Под открытым небом

В замке Варии царит непривычная для здешних стен тишина. Можно было бы подумать, что штаб-квартира независимого отряда убийц пустует, если бы не тяжёлая атмосфера. Редкие рядовые тенями скользят по коридорам, стараясь не издавать и малейшего шума. Кажется, что даже громкий чих может стать катализатором, из-за которого грянет небесная кара. Впрочем, та уже грянула всего около часа назад. По этой причине рядовые и стараются быть тише воды, чтобы не вызвать повторение всплеска агрессии своего босса. Лишь в кабинете Занзаса не царит мёртвая тишина. Негромко лязгает точильный камень Скуало, которым тот придаёт остроту лезвию меча. Шишишикает Бельфегор, раскинувшийся на диване и рассматривающий потолок кабинета. Обречённо вздыхает Мармон, мысленно подсчитывая убытки, которые повлёк за собой всплеск ярости Скайрини. Сам Занзас сидит за широким столом с закинутыми на стопку несомненно важных договоров ногами и стучит ногтями по гранёному стакану, полному виски. Звук этот угнетающе действует на застывшего возле окна Луссурию, который отслеживает каждое движение вспыльчивого босса, чтобы вовремя попытаться его успокоить. - Где этот электрический мусор? - недовольно спрашивает Занзас и делает глоток алкоголя. Вопрос риторический. Леви отправился искать подробную информацию, которая могла бы пояснить бредовое письмо от старика Девятого. Его нет всего ничего, но Занзас всё равно продолжает медленно закипать. После тяжёлого прошлого он ненавидит моменты, в которые не владеет полной информацией. Лишь информация является настоящей силой. С ней даже слабаки могут обвести вокруг пальца более сильного противника, если не являются идиотами. И эта информация нужна Скайрини, как глоток чистого свежего воздуха. - Ши-ши-ши. Нужно было отправить Мармона, - тянет Бельфегор и запускает в иллюзиониста пару стилетов. - Добывать информацию на мутных типов, не относящихся к порученной мне миссии, не моя работа. Я не собираюсь делать что-либо, за что мне не заплатят, - шелестит в ответ Мармон. Стилеты пролетают сквозь ставшее прозрачным тело аркобалено и застревают в стене. Одного яростного взгляда Занзаса хватает, чтобы Бельфегор притих и прекратил докапываться до их самопровозглашённого бухгалтера. Хотя сам Скайрини уже жалеет, что не воспользовался услугами жадного Тумана. В таком случае информация уже лежала бы на его столе в полном объёме. - Чёртов мусор, - бросает босс Варии и закрывает глаза. Когда Скуало ворвался в его кабинет с громким воплем и швырнул на столешницу открытое письмо с полыхающим огнём воли Ноно, Занзас уже знал, что ничего хорошего эта бумажка в себе не содержит. Девятый слишком редко писал ему письма и ещё реже - официальные, заверенные пламенем. Чего мужчина не ожидал, так это бредового сообщения о том, что Савада Тсунаёши больше не является наследницей, потому что на её место нашли кого-то более достойного. Сначала это вызвало недоумение. После - желание громко рассмеяться. Следом - волну необузданной злости, из-за которой теперь в стене красуется дыра, рядовые стали бесшумными тенями, а Мармон всё вздыхает и вздыхает, косясь на лишнюю «дверь». - Он просто вышвырнул её, как ненужный мусор, - усмехается мужчина. - Сначала втянул во всё это дерьмо, а после просто вышвырнул, прикрываясь благими намерениями. Чёртов старик. Как это на него похоже. Занзас знает, что все хранители в этот момент смотрят на него, но с привычным безразличием игнорирует этот факт. Он не хочет слышать глупые вопросы и не хочет давать не менее банальные ответы. Впрочем, как кажется Скайрини, тот же Скуало прекрасно знает, о чём в эту минуту думает его босс. Ситуации, как ни погляди, очень похожи. В своё время Занзас ведь тоже купился на тёплые улыбки и заботливые взгляды. Когда его спятившая мать обнаружила пламя и заявила всем вокруг, что её сын - наследник самого Девятого, сам Занзас не верил в это. Прекрасно осознавая бедственное положение семьи и зная, как мать зарабатывает им на жизнь, он и предположить не мог, что дороги этой женщины и великого мафиози могли хоть