалась за Тэхёна. — Мам, — Тэ ложится на свою кровать и накрывает лицо ладонями, — нет, не так, — он быстро вскакивает с кровати и бежит в ванную, закрывая за собой дверь. — Мам, — глядит на своё лицо в зеркале, — моим поступкам нет оправдания. Я просто растерялся, — его стеклянные глаза дрожат, руки сжимают края раковины, — мне так хотелось подружиться, но ничего не вышло. Ты была права, мам, — он судорожно вздыхает, представляя, как будет говорить это в лицо своей матери, — ты с самого начала была права. Как и всегда. Мне жаль, что я так быстро разочаровал тебя. Мне очень… жаль… — он опускает голову вниз. К лицу так стремительно подступил жар, что пришлось ополоснуть его ледяной водой. Мысли смешались в клубок. Так сильно хотелось сейчас вдарить кулаком прямо по этому несчастному зеркалу, чтобы оно распалось на десятки острых осколков, которыми потом можно будет случайно провести по запястьям и ощутить приятный холодок… но что-то останавливает это внезапное желание. Что-то доброе и родное, прямо как мамины глаза, которые смотрели на Тэхёна в зеркале позади него. Он резко дёрнулся. Его мама стояла в дверях ванной комнаты с опущенными руками, в её глазах блестели капли слёз. Тэхён понял сразу, что она всё слышала. И говорить ничего уже не надо, он просто падаёт в мамины тёплые объятья, пряча лицо в изгибе её шеи. Нежные руки гладят по волосам, шёпот прокрадывается в самые глубины разума: — Всё будет хорошо. Тэхён, всё хорошо… Ты никогда не разочаруешь меня, милый.

***

Тэхён просыпается на следующий день…или утро, он ещё сам пока не разобрался, и сразу же хватается за голову. На виски давит адски, глаза болят, в горле сухо. Как будто он вчера бухал где-то, не закусывая. На улице уже светло. Часы показывают одиннадцать утра, из-за чего остатки сна улетучиваются в один момент, ведь Тэ не планировал пропускать школу. Он хотел начать снова вливаться в учебный процесс, навести порядок во взаимоотношениях с мамой, вернуться в свой привычный образ жизни (тот, что был до знакомства с Чонгуком). Как же успокаивает тот факт, что с мамой теперь всё гладко. Будто появился какой-то человек, который знает обо всех тэхёновых проблемах и всё равно поддерживает его, хотя мать не знает и половины всего, что происходит. На тумбочке какая-то бумажка. Тэхён берёт её в руки и сразу узнаёт мамин почерк: Отдохни сегодня дома Люблю, мама. Тэ не сразу принимает решение: остаться ему всё-таки дома или пойти в школу, хотя бы на последние несколько уроков. С одной стороны, ему и правда лучше сегодня отдохнуть от учёбы, иначе его нервная система не выдержит ещё и умственных нагрузок. Но с другой стороны… в школе можно увидеть Чонгука. Тэхён ещё в самом начале поставил перед собой условие, что не будет избегать Чонгука. Так никаких проблем не решить, особенно если виноват сам Тэ. Он решает сходить на последние три урока.

