Сумерки хаоса/Twilight of сhaos

Сумеречное небо окрашивало заснеженные пики Небесного хребта в оттенки багрянца и золота. Холодный ветер гулял по каменным уступам, завывая в такт шагам маленькой, но решительной группы. Твайлайт, её тело с трудом прокладывало путь по глубокому снегу, шла впереди, ориентируясь по карте. За ней, паря в полусотне футов над землёй и зорко вглядываясь в горизонт, летела Радуга Дэш. И замыкал шествие Дискорд. Дискорд, вопреки ожиданиям, не телепортироваться, и не летал. Он шёл. Его молчание было красноречивее любых слов. С тех пор того неловкого чаепития прошло два дня, и между ними висела стена натянутой вежливости и странная дистанция. Он отвечал на вопросы о магии односложно, избегал прикосновений и исчезал сразу после тренировок. — Надеюсь, твоя кумир выбрала для лагеря место поуютнее, — проворчал он, создавая над собой маленький зонтик от снега. — Вроде раскалённой кальдеры вулкана. Или, на худой конец, пляжа с коктейлями. — Деринг Ду — профессионал, Дискорд, — обернулась Твайлайт, стараясь не выказывать усталости. — Если она говорит, что база находится здесь, значит, так тому и быть. — Вот он! — сказала сверху Радуга и камнем ринулась вниз, указывая копытом на узкий проход между двумя скалами. — Вижу дымок от костра! Пройдя по расщелине, они вышли на небольшую, укрытую от ветра каменную площадку. Здесь, вгрызаясь в скалу, стояла прочная палатка цвета хаки, рядом, аккуратно сложенный костёр, а над ним на треноге висел походный котёл. И у костра, с гордостью подбоченясь, их ждала сама Деринг Ду. — Ну наконец-то! — крикнула она, широко улыбаясь. — Уже думала, вы заплутали в этих предгорьях. Проходите, грейтесь! — Деринг! — Радуга приземлилась и сдерживая фанатский восторг сказала. — Спасибо, что согласилась помочь. — Всегда рада помочь, — ответила искательница приключений, а затем её взгляд упал на Твайлайт. В её глазах мелькнуло удивление, но не испуг. Скорее, профессиональный интерес. — особенно в таких необычных ситуациях. Твайлайт Спаркл, если не ошибаюсь? Слышала про твою… э-э-э… трансформацию. Выглядишь… внушительно. — Спасибо, — смущённо пробормотала Твайлайт. — Пока что больше «неуклюже», чем «внушительно». — А это... Дискорд. — Деринг Ду с любопытством уставилась на Драконикуса, который с преувеличенным отвращением рассматривал лагерную кашу в котле. — О, это наш… консультант по магии. объяснила Твайлайт. — Дух Хаоса, воплощение беспорядка и прочая, и прочая, — лениво отрекомендовался он, глядя на котёл. — Это «нечто» хоть съедобно? — Проверишь — узнаешь, — парировала Деринг, ничуть не смутившись. — Садитесь у костра. Думаю, нам есть что обсудить. Когда все устроились, а Дискорд, щёлкнув пальцами, заменил свою порцию каши на идеально зажаренный зефир, Деринг Ду развернула перед ними потрёпанную кожаную карту. — Итак, цели почему я тут, — начала она, тыкая копытом в точку в глубине хребта. — Три дня назад, проводя разведку в этом секторе, из-за слухов и легенд что я нашла, я наткнулась на невероятное место. — В Эквестрии полно чудоковатых мест, — заметила Радуга. — Но не таких, — покачала головой Деринг. — Эта … они были древними. Очень. И совершенно чужими. Это не похоже ни на пони, или на драконов, или даже тех же грифонов. Твайлайт насторожилась, бросив взгляд на Дискорда. Тот перестал жевать зефир и слушал уже