раз пересечься. Наличие пламени у себя он оправдывал какой-нибудь дальней роднёй или внезапно проснувшимися сквозь поколение генами. Однако Девятый признал его. Увидел пламя и назвал своим сыном. Тогда Занзас был так счастлив, что даже позабыл про все несостыковки. Для него открывалась дорога, ведущая в иной, лучший мир. Мир, где нет голода и побоев. Где нет крошечной продуваемой из ветхого окна пустой комнаты, что должна была считаться для него и его матери домом. Где не было самой матери, в приступах безумия крушившей всё вокруг, из-за чего нередко доставалось маленькому Занзасу. И он был счастлив. Счастлив так, как только может быть счастлив ребёнок, обрётший наконец-то заботу, любовь и ласку. Девятый заботился о нём. Девятый обучал его. Девятый стал для него настоящим отцом. Тем больнее было узнать правду. Тем больнее было прочитать дневник, вспомнить все несостыковки из прошлого и понять, что хорошая счастливая жизнь была лишь иллюзией. Безумный план, попытка захвата власти и переворот. Битва с Ноно и Колыбель на долгие восемь лет. Вот чем закончилась его «новая» жизнь, подаренная пламенем ярости. Единственное, что дала ему мафия, это Вария. Пять психованных идиотов со своими не менее психованными тараканами. Один помешан на деньгах. Другой - на мечах. Третий - на нём самом, что чертовски раздражает. Четвёртый забивает шкафы гламурными шмотками диких расцветок. Пятый так вообще с протекающей крышей, пугающим смехом и странными психозами. Вот кто стал его настоящей семьёй. Вот кто не бросил его, когда всё полетело к чертям. Вот кто спас его из Колыбели. Эти люди могли уйти. Они могли забыть о нём после провального переворота, но не сделали этого. Они были рядом тогда и находятся рядом теперь. Единственные люди, которым Занзас в той или иной степени доверяет. Люди, которые уйдут от него разве что на тот свет. - Савада Тсунаёши, - выдыхает некогда ненавистное имя Занзас и приоткрывает глаза, наблюдая за бликами света на лезвиях воткнутых в стену стилетов, которыми Бельфегор постоянно разбрасывается направо и налево. Эта девчонка просто слабая и трусливая соплячка. Ей бы любовную мангу читать и томно вздыхать на красавчиков среди одноклассников. Однако её выбрали в кандидаты на место босса мафиозной семьи. Занзас был в ярости, когда узнал об этом. Ещё бы. Не являясь наследником и подозревая, что кольцо Неба не примет его, мужчина всё равно собирался сражаться до конца. Он мог проиграть Ноно. Он мог проиграть своей крови без наследия чёртового Примо. Но он однозначно не собирался проигрывать наивной глупой девчонке, которой всего четырнадцать лет. Не собирался, но проиграл. И почему-то совсем не считает это позором. Она выиграла честно. Отбила ему к чертям все рёбра и чуть не погрузила в очередную Колыбель. Повезло, что тогда кольца были под рукой, и его хранителям не пришлось выкрадывать их из хранилища в особняке Вонголы по частям. И пусть очередной недо-заговор провалился, это уже не имеет значения. Потому что Занзас знает, какова Савада на самом деле. Да, она слабая, трусливая, малолетняя школьница из Намимори, которая верещит от страха, когда видит крошечных собачек. Но это не меняет того факта, что в момент опасности и необходимости защитить что-либо, дорогое её сердцу, девушка готова и вполне способна горы свернуть на своём пути. Низкорослая, лохматая, угловатая и с вечно отбитыми коленками из-за того, что путается в своих же ногах. Но доказавшая ему, Занзасу, свою решимость. Доказавшая свою силу. Отстоявшая свои идеалы. Занзас ведь не идиот. Он прекрасно знает, что билась Савада не за кольца. Билась она за своих туповатых друзей. Волновалась за них, верещала и руки заламывала, когда вынуждена была смотреть со стороны и ничем не могла помочь. Плюя на правила и необходимость в случае вмешательства отдать часть своего кольца, помешала бою Грозы. И всё, что её тогда волновало, это тот мелкий бессознательный ребёнок, по воле иронии, не иначе, ставший хранителем в столь малом возрасте. И плевала Савада на недовольство своего репетитора, насмешки врагов