***

— Почему опоздал, Тэ? — Чимин уже с порога школы ловит Тэхёна за локоть и отводит в сторону. — Чё происходит? Расскажи уже, хватит избегать моих вопросов. Чимин так просто не отстанет, рано или поздно ему придётся всё рассказать. Ну, или придумать какое-то оправдание, после которых он уймётся. — Да расскажу я, — Тэхён выпутывается из рук друга и идёт в сторону кабинета математики, — только не сейчас, чуть позже, — Чимин позади него раздражённо шипит, а потом угукает. Следующие три урока Тэхён снова занимается самобичеванием. Если проблема со взаимоотношениями с мамой решена, то остаётся ещё Чимин, а потом и Чонгук. Что сказать Чимину, чтобы он отстал? Правду? Правду о том, что Тэхёну нравится мальчик, из-за которого его жизнь пошла по одному месту? Звучит так себе. Тэхён конечно уверен, что лучший друг поддержит его в любом случае, но от этого не легче совсем, ещё и стыдно. Под конец шестого урока он замечает в окне двух парней, которыми в итоге оказались Хосок и Чонгук. Тэхёнова заинтересованность в уроке истории мгновенно испарилась, и он прилип взглядом к окну. Там, около турников, достаточно далеко от стен школы, но нормально, чтобы различить лица, стояли Хосок с Чонгуком и о чём-то спорили. Это было видно по тому, как второй вертел головой и размахивал руками, пытаясь что-то доказать. Тэхёна поглощало любопытство. Затем Хосок вытащил из кармана свой телефон и попытался что-то показать Чонгуку, но тот стал отмахивался, а потом и вовсе ушёл куда-то за школу. Тэ почувствовал лёгкий толчок в плечо, а когда повернулся, то увидел сконфуженный взгляд Чимина, который кивнул в сторону учителя. — Тэхён, не отвлекайся. Он молча опустил голову и стал рисовать незамысловатые узоры в тетради обратной стороной ручки. Звонок должен прозвенеть с минуты на минуту. Тэхёну не терпится выскочить из кабинета, как будто есть что-то важное, что он упускает прямо сейчас. Ему бы очень хотелось узнать, о чём был разговор Чонгука и Хосока, что они так обсуждали? Он выбегает из кабинета по звонку, не записав домашнее задание и небрежно запихав в рюкзак учебники. — Тэхён, подожди меня! — кричит позади Чимин, но его просьба растворяется в шуме голосов школьников, которые заполнили коридор. — Ой, — Тэ врезается в кого-то и рефлекторно пятится назад, поднимая глаза на человека, который в итоге оказался Хосоком. Удивительно, как всё получается. — О, какие люди, — Хосок лыбится во весь рот. Тэхён неуверенно машет рукой. — Что-то произошло? — выпаливает он, даже не подумав. — Ты о чём? — Хосок выгибает бровь. Он уже собирался развернуться и пойти дальше по своим делам, но тэхёнов вопрос застал его врасплох. — Да так… неважно выглядишь, — Тэ вовремя смог выкрутиться, почесав затылок и обведя пальцем в воздухе хосоково лицо. — А, — тот вздохнул, — да проблемка нарисовалась одна… Кстати! — он выпучил глаза и ткнул пальцем в Тэхёна. — Тебя приглашали на наше выступление? Чёрт, с оборудованием плохи дела… Думаю, всё отменяется. Лицо Хосока скривилось в искреннем сочувствии. Тэхён понимает, как для него важны эти концерты, а сейчас он, кажется, подводит многих людей, потому что выступление не состоится. Вот только почему? — Что-то серьёзное? — Да не очень… хотя, да, всё хреново! — Хосок бьёт себя в лоб ладонью и оглядывается по сторонам. — Чонгук просрал телефон, на который мы всегда записываем свои концерты и ведём прямые эфиры. Ну, не только это… короче, на том телефоне дофига материала, который ещё не выпущен. Гук копил на эту мобилу доху… короче, очень длительное время. Только из-за камеры, ты прикинь?! — Хосок приобнял Тэ за плечо и отвёл в сторону с таким видом, будто намеревался выдать какую-то тайну. — Я ему говорю, давай снимать на мой телефон. А он не хочет! Говорит, камера у тебя хреновая, как на неё снимать типо можно вообще? Так и сказал! А я… — Хосок, — Тэхён аккуратно скинул хосокову руку со своего плеча и отошёл в сторону, — мне это… идти надо. У меня урок. Я сочувствую тебе и ребятам, правда. Надеюсь, скоро вы снова организуете концерт! — последнюю фразу он с улыбкой уже прокричал сквозь толпу, на прощание махая рукой Хосоку, который растерянно хлопал глазами. Теперь всё ещё хуже. Тэхён и подумать не мог, что всё так связано, что из-за него Чонгук не только лишится телефона, но и другие ребята из группы пострадают. Должно быть, это было сильным разочарованием. И ведь Чонгук не сказал, что это Тэхён выбил у него из руки телефон. Он просто сказал, что потерял его. Он выставил себя виноватым. Тэхён забегает в школьный туалет и