внимательнее. — Я пошла на след, — продолжала искательница. — И нашла вот это. — Она достала из походного мешка небольшой предмет, завёрнутый в мягкую ткань. Развернув её, она показала находку. Это был обломок камня, похожего на обсидиан, но сквозь его чёрную поверхность проступали мерцающие, как галактическая пыль, прожилки. Он был вырезан в форме части сложного узора — спирали, которая, казалось, вращалась, если на неё долго смотреть. — Я никогда не видела ничего подобного, — призналась Твайлайт, протягивая лапу, чтобы прикоснуться к камню. От него исходило лёгкое, едва уловимое вибрационное тепло.— Может быть это похоже на кристаллы Сомбры но это но явно что-то другое. — И я тоже, — сказала Деринг. — Но это не всё. Пока я изучала этот обломок, когда я оказалась у входа в руины случился толчок и рокот. Кратковременный, но невероятно сильный. Как будто… как будто что-то взорвалось или проснулась? Дискорд немедленно протянул лапу и выхватил обломок из рук Деринг. Он взял его, и его пальцы сомкнулись вокруг обломка с такой нежностью, которой Твайлайт от него не ожидала. — Наконец-то— тихо прошептал он, и в его глазах плескалась буря из воспоминаний. — Это… часть большой истории. И вам Деринг посчастливилось открыть к ней тропу. — Ты знаешь, что это? — спросила Твайлайт. Дискорд поднял на неё взгляд. В его ухмылке не было привычного веселья. —О, принцесса, — сказал он. — Это эпитафия. О времени, когда хаос был ремеслом. Искусством. И о месте, где это ремесло… Драконикус застыл запрокинув голову в небо. — Пегаска. Драконикус указал осколком на Деринг ду. —Ты не просто нашла руины. Ты нашла памятник невежеству и гордыне. И, возможно, там будет то что тебе поможет Твайлайт.... Он сжал обломок в кулаке, и мерцающие прожилки на мгновение вспыхнули ярче, оказавшись запечатан в причудливый компас. —Завтра мы двинемся вперёд. И, думаю, нам стоит поторопиться. Если это действительно проснулось… то там... Уже что-то происходит. Драконикус закинул последнюю зефирку и начал уходить создавая, себе палатку из воздуха. —Я спасть... Дорога была долгой... До завтра... — А ну стой! Заявила Твайлайт пытаясь получить ответы. Но её остановила Деринг. —Он вообще-то прав. Нам нужно набраться сил. Что знает что нас ждёт в городе. Не бойся. Думаю я найду чем тебе укрыться. Твайлайт провела взглядом палатку учителя и направилась готовится ко сну.

***

Давным давно. Когда мир еще был Юн. А границы мира и времени тонки. Дискорд, не просто дух, а сама юная, кипящая энергия, Мастер. Парил над нетронутой долиной, окружённой неприступными горами. Но в его глазах и глазах сестер и собратьев горел огонь вдохновения. Без конца шле сотворение. Поток творчества мысли. Каждый зверь хаоса, громогласный глашатаи, возделывал свою мечту. Приют, дом, город для вечных странников. «Здесь не будет „правильно“ или „неправильно“!» — воспевали хором голоса, громовые и ликующие, разносясь по долине. — «Здесь будет Свобода! Свобода быть тем, кем хочешь! Свобода менять мир вокруг по своей прихоти!» Они играли, спорили, творили вместе. В этом городе тень могла обогнать своего хозяина, а шутка, произнесённая утром, к вечеру становилась новым законом физики для одного-единственного сада. — «Это — Утопия! Место, где ничто не ограничено, кроме вашей собственной фантазии! Здесь каждый — творец своей реальности!»