и тот факт, что этот мелкий мусор в костюме телёнка ни на что не годен. Кто-то бы сказал, что девчонка слабая. Трясётся за своих друзей, теряет голову и плюёт на правила. Занзас видит глубже. И её преданность друзьям достойна похвалы, ведь такое в мире грязной мафии, постоянно лгущей в глаза и предающей за спиной, редкость. И своеобразная ценность. Из-за этой соплячки Занзас задумался и о своих хранителях. Во время Конфликта Колец ему было плевать, что с ними будет. Они не значили ничего. Обычные пешки на пути к достижению цели. Когда Скуало проиграл мелкому мусору, и его сожрала акула, Занзас смеялся. Происходящее казалось самой смешной шуткой на свете. Акулу сожрала акула. Что может быть ироничнее? И только когда поломанного Скуало приволок к полю боя Каваллоне, только когда акулий мусор толкнул слезливую речь о том, что знал правду ещё со времён переворота и Колыбели, что-то внутри заворочалось, мешая абстрагироваться от творящейся вокруг реальности. Занзас ожидал жалости или презрения, но не понимания и принятия. С того момента, как Скайрини узнал правду, он и подумать не мог, что кто-то действительно мог хотеть идти за ним. Не за его властью. Не за его богатством. Не за его титулом. За ним самим: самовлюблённым, эгоцентричным, жестоким. Но эти психоватые придурки пошли. И Скуало, не менее самовлюблённый и эгоцентричный, с гордостью размером с саму Землю, пошёл. - Кем бы ни был этот новый наследничек, я ему башку прострелю при встрече, - ни к кому конкретно не обращаясь, сообщает Занзас, прерывая затянувшуюся тишину. - Савада та ещё соплячка, но она смогла доказать свою силу и решимость. Трусливая малолетка, что билась со мной на равных. Я признаю её настолько, насколько вообще могу признать хоть кого-то. - И о чём только думает Девятый? - ворчит Скуало, осматривая лезвие меча. - Не он ли дифирамбы девчонке пел, заверяя всех вокруг, что она истинная наследница Примо? Даже приехал к тебе лично, чтобы позагонять о том, что она просто воплощение всех идеалов и грёз Джотто Вонголы. Часами мог распыляться о том, что именно Савада приведёт семью к процветанию. И что в итоге? - Ши-ши, вопрос в том, откуда старик вообще знает, что там было в голове у Примо, - подаёт голос Бельфегор, закидывая ногу на ногу и поправляя диадему. На заднем фоне Луссурия начинает причитать о том, что несчастная девочка наверняка расстроена. Занзас на это лишь хмыкает. Савада никогда не рвалась в мафию. Её начали затаскивать в это кровавое болото силком. Расстроена ли она? Кто знает. Занзас уверен, что в этой девчонке достаточно сил, чтобы не сломаться из-за того, что её жизнь перевернули вверх дном и оставили с этим разбираться. Другой разговор пойдёт, если дело коснётся тех сопляков, к которым девчонка привязалась. Девятый ведь распинался о том, что время замкнуло петлю, и Десятое поколение семьи «Вонгола» почти идентично первому. Прямые потомки. Наследники воли Первого поколения. Если Саваду вышвырнули за ненадобностью, это ещё не значит, что её хранителей оставят в покое. «И что ты тогда будешь делать, Савада Тсунаёши?» - мысленно вопрошает Занзас. Ему относительно плевать на всё, что не касается Варии, но этот упёртый мусор... Будет немного жаль, если отброшенное за ненадобностью Небо сломается.

***

- Босс, вы не можете вот так просто сорваться в Японию! Дино переводит взгляд с чемодана на Ромарио и обратно. Тяжело вздыхает и скидывает ком вещей, зажатых в руках, на постель. Он знает, что не может уехать. У семьи в последнее время небольшие проблемы, которые лучше решить сразу во избежание печальных последствий. Однако Небо Каваллоне ничего не может с собой поделать. Его грызёт волнение за одну неуклюжую девчушку из Намимори, не так давно назначенную на место Десятого босса Вонголы. За девчушку, которую с этого места по непонятным причинам сняли. Разумеется, семья Каваллоне состоит в Альянсе, но Девятый пока никому нового наследника не представил. Обо всём происходящем Дино доложил верный Ромарио, шпионы которого разбросаны по всему свету, и это лишь заставляет тревожиться