***
— Риточка, не смотри на меня так. Галя правда просила приготовить плов к её возвращению. Власова не отвечала. Верить хотелось всё меньше, а придушить — всё больше. Вот как из неё правду тянуть? — Рита. Я всё сделаю сама. Даже не думай об этом. — Валя. прекрати. Ты уже минут пятнадцать пытаешься меня убедить сделать плов и трёшь задницу. Тебя надо либо выпороть, либо на кол посадить, честное слово. — Что, правда, так заметно? — Детский сад. Что и когда? — Рит, я Тихонова попрошу. — Он спит. — Тогда Круглова. — Он на выезде. — Когда-нибудь они смогут уделить мне десять минуточек. Не бери в голову. — Валентина, я давно мечтаю увидеть вашу попку. Удачный случай выпал, не правда ли? — Власова, я расскажу Рогозиной, что ты меня домогалась, — попыталась угрожать загнанная в угол Антонова. — И кому из нас поверит товарищ полковник? — Рита изобразила на лице лисью улыбку и потянулась к Валечке, стараясь не то обнять её, не то обхватить. Антонова повисла в плотно сжавшемся на её плечах кольце. Пути отступления были отрезаны.***
Валя стояла и думала, как она вообще во всё это влипла? Сейчас она стоит со спущенными брюками перед Власовой. А несколько дней назад просто поехала в школу за сыном. Казалось бы, какая связь? Но желание наказать курящего подростка переросло в это невероятное унижение. И если Оксанка могла в своё время ходить к ней жаловаться, то ей придётся молчать в любом случае. Слишком хищно Рита смотрит на неё. Сзади послышались несколько робких и тихих шагов. Для Риты это тоже было что-то новое и необычное. Обычно Антонова всех лечит, делает грим и помогает с перевязками. А тут помощь нужна Вале. — Готова? — спросила замешкавшаяся Власова. Но Валя только оперлась на стол, опустила голову и закусила губу. О тяжёлой руке Риты ходили легенды.