***

Ночь в лагере Деринг Ду была долгой. Твайлайт ворочалась в спальнике, её разум будто бы гудел от напряжения. Обрывки наблюдений — отчуждённость Дискорда, его странная ориентированность в городе, его вечные тайны — не давали ей покоя. Она была уверена: руины, её превращение и Дискорд были связаны. Слишком много совпадений. Выйдя из палатки на свежий воздух, она заметила одинокую фигуру на краю утёса, нависавшего над пропастью. Дискорд. Он сидел, поджав лапы, и смотрел в сторону тёмных силуэтов гор, за которыми скрывался загадочный город. Лунный свет серебрил его гриву, а на его лице застыло выражение, которого Твайлайт раньше не видела — не скука и не насмешка, а глубокая, тысячелетняя усталость, грусть, прошедшая сквозь эпохи. Подойдя ближе, она услышала, как он что-то напевал едва слышно, словно желая, чтобы только ветер слышал его. «В последнее время я, теряю сон. Мечтаю о том, кем могли мы быть. Но мы с тобою знаем свой путь. Летя за мечтой, мы считаем звёзды... Да, мы будем считать звёзды...» Его голос, обычно полный опереточной бравады, сейчас звучал тихо и невыразимо одиноко. Эта хрупкая мелодия, полная сожаления о неслучившемся, резанула Твайлайт по сердцу острее любого её подозрения. Она медленно приблизилась и села рядом, оставив между ними немного пространства. —Тебе тоже не спится? — тихо спросила она. Дискорд вздрогнул, словно вынырнув из глубоких раздумий, но не повернулся. —Сон... — его голос был низким и безжизненным. — Для существ, у которых есть прошлое, которое стоит переживать заново. У меня же... одно сплошное настоящее. Иногда слишком затянувшееся... Он помолчал, его взгляд был прикован к далёким пикам, за которыми лежали руины его неудачного наследия. —Ты спрашивала о городе... — наконец произнёс он, и его голос прозвучал приглушённо, будто он говорил сам с собой. — Он был... попыткой. — Попыткой? — мягко подтолкнула она, боясь спугнуть эту редкую искренность. — Попыткой построить Элизиум. Город-убежище для всех, кто одарён магией хаоса. Безопасное укрытие и место отдыха... и общения... для каждого странника и глашатая хаоса. Место, где нам нету страхов, нету Вражды и опасений. — Любого? — Твайлайт смотрела на его профиль, освещённый луной. — То есть... ты не один? — Был не один, — поправил он горько. — Да. Но это уже не имеет значения. Прошло слишком много эонов, чтобы можно было переживать... — он не договорил, лишь махнул лапой, отмахиваясь от призраков. — Город остался пустым. Памятником надежде, каторую сломали горделивые идиоты. Твайлайт молча переваривала это. Пытаюсь дать понять и сделать выводы. Весь его цинизм, его насмешки над порядком и дружбой... всё это было стеной? Выстроенной вокруг этой древней, рухнувшей мечты — просто иметь свой дом? Близких? И тут у неё случилось озарение. — Дискорд, — её голос дрогнул от внезапного прозрения. — Ответь честно. Всё происходящее... моё превращение... это связано? Насколько это все замысел? Он наконец повернул к ней голову. В его глазах не было ни лжи, ни обычного балагана. Только усталая правда. —Коварный план? Нет. Если эта цепочка случайностей и связана... то с моей жизнью. Провидение измывается надо мной. Ибо призраки прошлого лезут ко мне именно сейчас. Именно после твоего превращения. Его слова повисли в холодном ночном воздухе. Твайлайт почувствовала, как по спине пробежал холодок. —И... насколько они страшные? — прошептала она. Дискорд снова посмотрел вдаль, на тёмные очертания гор. —Достаточно, чтобы я озаботился мучать тебя строить защитные методы до изнеможения, — ответил он просто. И в этой простоте был весь ужас. —Достаточно, чтобы я... боялся за вашу жизнь. Он сказал это без пафоса, констатируя факт. И от этого Твайлайт стало не по себе. Дискорд, Дух Хаоса, который играл с принцессами и перекраивал реальность, — боялся. Она молча протянула лапу и осторожно положила её поверх его когтистой, тёплой лапы, лежавшей на камне. Он вздрогнул, но не отстранился. — Спасибо, — тихо сказала она. — Что сказал правду. Он ничего не ответил. Они так и сидели в тишине, под холодными звёздами. Дискорда рвало из внутри от сказанной полуправды, но не понимал из-за чего его совесть так трезвонит. А Твайлайт смогла успокоить некоторую тревогу и держа Дискорда за руку, поймала себя на ощущении странного тепла. Но момент разорвал Дискорд. Разорвав касание. — Ладно. — Драконикус выдохнул. —Вам лучьше идти спать. Завтра день потребует от вас много сил. Сказал драконикус исчезнув в воздухе, даже без своей классической вспышки. Твайлай почувствовала холод, и легкий упадок настроения, но затем воодушевилась от мысли что похоже смогла вернуть отношение Дискорда к себе в прежнее русло, вместо холодной отстранённости что шла последние дни.