сильнее. - Я знаю, Ромарио. Я знаю, - печально улыбается Дино. Зарывается пальцами в и без того растрёпанные волосы и падает прямо на ком одежды, поджимая губы и хмуря брови. Он не знает, как стоит реагировать на происходящее, но в одном уверен точно - это происходящее ему не нравится. Нет ни единой причины для того, чтобы заменять Тсунаёши на кого-то другого. Да, она совсем ещё девчонка, но и та же Даниэла, впоследствии ставшая Восьмым боссом Вонголы, тоже готовилась принять свой титул с малых лет. Хотя Дино считает, что больше всего Тсунаёши похожа на него. Их судьбы в каком-то смысле схожи. Он тоже не желал становиться боссом своей семьи, хотя и рос в мафиозном мире. Он тоже пытался сбежать от ответственности. Он тоже был учеником Реборна. И он, как и девушка, в итоге смирился с происходящим. Не из-за жажды власти, а из-за постепенно пришедшего понимания, что теперь на его плечах лежит ответственность за подручных ему людей. - Аурой и не пахнет. На смелого человека не тянешь. Огонька в тебе нет. Да и не предвидится он, - честно высказал своё мнение девушке Дино в первую их встречу. - А ещё у неё ноги короткие. И денег нет. И силы нет, - подлил тогда масла в огонь Реборн. - И выглядит она, как в воду опущенная. У неё нет ни шанса стать боссом, - закончил Каваллоне. Тсунаёши действительно выглядела так. Смотрела на него огромными напуганными глазищами, когда Дино рассказывал о своих тренировках с Реборном и утренних мыслях о том, что до вечера дожить не получится, а после едва не на коленях ползала, умоляя смотаться из её дома побыстрее и прихватить Реборна с собой. Наивная, чересчур доверчивая и пугливая. Она показалась Дино забавной. Всё кричала о том, что не станет мафиози. О том, что Реборн достал уже превращать её жизнь в дурдом. О том, что не собирается влезать в тёмные делишки и втягивать следом за собой верных хранителей, которых воспринимала как друзей и никак иначе. Да, забавная. Забавная и удивительная. Невероятно добрая, открытая и понимающая. Тёплая и по-своему ласковая. Действительно Небо. Маленькая, непутёвая, шугающаяся от своей тени, но с таким огромным сердцем, что едва в груди помещается. - Она станет отличным боссом для своей семьи, - сказал Дино по окончании Конфликта Колец. И он до сих пор верит в это. Даже несмотря на то, что Девятый решил сменить наследника. Тсуна такая одна. Решительная и волевая, готовая идти до конца. Ценящая своих друзей и свою семью превыше всего. И пусть ей чужд мир мафии, Дино знает, она бы смогла втянуться. Проблема Тсунаёши в том, как она в принципе видит мир мафии. Наверняка в её голове полно глупых клише о бессмысленных убийствах и реках крови. И пусть без этого порой не обходится, мафия намного больше, чем сборище маньяков, проливающих кровь невиновных людей. Тсуна просто слишком мала, чтобы понять это. Слишком мала, чтобы прочувствовать и принять истину. Тем более, всю свою жизнь она жила под крылом беззаботной матери в тихом и мирном городке, где даже кражи случались крайне редко. Что уж говорить о громких преступлениях. А потом появился Реборн, и... Ну, Дино может себе представить, во что превратилась жизнь наследницы. Побудка током - это ещё мягко. «Что же будет теперь?» - задумывается Каваллоне, смотря сквозь распахнутое окно на небо. Его интуиция тревожно позвякивает, будто грядут неприятности. Что за человек будет представлен Альянсу вместо Тсунаёши? Что будет с хранителями Десятого поколения? И как в эту самую минуту чувствует себя сама Тсуна? Названная младшая сестрёнка. Дино успел к ней привязаться так сильно, будто они знакомы всю жизнь. Просто девушка притягивает к себе. Чем? Возможно, внутренним стержнем, о котором и не подозревает. Понимает ли она, как ведёт себя на самом деле? Как стойко выдерживает все пинки, тычки и насмешки? Словно бамбук, гнущийся под напором ветра, но не ломающийся и выпрямляющийся, как только буря затихает. Такая она - Десятое Небо семьи «Вонгола». Пусть и бывшее. - Держись, Тсунаёши, - просит Дино. И лишь надеется, что налетевший ветер донесёт его слова до Намимори.