умывается холодной водой. Ему срочно нужно что-то сделать, чтобы помочь ребятам. Если Чонгуку на него пофиг, если он ненавидит его, то остальные из группы просто жертвы ситуации. Тэ бежит назад, к выходу из школы, где ловит Хосока и чуть ли не силой узнаёт у него адрес Чонгука, а потом несётся домой, оставляя Хосока с офигевающим выражением лица и указанием ничего не говорить Гуку. Не важно, каким путём, но Тэхён всё отдаст, он всё вернёт, лишь бы ребята не пострадали. Они ни в чём не виноваты. Он забегает в квартиру, бросая рюкзак на входе, и прямым ходом идёт на кухню, а точнее к самому нижнему ящику кухонного гарнитура, где мать прячет (хранит) деньги. Она всегда говорила Тэхёну, что он может взять оттуда деньги, если ему понадобится вдруг что-то. И он брал. На всякие учебные пособия и учебники, разумеется. Ничего же страшного не случится, если Тэхён возьмёт немного больше денег? Он быстро-быстро отсчитывает тысячи вон, заворачивает пачку денег в пакет, а потом подбирает с пола рюкзак и снова покидает квартиру. Его ни секунду не терзают сомнения или совесть. Он должен — он вернёт. Перед мамой потом отчитается. На улице стало смеркаться, когда Тэ добрался до пятиэтажки, в которой по идее должен жить Чонгук. Сейчас он быстренько поднимется на нужный этаж, отдаст деньги на новый телефон, и его совесть будет чиста. Воодушевлённый, Тэхён уверенно поднимается по ступенькам на чонгуков этаж и громко стучит в квартиру номер «12». Пальцы, сжимающие пакет с деньгами, начинают подрагивать. Никто не открывает, Тэхён стучит ещё раз. Он несколько раз тяжело сглатывает и на секунду думает, что лучше развернуться и убежать, пока не поздно, но с той стороны двери щёлкает замок, а тэхёново сердце на мгновение останавливается. — Да? — звучит чонгуков голос громко, но неуверенно. Он приоткрывает дверь. Тэхён решается, либо сейчас, либо уже никогда. — Я тут… — начинает он севшим голосом, но его прерывает другой. Третий голос. — Кто там, Чонгук-ки? Тэхён кривит лицо и рефлекторно заглядывает за спину Чонгука, который застыл в дверях с круглыми глазами. Он не ожидал увидеть Тэхёна. Да ещё и на пороге своей квартиры. Да ещё и в такой момент… слишком не подходящий момент. Позади него мелькает девушка, с чёрными волосами по плечи, миловидным личиком, в длиннющей футболке. Как очевидно, в чонгуковой футболке, под которой у неё ничего из одежды нет. — Это кто? — спрашивает она, лупая глазами на Тэхёна. Чонгук молчит, застыв в дверях. Как же было глупо приходить сюда. Вот почему, когда Тэ пытается сделать что-то хорошее, помочь кому-то, всё идёт наперекосяк? Ему нужно было просто отдать деньги на новый телефон, он не хотел становиться свидетелем того, что происходит в личной жизни у Чонгука. Видимо, он всё-таки дозвонился до этой девчонки, и теперь у них всё хорошо. Чонгук всё ещё молчит, взглядом просит то ли прощения за неловкую ситуацию, то ли прожигает в Тэхёне дыру, чтоб тот наконец одумался и ушёл. Почему именно в этот день? Почему не завтра или не вчера Чонгук не мог провести время с Мией, а сегодня побыть один, ведь Тэхён и не догадался бы про его девушку. Он вообще про неё не вспоминал, не думал о причине, по которой выбил тогда телефон из чужих рук. Или не хотел думать, а вот сейчас приходится думать обо всём и сразу. Как ему лучше поступить? Накричать, ударить, кинуть пачку с деньгами в лицо? Или просто развернуться и убежать? Дать волю слезам, которые застилают глаза? Второй раз Тэхён уже сюда не вернётся, не сможет. Он просто кидает пакет с деньгами Чонгуку в ноги и, развернувшись, спускается по лестнице вниз, слыша за спиной девчачий голос: — Чонгук, ты оглох? Кто это был? Тэхён хочет усмехнуться: он бы в жизни не поверил, что такая личность, как Чонгук, позволила бы какой-то девчонке с собой так разговаривать. Выйдя из подъезда на свежий воздух, Тэ передёргивает плечами от холодного ветра. Теперь ему предстоит путь домой, долгие раздумья и, возможно, нагоняй от матери, если она заметит пропажу половины заначки. Тэхён добирается до дома, когда на улице уже сплошная темень, и он ещё не придумал, как объяснит это маме, если она уже дома. Он просто надеется, что она сегодня на ночном дежурстве. За всё то время, которое он провёл в автобусе, пока ехал домой, его посетила мысль о том, что нужно рассказать всё Чимину. Именно правду рассказать, потому что Тэхён всё же надеется на какой-то дельный совет от друга. Ему больше не к кому обратиться за помощью. Тэ засыпает в квартире один, во сне придумывая свою завтрашнюю речь перед Чимином.