***

На следующее утро группа двинулась к руинам. То, что они увидели, заставило их замереть. Это не было похоже ни на одну понивельскую или кантерлотскую архитектуру. Высокие, стрельчатые арки, слишком узкие для пони, стены с вычурной, асимметричной резьбой, изображавшей неописуемых существ, других драконикусов — существ из плоти и крови хаоса. Статуи, от которых остались лишь обломки, имели странные пропорции — длинные конечности, непривычные изгибы тел, застывшие в грациозных или грозных позах. — Вау, — прошептала Радуга, облетая полуразрушенную колоннаду. — Кто здесь жил? Не твои родственники, Дискорд? Выглядит... дико. — Я не удивлюсь, — добавила Деринг Ду, проводя копытом по загадочному, переливающемуся символу на стене. — Смотри, все входы и проходы слишком высоки для пони, а некоторые коридоры и вовсе, кажется, созданы для полёта или для тех, кто парит. — Она обернулась к Дискорду, и в её глазах загорелся азарт первооткрывателя. — Может, поделишься историей, «Последний из Дискордан»? Что это за место? Дискорд, с преувеличенной скучающей миной перешагивавший через обломки, пожал плечами. Его взгляд скользил по руинам без интереса, но Твайлайт заметила, как напряглись его плечи. —Руины как руины. Пыль и воспоминания. Когда-то тут было кое-что... приемлемое. Например, вон та, — он ленивым жестом указал на повисшую в воздухе, вопреки гравитации, развалину башни, изогнутую в немыслимом спиралевидном узоре, — была моим скромным вкладом. Неплохо вышло, да? Жаль, фундамент подвел. У обеих пегас, кажется, отвисли челюсти. У Деринг Ду глаза загорелись таким огнём, что, казалось, могли бы осветить все подземелья Эквестрии. —Твоего... вклада? Значит, это правда был... —Ах, смотрите, вон там, кажется, что-то блестит! Наверняка чей-то потерянный пуговичный блеск! — тут же перебил он, указывая в совершенно противоположную сторону. — Не будем терять ни секунды! И он зашагал вперёд, решительно отвернувшись от их вопросов. Но теперь Твайлайт видела это ясно. Он вёл себя не как гость, а как проводник по собственному дому, точнее, по его руинам. Он не блуждал, не изучал карту. Он ориентировался. Его шаги были уверенными, он без колебаний выбирал путь среди трёх одинаково разрушенных улиц, обходил завалы, которые, казалось, появились только вчера. Его тело помнило дорогу, которую его разум отчаянно пытался забыть. Он шёл в нескольких шагах впереди, его спина была напряжена, а взгляд, обычно скользящий по миру с насмешкой, был устремлён внутрь себя, в те самые «эпохи», о которых он говорил прошлой ночью. Он был глух к их разговорам, погружённый в прошлое слишком глубоко, чтобы слышать настоящее.