***

- Ты в порядке, Тсу-тян? - спрашивает Нана и смотрит взволнованно. - Всё хорошо, мам. Просто был тяжёлый день, - честно отвечает Тсунаёши. И прячет взгляд, рассматривая своё отражение в чашке с зелёным чаем. Она бы и рада пожаловаться, но какой в этом смысл? Мать всё равно ничего не поймёт из сумбурного потока её речи, наполненной странными словами, титулами и событиями. Мать не поймёт и не сможет найти нужных слов, чтобы поддержать её. Тсуна не уверена, что кто-то вообще способен на это. Особенно с учётом того, что она в случае возможности поделиться с кем-то тем, что на душе, побоится рассказать всю правду. Всё началось с приезда нового претендента на место босса Вонголы. Реборн пинками заставил ученицу ехать в аэропорт для того, чтобы встретить этого человека. Не то чтобы Тсунаёши было совсем не интересно, кого выбрал Девятый на её место, но и особой радости она не испытывала из-за грядущей встречи. Интуиция снова дёргалась где-то в солнечном сплетении, вызывая лёгкую тошноту, и девушка лишь надеялась, что не ударит в грязь лицом при встрече. Не ударила. И не потому, что сумела взять себя в руки. На неё просто не обратили никакого внимания. «Лучано Вазари», - вспоминает имя наследника девушка. И едва заметно кривится, поджимая губы. Человек, выбранный на её место, оказался парнем чуть старше самой Савады. Вот только держался он так, будто принадлежит к элите или высшему свету аристократии. Спина прямая, подбородок вскинут, а во взгляде ни капли интереса к окружающим его людям или вещам. Тсуне было неловко находиться рядом с ним. Всем своим видом Лучано с первой же минуты знакомства давал понять, что она ему не ровня. Его колючая леденящая кровь аура напоминала девушке ауру Хибари, когда тот находился не в лучшем своём настроении. - Рад познакомиться с тобой, Савада Тсунаёши, - вполне вежливо поздоровался он. Вот только Тсуна прекрасно видела, что никакой радости нет. Лучано смотрел на неё сверху вниз, и это впервые не обижало или задевало девушку, а раздражало. Да, она младше. Да, она девушка. Да, она не выглядит человеком, способным встать во главе мафиозной семьи. Но это не отменяет того факта, что она пережила тренировки Реборна, надрала задницу Мукуро и подморозила задницу Занзасу. На её счету садист-репетитор, бежавший из Вендикаре преступник и босс элитного независимого отряда убийц Вонголы, даже упоминание имени которого вызывает у бывалых мафиози дрожь в коленях. Она не такая уж слабачка и не такая уж никчёмная, как считают все вокруг, чтобы смотреть на неё с таким превосходством и едва ли скрытым презрением. Причина этого презрения стала понятна Тсуне чуть позже, когда пришло время знакомства с хранителями. Встреча проходила у неё дома с повеления Реборна, разумеется, и девушка лишь порадовалась тому, что её мать отлучилась по магазинам за продуктами вместе с И-Пин и Ламбо. Потому что в момент представления нового наследника хранителям чашка с чаем из её рук полетела на пол, разбиваясь вдребезги, а сама она застыла, ошеломлённая свалившейся на неё неожиданной информацией. - Рад с вами познакомиться, ребята, - премило улыбнулся парень. - Меня зовут Лучано Вазари. Я будущий Десятый босс Вонголы, а так же сын Внешнего советника - Савады Емицу. Хранители были ошеломлены открывшейся правдой точно так же, как был удивлён и Реборн, не сумевший связаться с Девятым, отправившимся по каким-то своим делам в Англию. Вот только если киллер промолчал, обдумывая полученную информацию, то хранители подняли шум. И не такой, какой мог бы прийтись Тсуне по душе. Ямамото смеялся и говорил о том, как это здорово - найти своего брата. Рёхей был на его стороне и кричал о том, что узы между братом и сестрой всегда невероятно крепкие, и это замечательная новость. Вероятно, боксёр исходил из своих отношений с Киоко и даже не задумывался никогда о том, что не во всех семьях между братьями и сёстрами царит взаимопонимание и любовь. Повезло ещё, что Гокудера смолчал. Впрочем, он потянулся за динамитом, и Тсуне пришлось спешно успокаивать его, заверяя, что ничего страшного не произошло. «Вот только это неправда», - проскальзывает в голове, а взгляд карамельных глаз вновь поднимается на крутящуюся у плиты маму, негромко мурлычущую себе под нос мотив заставки из любимого сериала. Не имея связи с Девятым, Реборн решил добыть информацию из сторонних источников. Этой информацией он поделился с Тсуной в отсутствие хранителей, направившихся показывать Намимори их гостю. Лучано Вазари действительно