***

— Ну неуже-е-ли, я уж думал силой из тебя слова вытягивать. — Спасибо, Чим, — Тэхён закатывает глаза, подталкивая друга в мужской туалет и огладываясь назад, — вообще-то, дело серьёзное. — Тогда почему я до сих пор ничего об этом не знаю? — яростно шепчет Чимин, закрывая за ними дверь туалета. — Сейчас узнаешь. Короче… — Эй, ребят, у вас туалетной бумаги не найдётся? — раздаётся чей-то голос из кабинки туалета, и Тэ с Чимином сразу же подскакивают от испуга, переглядываясь. — Н-нет, — пискает Чим, а потом шёпотом обращается к другу, — слушай, давай подождём, пока этот, — он кивает головой в сторону занятой кабинки, — освободит помещение. Через пару минут упорного молчания, в туалете раздаётся противный скрип дверцы кабинки, и оттуда с довольным лицом выходит парень из параллели, дружелюбно кивая. Тэхёну кажется, что неспроста возникают какие-то трудности на пути к тому, чтобы выдать Чимину свой секрет. Может, ну его? Соврать, что ли? — Давай, рассказывай! — у Чимина загораются глаза, и он начинает легонько тормошить Тэ за плечи. — Мне нравится Чонгук. И нахрена он это сказал? Хотел ведь соврать! В последнюю секунду язык начал жить своей жизнью и подставил своего хозяина. Или это разум говорит, что пора перестать врать и довериться хотя бы лучшему другу. Чимин замирает на месте. — Чё? В каком смысле? — он совсем не двигается и не сводит глаз с Тэхёна, лишь шевеля губами. — Ну, — что ещё ему сказать? Тэ не думал, что Чимин настолько тупой, поэтому не продумал своих дальнейших действий, — в прямом? В каком ещё смысле? Чим молчит, не сводя взгляда с друга, переваривает информацию. Молчание затягивается на пару минут. — Ты гонишь, — Чимин фыркает, будто сам себе удивляется, почему не раскусил шутку друга раньше. — Ладно, а теперь скажи правду. — Да это и есть правда, вообще-то, — Тэхён со всей серьёзностью в лице следит за состоянием друга. Видимо, такая новость шокировала его немножко больше, чем Тэхён ожидал. — Нет, — Чим вертит головой в недоумении, — ты совсем головой тронулся. Это всё твои учебники. Я же говорил, Тэ, нельзя сидеть постоянно за уроками, у тебя мозги начнут… — Да причём тут это?! — Тэхён в ярости хватает Чимина за плечи. Его только что завуалированно назвали сумасшедшим, — мне нравится парень, да! Да, вот такой я. Что теперь скажешь? — немного остыв, на последней фразе он отходит чуть назад, тяжело дыша. Неужели его так сложно понять? Чимин оглядывает друга с ног до головы, и так несколько раз. А затем выдаёт режущее слух: — Да ты конченый, — и разворачивается, чтобы уйти, но…спотыкается и падает лицом в пол, отчего Тэхён аж дёргается в сторону. Он не знает, на что реагировать сперва: на оскорбление друга или на Чонгука, который подставил подножку Чимину. Всё ведь не так должно было закончиться. Тэхён просто хотел рассказать тайну Чиме, чтобы тот дал совет или поддержал, а в итоге от него отвернулись. Ещё и сама причина ссоры с лучшим другом явилась сюда, стоя в непринуждённой позе со сложенными на груди руками. Тэхёну кажется, что его сердце сейчас улетит в стратосферу, проломив рёбра. Его лучший друг кое-как сошкребает себя с пола, злобно хмурясь и исподлобья зыркая на Чонгука, который в свою очередь не сводит глаз с Тэхёна. Уверенный взгляд пригвождает к полу, будто он долгое время до этого намеревался навалять Чимину и сейчас удовлетворён происходящим. — Удачи, — Чимин встряхивает головой и раздражённо оглядывает Чонгука с Тэхёном, прежде чем выйти за дверь. Они остаются вдвоём. Тэ даже не догадывается, каким боком тут оказался Чонгук в такое неподходящее время, пока не видит тот самый свёрток денег у него в руках. Чонгук медленно, но грозно ступает массивными кроссовками по кафелю, не сводя глаз с Тэ, пока тот мысленно считает свой пульс. Слышно шуршание этого грёбанного пакета, в который завёрнуты деньги. Гук пихает свёрток Тэхёну в грудь и тяжело вздыхает, будто разочарованно. Тэ приходит в себя лишь после грохота закрывшейся двери.