***

Шум голосов и смеха, когда-то наполнявший эти залы, сменился гулкой, неприятной тишиной, нарушаемой лишь шелестом песка, врывавшегося сквозь разбитые витражи. Дискорд стоял в главной ротонде, под некогда сиявшим куполом, изображавшим танец созвездий Хаоса. Теперь от мозаики остались лишь осыпавшиеся фрагменты. Он смотрел на трещину, рассекавшую пол, и видел в ней не просто повреждённый мрамор, а метафору всего, что пошло не так. «Элизиум». Город-мечта. Он помнил, как закладывал первый камень, вплетая в него заклятье вечной изменчивости. Помнил, как другие стекались сюда, услышав зов — странные, прекрасные, непонятые существа, дети хаоса. Они строили вместе. Не по чертежам, а по велению души, подчиняясь лишь потоку творящей магии. Но потом пришли они. Самодовольные. Амбициозные. Ограниченые. Те, кто увидел в Элизиуме не убежище, ни Место для встречь без вражды, а плацдарм. Они сформировали свой «совет». Начали устанавливать правила. Спорить, чья магия «истиннее», чья форма «правильнее». Они превратили импровизацию в догму, танец — в маршировку. И город, живой и дышащий, начал увядать. Камень, некогда гибкий, стал крошиться. Сады, цвели невиданными цветами, засохли. Главное пиршество драконикуса, Золотые Яблоки больше не росли. Чистая живительная магия покидала город, утекала как вода оставляя после себя грязь и ил... Дискорд чувствовал это каждой частичкой своего существа. Каждая трещина на стене была раной на его душе. Он не мог больше смотреть, как его творение превращают в уродливую, гротескную пародию на порядок, который был противен им. Он уже уходил из города. Пересекая главную площадь, держа небольшую корзину всего важного, что он хотел забрать. — Что, уже уходишь, Мастер? Драконикус остановился и оципинел, этих слов. Голос был мягким, мелодичным, словно звон хрустальных колокольчиков. Он обернулся. В арочном проёме, залитом пыльным лучом заходящего солнца, стояла она. Пандора. Её форма была столь же изменчивой, как и его, но в её хаосе была некая утончённая искра. Длинные, элегантные конечности, похожие на оленьи, но покрытые перламутровой чешуёй. Грива, сплетённая из живых полевых цветов и струящегося тумана. Глаза — два тёплых, фиолетовых Аметиста, в которых плескалась бездонная грусть. Она была одной из первых, кто пришёл сюда, откликнувшись на его зов. Его самая старая, самая добрая соратница. Та, с кем он делился самыми сумасшедшими замыслами. И единственная кого он пустил себе в душу полностью. — Не называй меня так, Пандора, — его собственный голос прозвучал устало и сипло. — Ничего я здесь не мастер. Я давно уже ничего не творил... Она подошла ближе, её лапы едва касались пола. Её взгляд скользнул по его лицу, читая в нём всю боль и разочарование. —Они не хотели зла. Они просто... Были уверены что так будет лучше. "Кто сильный тот и прав." Ведь так? —И почему самые сильные это всегда самые тупые идиоты? Или самые невыносимые заучки... —Ты всегда мог их всех уничтожить. Я знаю ты могучь, мой милый. Она быстро закрыла ему рот прикрыв его пальцем. —Знаю ты не любишь такое. И по этому ничего не сделал. Она протянула руку, и в её ладони расцвёл маленький, сияющий цветок, которого не было ни в одном ботаническом справочнике. —Уходишь насовсем? Дискорд посмотрел на цветок, затем на пустующие, с каждым днём, улицы за окном, где когда-то кипела жизнь. —Я не могу больше это видеть. Затем драконикус чуть посветлел и оживился. —Но давай, Я подслащу пилюлю. Сказал Дискорд схватив мадам за лапу и утащив к центру Площади.