сын Савады Емицу. Тот ещё до знакомства с Наной имел отношения с женщиной из мафиозной семьи, с которой познакомился на одном из приёмов Вонголы. Между ними был скоротечный, но бурный роман, наполненный страстью, и плодом этой страсти стал Лучано. Вот только к тому моменту, как его мать узнала о своей беременности, они с мужчиной уже расстались, и Емицу отправился по делам в далёкую Японию, в которой и познакомился с Наной. Его командировка, если можно так назвать мафиозные дела, длилась почти год. За это время год Емицу успел влюбиться без памяти и жениться, а потому вернулся в Италию занятым человеком с кольцом на пальце. Именно поэтому мать Лучано не стала рассказывать мужчине о том, что у того есть сын. Не хотела привлекать излишнего внимания и не желала, чтобы её сын впоследствии был втянут в дела Вонголы, которая пусть и считалась королевской среди мафиози, но все знали, сколько крови из-за неё и в ней самой было пролито. - Вот только эта женщина просчиталась, - рассказывал Реборн, с отвлечённым видом попивая кофе в процессе и изредка косясь на кусающую губы подопечную. - Лучано вырос и стал искать своего отца, когда его мать обмолвилась о его особом положении в мире мафии. Очевидно, что крошечная жалкая семейка, боссом которой должен был стать Вазари, его не устраивала. Поиски вскоре дали свои результаты, и парень узнал о том, что его отец - Внешний Советник Вонголы. Уж не знаю, как он добился встречи с ним и Девятым, но факт остаётся фактом. Он сын Емицу. В нём тоже, как и в тебе, течёт кровь Примо. Всё происходящее напоминает Тсунаёши один из закрученных сериалов, которые так любит смотреть тихими вечерами её мать. Все эти тайные связи, укрытые от глаз других дети, пропавшие или появившиеся родственники. Тсуна делает глоток остывшего чая и вспоминает радующихся за неё Ямамото и Рёхея. Вспоминает и не понимает, как они могли не заметить напряжения, повисшего между ней и Лучано. Как они могли не заметить его холода и презрения, направленного на неё. Впрочем, оно и понятно. При хранителях этот парень вёл себя совсем иначе. Много разговаривал, шутил и смеялся, расспрашивал о жизни, школе и увлечениях. Просто душа компании. И ребята отвечали ему. Смеялись над шутками, похлопывали по плечу, как старого друга, и совсем не обращали внимания на стальные отблески в тёмно-карих глазах, когда Лучано смотрел на свою сестру. Тсунаёши понятия не имеет, чем не угодила ему. Их отец не бросал одну женщину ради другой. Он не бросал своего сына, уходя в другую семью. Емицу вообще не знал до недавнего времени, что у него есть сын. Помимо этого Внешний Советник не зря носит звание «никчёмный отец года». Хотя не года даже, а чуть ли не века. Сколько раз он появлялся в доме за всё время существования Тсуны? Около десятка? Тсуна уверена, что за все четырнадцать лет её жизни именно столько раз и видела своего отца. А если вычесть те дни, когда мужчина присутствовал в Намимори не как её отец, а как босс CEDEF во время Конфликта Колец, то и того меньше. Так почему Лучано относится к ней так? Почему смотрит либо с презрением, либо с холодной злостью? Кривится, хмурится, губы поджимает, но стоит только хранителям появиться на горизонте, как парень расцветает и светится ярче солнца. Однажды он даже приобнял Тсуну за плечи. И лишь девушка видела, как брезгливо после Вазари, когда хранители отвернулись, вытер ладонь о брюки. Будто она грязная или заразная в его глазах. - Что же мне делать, Реборн? - спрашивает девушка. И растерянно осматривает пустующую кухню. Реборна рядом с ней нет. Оно и понятно. Киллер решил понаблюдать за новым боссом, а потому постоянно где-то пропадает. Помимо этого девушка заметила, что и хранители теперь всё чаще и чаще проводят своё время в компании Лучано. Конечно, изначально всё было нормально. После знакомства с хранителями в день своего приезда парень откланялся и сообщил, что будет следующую неделю жить в отеле. Всем остальным необходимо было ходить на учёбу, и из-за этого Савада немного расслабилась. В классе, коридорах и на крыше школы она будет вместе со своими друзьями, как и раньше. Они будут вместе удирать от ГДК, ненавидящего собирающиеся шумные группы, и обедать на крыше школы под открытым небом. Они вместе будут ходить смотреть на бейсбольные тренировки Ямамото и заглядывать в боксёрский клуб Рёхея. А после уроков компания обязательно будет собираться у неё дома, и мама будет готовить вкусный ужин, пока ребята будут заниматься. Так думала девушка, и так было. Первые два дня. А после Лучано вновь появился в её жизни и позвал хранителей прогуляться. Реборну он объяснил это тем, что ему необходимо как следует узнать своих будущих хранителей. И если поначалу тот же Гокудера отказывался куда-либо ходить без Тсуны, и девушке приходилось его уговаривать, лишь бы объявившийся сводный брат не сверлил её своим жутким взглядом, то после необходимость отпала. - Он довольно неплохой парень, - посмеивался Ямамото. - Он экстремально любит спорт и неплохо боксирует, - кричал Рёхей. - Он не такой уж и говнюк, каким я его поначалу представлял, - сквозь стиснутые зубы признавался Гокудера. Тсуна до сих пор не знает, что хотела услышать в ответ на свой вопрос о том, нравится ли её друзьям новоявленный Десятый. Наверное, всё же больше отрицательное мнение, чем положительное. Однако даже Гокудера, что всегда ходил за ней хвостиком и по сторонам смотреть не смел, оправдывая это своей верностью и преданностью, отозвался о Лучано в положительном ключе. Интуиция тогда тревожно звякнула и затихла. И Тсуне бы задуматься о том, что происходит что-то странное, но вот она сидит в одиночестве в ставшем слишком огромным и пустым доме и мечтает лишь о том, чтобы отмотать время назад. Вернуться в те времена, когда никакого Лучано Вазари на горизонте не предвиделось, а друзья были рядом и раскрашивали её унылые будни яркими красками. - Тсу-тян, твои друзья не заглянут на ужин? - спрашивает Нана, вернувшаяся с улицы, где развешивала бельё. - Не думаю. У них много своих дел, - натянуто улыбается Тсуна, вновь опуская взгляд в свою чашку. Это ложь. Она знает, что никаких дел у её хранителей нет. У Ямамото нет проблем с помощью отцу в ресторане, Рёхей не зависает в клубе, а у Гокудеры не разболелся неожиданно живот. Откуда она это знает? Увидела мельком ребят в компании Лучано, когда возвращалась из школы, в которую её хранители даже не подумали прийти, несмотря на занятия. Она так волновалась, когда не увидела их в классе. Волновалась, когда Гокудера наскоро наговорил по телефону про своё здоровье и бросил трубку. Волновалась, когда озадаченная Киоко подошла и спросила, не знает ли Тсуна, куда это её брат сорвался с утра пораньше. А вот оно как оказалось. «Они обещали быть рядом. Говорили, что мы навсегда останемся друзьями», - проскальзывает в голове. Девушка крепче сжимает чашку дрожащими пальцами и поджимает губы. Лучано собирался пробыть в Намимори неделю. Два дня друзья девушки его игнорировали. Ещё два проводили вечера в его компании, гуляя по городу. И вот только пятый день идёт, а они уже ей врут. Тсунаёши понимает, что не нужно делать поспешных выводов. Мало ли, какой может быть причина и почему ребята не сказали ей о том, что проводят время с её братом. Возможно, не хотели расстраивать. Гокудера так точно наверняка соврал из благих побуждений. В конце концов, Лучано сразу сказал, что никого не заставляет ехать с ним в Италию, когда Реборн поднял этот вопрос. Сообщил, виновато улыбаясь, что это Девятый настаивает на том, чтобы хранители Тсуны собрались вокруг нового Неба, а сам парень никого силком никуда не потащит. И, разумеется, ему поверили. Невозможно было не поверить этой улыбке и глазам, в которых притаилось огорчение решением Ноно. Вот только Тсуна видела сквозь все эти красивые маски. Лучано врал. Врал бессовестно, глядя прямо в глаза хранителям и Реборну. Глядя в её глаза со змеящейся на губах мерзкой ухмылкой, которая пропала сразу же, стоило Реборну вновь обратить на парня своё внимание. - Чаоссу, никчёмная Тсуна. Реборн появляется как всегда неожиданно. Смотрит пристально какое-то время, а после хмыкает и запрыгивает на столешницу, усаживаясь. Тсуна какое-то время тоже рассматривает его, а после поднимается и наливает для репетитора кофе, который он с радостью принимает, благодаря лёгким кивком головы. Вернувшись на своё место, девушка какое-то время сверлит взглядом чашку с остывшим чаем, а после поднимает на репетитора как никогда серьёзный взгляд. - Что ты думаешь о нём, Реборн? - Он хорош, - отвечает киллер после недолгого молчания. - Очень хорош. Окончил школу мафии, в которой когда-то учились Дино и Скуало, рос в соответствующем кругу и с детства готовился занять место босса своей крошечной семьи. Всё это ему лишь поможет на пути становления боссом Вонголы. Помимо этого он силён. Не знаю, где и когда он успел сцепиться с Хибари, но Гокудера сказал, что Лучано без особого труда зажал ГДК в угол. Тсунаёши какое-то время сверлит репетитора