—Я давно ничем не занимался... Но оставить тебя без подарка на прощание. Никогда! Заявил Дискорд поднимая из под земли что-то накрытое брезентом. —Есть кое-что! Что труднее всего изобразить даже таким мастерам и творцам как Я!—Начал Дискорд.—Красота или точность образа это легко и к тому-же скоротечно именно по этому позволь тебе представить мой подарок который я надеюсь простоит вечность! Драконикус снял покрывало с фонтана, который венчала статуя изображающая Пандору, как Смесь её физического облика, и её магической ауры, вечно живущего и изменяющегося пламени. Девушка закрыла рот в смущении руками, чтобы не излать радостные вздохи. —Рад что понравилось... —Ты очень мил. Мне нравятся все твои творения дорогой. Всегда видно что ты вложил в искусство часть себя. И я ценю в тебе это. Сказала она сложив руки корзинкой, присаживаясь на создание ею кресло.—Думаю украду её к себе когда найду новое место чтобы жить. Пандора почувствовала как ей в руки что-то упало, а затем мимолётное крсание губ к её губам. В руках было золотое яблоко, а на губах следы связи с самым близким существом и собратом пр магии. —Угощайся на здоровье, оно одно из двух последних. Сказала драконикус, исчезнув в портале надевая цветок Пандоры себе за ухо

***

Тем временем три пони шли сзади, понизив голоса. — Ладно, я больше не верю в его «ой, скучно, просто руины», — прошипела Радуга Дэш, кивая в сторону невыносимо меланхоличной фигуры Дискорда. — Он знает каждый камень здесь. Смотри, он даже не споткнулся о ту трещину, которую я чуть не пролетела. — Это величайшая археологическая находка тысячелетия! — с восторгом, но тоже шёпотом, воскликнула Деринг Ду. — Целый город, построенный драконикусами! Или... кем они там были. Представляешь, какие знания здесь могут быть зарыты? Технологии, магия, о которой мы и не мечтали! И он... — она с почти благоговением посмотрела на Дискорда, — он один из тех, кто его строил. Живая история! — Он не просто строил, Деринг, — тихо сказала Твайлайт, её взгляд не отрывался от его одинокой фигуры. — Он пытался создать дом. Убежище. А потом что-то пошло не так. Очень не так. И теперь это место причиняет ему боль. — Боль? — Радуга фыркнула, но без злобы, скорее с недоумением. — Он же Дискорд. Он смеётся над всем. Что могло его так раскурочить? — То, о чём он не шутит, — ответила Твайлайт. Единственное что не замечали герои все это время это жуткие новоделы, которые терялись среди аномальных руин. На фоне Дома из стекла или Дома из воздуха где мебель Висела просто так, терялись непонятные тотемы у подножия домов и кривые слепленные из глины и грязи статуи кривых существует.

В момент когда группа пони увлеклась разговорами, Дискорд остановился на главной площади, чтобы подождать компаньонов. Посреди площади стоял полуразрушенный фонтан. Вода давно ушла, но скульптура в центре — абстрактное, текучее переплетение форм, напоминавшее одновременно и дракона, и огненный шторм — ещё хранила следы былой красоты. Он замер, глядя на неё, и его лапа непроизвольно поднялась, будто желая что-то поправить, восстановить. Но он тут же опустил её, сжал в кулак и, не оборачиваясь, бросил через плечо: —Эй, отстающие! Если вы пришли сюда загорать или на Экскурсию, то солнце, между прочим, уже в зените! Или вы хотите, чтобы мы тут еще с ночёвкой остались? Но в его голосе не было привычной дерзости. Был лишь усталый, почти механический призыв двигаться дальше, прочь от призраков.

Внезапно из квартала чуть дальше донёсся грохот и злобный голос: —Аккуратнее, бездари! Эта статуя должна была упасть мягко сюда! А вы её сломали! Группа, следуя за звуками вышла на очередную просторную площадь. Там, у подножия крупного, похожего на храм или цитадель здания, копошились несколько дюжин пони-бандитов под руководством упитанного земнопони в очках и походной куртке — самого Доктора Кабылерона. Они только что свалили огромную статую крылатого существа с телом грифона и головой дракона, которая, падая, рассыпалась в груду щебня. — Кабылерон! — крикнула Деринг Ду, принимая боевую стойку. — Опять портишь историческое наследие! — Деринг Ду! — фальшиво улыбнулся доктор. — Как мило! Вы как раз вовремя, чтобы стать свидетелями моего триумфа! А... — его взгляд упал на Дискорда и Твайлайт, и его уверенность пошатнулась. — О. А это кто? Драконикус уже готовился съязвить как в этот момент из соседних переулков, дверей и окон домом с шипением и рыком высыпались странные существа. Они были похожи на неудавшийся эксперимент по скрещиванию: перья грифона смешивались с драконьей чешуёй, клювы сочетались со змеиными глазами. Монстры, явно разозлённые разрушением и шумом, с диким рёвом бросились на всех подряд — и на бандитов Кабылерона, и на нашу группу. — Вот чёрт! — крикнула Радуга, взмывая в воздух и уворачиваясь от когтистой лапы. — Что это такое? — Охрана? — предположила Деринг, отбиваясь лопатой. — Скорее, последствия чьей-то старой, неубранной магии! — рявкнул Дискорд, отшвырнув одного из монстров в сторону Кабылерона. — Бежим к храму! Пока они заняты друг другом! Туда они не посмоют пролезть Группа рванула по невероятно длиной лестнице вверх.к массивным каменным дверям храма, пока бандиты и монстры выясняли отношения. Если Две пегаски добрались легче, то вот парочке драконикусов пришлось не сладко. А именно дискорду что пришлось нести на своей спине и шее Твайлайт, каторая подвернув лапу чуть не упала кубарем обратно к подножию. Двери были запечатаны. Ни ручек, ни замочных скважин — лишь гладкая поверхность с едва заметными волшебными вихрями, барьером, от которого воздух дрожал. — Закрыто! — констатировала Радуга, толкнув дверь. Все стали предлагать варианты: взломать, найти секретную кнопку, проломить стену. Твайлайт изучала барьер, пытаясь анализировать его структуру, но он был ей совершенно незнаком. И тут Дискорд, до этого момента наблюдавший с отстранённым видом, сначала покасился на силуэты у подножия, Заканчивающих бой в ничью, сделал шаг вперёд. И тут произошло нечто. Каменная поверхность двери зашевелилась, будто живая плоть. Из неё начало прорастать железное лицо — голова пони, увенчанная рогами дракона, с клювом грифона вместо носа. Ястребиные глаза, холодные и древние, медленно открылись, окидывая компанию безразличным взглядом. — Что за... — отшатнулась Радуга. —Ничего себе! — воскликнула Деринг Ду, больше очарованная, чем напуганная. Твайлайт замерла,чувствуя, как по спине пробегают мурашки. Это было ещё одно подтверждение её догадок. Страж говорил голосом, похожим на скрежет камня. —Приветствую тебя, Мастер. Давно тебя тут не было. Никого из вас. Город уже сам начал порождать себе жителей. — Его взгляд скользнул по гибридным монстрам, всё ещё сражавшимся на площади. — Ужасная новость... — сухо парировал Дискорд, подходя ближе. Его поза изменилась, в ней появилась непривычная официальность. — Но вот слушай, Страж. Я тут по делу. Открой дверь в Храм. Мне нужна Сфера. — Извини... Мастер. Но это невозможно. Ты знаешь Правила, — ответил Страж, его каменные черты не дрогнули. — Правила, которые установили тираны-самодуры, поправ свободу? — язвительно заметил Дискорд. — Не суть важно. Ты знаешь Правило! Чтобы пройти меня, нужно удивить! Будь это что-то невероятное или инновационное за