недоверчивым взглядом, а после поджимает губы и отводит взгляд. Сложно не услышать одобрение в голосе аркобалено. Впрочем, оно и неудивительно. Как для других, так пожалуйста, а как для неё... Глупая обида в который раз закрадывается в сердце. На этот раз не на друзей, а на репетитора. Почему этого Вазари Реборн хвалит за схватку с Хибари, а её не удостоил даже одобрительным взглядом после победы над Занзасом? Она уж точно побольше выложилась, чем её брат. И её успехи... Разве Девятый не упоминал, что рад её быстрому росту? Значит, Реборн всё же был доволен своей ученицей. Так почему никогда не хвалил? И почему сейчас относится к происходящему столь равнодушно? - Думаешь, они уедут с ним в Италию? - спрашивает всё же девушка. - Гокудера, Ямамото и Рёхей. Ламбо и Хроме. Хибари. Они уедут вслед за моим братом? - Кто знает, - флегматично отвечает Реборн. Тсунаёши едва сдерживает желание выплеснуть свой чай на вычурную шляпку киллера. Она уверена, что он-то как раз всё уже знает. Как знает и её интуиция, тихо нашёптывающая об очередных неприятностях, что вскоре свалятся на голову Савады. Неделя пребывания Лучано в Японии подходит к концу. Уже завтра хранители должны дать свой ответ на доверительное «я был бы рад видеть вас в рядах своих хранителей», прозвучавшее почти сразу же после слов недовольства в сторону Девятого, который якобы чуть ли не силком отрывает хранителей от Тсуны, что невероятно жестоко. Да, жестоко. И Лучано этим наслаждается в полной мере, о чём его взгляд буквально вопит каждый раз, когда брат и сестра сталкиваются лицом к лицу, пусть даже это всего лишь мгновение. - Важнее то, что скоро ты получишь то, чего всегда желала, - припечатывает аркобалено, отпивая кофе и кидая на неё острый взгляд из-под полей шляпы. - Ты ведь хотела спокойной жизни, никчёмная Тсуна. Она уже идёт к тебе в руки. Не знаю, что там решат твои хранители, но я отправлюсь в Италию вместе с Лучано. Тсунаёши резко поднимает на репетитора ошарашенный взгляд, и тот усмехается, довольный реакцией. - Чему ты удивляешься? Меня прислали, чтобы сделать из тебя достойную наследницу. Теперь ты не кандидат на пост босса, и моя миссия - проследить за подготовкой Лучано и стать уже его репетитором. Залпом допив кофе, Реборн спрыгивает со стола и скрывается из виду. Почему-то Тсуна уверена, что аркобалено вновь не останется на ночь дома, а исчезнет, как делал это все предыдущие ночи с момента появления Лучано в Намимори. Это одновременно радует, потому что побудки в стиле Вонголы на какое-то время прекратились, но в то же время огорчает. Как и заявление репетитора. Тсунаёши как-то не думала о том, что Реборн должен теперь вернуться в Италию. Пусть прошло не так уж и много времени, но она успела привязаться к репетитору, который пусть и был жутким садистом, но всё же заботился о ней и помогал, как мог. Это он хоть немного, но поднял её самооценку. Это он научил её быть сильной хотя бы тогда, когда это действительно необходимо. Это он подарил ей прекрасных друзей. Без Реборна в её жизни Гокудера, Ямамото, Рёхей и все остальные никогда бы не появились. А теперь репетитор уезжает. Уезжает с таким видом, будто их знакомство, долгое общение и совместные приключения ничего не значат. Будто ему безразлично. Будто ему действительно на неё наплевать. «Он уедет, и я снова останусь одна», - понимает Тсуна, оставляя наконец-то несчастный остывший чай в покое и поднимаясь в свою комнату. - «Он уедет, а за ним потянутся и остальные. Не знаю, почему так уверена в этом. Пусть интуиция пока что молчит, но это же я - никчёмная Тсуна и позор средней Намимори. Судьба не может баловать меня вечно». Зайдя в свою комнату, девушка падает на постель и зарывается лицом в подушку. Накатывает усталость. Не физическая, а моральная. Тсуна устала думать о том, что готовит ей будущее, и устала переживать. Устала искать объяснение поступкам друзей и Реборна. Устала размышлять о том, за что же в действительности так сильно ненавидит её двуличный братец с гнилым нутром, которое почему-то видит она одна. Устала. Устала и запуталась, потерялась, почти опустила руки. - Я просто хочу быть счастливой. Неужели это слишком много? - шепчет девушка в никуда. Проваливаясь в дрёму, она уже не видит, как кольцо на её шее, висящее на цепочке, начинает светиться. И сон свой, в котором мужчина без лица, но с горящим на лбу пламенем посмертной воли, шепчет едва различимое «ты никогда не останешься в одиночестве, Дечимо», под утро совсем не запоминает.

|...|