гранью гениальности. — Зануды превратили искусство в самую худшую версию науки, животно конкретную, — проворчал Дискорд себе под нос. — Либо же... — его взгляд скользнул на полуразрушенную фреску рядом с дверью, от которой остались лишь смутные очертания. — Ты знаешь другой способ. Страж последовал за его взглядом. —Живой барельеф... — проскрежетал он. — Указал на разрушенную фреску. Но там уже ничего невозможно разобрать. Время сломало всё. Правила есть правила, Мастер. Именно тогда взгляд Дискорда упал на Твайлайт, и в его глазах вспыхнула знакомая искорка безумия, смешанная с решимостью. — Знаешь, принцесса, — произнёс он с лёгкой ухмылкой, — он грациозно протянул ей лапу. — Станцуем? Твайлайт уставилась на него как на сумасшедшего. —Что? Сейчас? Здесь? Дискорд, тут монстры, Кабылерон... — Именно что сейчас! — перебил он, и в его голосе зазвучала непоколебимая уверенность. —Считай это внеплановым уроком! И так. Хаос — это не сила, это движение. Это танец реальности. Эти двери, изначально... —Драконикус покасился глазами на стража а затем вернулся к Твайлайт —запечатаны Ритмом, который никто не отважился повторить тысячелетиями. Доверься мне. Повторяй за мной и все будет хорошо Он смотрел на неё, и в его взгляде не было насмешки. Была просьба. И вызов. Сердце Твайлайт бешено заколотилось. Она вспомнила их бал. Их тренировки. Их ночную беседу. Его слова: «Просто плыви по течению». Она посмотрела на его протянутую лапу, затем на безразличный лик Стража, и... поняла. Он был прав. Она медленно подняла свою лапу и вложила её в его. —Хорошо, — её голос дрогнул, но в нём послышалась решимость. — Научи меня этому танцу. Дискорд улыбнулся своей самой мягкой, редкой улыбкой. Он дёрнул её за лапу, и они начали. Это не был вальс и не тот безумный танец, что был в библиотеке. Это было спонтанное, импровизированное движение, рождённое здесь и сейчас. Они кружились, их шаги были нелогичными, тела двигались в противофазе, то расходясь, то сближаясь, словно два противоположных заряда, порождающих искру. Твайлайт, сначала скованная, постепенно отпустила контроль. Она следовала за его порывами, её драконье тело оказалось на удивление гибким и грациозным в этом безумии. Это был не просто танец. Это был диалог, разговор двух душ, говорящих на языке движения. И по мере их танца с дверью начало происходить чудо. Магические вихри барьера подхватили их ритм, закрутились быстрее, засияли ярче. Каменные двери начали вибрировать, издавая низкий, мелодичный гул. Даже железное лицо Стража изменилось — в его каменных глазах вспыхнул огонёк интереса, а затем и одобрения. Кабылерон и его бандиты, отбившиеся от монстров, с изумлением смотрели на это представление. —Что они делают? Это какая-то древняя магия? — прошептал доктор, его ум отказывался верить. Двери храма дрогнули и с тихим скрежетом начали расходиться, растворяя барьер в сияющем вихре света. Танец подошёл к концу. Дискорд и Твайлайт замерли, запыхавшиеся, всё ещё держась за лапы, их взгляды снова были прикованы друг к другу, как в тот день в тронном зале или в моментах ночи танцев. В этом взгляде было всё: и понимание, и доверие, и что-то ещё, невысказанное, но жгуче реальное. — Видишь? — тихо сказал Дискорд, его дыхание ещё не выровнялось. — Иногда, чтобы открыть дверь, нужно просто знать правильный шаг. Страж склонил свою каменную голову. —Проходи, Мастер. Ты и твоя... спутница и те двое тоже. Вы удивили. Вы напомнили Залу его истинный голос. За ними зиял тёмный проход в сердце храма. Твайлайт, всё ещё чувствуя жар в щеках и странное, сладкое бурление в груди. Похоже этот танец открыл не только дверь, но и стёр ещё одну грань между учеником и учителем. Твайлайт всё меньше понимала, что чувствует к этому безумному, невыносимому и такому притягательному Духу Хаоса.